Новое время — новые песни

Новое время?—?новые песни

Тем не менее Поднебесная не остается неизменной (кто видел своими глазами, как изменился Китай даже за последние десять лет, ого-го как это подтвердит), и основная ячейка ее общества тоже меняется; и, что самое важное, трансформируются и отношения в этой самой ячейке. Как мы с вами знаем, действующая в Китае с 1980?х годов массированная политика контроля рождаемости преуспела в основном в городах; не буду утверждать, что на деревню никакого влияния эти действия властей не оказали, но для сельской семьи иметь несколько детей все же было нормой, а не исключением, несмотря на все рычаги давления, задействованные правительством. Кроме того, мудрая китайская власть, стремясь всеми силами избежать любого социального напряжения, всегда оставляла для «лаобайсин» («простонародья») лазейки, с помощью которых при очень большом желании можно было обойти строгий закон.

Для жителей китайского села, лишенных перспектив какой-либо пенсии до самого недавнего времени, рождение в семье только одного ребенка означало угрозу нищей старости?—?это понималось народом, осознавалось и властью; в результате китайская деревня, несмотря на развешенные и расклеенные повсюду лозунги «Хайши шэн игэ хао» («А все-таки хорошо родить [только] одного»), несколько поуменьшив обороты размножения, не стала все ж таки однодетной. Тем более что власть, где и когда официально, где и когда не очень, разрешала сельчанам иметь как минимум двоих. Большинство крестьян этим не ограничивалось; говорят, это привело к появлению десятков миллионов «граждан-невидимок», которые не значатся ни в каких данных переписи и учета и о которых властям неизвестно… Это утверждение не совсем точно: как вы себе представляете возможность утаить рождение ребенка от соседей, которым всегда все известно, и местных органов власти, которым всегда все и обо всем доносят (а если, скажем, заместитель старосты живет через два дома, то и доносов особенных не требуется)? Так что «первоначально не зарегистрированных»?—?да, но «никому не известных»?—?нет, разумеется. Лозунги же воздействуют на сознание людей, для которых дети?—?гарантия собственного выживания в будущем, мягко говоря, не совсем уж тотально.

Горожане же попали под «контроль рождаемости» довольно крепко. Не нужно полагать, что за нарушение установки «одна семья?—?один ребенок» полагается немедленный расстрел на месте (как ни странно, у нас много людей, думающих примерно так): рыночная эпоха?—?рыночные и средства контроля, городскому жителю было и есть что терять в случае чего?—?второй ребенок означал выплату штрафов, потерю льгот за первого, много нервотрепки с домкомом (общественники, традиционно активные в Поднебесной, еще совсем недавно были задействованы в исполнении политики контроля рождаемости в первую голову: еще совсем недавно, к примеру, они вполне могли без всяких там лишних стеснений прямо у подъезда поинтересоваться у проживающих там папы или мамы недавно родившегося ребенка, каким способом они?—?папа и мама, конечно?—?теперь собираются предохраняться) и грозил на много лет подорвать благополучие и обогащение семьи… Патриотические лозунги и убеждение, штрафы и льготы, кнут и пряник за несколько лет здорово изменили идеологию горожан. Многие стали действительно верить, что один ребенок?—?это хорошо, здорово и единственно верно. Ниже процитирую краткую выдержку с одного из российских «профессиональных сайтов о Китае», укравшего текст из каких-то китайских официозных агитматериалов (без всяких ссылок на последние, конечно же): «Желательность поздних браков, позднего рождения ребенка, ограничение числа детей с целью обеспечения здоровья и благополучия следующего поколения уже стали общим пониманием китайцев. В молодых семьях одинаково рады мальчику и девочке. Создание счастливой и гармоничной маленькой семьи, научный и цивилизованный образ жизни постепенно становятся общественной нормой. В то же время плановое деторождение позволяет китайским женщинам избавиться от патриархальных традиций многодетности и тяжести домашних забот, а это существенно влияет на повышение общественной роли женщины, уровня здоровья матери и ребенка».

«Так, а… что же плохого в создании „счастливой и гармоничной маленькой семьи“, „научном и цивилизованном образе жизни“?»?—?резонно спросит читатель. И при чем здесь конфуцианские ценности, о которых мы с вами вроде бы разговариваем? Да ничего, и ни при чем. За исключением того, что счастливая и гармоничная семья в устоявшейся за последние тысячи лет в Китае традиции никогда не была маленькой?—?это раз. Два?—?это то, что пропагандируемый и в основном успешно достигнутый все-таки в результате мытьем и катаньем проводимой политики контроля рождаемости[7] «научный и цивилизованный образ жизни» означает, при более внимательном взгляде, настоящую бомбу, заложенную не просто под отдельно взятую семью, а под традиционное (конфуцианское) мировоззрение и мироощущение китайца вообще. Это как?

Это так, что начиная с середины 1980-х годов, когда паровоз «контроля рождаемости» уже прилично разогнался и среднестатистическая городская молодая семья взаправду стала ограничиваться рождением одного ребенка, начали происходить удивительные, невиданные ранее в Поднебесной вещи. Статус ребенка в семье радикально поменялся, став по отношению к родителям и более старшему поколению (дедушкам и бабушкам) из восходящего («снизу вверх») нисходящим («сверху вниз»): чадо принялось рулить в базовой ячейке общества и помыкать теми, кто по отработанной и давным-давно устаканившейся и цементировавшей китайское общество концепции обязан не подчиняться, а осуществлять управление, воспитание и передачу морали и нравственности… Вместо этого основным принципом отношения родителей к детям в один момент стала вседозволенность. «Раз один?—?значит, все для него и ему все можно»,?—?решительно сказала китайская семья…

Вначале все было весело и прикольно. «Маленький император»?—?ласково называли своих отпрысков родители, бабушки и дедушки, умильно причмокивая губками и позволяя ребенку капризничать, своевольничать, пинать себя и вытворять всякую чушь. Традиционные строгость и требовательность к детям и уважение к взрослым довольно быстро сошли во многих семьях почти на нет.

Я окончательно понял это, когда стал свидетелем сцены в китайском городском автобусе, где рядом со мной ехали ребенок лет шести-семи и его папа, обсуждавшие марки автомобилей за окном. «Смотри, папа, какая БМВ рядом с нами!»?—?громко сказал мальчик. Отец, присмотревшись, флегматично возразил: «По-моему, это „мерседес“…» Внезапно раздался дикий рев; ребенок грохнулся на пол (благо был не час пик и пространство позволяло) и завопил на весь автобус благим матом: «БМВ! БМВ! БМВ!» Реакция папаши? Побледнев и явно растерявшись, он начал успокаивать сына; последний соблаговолил перестать вопить и рыдать, только когда отец, заикаясь, произнес: «Прости, сынок, это действительно БМВ, я просто не разглядел…»

Детки «восьмидесятых годов выпуска» подросли, выучились и вышли в мир… По моим личным наблюдениям, общению с этой публикой и обсуждению связанного с ней круга проблем с китайцами более старших поколений картина получается нерадостная. Ведь в том, что касается отдельно взятой китайской семьи, то и черт бы с ней: пусть ребенок катается по полу и пинает родителей, в конце концов это их сугубо личное дело. Ан нет. Конфуцианская семейная концепция, возможно, вообще одна из наиболее симпатичных вещей, созданных китайской пресловутой пятитысячелетней культурой: с рождения интегрированный в четкую вертикальную систему семейных взаимных обязательств и прав, нормальный ребенок приобретал такие качества, как настоящее уважение к старшим, трудолюбие, готовность поступиться своими амбициями ради заслуживающих этого интересов окружающих, скромность и достоинство, желание помочь ближнему. Культивировавшиеся веками понятия «чжу жэнь вэй лэ» («получать радость, помогая другим»), «цзэн жэнь мэйгуй, шоу лю юйсян» («кто дарит другому розу, у того на руках остается ее аромат») были идеалами для представителей сотен поколений китайцев. Заметьте, заучивание наизусть конфуцианских текстов для того, чтобы проникнуться принципами этой системы, не требовалось?—?человек впитывал их почти что с молоком матери… И взаимодействовал с внешним миром, будучи наделенным вышеозначенными приобретенными качествами.

С китайскими «детьми восьмидесятых» общаться порой очень трудно, в особенности если речь идет о деловых вопросах, а не о выпить пива в приятной компании. Основной проблемой, разумеется, являются их тотальный эгоизм, переходящий в идиотизм, и мировоззрение, начинающееся и заканчивающееся огромной буквой «Я». Мне весьма забавным кажется вопрос о том, как эти ребята с большим-большим «Я» в небольшом мозгу будут воспитывать собственных детей. Благодаря «желательности» поздних браков (см. цитату выше) и переходу ее (желательности) в разряд реальности «поколение восьмидесятых» только-только приступило к этому интересному делу, а многие из них еще только примериваются или задумываются о том, как начать примериваться,?—?для этого возраста идеология, раньше в Китае неслыханная и невиданная. Посмотрим, какой «научный и цивилизованный образ жизни» наступит, когда уйдут старшие поколения со своими «устаревшими» конфуцианскими ценностями, которые, кстати, очень многим заменяли наличие общей культуры (в нашем понимании).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Новое время

Из книги Писатель и самоубийство автора Акунин Борис

Новое время Я много думал о смерти и нахожу, что это — наименьшее из зол. Фрэнсис Бэкон Впервые о естественных правах человека — на жизнь, на справедливый суд, на собственность — заговорили в Англии и поначалу только применительно к баронам («Великая хартия вольностей»,


3. Развитие представлений о культуре в эпоху Возрождения и Новое время

Из книги Культурология: конспект лекций автора Еникеева Дильнара

3. Развитие представлений о культуре в эпоху Возрождения и Новое время Возрождение – это культурный процесс, точнее культурный переворот, стоящий в тесной связи с переворотом экономическим. Он выражается в росте индивидуализма, в упадке церковных идей и усилении


Новое время

Из книги Писатель и самоубийство. Часть 1 автора Акунин Борис

Новое время Я много думал о смерти и нахожу, что это — наименьшее из зол. Фрэнсис Бэкон Впервые о естественных правах человека — на жизнь, на справедливый суд, на собственность — заговорили в Англии и поначалу только применительно к баронам («Великая хартия вольностей»,


Новое время

Из книги Фанаты. Прошлое и настоящее российского околофутбола автора Козлов Владимир

Новое время Сегодняшний российский фанатизм во многом отличается от того, что был в 1990-е или тем более 1980-е годы. В нем стало меньше беспредела и экстрима и больше организованности, но суть осталась той же: поддержка своей команды и (для хулиганских группировок) выяснение


Новые времена – старые песни

Из книги Боже, спаси русских! автора Ястребов Андрей Леонидович

Новые времена – старые песни Согласно некоторым свидетельствам современников, Зимний дворец брали дважды. Первый раз – в ту самую ночь на 26 октября, второй – несколькими днями позднее, когда народ заподозрил, что большевистские комиссары намереваются уничтожить вино и


Э.А. Быстрицкая — Все время придумывать новое

Из книги Беседы автора Агеев Александр Иванович

Э.А. Быстрицкая — Все время придумывать новое Беседа с народной артисткой СССР Элиной Авраамовной Быстрицкой.«Экономические стратегии», № 07-2007, стр. 70–74Об Элине Быстрицкой почему-то хочется говорить исключительно в превосходной степени. И не только потому, что в ней


Новое время (Modern)

Из книги История ислама. Исламская цивилизация от рождения до наших дней автора Ходжсон Маршалл Гудвин Симмс


ЕВРОПА: НОВОЕ ВРЕМЯ

Из книги Зачем идти в ЗАГС, если браки заключаются на небесах, или Гражданский брак: «за» и «против» автора Арутюнов Сергей Сергеевич


4 Новое время: три решающих момента в пересечении искусства и моды

Из книги Мода и искусство автора Коллектив авторов

4 Новое время: три решающих момента в пересечении искусства и моды Есть четыре основных эпонимных темы: Природа (платья-цветы, платья-облака, шляпки в цвету и т.д.); География, окультуренная под знаком экзотики (блузка в русском стиле, черкесское украшение, самурайская


В Новое время

Из книги Образ России в современном мире и другие сюжеты автора Земсков Валерий Борисович

В Новое время Как и в античном мире, развитие литературы в Новое время предшествует взлету историографии, а историография оказывает обратное воздействие на литературный дискурс.В просветительско-романтической культуре впервые рождаются новые теоретические