Магия чисел, или Почему китайцы не любят плавать

Магия чисел, или Почему китайцы не любят плавать

Вопрос с цифрой 4 занимает умы многих путешественников, в первый раз попавших в Китай, и слегка неопытных китаеведов, вообразивших себя знатоками галактического уровня. Путешественники, заселившись в очередной отель, порой с удивлением замечают, что на пульте управления лифта после третьего этажа сразу идет пятый, в коридоре на этаже после номера «1212» сразу появляется табличка с цифрами «1215», «знатоки» же понимающе кивают головами и хмыкают: «Да в Китае повсюду так! Нет тут ни четвертых этажей, ни номеров комнат, кончающихся на 4 и 13!»

И верно, многие уже знают, что в китайском языке цифра 4 и слово «смерть»?—?почти омонимы, то есть фонетически одинаковы («сы»), но произносятся в разных тонах. «Но все равно слишком похоже»,?—?решили для себя древние китайцы и очень невзлюбили несчастную «четверку». И во многих местах ее действительно не встретишь, и в лифте на самом деле пятый этаж находится сразу после третьего… а особо суеверные хозяева офисных зданий или гостиниц на всякий случай искореняют отовсюду заодно и число 13 (в китайской нумерологической традиции оно никогда не имело отрицательного смысла, но западное кино в Поднебесной давно уже смотрят по телевизору все и кое-какими реалиями забугорной жизни слегка владеют; некоторые предпочитают заимствовать для себя из-за границы разнообразные глупости).

Однако современные китайцы от древних все ж таки отличаются; и очень, очень многим из них на вышеописанные нумерологические суеверия плевать с высокого дерева, а посему нынче во многих зданиях 4 и 13 находятся на своих законных местах, то есть очень даже присутствуют и в лифтах, и в коридорах. Иными словами, нынче люди в Поднебесной разные: для одних «четверка» на конце номера мобильного телефона?—?это «ужас, ужас, ужас!», другие же на подобную паранойю отвечают снисходительной улыбкой…

Два слова о цифре 8. Произносимая как «ба», она ассоциируется у сынов и дочерей Поднебесной со словом «фа», первым слогом заветного «фа цай» («разбогатеть»); сакральное для каждого китайца богатство издавна соотносится таким образом с «восьмеркой», и сама по себе эта цифра, в принципе, воспринимается как благопожелание. О, сколько денег отдают китайские нуворишки за номер для своего «мерса» или «лексуса», где будут фигурировать три или хотя бы две «восьмерки»… Сколько ценников в разнообразных магазинах и лавках заканчиваются на 8… Из скольких витрин и с какого количества вывесок глядит на нас эта самая счастливая цифра… И если на зловещую для многих «четверку» немало китайцев не обращают внимания, то к обещающей богатства «восьмерке», кажется, неравнодушны все…

Если забавные верования, связанные с числительными, основаны в основном на игре фонетики, то причиной еще большего количества предрассудков является традиционное убеждение китайцев о существовании разнообразных духов. Мне в свое время здорово запомнилось интервью со старшим помощником китайского парома, горевшего и в конце концов затонувшего в Бохайском заливе. Унылым голосом (еще бы!) он рассказывал, как происходило все это горе-злосчастье: «Вначале мы почти целый день боролись с пожаром, который никак не затухал… Потом корабль начал погружаться… и это было для меня самое страшное, ведь я… не умею плавать!» Именно так, дорогой читатель! Моряк и старпом судна не умел плавать. Нонсенс? Конечно, но на любом другом флоте, не на китайском. Большинство обычных китайцев?—?существа совершенно не водоплавающие, учиться этому нехитрому в общем делу принципиально не собираются, а добравшись во время большого праздника до пляжа на пресловутом острове Хайнань, ограничиваются там брожением вдоль берега по щиколотку в воде или барахтаются не далее чем в пяти метрах от линии прибоя. Почему бы это?

В китайской культуре существует устойчивая водобоязнь. Она основана на поверье о том, что моря, реки и прочие водоемы населены духами утопленников, которые (в отличие от наших отечественных и западно-импортных русалок, частенько вполне добродушных к простым людям,?—?привет всем от Жизели) крайне злобны к живущим пока на этом свете и при первой возможности утаскивают последних под воду, в свои мрачные могилы на дне… Разумеется, множество образованных и культурных горожан на подобные предрассудки давно уж махнули рукой (как и на злосчастную «четверку»), и с удовольствием ходят в ближайший бассейн на занятия по плаванию, и в выходные там бывает просто не протолкнуться от обилия народу; да вон на северо-востоке Китая даже клубы «моржей» есть, между прочим! Однако, попадая на море, немногие китайцы рискуют доплыть хотя бы до линии буйков…

Если вы приехали в Китай и в вашей гостинице отключили электричество, то вам придется спускаться или подниматься по лестнице пешком, и никогда, вы слышите, никогда не считайте ступеньки! Если вам не повезет и вы обсчитаетесь, есть опасность, что вы исчезнете из мира живых, а тело ваше будет навечно замуровано в пространство под злосчастной лестницей. По крайней мере, в это верят многие китайцы…

Если, находясь в Китае, вы постирали одежду и вывесили ее сушиться на балкон, на крышу или просто на вешалку-сушилку за окно, никогда не оставляйте ее там на ночь! Ибо с наступлением темноты в нее могут вселиться злые духи. Так что потом станете утречком надевать чистые и высушенные трусы, а там… ужас какой, страшно и подумать!

Редко какое общение с представителями китайского народа, будь то личная дружба, научно-учебный обмен или коммерческие контакты, обходится без взаимных подарков; подарки в Китае?—?дело поистине почти сакральное, это материализация приязни людей друг к другу и универсальное выражение благопожелания; поэтому вручаются и получаются они там значительно чаще, чем, к примеру, в России. Однако некоторые вещи вы в Поднебесной в качестве презентов не получите и сами также не дарите, иначе конфузов не миновать.

Во-первых, в качестве абсолютно не подходящего для подарка предмета можно назвать часы: словосочетание «дарить часы» (по-китайски?—?«сун чжун») звучит абсолютно так же, как и выражение, означающее «присутствовать при чьей-то смерти» («закрыть кому-либо глаза»),?—?жизнелюбивые и панически не любящие ничего, что напоминало бы о смерти, китайцы предпочитают покупать себе часы самостоятельно.

Во-вторых, вручение в подарок ножа или вообще какого-нибудь острого предмета в Поднебесной традиционно ассоциируется с пожеланием разорвать связь (дружескую или партнерскую)?—?так что если китайский партнер по работе подвел вас, смело дарите ему финский нож…

В-третьих, относительно консервативно мыслящие китайцы не желают видеть в качестве подношения срезанные цветы: последние опять же ассоциируются у них с похоронными делами. Впрочем, это не мешает «продвинутым» городским молодым людям, насмотревшимся западных фильмов, спокойно дарить эти самые цветы своим подругам, а многие китайские фирмы устраивают в своих офисах и комнатах для переговоров такую чудесную икебану, что можно засмотреться и занюхаться!

Описание разнообразных (забавных и не очень) предрассудков в нынешней китайской жизни можно продолжать весьма долго. Можно было бы и целую книжку им посвятить, в общем-то. Дошедшие до нас из глубины веков, они пока что здорово раскрашивают китайскую действительность, и весьма жаль, что новым поколениям китайцев постепенно становится как-то не до них: городские дети учатся, а в «свободное от учебы» время продолжают учиться часов этак до одиннадцати вечера… деревенские?—?учатся, а в свободное время рубятся на ближайшем компьютере в «Троецарствие» или «Call of Duty», и больше ни до чего им дела особенно нет. Будем надеяться, что хоть про волшебную цифру 8 никто из них не забудет никогда…

Если вы считаете, что уже достаточно разбираетесь в основах духовного наследия Поднебесной, то пора переходить к некоторым важным аспектам китайской этнопсихологии…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Колонны-символы чисел каменного века

Из книги Каменный век был иным… [с иллюстрациями] автора Дэникен Эрих фон

Колонны-символы чисел каменного века На массивном монолите № 21 в галерее святилища в нижней его части изображены «отпечатки пальцев», над которыми расположены 18 резных изображений, напоминающих топоры, обращенные сверху вниз. Повторим, всего этих рисунков — 18, то есть


Китайцы и иностранцы

Из книги Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения автора Маслов Алексей Александрович

Китайцы и иностранцы Отношение к иностранцам в Китае меняется с каждым годом. Еще пару десятков лет назад иностранец на улице Китае мог вызвать настоящий затор, особенно в маленьком городке: китайцы останавливали свои велосипеды, активно обсуждали внешность иностранца,


Любят ли авторитарные учителя детей?

Из книги Как любить детей автора Амонашвили Шалва Александрович

Любят ли авторитарные учителя детей? Любили ли советские учителя детей?Конечно, любили, любили искренне и преданно.Но любовь их была своеобразной, она не имела возможности совершенствоваться. Действовал неписаный закон: любить-то детей надо, но так, чтобы не показывать им


КТО ВЫ, КИТАЙЦЫ?

Из книги Лики Поднебесной автора Корсун Артем Николаевич

КТО ВЫ, КИТАЙЦЫ? Китай — одна из самых древних и самых загадочных стран мира. Начать хотя бы с того, что многие из нас, говоря «китайцы», предполагают, что все население Поднебесной — китайцы, однако это не совсем так. В самой многолюдной стране мира проживают представители


Где их любят

Из книги Антисемитизм как закон природы автора Бруштейн Михаил

Где их любят Неужели нельзя объяснить антисемитизм стечением обстоятельств? Наваждением? Ну не может быть антисемитизм законом природы! Приравнять пусть сложное, необычное, но все же социальное явление к закону гравитации? Глупее предположения не бывает.Ведь что такое


Глава 9. Китайцы

Из книги Голландия и голландцы. О чем молчат путеводители автора Штерн Сергей Викторович


9.3. Хань или китайцы

Из книги Два лица Востока [Впечатления и размышления от одиннадцати лет работы в Китае и семи лет в Японии] автора Овчинников Всеволод Владимирович


Расторопные китайцы

Из книги автора

Расторопные китайцы Ну, понятно, этот обжора Сергей опять захотел есть, в то время как его спутники, снедаемые пылающим интересом к достопримечательностям, хотели остаться у старинных городских ворот и любоваться ими до бесконечности. У этих древних ворот медленно