§ 1. Жилищная проблема в России

§ 1. Жилищная проблема в России

«Ну что же, люди как люди, обыкновенные люди в общем, напоминают прежних квартирный вопрос только испортил их»

Михаил Булгаков, роман «Мастер и Маргарита»

Действительно, если считать по европейским меркам, то в России существуют огромные проблемы с жильем. Они возникли с образованием советской системы и все больше заходили в тупик на протяжении десятилетий То, что эти проблемы не разрешены и поныне — еще не самая большая беда россиян. Хуже, что «квартирный вопрос» действительно деформировал русский культурный архетип, уничтожил традиционные моральные устои, искалечил жизни и психическое здоровье не одного поколения людей.

Суть проблемы в том, что советские люди были лишены права собственности на жилье: они не могли его ни покупать, ни продавать, ни передавать по наследству. Они могли только обладать им, вступая в отношения с государством: «бесплатно» получив от него некую жилую площадь и «прописку» (отметку) в паспорте, которая подтверждала право обладания этим жильем. Государство как бы на всю жизнь дарило жилье гражданину страны. Но только при условии лояльности по отношению к власти. В противном случае оно с легкостью отнимало свой «подарок», а человек без крыши над головой лишался всех основ своего существования и был обречен. Значит, жилье со стороны государства было средством манипуляции гражданами страны. Так что причины «квартирного вопроса» — отнюдь не экономические проблемы (например, нехватка в стране «квадратных метров» жилья, бедность и т. п.), а социальные: они являются результатом сознательной государственной политики.

Монополия на жилье принадлежала государству. Оно занималось строительством жилья и его распределением. В свою очередь, государство несло ответственность за состояние этого жилья и брало на себя большую часть всех коммунальных затрат: советские граждане платили за свое жилье символическую сумму, которая составляла не более 15–20 % всех коммунальных затрат. Например, при среднем заработке 250 рублей все коммунальные услуги (квартира, свет, газ, телефон и т. д.) не превышали 10 рублей (конечно, сумма зависела от качества квартиры и услуг).

С одной стороны, это облегчало жизнь граждан, развивало в них некоторую беспечность, равнодушие к деньгам и вообще к материальной стороне жизни. С другой стороны, неучастие граждан страны в обеспечении самих себя в самом насущном — жилье — перманентно порождало его нехватку, которая становилась все более острой. В сущности, согласно советской Конституции, «каждый гражданин страны имел право на жилье». Однако это право было только провозглашено, но ничем не поддержано и не гарантировано. Особенно острым был «квартирный вопрос» в крупных индустриальных центрах страны и в обеих столицах. Но по статистическим данным, ситуация там была не столь плачевная благодаря наличию партийной элиты, очень недурно устроившейся.

Точные цифры тех, кто нуждался в жилье, скрывались или были лживыми. Только после перестройки стали печататься социологические исследования, согласно которым даже в 1990 г. 45 % городского населения страны остро нуждалось в жилье.

Красноречивым свидетельством жилищной проблемы служит «очередь на жилье», особые «списки на жилье», которые составлялись в райисполкоме. Чтобы человек (семья) попал в эти «списки», нужно было пройти бюрократические процедуры и доказать правомерность своих претензий на жилье. В Москве, например, нужно было прожить (иметь «прописку» в паспорте) не менее 10 лет, прежняя жилая площадь должна быть не больше 9 кв. метров на человека (с 80-х годов) и т. д. Если, к примеру, семья из трех человек располагала комнатой в общей квартире в 28 кв. метров, то она не имела права быть зачисленной в «списки» на жилье, и могла до конца своих дней продолжать жить в одной комнате.

Но если вам вдруг так повезло, что в райисполкоме внимательно рассмотрели все ваши документы и поставили «на очередь», т. е. внесли ваше имя в списки, то вам предстоит еще ждать не меньше 10–15 лет.

Естественно, пытаясь попасть в очередь на жилье, а затем ускорить сроки получения жилья и, наконец, по возможности увеличить его метраж, граждане были вынуждены прибегать к различным уловкам и хитростям, играя с законом. В ход шли самые разные средства: фиктивные браки, разводы, прописка на своей жилой площади дальних родственников или престарелых родителей из деревни, справки о беременности (и не только фальшивые), некоторые дипломы. Дело в том, что в те времена представители отдельных профессий (писатели, ученые, художники) пользовались государственными привилегиями и имели право на дополнительную жилую площадь. В ход шли не только документы, справки, свидетельства и т. п., но и, конечно, коррупция, взятки, использование личных связей и другие махинации.

Борьба за квадратные метры жилья, за право обладания ими (по возможности в крупном городе) была настолько ожесточенной, что иногда люди, откинув моральные принципы, не брезговали никакими средствами, вплоть до самых подлых. Есть многочисленные свидетельства, что во времена сталинского террора в 30-е годы на невинного человека могли сделать ложный донос в КГБ ради получения его жилья. Это не могло пройти бесследно и не отразиться на психическом здоровье нации, на сдвигах в ментальности.

Индивидуальное жилье в России в различные периоды имело разные формы. В 20-е годы, сразу после установления советской власти, над населением России был произведен колоссальный эксперимент: была введена новая форма жилья — коммунальные квартиры, или «коммуналки». Это название происходит от латинского communis (т. е. «общий») и близко по звучанию со словом «коммунизм» — генеральная цель, провозглашенная новой властью.

«Коммуналки» представляли собой в 30–50-е годы основную форму жилья в стране. Таким образом были достигнуты сразу несколько целей. Во-первых, с их помощью были реализованы пропагандистские обещания большевиков: изгнать из своих богатых квартир и унизить социально «вредных» людей (аристократов, ученых, врачей и т. п.), а на их место вселить всех нуждающихся, кто раньше жил в бедности, т. е. пролетарские и крестьянские слои населения страны. Строительство жилья до 1925 г. практически не велось, а богатых и больших квартир оказалось гораздо меньше, чем нуждающихся. Поэтому бывших хозяев квартир обычно загоняли в самые дальние и маленькие комнаты, а во все остальные селили по отдельной семье, иногда из нескольких человек. Это называлось «уплотнением».

Во-вторых, «коммуналки» — это был совершенно новый для России тип жилья со своими правилами и особой формой управления. В каждой квартире выбирался «старший по квартире», который имел власть: он составлял «свод правил», список тех, кто по очереди должен был произвести полную уборку квартиры — от мытья унитазов до натирания паркета в общем коридоре, и вывешивал его на всеобщее обозрение, следил за распорядком жизни, за чистотой, за своевременной оплатой коммунальных услуг и т. п. Следил за порядком, так сказать: в каждой квартире был свой маленький диктатор на бытовом уровне. Не нужно обладать богатым воображением, чтобы представить себе, как при желании «распоясывались» эти маленькие диктаторы…

В-третьих, «коммуналки» представляли собой совершенно специфическую форму общежития и общения людей. Они служили полигоном для введения нового образа жизни с его коллективизмом, для борьбы с мещанством. Традиционная русская семья была объявлена источником эгоизма и индивидуализма, угрозой для социалистического общества. В принципе, это был эксперимент по коллективизации образа жизни людей. Большинство людей земного шара даже не представляют себе, что это такое в реальности. Причиной тому «железный занавес», скудная информация в печати и литературе, нежелание обитателей «коммуналок» рассказывать об унизительных условиях жизни. Но поскольку за десятилетия через эту систему прошли миллионы россиян, она достойна описания.

Трудно себе представить, но на всех жителей одной коммунальной квартиры были только одна кухня, одна ванная комната и один туалет. Можно вообразить, какие драмы и баталии разыгрывались между семьями в борьбе, например, за место в туалете или за право принять душ не «по расписанию», а когда захотелось! Помыться, выстирать белье, отмыть чумазых после гуляния детей — целое событие, ритуал.

Это было мучительно не только потому, что при большом скоплении людей было мало места и приходилось во всем соблюдать очередь. Более мучительным было насильственное смешение разных, «несовпадающих» людей. Владение жильем в СССР никогда не было результатом выбора, потому что оно распределялось централизованно, волею чиновника из райисполкома. Поэтому под общей крышей могли жить «бывшие» дворяне и рабочие, студенты и пенсионеры, доктора наук и алкоголики — все они вынуждены были терпеть не всегда приятную, насильственную и антисанитарную близость.

Не забудем, что в «коммуналках» в каждой комнате селили по одной семье, которая с годами разрасталась. Проживание в тесной комнате целой семьей (иногда два, а то и три поколения) тоже не могло пройти бесследно для психического здоровья россиян. В тесной скученности, в противоестественной близости деформировались отношения между мужем и женой, между родителями и детьми, между подрастающими братьями и сестрами.

И наконец, «коммуналки» означали введение новой эстетики в человеческий быт. Был поставлен крест на таких понятиях, как «спальня», «кабинет», «столовая» и т. д. Такое разделение стало неактуальным в силу своей невозможности, а позднее даже несколько подзабылось. Есть такой анекдот, что в Россию приезжает иностранец и начинает со вкусом рассказывать о своей жизни: «Вот здесь у меня спальня, а тут кабинет, а там детская…» Русский слушал, слушал, ему стало скучно, и тогда он говорит: «Да ладно, успокойся, у нас все то же самое, только без перегородок».

В принципе, в «коммуналках» был важен не столько принцип эстетики, сколько принцип гигиены. Ушли в прошлое тяжелые бархатные занавеси, собирающие пыль, диваны с подушечками, тяжелая и громоздкая мебель, занимающая много места, — все это было объявлено буржуазным вкусом, мещанством. Теперь отдавалось предпочтение легкой, нейтральной мебели, которую легко чистить от пыли и грязи. Общие коридоры окрашивались в «практичный» цвет: например, темно-зеленый или коричневый.

«Гигиеническая мания» была настолько сильной, что еженедельно все места общественного пользования подвергались уборке, чистке и мытью с хлоркой — строго в соответствии со списком, составленным «старшим» по квартире. Никакие попытки уклониться от этой обязанности не оставались безнаказанными. Даже если кто-то был серьезно болен, он должен был совершить «гигиенический ритуал», а в случае невозможности был обязан найти людей, которые бы это сделали, например, за деньги.

В целом «коммуналки» передают набор базовых, наиболее устойчивых представлений о советских реалиях. Они включают в себя самые ранние (с 20-х годов) и самые устойчивые (сохранились до сих пор) черты советской жизни. Интересно, что в русском языке обозначение отдельного индивидуального жилья нуждается в пояснении: «отдельная квартира». Значит, по внутренней логике россиян более понятно и нормально состояние совместного проживания в одной квартире с чужими людьми. Возможность понять «советскую жизнь» изнутри достижима только с опытом жизни в «коммуналке».

И еще: «коммуналки» интересны тем, что внесли свой огромный вклад в создание современного русского национального характера.

С одной стороны, между соседями, которых никто не выбирает, часты скандалы, атмосфера ненависти, отсутствие границ между личной и общественной жизнью. Ведь даже у себя дома нельзя было расслабиться и «развязать» язык: рядом всегда есть чужие уши. В «коммуналке» соседи знают друг о друге все: что ешь, о чем думаешь, с кем спишь, а это дополнительно усугубляло атмосферу тотального контроля со стороны государства. Практика донесения на «врагов народа» ради получения жилплощади напоминает о себе угрозой: «Вот я на тебя напишу!» Разумеется, такая практика не могла не влиять на деформацию моральных принципов.

В целом можно согласиться с автором романа «Мастер и Маргарита»: действительно, россияне послеоктябрьского периода только похожи на прежних. Постоянная и ожесточенная борьба за «крышу над головой» деформировала русский культурный архетип, ухудшила его качество.

Но верно и то, что невозможно всю жизнь испытывать чувство ненависти, от нее устаешь… И тогда человек смиряется, учится терпению, жалости, вниманию к чужой беде… В «коммуналке» вместе справляют и праздники и похороны, отправляют в армию будущих солдат, воспитывают детей, помогают решать проблемы соседа…

Многие русские (почти все послевоенное поколение, старики) воспитаны в тесноте «коммуналок» и не представляют себе иного образа жизни. У них отсутствует привычка к самостоятельной, отдельной личной жизни. Они не выносят одиночества и иногда даже неспособны заснуть, если в комнате рядом никого нет. Поэтому не удивляйтесь, когда услышите от человека, который провел молодость в «коммуналке», что у него от этого времени остались хорошие воспоминания, а в своей отдельной квартире ему часто бывает тоскливо и одиноко…

Даже в сегодняшней России остались «коммуналки», хотя они и являются чистым порождением советского строя. Правда, сейчас изменился социальный состав жильцов: динамичные и сильные люди с высшим образованием или деловой хваткой там больше не живут, а покупают достойное жилье. Но на это не у всех есть деньги, а потому в Москве, например, в центре города «коммуналки» составляют 6 % жилого фонда, а в Петербурге, где жизненный уровень ниже, их гораздо больше.

В конце 50-х годов в России появились «хрущевки» — стандартные дешевые пятиэтажные дома, построенные в эпоху правления Н. Хрущева. В этих неказистых домах, образующих однообразные серые бетонные массивы в любом городе СССР, каждая семья уже имела маленькую, но отдельную квартиру — общей площадью в 25–30 кв. метров. Это был, конечно, не дворец, по наличие «отдельной» квартиры тогда воспринималось как знак престижа, успеха в жизни. Надо ли говорить о том, что частная жизнь, свободная от диктата соседей, произвела своеобразную революцию в умах россиян, привила им вкус к самостоятельности, независимости мнения — вплоть до нонконформизма и движения диссидентов. Именно с появлением «хрущевок» возник общерусский культурный феномен — «московские кухни», где под скромную закуску, но в дружеской атмосфере зародилась традиция свободного обмена мнениями, в том числе и критики советского строя, свободомыслия… Эти бедные квартирки были рассчитаны только на 50 лет, и сейчас их по мере возможности уничтожают, застраивая освободившиеся места новыми, высокими домами.

Сегодня в Москве и во многих крупных городах России ситуация резко изменилась. В последнее время появилось огромное количество улучшенного жилья, благоустроенных квартир, целых жилищных комплексов, коттеджей. Еще 10 лет назад государственное жилье составляло в РФ почти половину жилого фонда, а сейчас — только 6%11. 63 % россиян получили возможность покупать (а не получать «бесплатно») квартиры в зависимости от своих финансовых возможностей, желания и интересов. Колоссальное строительство жилья развернулось в Москве (построено 360 кв. метров в расчете на тысячу человек), еще более внушительное в Астрахани (718), Белгороде (632), в сибирской Тюмени (500) и во многих других городах России, которые до сих пор не входили в число крупнейших.[10]

Но, к сожалению, новое жилье сегодня могут себе позволить только очень обеспеченные люди, занимающиеся бизнесом. Ежемесячно только в Москве покупают от 2 до 8 тысяч квартир. Однако это под силу только богатым: ведь средняя стоимость 1 кв. метра — более 1000 долларов. Цены на жилье в Москве иногда превышают цены в развитых европейских странах. Большинство покупателей — это руководители и ведущие специалисты коммерческих структур.

Несмотря на гигантское строительство, жилищная проблема не решена полностью и поныне. В 2001 г. в Нью-Йорке состоялась специальная сессия ООН по проблемам урбанизации, где рассматривались перспективы развития крупнейших городов мира. По данным этой сессии, сейчас на одного человека в России приходится 18,9 кв. метров жилплощади. В России такой показатель считается «нормальным», но по международным стандартам жизненного уровня это чрезвычайно мало. В докладе комиссии ООН содержалась констатация факта: «Население России живет очень тесно».[11]

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ГЛАВА XI. Европейничанье - болезнь русской жизни Неполное здоровье России. — Необходимость петровского преобразования.Отношение Петра к России. — Две стороны его деятельности. — Европейничанье и три его формы. — Искажение формы быта. — Вред для искусства; для ваяния. — Для живописи. — Для архитектур

Из книги Россия и Европа автора Данилевский Николай Яковлевич


ГЛАВА XVI. Борьба Закон сохранения запаса исторических сил. — Правило русской политики. Россия не заинтересована в системе равновесия. — Равновесие вредно для России, а нарушение выгодно. — Отношения России к главнейшим представителям европейского могущества. — К Англии. — К Франции. — К Пруссии. —

Из книги История мировой и отечественной культуры автора Константинова С В


30. Наука и грамотность в России в XVI в. Появление в России книгопечатания

Из книги Этика автора Зубанова Светлана Геннадиевна

30. Наука и грамотность в России в XVI в. Появление в России книгопечатания В этот период на Руси развивается грамотность. Знание письма и счета требовалось во многих отраслях деятельности. Берестяные грамоты Новгорода и других центров, различные памятники письменности


55. Проблема эвтаназии

Из книги Исторические байки автора Налбандян Карен Эдуардович

55. Проблема эвтаназии Термин «эвтаназия» происходит от двух древнегреческих слов: thanatos – «смерть» и eu – «хорошо», что переводится буквально как «добрая, хорошая смерть». В современном понимании этот термин означает сознательное действие либо отказ от действий, которые


6. Проблема выбора

Из книги Избранные труды. Теория и история культуры автора Кнабе Георгий Степанович

6. Проблема выбора Торотраст. Рентген-контрастное вещество на базе тория. Несмотря на то, что применялся в 30-50ых годах, до сих пор упоминается в медицинской литературе.Пототму как после введения оседает в печени, селезёнке, костях и начинает облучать. А альфа-излучение –


4. Язык как проблема России

Из книги Дневник дерзаний и тревог автора Киле Петр

4. Язык как проблема России Вот тут мы переходим к очень важному для Шпета моменту — к проблеме языка. Он писал: «Язык, в полном материальном разнообразии своего развития, тесно связан с образованием “национального духа”»[1101]. Попробуем провести параллель с западной


Трансцендентальное как проблема

Из книги И время и место [Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата] автора Коллектив авторов

Трансцендентальное как проблема …эстетический опыт нацелен на то, чтобы сделать потерянность постоянной. Дж. Ваттимо[530] Написанная в январе — марте 1970 года, разошедшаяся в самиздатских перепечатках и «тамиздатских» публикациях, заученная некоторыми читателями


1. Проблема

Из книги Библия без цензуры [Ключ к самым загадочным текстам Ветхого Завета] автора Томпсон Алден


7.4. Советский период развития культуры России. Современная социокультурная ситуация в России

Из книги автора

7.4. Советский период развития культуры России. Современная социокультурная ситуация в России Ситуация осмысления самобытности отечественной культуры, ее несводимости ни к западной, ни к восточной моделям развития усугубилась после Октябрьской революции 1917 года –