§ 7. Отношение к власти и чувство государственности

§ 7. Отношение к власти и чувство государственности

«Коли порядка нет, так и за столом с пустой ложкой останешься»

«Все хотят порядка, да разума нехватка»

Русские народные поговорки

Для русского архетипа характерен страх перед государством на генетическом уровне, добровольное подчинение ему. С древнейших времен государство осознавалось россиянами как царь и Бог, как верховный судья и в то же время — как защитник и покровитель. Почему так сложилось? Есть мнение, что русские никогда не были просто нацией, а всегда —  «сверхнацией», суперэтносом, как бы «протканной основой многонационального ковра»[50] — очень редкое этническое явление. Этнические корни русских смешаны со славянскими, финскими, тюркскими и бог знает еще какими племенами. Значит, российское государство никогда не было чисто национальным. Ведь не случайно среди русских царей и в государственном аппарате России всегда было очень много иноземцев. Только государственная власть обеспечивала сохранение единства и целостности такой огромной страны. Так что русские — это результат, а не исток процесса. Изначально для них была более важной государственная, а не национальная идея, исторически их сознание складывалось как государственническое. Например, даже в новые времена (в советскую эпоху) 80 % русских воспринимали и называли себя «советские», т. е. не по национальности, а по признаку государственной системы. Неудивительно, что в русской культуре государственная власть фетишизировалась, наделялась особой силой.

Многие задаются вопросом: «Как и почему в России развилось такое сильное государство? Почему так сильна его власть над человеком?» Приблизиться к ответу на этот вопрос можно, анализируя исторические факты.

Важно отметить, что большую часть своей истории Россия жила в ситуации осажденной крепости. По подсчетам историка С. Соловьева, в период с 800-го по 1237 год каждые четыре года Русь подвергалась военным нападениям; с 1240-го по 1462 годы насчитывается 200 нашествий (!) врагов; с 1368-го по 1893 год (т. е. за 525 лет) было 329 лет войны! В целом за всю историю России на каждые два года войны приходится один год мира![51] Трудно назвать другую страну, пережившую подобный опыт: России постоянно приходилось отстаивать свою независимость и суверенитет. Как говорил философ Иван Ильин (1882–1954), «Из века в век наша забота была не о том, как лучше устроиться или как легче прожить; но лишь о том, чтобы как-нибудь вообще прожить, продержаться, выйти из очередной беды, одолеть очередную опасность; не как справедливость и счастье добыть, а как врага или несчастье избыть…»

Особенности истории России сказались на формах ее государственности: значительно укрепилась функция мобилизации и защиты внешних границ. Но не сразу, а постепенно. Так, в Древней Руси князья не имели самодержавной власти. Отношения в обществе были очень демократичными. Власть древнего князя была делегирована ему на определенных условиях. Между князьями и дружиной существовали демократические отношения: князь был «первый среди равных». Ему полагалось быть по-отечески строгим и справедливым.

Значит, уже с древних времен в сознании русского народа присутствовал идеал строгой, но справедливой власти. И если князь нарушал эти условия, то его осуждали, отказывались от него. Вот, например, князь Андрей Боголюбский в XII веке захотел править «самовластно», но был убит в результате боярского заговора. Поэтому не стоит однозначно утверждать, что «самодержавие всегда было присуще русскому народу».

Идея верховной власти появилась и постепенно окрепла на Руси под влиянием нашествия татаро-монголов. Несколько веков на Руси правили монгольские ханы. Русские князья сохранили при них свою власть и свободу действий внутри страны. Но великий князь теперь не выбирался, а назначался ханом. Очень важный психологический фактор: русский князь должен был оказывать хану свое почтение в таких формах, которые по русским меркам были для них унизительны. И власть ханов не была ограничена ничем, она имела абсолютно деспотический характер. С этого времени (XIII–XIV века) княжеская власть стала приобретать монархические черты, а идея равенства между князем и его дружиной ушла в прошлое. Исчезло из русского обихода даже само слово «дружина», а вместо него стало употребляться слово «двор», как в Европе. В такой модели правления князья, несомненно, ориентировались на своих восточных завоевателей.

Со временем такой принцип правления стал все глубже проникать в политическую культуру на Руси, стала традиционной полная зависимость всех подданных от воли и прихоти князя. В соответствии с этой моделью постепенно преобразовались все отношения между господином и зависимым от него человеком. Так, в Московском государстве возник принцип власти, которая сама порождает право, находится вне права и над ним. Постепенно эта власть приобрела сакральный характер. Как отмечал религиозный философ П. Флоренский, «в сознании русского народа самодержавная власть — это не юридическое право, не условность, а милость Божия». То есть царская власть воспринималась не как правовое, а как религиозное понятие.

С падением Византии в XV веке московских князей стали называть «царь» (от римского «кесарь»), а в 1547 г. Иван Грозный венчался на царство. Слово «царь» стало официальным, и это был не титул, а скорее — божественное имя, с мистическим смыслом. «Воля царя — воля Бога». Царь — это «наместник Бога на земле», и власть его беспредельна, что давало возможность творить полный произвол, как, например, в царствование Ивана Грозного. А с 1649 г. в Соборном Уложении личность царя прямо отождествляется с государством. Сакрализация монарха (а вместе с ним и идеи государства) еще более усиливается при Петре Великом, когда на него возлагаются и функции патриарха. Начиная с XVIII века, все события в жизни императора и его семьи отмечаются всем народом как религиозные праздники — при самой активной поддержке православной церкви.

Итак, самодержавие возникло в России в определенных исторических условиях и на каком-то этапе стало отождествляться в сознании граждан с государством. Государственная власть традиционно оставалась всегда очень сильной. И, как показывает история России, с каждым критическим периодом, пережитым ее народом, она становилась все сильнее. В течение нескольких веков она было важнейшим компонентом русской культуры, что оказало влияние на русскую ментальность. Так, государственная власть всегда представлялась народу как единственная защита от врагов, гарант порядка и безопасности в обществе. Отношения власти и населения по традиции понимались как патриархально-семейные: «царь-батюшка» — глава «русского рода», и «дети государевы» (народ), обязанные исполнять все его приказы, иначе род погибнет. Царь хоть и грозен, но справедлив, и эта вера прочно въелась в народное сознание. А все народные беды идут от чиновников, которые обманывают государя и искажают его волю.

Такая зависимость веками приучала к мысли: жизнь человека зависит не от закона, а «от воли царя», и чтобы «найти правду», надо идти «на поклон царю». Но чаще в реальности убеждались: «До Бога высоко, до царя — далеко», надо терпеть.

Традиционно власть в России держалась на страхе: простой народ боялся городового (полицейского), городовой — градоначальника, тот — губернатора, тот — шефа своего департамента и т. д. по восходящей к царю. В народном сознании (а оно отражает архетип) власть всегда связывалась с «барином» (господином): «Вот приедет барин, барин нас рассудит…», т. е. защиту от беды и несправедливости можно найти только в конкретном человеке, облеченном властью, а вовсе не в букве закона.

Принципиально, на наш взгляд, такое отношение к власти не изменилось и в советское время: «Правит не закон, а конкретные люди». В эпоху Советов параллельно закону существовали «решения Коммунистической партии и правительства», «постановления ЦК КПСС» — более важные, чем законы и Конституция. Под влиянием такой практики из поколения в поколение в народе вырабатывалось стремление обойти закон, чтобы решить самые насущные жизненные проблемы. Более того, традиционный страх перед любым представителем власти достиг своего апогея именно в советский период. Конечно, это развивало в людях такие черты характера, как пассивность, скрытность, подозрительность, неуважение к закону и готовность обойти его.

Если, как говорится, «Закон — что дышло, куда повернешь, туда и вышло», то выход из любой ситуации можно найти и не обращаясь к закону, а просто воздействуя на нужных людей. Те, кто попроще — использовал рычаги взятки, а те, кто был обличен властью, располагал особым «телефонным правом»: чтобы повернуть любые обстоятельства в нужном направлении, достаточно было из «высокого кабинета» сделать распоряжение по телефону с формулировкой «есть мнение»…

Показательно, что подобное отношение к закону и власти сохранилось и в сознании современных россиян. Как в старые времена люди боялись городового, так и сегодня российский гражданин не доверяет и боится милиции. И в современной России существует иная модель отношений личности и государства, чем в Западной Европе, Там государство выступает гарантом личности в ее отношениях с обществом. Российская же модель отношений ориентирована на общество, а не на личность. В этом смысле Россия тяготеет, скорее, к восточной, чем к западной цивилизации.

Однако только на этом основании еще не стоит делать вывода о склонности россиян к тоталитарному обществу. Они, скорее, считают идеальным такое государство, которое заботилось бы об интересах «народа», а не только госаппарата. Помимо чисто «силовых» функций оно должно заниматься и социальными функциями, устройством жизни отдельного человека.

Патриархальный тип отношений (который веками закреплялся в русском архетипе) требует, чтобы к государству относились не только со страхом, но и имели право предъявлять свои требования, как сын предъявляет свои к отцу: можно требовать от государства справедливости, помощи, защиты, компенсации утерянного, ничего не давая взамен. Именно на таких настроениях в России сейчас возникают волны манифестаций: люди требуют своей зарплаты, наведения порядка, борьбы с преступностью, ремонта отопительной системы, протестуют против закрытия шахт или популярного телеканала и проч., размахивая флагами перед государственными учреждениями в Москве. Политическая наивность и потребительское отношение к государству мешают им понять, что справедливости нужно искать не здесь, а совсем в других местах, и предъявлять счет лучше не ослабленному государству, а конкретным людям, творящим беззаконие. Но культурная историческая традиция жива и поныне.

По мнению аналитиков,[52] большинство россиян (55,6 %) представляют себе модель современного общества в виде пирамиды, в основании которой население страны, сверху — политическая и экономическая элита страны, а венчает ее «патриарх», царь, Генеральный секретарь компартии или Президент. Пирамида — самая устойчивая конструкция. Традиционная модель такого общества буквально усвоена русскими с молоком матери. Но вот что интересно: треть более молодых современных россиян видят современное общество как два почти не связанных между собой объема, из которых маленький — это «новые богатые», а большой — все население страны. Безусловно, такая конструкция не обладает устойчивостью.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

2. Чувство незащищенности

Из книги Ужасы на Западе автора Делюмо Жан

2. Чувство незащищенности Приведенные факты помогают понять причины насилия в Европе XII–XVIII вв. и позднее, вызванные идеей тысячелетнего царства Божия. Кто они, эти бедняки и пастухи, неоднократно поднимавшие кровавые восстания с 1096 по 1320 год? Анализ такого понятия, как


Чувство и мысль

Из книги Про трех китов и про многое другое автора Кабалевский Дмитрий Борисович

Чувство и мысль Каждый человек по-своему переживает радость и печаль, бодрость и усталость, восторг и отчаяние, любовь и ненависть, гнев и нежность. Но эти чувства одинаково доступны и понятны всем людям. Чувства эти, воплощенные в музыке, и лежат в основе того


Чувство истории

Из книги Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения автора Маслов Алексей Александрович

Чувство истории Одна из самых характерных черт китайского характера – ощущение древности своей истории, своей культуры и цивилизации. Именно это дает китайскому населению некое внутреннее преимущество над другими нациями. Чувство истории очень важно для китайцев, и


§ 4. Чувство юмора

Из книги Русские [стереотипы поведения, традиции, ментальность] автора Сергеева Алла Васильевна

§ 4. Чувство юмора «Кто как хочет, тот так и хохочет» Русская народная пословица Существует ли в юморе национальный стиль? Прежде чем однозначно ответить на этот вопрос, обратим внимание на существование интернационального юмора, т. е. определенных шуток и видов юмора,


МЫСЛЬ и ЧУВСТВО

Из книги Жизнь драмы автора Бентли Эрик

МЫСЛЬ и ЧУВСТВО Пожалуй, нет другого такого вопроса, который был бы в такой же мере затуманен предрассудками, как вопрос о мысли (интеллекте, идеях) в драме. В основе этих предрассудков лежит современная тенденция разделять мысль и чувство, стремиться к чему-либо одному


Глава I. Соборность, начало и крах государственности

Из книги Россия: критика исторического опыта. Том1 автора Ахиезер Александр Самойлович

Глава I. Соборность, начало и крах государственности Как возникло государство Догосударственное общество, которое можно рассматривать как множество локальных миров, испытывало возрастающее дискомфортное состояние из-за усложнения жизни, внешних конфликтов, роста


Никифорова Л.В. Александровская слобода и наследие российской государственности

Из книги Культурогенез и культурное наследие автора Коллектив авторов

Никифорова Л.В. Александровская слобода и наследие российской государственности Александровская слобода расположена на пути из Москвы в Переславль, в 40 км от Троице-Сергиевского монастыря. Эти земли издавна принадлежали московским князьям, а в начале XVI столетия здесь