Под каблуком

Под каблуком

Высокие и низкие, толстые и тонкие, вот уже четыреста лет они маршируют сквозь века, страны и континенты.

Главная задача всякого каблука приподнять персону над действительностью и над массой. Знак высшего превосходства, каблук уже издали показывает статус владельца и уровень его притязаний. В конце концов, именно каблучок хрустального башмачка помог простушке Золушке стать принцессой.

Никто никогда не сможет сказать, хорошо это или плохо — носить каблуки. Правда, за их ношение во времена революционного террора многие французские маркизы поплатились головой. Только хотя число маркизов сократилось, но натертых обувью мозолей все равно стало больше. Выходит, все же победили каблуки. Так что признаем — не каблуки делают нас прекрасными, а умение их носить. Разумеется, в наше время это касается главным образом женщин. Сам факт существования десяти, двенадцати или пятнадцати сантиметров каблуков еще не сделает из вас аристократическую львицу высшего света. Остается, конечно, полусвет, дорога туда широкая, но вход заказан всем тем, кто еще теплит в своем разуме воспоминание о хорошем вкусе. Иными словами: вульгарность так же требует каблуков, как и «бон тон».

Первую попытку создать каблук предприняли крестоносцы в конце XIV века. Они привезли в Европу из Палестины деревянные подставки вроде тех, что носят на раскаленном мраморном полу турецких бань. Каблуки же, собственно, появились лишь в XVI веке, около 1550 года. Теперь считают, что их придумали испанцы, а именно мастера из Кордовы, поэтому по-французски сапожников и именуют «кордонье». Вот эта, казалось бы, невинная затея вычурного андалузского разума портит уже почти четыре столетия кровь, полы, ковры и сами ступни многим поколениям добросовестно следующих за модой дам. Такой вот модницей была, например, королева Англии Елизавета, которую теперь модно изображать в кино. Так вот, эта королева уже пользовалась, правда, невысокими, но все же каблуками. Конечно, тогда еще не было ни каблуков из оргстекла, ни с лампочками внутри, ни с аквариумными рыбками (бедные рыбки, должно быть, чувствуют себя, как в коктейльном шейкере).

Конструкция каблука разработана еще в XVII веке. Главными фасонами были скошенные внутрь (наподобие ковбойских сапог) и «французские», то есть с «талией» посерединке, походящие на катушку. Эпоха рококо перенесла каблук ближе к центру туфельки, создавая тем самым оптический эффект миниатюрной ножки. Каблучный триумф так бы и длился бесконечно, если бы не революция в Париже. Всеобщее равенство и братство предложило модникам-аристократам ходить по земле без каблуков, как все. Плоские туфли на завязках продержались довольно долго — почти полвека, до 1840-х годов.

Эмансипация женщин и связанное с этим их вовлечение в трудовую деятельность на благо общества начались во время Первой мировой войны. Дамы остригли волосы, укоротили юбки, сняли корсеты и надели высокие замшевые сапожки на шнуровке и с высоким каблуком-рюмочкой, который является просто-напросто перепевом старого «французского». Чарльстон и джаз, брызги шампанского в открытых автомобилях и всякая другая «шикарная» жизнь эпохи, породившей целый калейдоскоп персонажей от Великого Гетсби до Эллочки Людоедки, дали миру каблуки, украшенные стразами и блестками.

Диор со своим «new look» ввел в моду изящные туфли на высоком каблучке. Их окрестили «хоть стой, хоть падай», и они попортили много паркетных полов во всех музеях мира.

Перелом в каблучной истории произошел в эпоху «Битлз», когда на Карнаби-стрит в Лондоне придумали широкие квадратные каблуки для девушек, танцевавших твист. Затем — ретро 1970-х годов, когда вернулись каблуки в стиле ар-деко. Потом — долгий период плоской черной обуви японских дизайнеров. Ренессанс каблуков, пришедший вновь из Лондона, приходится на самый конец 1980-х годов. Затем — гранж с буквальным нашествием бескаблучных платформ (в третий раз) и нео-диско со всем разнообразием фантастически тонких и высоких каблуков вроде тех, что делал Аззедин Алайя в виде двух скрещенных дамских ножек или Пако Рабанн — из прозрачного винила.

Теперь каблуками вновь пугают англичане — то Вивьен Вествуд чем-то зажигательным, то Джон Гальяно — чем-то декадентским. Отпор врагам дали Аделин Андре в Париже своими каблуками в виде куриного яйца и Жозефус Тимистер — в виде штопора. Но, на мой взгляд, есть еще целый ряд кухонных принадлежностей и просто продуктов питания, формы которых годятся для этой цели, — куриная ножка, столовая вилка или… мобильный телефончик.

В наступившем тысячелетии каблуки отпадут под натиском кроссовок и другой формованной обуви. Но воспоминание о них останется еще надолго жить в наших сердцах.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >