ФАЛЬК Роберт Рафаилович

ФАЛЬК Роберт Рафаилович

15(27).10.1886 – 1.10.1958

Художник. Занимался в школах-студиях К. Юона и И. Машкова (1904–1905), а также в Училище живописи, ваяния и зодчества (1905–1909), где особое влияние на него оказали В. Серов и К. Коровин. Участник выставок журнала «Золотое руно» и объединения «Бубновый валет». Автор работ «Московский дворик» (1912), «Церковь Ильи Обыденного» (1912), «Дама в красном» (1918), «Обнаженная в кресле» (1922).

«Работы Фалька не вызывали к себе такого страстного отношения, как произведения его друзей и единомышленников. Они не возбуждали ни восторгов, ни критических замечаний, кипевших и бурливших около картин других основателей „Бубнового валета“.

По природе замкнутый, скованный какими-то внутренними тайнами от посторонних переживаний, Р. Р. Фальк среди других сверстников по выставочной организации казался„не от мира сего“, но он был ближе всех к классике. И в его искусстве чувствовалась тяга к раздумьям» (В. Лобанов. Кануны).

«На первой же выставке „Бубнового валета“ у Фалька купили картину, кажется, за 300 рублей. Сумма по тем временам немаленькая, но и не столь велика, чтобы путешествовать с полным комфортом. Фальк поехал в Италию. Прошел ее пешком, обедал в придорожных трактирах (тратториях), ночевал в дешевых постоялых дворах (альберго). …В Италии он ничего не писал, не рисовал, просто наслаждался свободным своим странствием по прекрасным городам, бродил по улицам и переулкам, вдоль каналов, по берегам рек, по голубым холмам. Даже музеи его привлекали менее, чем живая жизнь среди веселого, доброго народа. …Интересно, что мастеров Высокого Возрождения он словно бы, по его словам, там не заметил. Привлек его внимание Джотто своей тяжеловатой простотой и наивностью (ведь это было время бубнововалетских вкусов Фалька). Огромное впечатление произвели мозаики Равенны, и оно осталось у него на всю жизнь, он сам стремился к „драгоценной“ живописи и ценил художников, обладающих тайной сияющего цвета: Сезанна, Руо» (А. Щекин-Кротова. Становление художника).

«Странный это был человек. Впрочем, эпитет „странный“ я выбрал неподходящий и малоубедительный, потому что к кому только он ни приложим, особенно среди племени живописцев, и лишь теперь, чуть ли не четверть века после его кончины, я более выпукло ощущаю в нем те черты, которые это прилагательное продиктовало.

Вспоминаю, что были у него две излюбленные темы, которые он изо дня в день развивал перед своим слушателем, кем бы тот ни был. Первая вызывалась его непреходящей уязвленностью, его обидой на все и всех, на того, кто с ним сидел, и заодно и на его соседа, за то, что он, в Москве такой, мол, прославленный и знаменитый художник, ученик самого Серова, профессор Вхутемаса, здесь очутился чуть ли не у разбитого корыта. В колыбели и кормилице художников никто на него не обращает должного внимания, и свою художественную карьеру он должен начинать с нуля. Для чего же нужно было ему прилагать невероятные усилия, чтобы с превеликим трудом исхлопотать десятилетнюю „творческую командировку“ для изучения французского искусства?

Закончив эту часть своей огненной речи, он – и это опять-таки было изо дня в день – переходил на изъявления любви к Парижу. Он рассказывал о том, как много путешествовал, как когда-то, за отсутствием „разменной монеты“, пешком исходил пол-Италии – Тоскану с Умбрией, Венецию с Римом, но более прекрасного города, чем Париж, нигде не приметил. При этом он неизменно добавлял, что Париж в этом отношении сравним с одним только Петербургом, и он не знает, кому отдать предпочтение, и свой панегирик всегда заканчивал словами: „Оба лучше“.

Любопытно, что ему нравилась не столько французская столица в целом, сколько каждый парижский округ, взятый „сам по себе“, и он настаивал на том, что ни один из них не похож на соседний, что в каждом своя особенная душа и своя жизнь. Этим и объясняется, что за время своего пребывания в Париже он переменил чуть ли не полтора десятка обиталищ, причем каждое из них находилось в другой части города.

Он поистине боготворил Сезанна, а из своих современников, кажется, питал глубокое уважение к одному только Сутину, что, по его же словам, по-видимому, не было взаимным. Но, как известно, Сутин в каком-то смысле был медведем и скуп на комплименты, а Фальк любил профессорским тоном – педагогические навыки не мог изжить – объяснять своим слушателям, вероятно и Сутину, в чем величие Сезанна, словно он открыл в нем что-то, о чем его собеседники не могли и подозревать, что лучше сезанновского „Мальчика в красном жилете“ он ни одной картины не видал, и при этом добавлял, что сверкание сезанновских красок только показывает, в каком болезненном состоянии находится современное искусство.

Фальк рассказывал, что специально ездил в Прованс, чтобы присмотреться к тому пейзажу, который прельщал его кумира, увидеть своими глазами прозрачность того света, который на своих полотнах сумел передать Сезанн, но со скорбью в голосе признавался, что специфический свет и аромат Прованса, как он ни старался, ему передать не удалось.

Фальк, который начинал свою художественную карьеру, примкнув к группе „Бубнового валета“, в зрелые годы всячески отрекался от каких-либо крайностей в искусстве, от абстрактной живописи, уверяя, что все эти модные „наваждения“ в лучшем случае ведут к случайной даче, но исповедующие эти теории художники остаются глухими к цвету. Я вспоминаю, как при мне он однажды чуть не рассвирепел, когда кто-то, возражая ему, назвал его представителем изобразительного искусства. С не свойственной ему резкостью он оборвал своего собеседника, прошипев: „Я ничего не изображаю, я творю“…» (А. Бахрах. Роберт Фальк).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Роберт Шуман 1810—1856

Из книги Всякие диковины про Баха и Бетховена автора Иссерлис Стивен

Роберт Шуман 1810—1856 Роберт Шуман всегда был одним из моих героев. Я его обожаю! Я люблю его музыку, люблю его писания, его характер. Но жить с ним в одном доме я бы ни за что не согласился. Шуман был невозможным человеком! Он никогда не пребывал в нормальном состоянии: он был


БУЛВЕР-ЛИТТОН Роберт

Из книги Книга лидера в афоризмах автора Кондрашов Анатолий Павлович

БУЛВЕР-ЛИТТОН Роберт Эдуард Роберт Булвер-Литтон (1831–1891) – английский государственный деятель и поэт, вице-король и генерал-губернатор Индии (1876–1880). Шанс предоставляется всем, но способность извлечь из него пользу – дар немногих. Если желаете, чтобы вас любили,


СТИВЕНСОН Роберт

Из книги Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура XX века. автора Коллектив авторов

СТИВЕНСОН Роберт Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894) – английский писатель. Быть тем, что мы есть, и стать тем, чем мы способны стать, – в этом единственная цель жизни. Если человек любит повседневный труд своей профессии, не стремясь ни к успеху, ни к славе, – это значит, что


Раушенберг (Rauschenberg) Роберт (p. 1925)

Из книги Путеводитель по картинной галерее Императорского Эрмитажа автора Бенуа Александр Николаевич

Раушенберг (Rauschenberg) Роберт (p. 1925) Американский художник, один из главных создателей поп-арта в Америке. В 1946-47 гг. изучал живопись в Институте искусств в Канзас Сити, в 1947 г. посещал Академию Julian в Париже, в 1948-49 гг. изучал живопись в Северной Каролине и закончил


Гуке, Роберт

Из книги 100 великих археологических открытий автора Низовский Андрей Юрьевич

Гуке, Роберт Интересной картинкой, во многих отношениях более убедительной, нежели официальные изображения ван дер Мейлена, является “Штурм крепости” Роберта Гуке (1622 — 1655), на которой превосходно передан бешеный ночной приступ. Заключительные, довольно жалкие слова о


ФАЛЬК РОБЕРТ (РОМАН) РАФАИЛОВИЧ (род. 27.10.1886 г. – ум. 1.10.1958 г.)

Из книги Антисемитизм: концептуальная ненависть автора Альтман Илья

ФАЛЬК РОБЕРТ (РОМАН) РАФАИЛОВИЧ (род. 27.10.1886 г. – ум. 1.10.1958 г.) Известный русский живописец, график и театральный художник. Профессор живописи Высшей художественной школы (1918–1928 гг.). Существует мнение, что талант – это не просто тяжкое бремя, а наказание, и трудность


Роберт Бёртон

Из книги Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XIX–XX веков. Том 2. К-Р автора Фокин Павел Евгеньевич

Роберт Бёртон (1577–1640) теолог ... Если есть ад на земле, то он в сердце меланхолика. ... Плачущая женщина вызывает не больше жалости, чем хромающий гусь. ... Каждая ворона считает своего птенца самым прекрасным на свете. ... От неба все места далеки одинаково. ... Берегись


Чарльз Роберт Дарвин

Из книги Законы успеха автора Кондрашов Анатолий Павлович

Чарльз Роберт Дарвин (1809–1882) ученый, создатель эволюционной теории видов ... Способность краснеть – самое характерное и самое человеческое из всех человеческих свойств. ... Разговоры о славе, чести, удовольствии и богатстве грязны по сравнению с любовью. ... Самую сильную


Роберт Льюис Балфур Стивенсон

Из книги автора

Роберт Льюис Балфур Стивенсон (1850–1894) писатель ... Брак – это долгий разговор, прерываемый спорами. ... Мир скучен для скучных людей. ... Самые чужие – это те чужеземцы, что живут среди нас. ... Быть может, судьба более благосклонна к тому, кто любит собирать ракушки, чем к тому,


Браунинг Роберт

Из книги автора

Браунинг Роберт Роберт Браунинг (1812–1889) – английский поэт. • Невежество – это не невинность, а грех. • Предел возможностей человека должен быть превзойден, иначе для чего нужны небеса? • Ты хочешь, чтобы твои песни не умерли? Пой о сердце


Булвер-Литтон Роберт

Из книги автора

Булвер-Литтон Роберт Эдуард Роберт Булвер-Литтон (1831–1891) – английский государственный деятель и поэт, вице-король и генерал-губернатор Индии (1876–1880). • Шанс предоставляется всем, но способность извлечь из него пользу – дар немногих. • Если желаете, чтобы вас любили,


Стивенсон Роберт

Из книги автора

Стивенсон Роберт Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894) – английский писатель. • Быть тем, что мы есть, и стать тем, чем мы способны стать, – в этом единственная цель жизни. • Если человек любит повседневный труд своей профессии, не стремясь ни к успеху, ни к славе, – это значит,