Испытание за испытанием

Испытание за испытанием

Некий горец одного из аулов нынешнего Чародинского района за убийство человека сидел в темир-хан-шуринской тюрьме. Его дочь собралась выйти замуж за односельчанина, требовалось благословение родителя. За этим благословением, надев новые чарыки и взвалив на плечи хурджун с едой, отправился в областной центр брат девушки Осман. Ему дали свидание с отцом, а тот, узнав, по какой причине явился сын, приказал: «Я не молод и не знаю, сколько мне сидеть в тюрьме за проклятое убийство. Поэтому, пока не перезрел плод, отдай сестру замуж, если человек, который просит ее руки, достойный горец. А я думаю, что он достойный, хотя бы потому, что берет в жены дочь убийцы».

Рассказав о новостях в ауле, кто умер, кто родился и о многом другом, послушав и рассказы отца о тюремной жизни, Осман так же пешочком двинулся в обратную дорогу. Когда он с доброй вестью подошел к окраине села, его, как громом, поразила пренеприятнейшая новость. Оказалось, пока Осман шел в Темир-Хан-Шуру, а там делал рушбет чиновникам, пока возвращался домой, сестра перебралась к своему возлюбленному.

Осман какое-то время сидел как окаменевший. Сердце жгли тысячи чертей, но он нашел в себе силы снова отправиться к отцу за советом. Тот был краток:

– Поступай, как велит адат!

Сын так и сделал: убил сестру вместе с похитителем. Османа сослали. Но вот горе: жена не собирается ехать с ним, родители уперлись, не пускают.

Осман забрал 13-летнюю дочь Залму и оказался в Сибири. Там она вышла замуж за Али, земляка отца, которого за что-то также отправили в не известный доселе край.

Потороплю события. У Али и Залму родилась красавица дочь Салихат. Ей исполнилось 13 лет, когда родители возвратились в Дагестан. Они не поехали в Чароду, а поселились в такой глуши, как Арыхкент.

Однажды, когда Салихат с матерью ходила за покупками на дженгутайский базар, она обратила на себя внимание всех собравшихся. Странно было им видеть двух горянок, говорящих на русском языке, одетых ярко и чисто, ведущих себя с достоинством, притом поддерживающих разговор с тем, кто бы с ними ни заговорил.

Не успели мать и дочь вернуться с покупками домой, как к их сакле прискакал гонец с известием, что такой-то молодой дженгутаец, имеющий немало богатств и скота, да в придачу дом и сад, предлагает прелестной Салихат свою руку.

Залму рассудила следующим образом. Дочери 13 лет, значит, уже на выданье. Достойной ей партии здесь как будто нет. Сватает же человек состоятельный. Может, повезет?

Но была одна закавыка. Дочь, единственный ребенок, своенравна. Перечить ей Залму не в состоянии. Салихат же загадочно молчала. Будто воды в рот набрав, не говорила ни да, ни нет, пока из Дженгутая не прибыла арба с подарками. Следовало действовать. Женщины отправились на базар, где им в толпе собравшихся показали человека, домогающегося руки Салихат.

Все бы ничего, но одно смутило девушку, и она тут же на базаре вынесла свой вердикт: «Ни за что!» Причина отказа выйти замуж оказалась проще простого: предполагаемый жених был обут в… чарыки.

Подарки возвратили, и не успели затихнуть пересуды вокруг этой истории, как объявился новый жених. Руки юной капризницы просил 23-летний Магомед, владевший скотиной, мельницей, огородом и домом в нижней части Арыхкента. И хотя Магомед также носил чарыки, но он понравился Салихат, и бракосочетание произошло.

Три года прошли как один день, только вот детей не было. «Кто-то напустил на твою дочь порчу, посмотри, как она похудела, на ней лица нет. Не будет Салихат счастья с Магомедом». И так день за днем долбили Залму соседки, будто у них не было других забот. Наконец, добились того, что Залму пристала к дочери: «Собирайся к бегаулу в Аркас, надо разводиться!». Как ни противилась Салихат, мать заставила-таки ее явиться к бегаулу Раджабу и изложить суть дела.

– Не могу ослушаться родителей, – объявила она мужу.

Вернулись в Арыхкент. Дом Салихат маячил наверху, а Магомеда – в нижней части села. Как увидит он саклю любимой, кровью сердце обливается. Прекрасный образ день и ночь преследовал его. Попросил зелья у знахарки. Та посоветовала: «Ходи какое-то время на кладбище и молись. Тоску к Салихат как рукой снимет». Послушался, три месяца регулярно ходил, не помогло. Не найдя выхода, Магомед в отчаянии собрался и в одночасье покинул аул.

Тем временем житель Аркаса Халит, состоятельный человек, упросил бегаула Раджаба отправиться в Арыхкент и сказать Залму, что он желает обручиться с ее дочерью. А Раджаб, не будь дурак, отправился в Арыхкент и сам начал свататься к красавице. Его не смущало то, что у него от первой жены имелся сын, жена в положении, да и возрастом сам вдвое был старше арыхкентки. В то же время у него было одно преимущество перед всеми соперниками, которые зачастили к Али и Залму. Как-никак Раджаб исполнял должность бегаула и являлся властью в двух названных населенных пунктах. Попробуй ослушайся.

Отдали Салихат в Аркас. И она, на радость Раджабу, каждые три года дарила мужу по ребенку. Когда прошли 15 лет и набралась куча детей – трое мальчиков и две девочки, произошел такой случай. Отца Салихат Али уже не было в живых, а мать Залму тяжело болела.

– Пойду, проведаю маму, – попросилась как-то Салихат.

– Не пойдешь! – строго произнес Раджаб.

К тому времени уже действовала советская власть, и командовать парадом, как раньше, бывший до того бегаулом, Раджаб уже не мог.

– Нет, пойду, – решительно отрезала жена.

К тому времени, о котором идет речь, первый муж Салихат, Магомед, возвратился с женою Муит и пятью детьми домой и снова жил в Арыхкенте.

Салихат взяла на руки трехмесячную Патимат и ушла к матери, остальных детей ей не дали. Дошло дело до суда, который занял сторону Раджаба.

– Посмотрите, какая она молодая и красивая, – говорил он, обращаясь к судье и народным заседателям, – она найдет себе кого надо, а мне хоть детей оставьте!

Такое решение и вынесли сердобольные люди из нарсуда.

Вернулись женщины домой. Поплакали, погоревали. Они не знали, как дальше быть. Как оказалось, первая любовь не забывается. Не забыли друг друга Магомед и Салихат. Они снова соединились. Магомед оставил жену и пятерых детей. Надо же!

Не знаю, кто их понял, кто простил, а кто нет, но вот как сложилась дальше дорога людей, измученных пятнадцатилетней разлукой.

Салихат умерла после землетрясения в 1970 году. Она ехала на грузовике из Буйнакска в Махачкалу. Во время подъема на Атлыбоюнский перевал машина перевернулась, и люди погибли. Среди них нашли и нашу героиню.

Она была рослой, сильной женщиной, как и все люди ее тухума. Синие глаза, правильной формы нос, пухлые губы и длинные, в две косы черные волосы заставляли мужчин оглядываться на нее даже тогда, когда ей шел уже 70-й год – год, когда ее не стало.

Мужа ее, Магомеда, владельца овец, коров, лошадей, пчел, в колхоз не приняли. Он не сожалел. Успел продать скотину, уехал в Буйнакск, купил дом, устроился работать на кожзавод и так отличился, что его приняли в партию. А потом его «разоблачили», попросили с работы и из партии. Как он избежал ареста, один бог знает. Повезло.

Магомед вернулся в Арыхкент. А там смилостивились над ним, дали ферму. Стал он командовать полеводами. Умер он раньше жены.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

4.3. Испытание мира не своим чувством

Из книги Метафизика пата автора Гиренок Фёдор Иванович

4.3. Испытание мира не своим чувством Халява Эстетика — производство поверхностей, которые, как зеркала, удваивают чувства.Ты на эти поверхности килограмм гадостей, а они тебе два килограмма умиротворения. В удвоении наши чувства уже не зависят от нас. От того, как мы


ИСПЫТАНИЕ

Из книги Многослов-1: Книга, с которой можно разговаривать автора Максимов Андрей Маркович

ИСПЫТАНИЕ Испытание – это обязательная составляющая жизни российского человека.На протяжении многовековой российской истории вы вряд ли сумеете отыскать хотя бы одно поколение людей, которому удалось бы в спокойствии прожить свой век. На наши головы постоянно


Испытание на добродетель

Из книги Мифы и легенды Китая автора Вернер Эдвард

Испытание на добродетель Внезапно перед ней появился Будда Жу Лай. «Почему ты пришла сюда?» – спросил он у Мяо Шань. Та объяснила, почему правитель предал ее смерти и как после того сошествия в ад ее душа вновь обрела тело. «Мне очень жаль, – сказал Жу Лай, – что тебе


Выпускная церемония целителя — последнее испытание

Из книги Призванные исцелять. Африканские шаманы-целители автора Кемпбелл Сьюзен

Выпускная церемония целителя — последнее испытание Выпускная церемония — это не официальное признание завершения обучения, как принято в западных странах, а фактически самое трудное испытание, с которым сталкивается целитель в ходе своей подготовки. Через несколько


Новое испытание

Из книги Гуляния с Чеширским Котом автора Любимов Михаил Петрович

Новое испытание Почти тут же телефонный звонок: «Вы уже у себя, полковник? Мы сейчас к вам зайдем!» Сердце замирает: кто это? Кто эти «мы»? Зачем зайдем? Ошибка? Нет! Полковник — это я, в чем же дело? В чем же дело? Вскакиваю и нервно хожу по комнате, как Наполеон под Ватерлоо,


Испытание на состоятельность: к социологической поэтике русского романа-боевика[*]

Из книги Слово — письмо — литература автора Дубин Борис Владимирович

Испытание на состоятельность: к социологической поэтике русского романа-боевика[*] При опоре на «материал» и обильном его цитировании цель данной работы все же аналитическая, а не описательная. Я хочу развить и опробовать модель типологического анализа популярной


СУРОВОЕ ИСПЫТАНИЕ THE ORDEAL

Из книги 125 запрещённых фильмов: цензурная история мирового кинематографа автора Соува Дон Б

СУРОВОЕ ИСПЫТАНИЕ THE ORDEAL Страна-производитель и год выпуска: США, 1914Компания-производитель / дистрибьютор: Life Photo Film Corp.Формат: немой, черно-белыйПродолжительность: 75 минЯзык: титры на английскомПродюсер: Life Photo Film Corp.Режиссер: Уильям С. ДэвисАвтор сценария: Эдвард М.


Испытание традиций, или испытание традицией

Из книги «Образ двадцатого… В прошлом и настоящем» автора Турчин Валерий Стефанович

Испытание традиций, или испытание традицией «Дело критика — сохранять традицию там, где она существует. Его обязанность подходить к искусству как к чему-то неразрывно целому, рассматривая его не как нечто ограниченное временем, а нечто вечное, и тогда на лучшие


Нос: испытание литературой

Из книги Кошмар: литература и жизнь автора Хапаева Дина Рафаиловна

Нос: испытание литературой Верите, что часто приходит неистовое желание превратиться в один нос, чтобы не было ничего больше — ни глаз, ни рук, ни ног, кроме одного только большущего носа, у которого бы ноздри были величиною в добрые ведра, чтобы можно было втянуть в себя


Испытание сионизмом

Из книги История ислама. Исламская цивилизация от рождения до наших дней автора Ходжсон Маршалл Гудвин Симмс