Пролог

Антигона

Дай голову твою обнять, Йемена!

Сестра моя, скажи, какой беде

Из многих бед – отца и нас, невинных

Его детей, оставшихся в живых,

Не обрекал Зевес? И есть ли в мире

Хоть что-нибудь неправедное, злое

И горькое, неведомое нам?

Ты слышала ль, сестра, о том, что ныне

Всем гражданам правитель повелел?

Иль, может быть, не знаешь ты,

Йемена, Что ждет друзей твоих судьба врагов?

Йемена

Еще ко мне, сестра, не доходила

Ни горькая, ни сладостная весть,

С тех пор как брат убил в сраженье брата,

С тех пор как мы лишились в тот же день

Обоих. В ночь ушли войска аргосцев;

Не слышала я больше ничего —

Ни радости достойного, ни горя.

Антигона

Я позвала тебя за двери дома,

Чтоб говорить наедине с тобой.

Йемена

Какой полна ты думой сокровенной?

Антигона

Не повелел ли царь из наших братьев

Единого земле предать, лишив

Всех почестей другого? Этеокл

Священного обряда удостоен,

В подземный мир сошел к родным теням.

А между тем останки Полиника

Креонт велел не предавать земле

И, не почтив обрядом, не оплакав,

Не приютив в могиле, бедный труп

Покинуть хищным птицам на съеденье.

Так приказал наш добрый царь тебе —

И мне, увы! Провозгласить веленье

Он к нам идет. Что б ни было, закон

Исполнится, и будет непослушный

На площади побит камнями. Зйаешь

Теперь ты все и показать должна,

Достойной ли от предков благородных,

Бесчестной ли от честных родилась.

Йемена

Но если царь велел, сестра, подумай, —

Смирюсь иль нет – что сделать я могу?

Антигона

Захочешь ли помочь мне в трудном деле?

Йемена

Свой замысел открой мне.

Антигона

Тело брата

Похоронить.

Йемена

Закон царя нарушить

Посмеешь?

Антигона

Да. И если ты боишься,

Одна исполню я обряд над милым.

Изменницей не назовут меня.

Безумная! Наперекор царю?

Антигона

Царь не заставит не любить меня,

Кого люблю!

Йемена

Сестра, ты позабыла,

Как наш отец, узнав, что он – злодей,

Отверженный и ненавистный людям,

Исторгнув очи сам себе, погиб;

Как мать – она была ему женою

И матерью – на петле роковой

Повесилась; как оба брата пали

Несчастные, друг друга умертвив

В единый миг на том же поле битвы.

Теперь, когда остались мы одни,

Без помощи, – подумай, Антигона,

Какая ждет нас гибель, если, власть

Царя презрев, закон его нарушим.

Мы женщины, не нам вести борьбу

Неравную с мужами: наша доля —

Пред сильными покорствуя, молчать.

У мертвеца я вымолю прощенье

Невольного греха и покорюсь

Велению владыки: неразумно

Желать того, что выше сил моих.

Антигона

Я ни о чем просить тебя не буду,

И не приму я помощи твоей.

Что хочешь делай, – я же тело брата

Похороню, и будет смерть моя

Желанною. Презрев закон людской,

Исполню долг и лягу рядом с ним,

В одном гробу, любимая с любимым

Я не живым, а мертвым угодить

Хочу затем, что с ними буду вечно

Лежать в земле. А ты живи, презрев

Все, что святым считают боги.

Йемена

Свято

Я сердцем чту богов, но силы нет

Противиться велению законов.

Антигона

Ищи себе предлога… Я иду

Могильный холм воздвигнуть Полинику.

Йемена

О милая, мне страшно за тебя!

Антигона

Себя спасай, а за меня не бойся.

Йемена

Не говори про замысел ни с кем…

Не правда ли, хранить мы будем тайну?

Антигона

О нет, ступай к врагам, открой им всё!

Безмолвствуя, ты будешь ненавистней.

Йемена

Каким огнем полна твоя душа!

Антигона

Усопшему любовь моя отрадна.

Йемена

Ты все равно не можешь…

Антигона

Пусть, – когда

Не хватит сил, я отрекусь от цели.

Йемена

Не лучше ли к тому, что выше сил,

Не приступать?

Антигона

Молчи, молчи, Йемена,

Не то врагом ты будешь мне навек

И ненавистною родным теням

Сойдешь в могилу. Дай исполнить мне

Мой замысел безумный и погибнуть, —

Прекрасной будет смерть моя!

(Уходит.)

Йемена

Иди

И знай, что ты уходишь неразумной,

Но любящей и верной до конца.

(Уходит.)

Народ.

Хор

Строфа I

Луч зари, первый взгляд

Золотистого дня,

Над диркейской волной

И над Фивами

Семивратными

Ты блеснул – и, смутясь,

Пред тобою бежал

Воин с белым щитом,

Муж из Аргоса, —

Полиник к нам пришел,

Полный хитрой вражды,

Полиник свою рать

В шлемах блещущих,

С конской гривою,

К нам привел: так из туч

С белоснежным крылом,

С громким криком орел

Низвергается.

Антистрофа I

Он над Фивами стал,

Поднял копья, открыл

Кровожадную пасть,

Как чудовище.

Но, убийствами

Не насытившись, враг

Отступил: наших стен

Не коснулся пожар.

Вея ужасом,

Бог войны загремел;

И, надменную речь

Ненавидящий Зевс,

Видя гордое,

В блеске золота,

Вражье войско того,

Кто готов был кричать

О победе, – во прах

Сбросил молнией.

Строфа II

Пал, загремел и о землю ударился тяжко

Молнией бога сожженный, за миг перед тем

Страшный и яростью буре подобный.

Но благодатный, великий Арей,

Непобедимый союзник,

Поколебал их ряды.

В поле рассеял

И погубил.

Семь вождей бегут, покинув

Богу медные трофеи.

Только те, кого вскормили

Мать одна, один отец,

Только два несчастных брата

Устремили друг на друга

Копья, оба победили,

И удел обоих смерть.

Антистрофа II

В город, где гул колесниц не смолкает, с приветом,

С громкою славой богиня Победа вошла.

Войны забудем и храмы наполним

65 Пеньем и пляской на целую ночь.

Вакх, потрясающий землю

В пляске ударом ноги,

Хоров веселых

Будет вождем.

Но сюда грядет владыка

Менойкид, правитель новый

В этот день, когда свершилась

Воля вечная богов,

Царь, в душе своей питая

Новый замысел, недаром

На совет старейшин фивских

Чрез глашатаев созвал.