ТЕМА 17 Рождение европейской культуры Нового времени

ТЕМА 17

Рождение европейской культуры Нового времени

Западноевропейская культура Нового времени не является прямым продолжением ни древнегреческой, ни древнеримской культуры. Идея превосходства европейской культуры, заимствованная у Древнего Рима, в течение нескольких столетий казалась бесспорной и определяла собой отношение к культурам неевропейских народов. Считалось, что они будут развиваться по-европейски. Действительно, многие идеи и образы европейской культуры остаются жизнеспособными и продолжают влиять на развитие мировой культуры. Их изучению посвящены вопросы данной темы:

1) особенности средневековой культуры в странах Западной Европы;

2) гуманистическая направленность Возрождения;

3) значение техники в формировании мировоззрения человека Нового времени;

4) характерные черты европейской культуры.

Термин «средние века»

Средние века были историческим периодом сосуществования христианства и язычества в Западной Европе, периодом поиска соглашения между ними, поиска срединного пути развития культуры. Особенности средневековой культуры были изначально присущи культуре Древней Руси. В частности, это относится к двоеверию, характерному и для средневековой культуры стран Западной Европы. В XV в. термин «средние века» начал употребляться историками для обозначения периода времени от гибели Западной Римской империи до современной им эпохи Возрождения. В XVII в. деление всемирной истории на античность, средние века и Новое время уже прочно вошло в историческую науку. Хронологические рамки средних веков точно не определены. В основном принято считать, что средневековье охватывает период истории, следующий за историей древнего мира: с конца V в. до середины XVII в. В этот период произошло зарождение, развитие и разложение феодализма в Западной Европе.

Сущность феодализма

В политическом отношении для феодализма характерны раздробленность власти, отсутствие гражданского правопорядка, соединение политической власти с собственностью на землю, а также жёсткая иерархия в отношениях между людьми. Земельные собственники (феодалы) наделяли землёй непосредственных производителей – зависимых крестьян, которые самостоятельно вели мелкое хозяйство и отдавали собственникам часть своего продукта в виде феодальной ренты. Крестьяне были лично зависимы от феодалов и принуждались к труду внеэкономическими средствами.

Формирование городской культуры

Принципиальные изменения в образе жизни и культуре средневековой Европы связаны с появлением городов. Их возникновение объясняют по-разному. Города возникали на месте староримских поселений и там, где их никогда не было. Появление средневековых городов связывают с развитием феодальной вотчины или сельской общины, с формированием рыночных отношений. К определяющему фактору относят и становление ремесленного производства, его отделение от сельского хозяйства. С другой стороны, именно возникновение городов стало условием интенсивного развития ремесла. Ремесло, будучи ручным производством, в процессе которого создавались новые предметы, являлось культурой в большей мере, чем сельское хозяйство. Ремесло было от начала и до конца деятельностью искусственной, а именно искусственность отличает культуру от стихийности и первобытности. Ремесло и города создавали особый – культурный – образ жизни. Всё окружение человека, а также режим жизни в городах являлись продуктом его собственной деятельности, т.е. носили искусственный характер.

В Италии и на юге Франции многие города развивались на местах поселений времён античности. С XI в. города стали возникать на территории Англии, Германии, Нидерландов, во Фландрии, с XII–XIII вв. – в Скандинавских странах, в Ирландии. Города росли в связи с притоком в них крестьян, бежавших от своих господ или отпущенных на оброк. По численности населения средневековые города были невелики, в XIV–XV вв. города, где проживало 20 тыс. человек, считались крупными. Среди горожан было много подёнщиков, чернорабочих, возчиков, трактирщиков, значительные прослойки составляли духовенство, купечество. Население городов боролось за свою независимость от феодалов: горожане либо откупались, либо добывали свою свободу с оружием в руках. Многие города Италии и Южной Франции, а позже Германии стали коммунами; они вели самостоятельную внешнюю политику, имели своё самоуправление, чеканили монету. По сути это были города-государства, напоминавшие античный полис, но с той разницей, что не часть, а все горожане были свободными от крепостной зависимости. Беглый крепостной крестьянин, проживший в городе год и день, обретал права свободного горожанина. Даже городской воздух, говорили в средние века, делает человека свободным. Города превращались во вместилище духовной свободы, завоёванной горожанами, или «третьим сословием». Городское население становилось духовным лидером и преимущественным носителем культуры.131 В XIII в. в некоторых городах Западной Европы были открыты университеты, состав городского населения пополняли студенты и учёные-преподаватели.

Образование и университеты в средние века

Экономическое и политическое освобождение влекли за собой свободу в области мировоззрения. В период раннего средневековья влияние церковной идеологии было достаточно сильным. Итальянский теолог, кардинал Пётр Дамиани сформулировал в XI в. известное положение о философии как служанке богословия. В данном положении выразилось отношение церкви к науке в целом. Но с развитием городской культуры появилось и светское образование. Можно сказать, что именно с городами связан светский и непринуждённый характер культуры. В средние века существовало несколько типов школ. Церковно-монастырские школы готовили священнослужителей. В школах при епископских кафедрах получали широкое образование, в них изучались традиционные, сформировавшиеся ещё в период эллинизма «семь свободных искусств». При наличии крупных профессоров богословия, философии, медицины и римского права на базе этих школ создавали университеты. В 1200 г. был основан Парижский университет. В XIII в. возникли Оксфордский и Кембриджский университеты в Англии, Саламанкский в Испании, Неаполитанский в Италии. В XIV в. были основаны университеты в Чехии, Польше, Германии. В конце XV в. в Европе насчитывалось 65 университетов. Преподавание в университетах велось на латинском языке.

Схоластика

Средневековая академическая наука называлась схоластикой (от греч. – школьный, учёный). Она представляла собой религиозную философию, соединявшую богословие и рационалистические, формально-логические проблемы. Усилия учёных-схоластов были направлены на осмысление Священного Писания для рационального обоснования христианской веры, истина которой признавалась хоть и сверхразумной, но не противоразумной. Самым авторитетным у схоластов было учение Аристотеля. Схоласты высоко ценили веру, провозглашали необходимость гармонии веры и разума, но рационально обоснованная вера оказывалась собранием церковных догматов, которые и выставлялись в качестве предмета поклонения. Важной в схоластике была и проблема универсалий, т.е. общих понятий, в споре о которых схоласты разделились на реалистов (общие понятия – это реальность) и номиналистов (общие понятия – это лишь имена реальных вещей). Крупными схоластами были Ансельм Кентерберийский (1033–1108), Альберт Великий (1193–1280), Фома Аквинский (1225–1274). Для средневековой Европы схоластика стала школой мышления, она подготовила европейцев к восприятию идей рационализма Нового времени. Но что означает готовность к восприятию новых идей? Она означает веру в ценность идей и мышления самих по себе, т.е. уважение и способность к интеллектуальной работе, к логическому обоснованию положений, принимаемых за истинные. Поскольку истина дана человеку в Священном Писании, то всё дело в том, учили схоласты, чтобы усилиями человеческого разума понять её. Без школы понимания, какой явилась схоластика, был бы невозможен рационализм Нового времени.

Алхимия и мистика

В IX–XVI вв. в Западной Европе была распространена алхимия. Главная цель алхимиков состояла в нахождении «философского камня» для превращения неблагородных металлов в золото и серебро, получения эликсира долголетия и бодрости, универсального растворителя и т.п. Как и схоластика, алхимия стала школой рационализма, но обращённого к природе, к свойствам веществ. Сотни и тысячи опытов, тщательно описанных средневековыми алхимиками, разработанные ими процедуры лабораторных экспериментов позволили в Новое время систематизировать химические свойства веществ, что привело к возникновению в XVIII в. науки химии. Истинный «философский камень» был найден алхимиками в творческих возможностях разума, в его способности постичь закономерности любых превращений.

Если схоластика и алхимия были направлены на тщательное логическое обоснование теоретического и экспериментального действия, то средневековые мистики выражали сомнение в возможности такого обоснования. Абсолютные истины, полагали они, путём логических рассуждений познать невозможно. Человеческий разум подвержен влиянию земного и привычного, что мешает проникнуть в высшие тайны бытия, которые ни с чем не сравнимы. Вот рассуждения представителя немецкого мистицизма Мейстера Экхарта (ок. 1260–1328), где он говорит о познании Бога: «Ты должен познавать Его без помощи образа, без посредства, без уподобления. – Но если я познаю Его без посредства, я стану вполне Он, а Он – Я. – Это именно я и разумел».132 Мейстер Экхарт не отрицал силы разума, он отрицал разумность привычных образов и представлений, с которыми люди часто отождествляют мышление. По этой причине мистической и крамольной считают люди всякую новую мысль, выходящую за пределы привычного. Чистый разум кажется мистическим, поскольку необразная мысль представляется чемто сверхъестественным и потусторонним. Мистики отрицали роль авторитетов и логического обоснования, выставляя тем самым умовидение в качестве высшего авторитета и истинного основания.

Ваганты, рыцарский роман

Но подобное отношение формировалось не только к разуму. В средние века развивались представления о чистых, ничем не обусловленных чувствах, которые достойны уважения и доверия сами по себе. Складывалось и соответствующее понимание нравственности, принятие её в качестве свободного и безусловного закона человеческого сердца. С развитием школ и университетов в странах Западной Европы появилась поэзия вагантов (от лат. – бродячие). Время её расцвета приходится на XII–XIII вв. В основном её представляли нищие студенты, младшие священнослужители, школяры. Поэзия вагантов носила чисто светский характер, в ней воспевались беспечность молодости и свобода. Многие ваганты полагали, что бродяжничество больше соответствует христианскому вероучению, чем вера в церковные догматы, что Господу угодны свободная душа и ничем не стеснённые чувства, а не условности церковного богослужения.

К XII в. в средневековом обществе сложился образ рыцаря как единство представлений о верности долгу и бескорыстии чувства. Рыцари зависели от своих сеньоров, они не были свободны, как ваганты, но их свобода выражалась в добровольном исполнении моральных обязательств. По-рыцарски понятая свобода – это свободное служение высшему долгу, который выражен в чувствах человека, а не во внешних предписаниях. Рыцарь служил своему пониманию долга так же верно, как истинно верующий служит Богу. Так, служа «прекрасной даме», рыцарь служил своему чувству, которое по сути для него и было реальностью, в отличие от дамы, часто не отвечавшей взаимностью. Ему было достаточно простого знака того, что его чувство понято и принято, и этим он удовлетворялся. Внутреннему миру чувств и личности был посвящён один из жанров куртуазной литературы – рыцарский роман. Он существовал в XII–XIV вв. Известны были варианты романа о Тристане и Изольде, «Роман о Розе», «Мул без узды» и др. Рыцарская литература была популярна, она воспитывала уважение к человеческой чувственности и дополняла рационалистическое понимание человека, свойственное академическим воззрениям средневековья.

Мироощущение простого человека

В период раннего средневековья (V–VIII вв.) влияние церкви на мировоззрение было особенно сильным. Позже оно стало ослабевать, общество получило доступ к академическому образованию, светской литературе, возникло философское свободомыслие. Официальная культура эволюционировала от идеи отрицания земных ценностей к их признанию. Народной культуры такая эволюция не коснулась, поскольку она не порывала с реальностью земной жизни. Мироощущение простого человека было связано прежде всего с непосредственной деятельностью, с телесностью. Средневековый человек подходил к миру со своей собственной мерой, и такой мерой было его тело. Он не относился к нему как к темнице души, поскольку мало отличал одно от другого. Его собственное сознание обладало для него такой же реальностью, как и его жизненный мир. И наоборот: вне себя средневековый человек видел то, что было в его сознании. Он действительно видел русалок, леших и домовых, поскольку в них он верил с детства и вырастал в постоянном ожидании встреч с ними. Это было языческое сознание, и не церковь, а город освобождал средневекового человека от языческой близости с природой. Город, как уже отмечалось, стал произведением человека, и именно поэтому человек безоглядно доверился ему, не замечая, что в гораздо большей мере сам становится произведением города.

Церковь и ереси

В средние века в больших масштабах распространились ереси (от греч. – особое вероучение). Они представляли собой всевозможные отклонения от официальной христианской догматики и культа. Еретические движения носили в основном антицерковный и антифеодальный характер и стали массовыми в связи с появлением и расцветом городов. Средневековые ереси делились на бюргерские и крестьянско-плебейские. Последние были более радикальны, крестьяне отстаивали свои убеждения часто с оружием в руках. К еретическим относятся движения «апостольских братьев», таборитов, альбигойцев, арнольдистов. Характерно, что еретики воспринимали христианскую церковь так, как иудейские пророки и первые христиане-общинники воспринимали язычников. Еретики создавали простые религиозные организации, проповедовали «апостольскую бедность», вводили упрощённую обрядность, признавали источником веры лишь Новый Завет. Особенно резкие нападки у них вызывала продажа католической церковью индульгенций – полного или частичного отпущения грехов. Одним из средств борьбы с ересями было официальное признание некоторых умеренных сект и учреждение на их основе нищенствующих орденов, наиболее значительными из которых были францисканский, доминиканский, августинский. Среди ересей были распространены мистические идеи, например, еретическими были объявлены многие положения в учении М. Экхарта.

Инквизиция

В борьбе с мистицизмом использовались тайное судопроизводство и пытки, софистические ухищрения и запугивания, с помощью которых у жертв вырывали признание вины. С XIII в. инквизиция (от лат. – розыск) существовала как самостоятельное учреждение под властью главы католической церкви – папы. Особенно жестокими были действия инквизиторов в Испании. Процветали шпионаж и доносы, изобретались утончённые методы и страшные орудия пыток. Инквизиция поставила себе целью дать возможность еретикам ещё при жизни испытать муки ада. Чудовищнее всего было то, что все пытки и казни творились «именем Христа». «Не судите, да не судимы будете, – говорил Христос в Нагорной проповеди. – Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7, 1–2). Действия инквизиции свидетельствуют о том, насколько живучи были в средневековом обществе чисто языческие отношения к вере и к человеку. Ведь утверждение веры посредством пыток и издевательств не может быть названо христианским. С другой стороны, сами инквизиторы с одинаковым рвением отправляли на костёр и «колдуна», и учёного. Инквизиторы не признавали разницы между чародейством и наукой, между язычеством и свободомыслием. Видя в любом отклонении мысли проявление язычества и борясь с ним языческими же методами, инквизиторы ничего, кроме язычества, не могли утвердить в средневековом обществе. Эта борьба обернулась если не торжеством язычества, то, по крайней мере, поражением истинного христианства и в итоге – светской культурой Нового времени.

Крестовые походы

Порождением средневековой культуры в Западной Европе явились крестовые походы, продолжавшиеся в течение почти двух столетий (1096–1270). Захватнические цели по отношению к Ближнему Востоку прикрывались лозунгами борьбы с «неверными» (мусульманами) и защиты «святой земли» (Палестины). Всего было восемь походов, между четвертым и пятым походами были организованы армии детей-крестоносцев, которых тоже использовали в целях освобождения Иерусалима. В походах участвовали крупные феодалы и рыцарство, духовенство и крестьяне. Были созданы духовно-рыцарские ордены тамплиеров, госпитальеров, Тевтонский орден. Походы принесли много бедствий странам Востока и Запада, они способствовали разрушению христианских святынь, к числу которых можно отнести жизнь и мир. Но в то же время крестовые походы обусловили развитие торговли, ремёсел, распространение духовного влияния Востока. Наконец, походы повлияли на характер европейской культуры, выразившейся в склонности к странствиям, к открытиям, в её беспокойстве и подвижности.

Характер культуры Возрождения

Когда европейский дух перестал стремиться к смерти и обратился к жизни, он нашёл для себя новый источник силы в самом начале своего же пути – в античности. Почти тысячу лет средневековая Европа развивалась на обломках античной культуры, оставленных варварами. Средневековье – это та же античность, но в варварском восприятии и исполнении. Однако не нужно думать, что средневековая культура является какойто неполноценной потому, что она стала сочетанием обломков античности и варварства. Энергия варваров смогла разрушить одну из самых могучих в истории культур, а затем возродила то, что не могло быть разрушено – творческий дух античности. Новый импульс развития европейской культуры выразился в эпохе, которую принято называть Возрождением (Ренессанс). В различных странах Западной Европы она охватывает период с XIV в. по начало XVII в. Культурой Возрождения были наследованы дохристианские идеи и образы, но христианство не могло не наложить на неё отпечаток. Языческая жизненность и христианское смирение дополняли друг друга в культуре Возрождения, их сочетание рождало идеалы гармонии и равновесия. Иллюстрацией к этому могут служить строки одного из величайших деятелей Возрождения Леонардо да Винчи (1452–1519):

Любовь возвышенна, когда в союзе двух

Пред высотой души она благоговеет.

Любовь низка, когда ничтожен дух,

И низок мир того, кто избран ею.

Дарят покой и прогоняют страх

Часы любви. Но ты отмечен, если

Природа мудро держит на весах

Любовь и дух в прекрасном равновесьи.

Культуру Возрождения создавали бюргерство, от которого вела своё происхождение ранняя буржуазия, дворянство, основой которого было средневековое рыцарство, городская интеллигенция. Сотрудничество этих социальных слоев придало культуре общечеловеческий характер.

Гуманизм Возрождения

Новое мировоззрение, возникшее в эпоху Возрождения, принято называть гуманизмом (от лат. – человеческий, человечный). Отдельные черты гуманизма присутствуют в античной культуре, но возрожденческий гуманизм был объёмнее и целостнее. Гуманизм означает не только признание за человеком высшей ценности, но и то, что человек объявляется критерием всякой ценности. Эта черта гуманизма была выражена в античности Протагором: «Человек есть мера всех вещей». Гуманизм Возрождения проявлялся как превознесение разума в качестве главного орудия познания. Фактически это означало признание господства разума над окружающим миром. Из этого следовала ещё одна черта гуманизма – вера во всеобщий и бесконечный прогресс. Наконец, поэтизация человека и всего человеческого влекла за собой эстетическое восприятие действительности, страсть к прекрасному и возвышенному. Гуманизм Возрождения, не отрицая, что человек создан по образу и подобию Бога, вместе с тем утверждал право человека на безграничное творчество, в котором, как считали гуманисты, должно прежде всего проявляться подобие человека Богу. Творчество Возрождения было направлено прежде всего на человека. Самопознание и самосозидание человека – таковы главные идеи возрожденческого гуманизма. Какой смысл, спрашивал, например, один из первых гуманистов Италии Франческо Петрарка (1304–1374), знать природу зверей и не знать природы человека, не знать, для чего мы существуем, откуда пришли и куда идём. А французский поэт XV в. Франсуа Вийон так выражал мысль о неведении человеком себя самого:

Я знаю, как на мёд садятся мухи.

Я знаю смерть, что рыщет всё губя,

Я знаю книги, истины и слухи,

Я знаю всё, но только не себя.

Свободомыслие и светский индивидуализм

Как правило, гуманисты не выступали против религии. Но превознося человека, делая из него подобие титана, они отделяли его от Бога, которому отводилась роль творца, не вмешивающегося в жизнь людей. Человек стал религией возрожденческого гуманизма. Поэтому Л.Н. Толстой писал о Возрождении как об эпохе разрушения религии, потери веры, торжестве безверия. Гуманисты критиковали догматическую, ритуальную сторону христианской церкви, католического духовенства, не видели в нём никаких преимуществ перед простыми верующими. Итальянский поэт Данте Алигьери (1265–1321) в «Божественной комедии» отсылал римских пап в ад или в рай в зависимости от их поведения при жизни, а не от сана. Гуманисты понимали освобождение мысли не только как преодоление зависимости от церковных догматов. Свобода виделась в преодолении зависимости от группового, коллективного сознания. Для свободной мысли необходима прежде всего личность. Такой взгляд был идеологическим обоснованием индивидуализма, который становился характерной чертой эпохи. Молодая буржуазия, не имевшая родовитости и знатности, могла уповать лишь на личные качества, на собственные ум, смелость, предприимчивость, которые ценились больше, чем благородство происхождения и слава предков.

Искусство Возрождения

Освобожденное мышление требовало героических образов и величественных масштабов. В архитектуре ведущими становились светские сооружения – дворцы, городские дома, общественные здания. Крупнейшими архитекторами раннего Возрождения были Брунеллески (1377–1446) и Альберти (1404–1472); последний известен также и как теоретик архитектуры, утвердивший идеи соразмерности городской среды человеку. Возрождение было плодотворным для изобразительного искусства. Скульптор Донателло (ок. 1386–1466), художники Леонардо да Винчи, Рафаэль Санти (1483–1520), Микеланджело (1475–1564), Тициан (ум. в 1576), Веронезе (1528–1588), Брейгель (между 1525-1530–1569), Дюрер (1471-1528), Гужон (ок. 1510– между 1564 и 1568) и многие другие осваивали изображение объёма, пространства, света, человеческого тела, в том числе обнажённого. Человеческая телесность в искусстве Возрождения стала наиболее ёмким образом для выражения идеи культуры. Литература эпохи была представлена творчеством Петрарки (1304–1374), Боккаччо (1313–1375), Эразма Роттердамского (1469–1536), Ариосто (1474–1533), Рабле (1494–1553), Монтеня (1533–1592), Сервантеса (1547–1616), Шекспира (1564–1616). В музыкальном искусстве Возрождения появились новые жанры – сольная песня, кантата, оратория, опера.

Наука Возрождения

Если в искусстве Возрождения идеалом и естественным критерием стала чувственная телесность, то в науке эта роль отводилась рациональной индивидуальности. Не индивидуальное знание или мнение, а достоверность самой индивидуальности оказывалась истинным основанием рационального познания. Всё в мире можно подвергнуть сомнению, несомненен только факт самого сомнения, который является непосредственным свидетельством существования разума. Такое самообоснование разума, принятое в качестве единственно истинной точки зрения, является рациональной индивидуальностью. Наука Возрождения мало отличалась от искусства, поскольку была результатом личного творческого поиска мыслителя. Художник – это искатель истинных образов, мыслитель – искатель истинных идей. У художника есть техника изображения, у мыслителя – техника прояснения, или метод познания. Мыслитель способен проникнуть за пределы чувственного мира в замыслы Творца. И как в творчестве художника продолжалось созидание мира на основе совершенных образов, так и в творчестве учёного открывались замыслы Бога о мире. Может показаться странным, но традиция видеть в чистом разуме средство постижения Бога и его замыслов, которой придерживались учёные Возрождения, развивалась в средневековом мистицизме. Эта традиция берёт начало ещё в античности – в учениях пифагорейцев, в философии Платона. Чем могло питаться убеждение Платона в том, что ему было дано постичь мир идей, по модели которого создан мир вещей? Идея есть самоочевидность разума, взятого без всяких образов, сама выступающая инструментом создания и конструирования образов. Идея, которую с превеликим трудом может постичь смертный, есть в то же время исходный принцип построения бытия, а значит, должна быть и принципом построения истинного знания. Так было у Платона, но М. Экхарт, мнение которого мы уже приводили, тоже был убеждён, что мыслитель, познающий Бога «без помощи образа», становится тождественным Богу. Учёные Возрождения также полагали, что истины, открываемые разумом и не имеющие наглядного выражения, даны как бы самим Богом. С одной стороны, учёные отдавали дань своему времени, когда принято было считать, что высшие истины могут быть установлены только Богом. С другой стороны, в апелляции к Богу был своеобразный «героизм последовательности». Ведь логика мышления требовала выхода за пределы воображения, т.е. в сферу неназванного, которое всё же нужно было как-то назвать и обозначить. Знание о том, что нельзя представить наглядно, что является противоестественным с точки зрения земного существования, только в Новое время стали называть естественными законами природы, а мыслители Возрождения ссылались на Бога либо на универсальный Разум.

Хотя сознание учёных Возрождения представляло собой смесь рационализма и мистицизма, нужно отметить, что их Бог – это не ветхозаветный Бог, запретивший Адаму вкушать плоды «познания добра и зла». Именно это обстоятельство служило основанием для преследований некоторых учёных инквизицией. Католическая церковь оказывала противодействие учению Николая Коперника (1473–1543) о гелиоцентризме. Жертвой преследования стал итальянский философ Джордано Бруно (1548–1600). Был предан суду инквизиции Галилео Галилей (1564–1642), которого обычно относят к основоположникам науки Нового времени. Он разделял возрожденческую идею самотворчества человека, одним из следствий которой явилось научное мировоззрение. Эта идея была представлена ещё в учении Николая Кузанского (1401–1464), одного из глубочайших мыслителей Возрождения; по его мысли, сущность человеческой личности есть выражение ею всеобщего, т.е. Бога. А итальянский философ Пико Делла Мирандола (1463 –1494), автор знаменитой «Речи о достоинстве человека», утверждал, что если Бог является создателем себя самого, то и человек должен тоже создавать себя сам. Гуманистическая направленность Возрождения проявлялась в том, что научное мировоззрение эпохи было связано с проблемой человеческого существования.

Учения об обществе и государстве

Естественно, что ярче всего эта связь проявлялась в гуманитарных науках, которые деятели Возрождения рассматривали как средства воспитания. Канцлер Флоренции Колюччо Салютати (1331–1406) считал возможным создание царства добра и милосердия на Земле, отмечая при этом необходимость признания свободы воли у человека. Леонардо Бруни (1370– 1441), другой канцлер Флоренции, развивал теорию гражданского гуманизма, демократии и свободы, считая их естественными формами общности людей. Важнейшим нравственным долгом, полагал он, является служение обществу, республике. Естественный взгляд на государство развивал Никколо Макиавелли (1469–1527). Он отрицал божественность политической власти, считал политическую борьбу движущей силой истории. Его сочинение «Государь» (1513) было настольной книгой многих крупнейших политических деятелей различных стран. Один из основателей учения о естественном праве, голландский юрист, социолог и дипломат Гуго Гроций (1583–1645) считал, что такое право основано не на воле Бога, а на природе человека и главными принципами такого права должны быть личная свобода, неприкосновенность собственности, соблюдение договоров, справедливое наказание за преступление. Социальными учениями закладывались основы буржуазной демократии и государственности.

Бытовая сторона Возрождения

Но все подобные учения, как и возрожденческий гуманизм в целом, не должны вводить в заблуждение относительно реальной жизни людей. Мы уже отмечали, что сознание многих мыслителей Возрождения представляло собой странную смесь рационализма и мистицизма. Не в средние века, а именно в эпоху Возрождения достигают небывалого расцвета алхимия, магия, астрология, некромантия с заклинаниями духов и т.д. За увлечение астрологией инквизиция привлекала к суду, но в то же время астрологами были многие папы – Иннокентий VIII, Юлий II, Лев X, Павел III, утвердивший иезуитский орден. В эпоху Возрождения верили в привидения, в дурной глаз, в совокупления женщин с бесами и т.д. Чтобы привлечь мужчин, публичные женщины пользовались снадобьями, в состав которых входили волосы, зубы и глаза мёртвых, детский пупок и подошвы башмаков, куски одежды, добытые из могил. Наконец, в эпоху Возрождения, если судить по тогдашней литературе, интриги, авантюризм и разврат достигают масштабов, сравнимых лишь с царившими во времена Римской империи. Широкое распространение получили порнографическая литература и живопись.

«Обратная сторона титанизма»

В Риме в 1490 г. было 6 800 проституток, а в Венеции в 1509 г. – 11 000. Священнослужители содержали мясные лавки и публичные дома, монахини зачитывались «Декамероном» Дж. Боккаччо (1313–1375) и предавались оргиям, последствием чего были детские скелеты, найденные в грязных стоках.133 Незаконных детей имели и гуманисты, и папы, и князья. Многие кардиналы были клиентами известной куртизанки Империи, изображённой Рафаэлем на Парнасе в Ватикане. Как никогда распространились разбои, грабежи, убийства, казни становились обычным явлением. В Женеве за три месяца 1513 г. было сожжено 50 человек, в небольшом епископстве Бамберге – 1500 человек. В Люцерне в 1659 г. были сожжены семилетняя и четырехлетняя «ведьмы». Один из светских судей, осудивший за время своей деятельности в Лотарингии более 800 человек, с гордостью сообщал о факте, позволяющем, как он полагал, высоко оценить его старания: 16 из захваченных им и представленных к суду удавились, не дожидаясь его. Неаполитанский король Ферранте (1458–1494) сажал своих врагов в клетки, откармливал их, а затем убивал и приказывал засаливать их тела. Он отравлял в церквях чаши со святой водой, чтобы отомстить высокопоставленным особам. Папа Александр VI умер, случайно отравившись ядом, который сам приготовил для одного богатого кардинала. Множество преступлений и пороков было и на совести известных гуманистов эпохи Возрождения. Размах деятельности инквизиции приходится именно на эту эпоху, а не на средневековье. «Обратная сторона титанизма» Возрождения побуждала к обличению и критике режима Медичи и папства, фальши и вседозволенности, царивших в обществе. Такая критика стоила жизни одному из ярких деятелей эпохи Джироламо Савонароле (1452–1498), настоятелю монастыря доминиканцев во Флоренции, известному писателю и публицисту, блестящему оратору, страстному пропагандисту христианских добродетелей и святости. В 1497 г. он был отлучён от церкви, а через год повешен и затем сожжён. Известный отечественный философ и историк А.Ф. Лосев считал феномен «обратной стороны титанизма» исторически необходимым и связывал его со стихийным индивидуализмом эпохи, когда критерием поведения была сама же «изолированно чувствовавшая себя личность».134 Разгул индивидуализма, бросающий мрачную тень на всё Возрождение, стал менее заметен в более позднее время – в эпоху Великих географических открытий и колониальных захватов, когда он нашёл себя в предпринимательской и производительной деятельности, выплеснувшись за пределы Европы.

Начало книгопечатания в Европе

Книгопечатание было известно в Китае ещё в IX в., а в Японии буддистские сочинения печатались в XI в. При этом использовались резные деревянные доски, каждая из которых соответствовала одной странице. В XI в. применялись подвижные керамические литеры, которые крепились воском к металлической форме. В первой половине XV в. получили распространение металлические литеры, усовершенствованные в Китае или в Корее. Скорее всего, они оттуда каким-то образом попали в Европу, поскольку путешественников тогда было достаточно. Бумага в Европу пришла также из Китая. Европейское бумажное производство началось в Италии в первой четверти XIV в. В середине XV в. житель Майнца Иоганн Гутенберг напечатал т.н. 42-строчную Библию. Около 1461 г. типограф Бамберга Альбрехт Пфистер впервые включил в напечатанную книгу гравюру на дереве. Книгопечатание распространялось быстро: уже в 1500 г. свои печатни имели 236 городов Европы. За столетие было издано 140–200 млн. книг, в то время как жителей в Европе, включая и Россию до Урала, было немногим больше 100 млн. Книга расширила горизонты мировоззрения, усилила энергию культурного обмена между народами и историческими эпохами. Книга стала не только мощным средством развития культуры, но и её символом, являясь вместе с тем заместителем культуры, т.е. её видимостью и иллюзией.

Великие географические открытия

«Плавать по морю необходимо, жизнью дорожить не так уж необходимо», – так был перефразирован афоризм римского полководца Помпея (I в. до н.э.), ставший словами из песни моряков времён географических открытий (вторая половина XV – середина XVII в.). Благодаря мореплаванию древние греки и римляне в своё время наладили культурные и экономические связи с многими народами и распространили своё влияние на всё Средиземноморье и далеко за его пределы, превзойдя в этом другие морские державы. Подобное можно сказать и о Новом времени, когда торговые связи Европы превзошли связи других морских цивилизаций.

Первыми на поиски водных путей в Индию отправились португальцы. Они достигли южной оконечности Африки (конец 80-х гг. XV в.) и получили реальную возможность открыть путь в Индию. В 1498 г. экспедиция Васко да Гамы прибыла в индийский город Каликут. Но ещё раньше (12.10.1492) генуэзец Христофор Колумб, возглавивший испанскую экспедицию, достиг о. Сан-Сальвадор, открыв тем самым Новый Свет – ВестИндию. В 1494 г. были определены сферы влияния Испании и Португалии. Права первой распространялись на всю Америку (без части Бразилии), португальцы захватили Азию, Африку и большую часть Бразилии. Экспедиция Васко да Гамы стала началом колониальных захватов Португалии на Востоке, Америка осваивалась испанскими конкистадорами (от исп. – завоеватели). Португальцев интересовали пряности, испанцев – золото. Слухи о мифической стране Эльдорадо, полной золота и драгоценных камней, волновали воображение многих европейцев.

Романтической казалась сама идея поиска:

Среди гор и долин едет рыцарь один,

Ничего ему в жизни не надо.

Он всё едет вперёд. Он все песню поёт,

Он задумал найти Эльдорадо.

Когда в Америке появились европейцы, там были обнаружены развитые культуры ацтеков, инков, других индейских племен. Смехотворно малыми силами Кортес (500 солдат) и Писсаро (600 воинов) с помощью вероломства и чудовищной жестокости покорили к началу 30-х гг. XVI в. население Мексики и Перу. Этим всплеском варварства, который был ещё не последним в европейской культуре, начиналось Новое время. В 1519–1521 гг. флотилия Фернана Магеллана, португальца, состоявшего на службе у испанского короля, совершила первое кругосветное плавание. Было доказано, что земной мир не бесконечен. В конце XVI – начале XVII в. морские плавания стали совершать англичане и голландцы, а затем и французы. В начале XVII в. французы основались в Канаде, а к середине того же века голландцы открыли берега Австралии и Новой Зеландии. Русские землепроходцы и мореплаватели двигались к востоку от окраин Московского княжества вдоль побережья Северного Ледовитого океана. В середине XVII в. Семён Дежнев и Федот Алексеев открыли Берингов пролив, отделяющий Азию от Америки. За три века, начиная с середины XIV в., когда новгородцы проникли на Обь, русские люди преодолели пространства Сибири, но её освоение оставалось делом будущего. Великие географические открытия стали началом колониальной эпохи и одним из источников первоначального накопления капитала в Европе.

Преображение европейской культуры

Что же произошло с человеком в связи с открытиями и освоением новых пространств?

Естественно, что к духу странствий «были причастны» неслабые люди. Титанизм Возрождения проявился не только в произведениях искусства, но и в произведении человека, способного оценить себя и быть самому себе опорой. В этом отношении показательна автохарактеристика Джероламо Кардано (1501–1576), итальянского математика, философа и врача, одного из авторов решения уравнения третьей степени и идеи подвеса – прообраза карданного механизма:

«Я обладаю от природы философским и к наукам пригодным умом. Я остроумен, изящен, находчив, интеллигентен, похотлив, весел, праведен, верен, мудр, мыслящ, любопытен, услужлив, завистлив, изобретателен, учён, благодаря собственным стараниям, люблю чудеса, хитёр, жесток, знаю множество тайн, мстителен, меланхоличен, коварен, предатель, колдун, маг, несчастен, не люблю своих, отвратителен, сумрачен, вещун, ревнив, шутник, клеветник, изменчив, слабохарактерен; вот какие во мне противоречия характера и поведения».135

Здесь главное – умение и мужество взглянуть на себя и реально себя оценить, без чего невозможен трезвый взгляд на жизнь. Такой взгляд был присущ человеку времен античности, а Возрождение было возрождением античного понимания человека, согласно которому его достоинство определяется здесь, в условиях земной жизни, а не в загробном мире. Географические открытия и освоение новых земель стали возможными благодаря такому мировоззрению, в них оно подтвердило свою жизненную силу и истинность. Открытие мира и его конечности привело к переоткрытию человека, но уже на новоевропейский лад: истина человека в его земном конечном существовании, за которое он и должен нести ответственность. После многовекового влияния восточных учений, согласно которым человек – это гость на Земле, европейская культура возрождает убеждение, что человек – это хозяин Земли. И должен сам себя вести по дороге жизни.

Реформация

Окончательно подобное воззрение на человека утвердилось в XVI в. Его и можно считать веком рождения мировоззрения Нового времени. Широкое общественное движение в Западной и Центральной Европе, называемое Реформацией, приняло форму борьбы с католической церковью. В XVI в. это движение нашло поддержку в разных слоях населения. К тому времени церковь утратила своё былое влияние на политическую и духовную жизнь. Рост светской образованности, развитие научных знаний и искусства заставили взглянуть на церковь как на сдерживающее начало в европейской культуре. Пышная ритуальность, стремление к внешней роскоши и богатству, свойственные служителям церкви, ставили под сомнение духовность и истинность католического вероучения. В среде немецких гуманистов крепло убеждение, что истинная духовность заключена в человеке и не может зависеть от сословной принадлежности. Видный гуманист Ульрих фон Гуттен (1488– 1523) в стихотворении «Никто» представил действительным носителем нравственности простого человека, не обладающего официальным положением в обществе.

Толчком к массовому выступлению за Реформацию стал протест немецкого мыслителя и общественного деятеля Мартина Лютера (1483–1546) против индульгенций – отпущения грехов верующих за деньги. Спасение, утверждал Лютер, даруется человеку непосредственно Богом, всё дело в личной вере, а не в посредничестве церкви. По учению Лютера, истина заключена только в Священном Писании, которое является единственным источником веры. Тем самым он отвергал церковь с её духовной иерархией, с её культом, с её святыми, иконами и предписаниями пап и отцов. В новой церкви, задуманной Лютером, должен быть только пастырь – наставник верующих, отличие которого в том, что он хорошо знает Евангелия. Лютер сам демонстрировал непоколебимость личной веры. На предложения отречься от своих убеждений он отвечал: «На этом стою и иначе не могу!». Лютер перевёл Библию на немецкий язык, что не только содействовало успеху Реформации, но и определило развитие немецкого литературного языка. Гёте говорил о нём: «Нам даже не до конца понятно, сколь многим мы обязаны Лютеру и Реформации. Мы сбросили оковы духовной ограниченности, благодаря нашей всё растущей культуре мы смогли вернуться к первоистокам и постигнуть христианство во всей его чистоте».136

Томас Мюнцер (ок. 1490–1525), идеолог крестьянско-плебейских масс в Реформации и Крестьянской войне 1524–1526 гг. в Германии, отвергал букву и защищал живой дух Евангелия. Мюнцер считал, что пробуждает веру не книга, а обновление ума, к чему призывал римлян апостол Павел. Лютер, как идеолог бюргерско-княжеского направления в Реформации, стал противником Мюнцера. Он выступал против власти ограниченных людей над культурой, но не против власти культуры над человеком.

Новое понимание роли и места человека в мире

В Германии победила бюргерско-княжеская Реформация, Мюнцер был обезглавлен. Победили вера и власть, призывы к обновлению ума стали восприниматься как безверие и отрицание власти.

Жан Кальвин (1509–1564), идеолог Реформации в Швейцарии, создал собирательный портрет неверующего – «им оказался портрет философа».137 Кальвина называли «женевским папой», его нетерпимость мало отличалась от инквизиторской, но над Женевой уже не было власти римских пап. Власть стала своей, близкой, и вера стала проще и понятнее. Произошло обмирщение власти и веры, а вместе с тем и обмирщение человека. Самым богоугодным делом объявлялось преуспевание в мирских делах, а также умеренность и бережливость. Происхождение и сословные привилегии уже не имели былого значения, главным стало «мирское призвание» человека. Утверждалась святость труда и деловых качеств личности. Верность своему поприщу была вместе с тем и выражением верноподданничества. Роль человека определялась его делом и общественным признанием результатов. К этому в конечном счёте и сводилась вера человека Нового времени, и она оборачивалась верой в прогресс и во власть над миром. Такая вера была основана на убеждении, что Бог хочет того же, чего хочет человек. Неверие философов было основано на убеждении противоположном: человек должен хотеть того, чего хочет Бог. Но в обоих случаях Бог и человек понимались рационалистически, что соответствовало духу Нового времени.

При рационалистическом понимании ни Богу, ни человеку в видимом мире места не было. Место Бога заняли законы природы, место человека – законы его деятельности, соответствующие законам природы, место религии заняла наука, место религиозного культа – культ техники, воплотившей в себе закономерности природы и общества, место веры – научные и инженерные знания.

Развитие естествознания

Данный текст является ознакомительным фрагментом.