ДОМА №№ 32, 34, 36-38, 40, 42

ДОМА №№ 32, 34, 36-38, 40, 42

ПЯТЬ В РЯД

История дома № 30 скромна, но у нескольких следующих по улице Марата зданий она не богаче. В эту главу объединены сразу пять домов. Что можно сказать о них?

Дом № 32 принадлежал в начале XX века купеческому семейству Самариных. Наверное, самым известным жильцом его был танцовщик Николай Густавович Легат. Его имя соединяет собою разные эпохи русского балета. Он много лет работал в Мариинском театре, где был ведущим танцовщиком и постоянным партнером Матильды Кшесинской. Танцевал с Анной Павловой. Несколько лет был главным балетмейстером Мариинского театра. О популярности Легата говорит такой факт: на его прощальном бенефисе в 1914 году присутствовал император Николай II.

Еще Легат был талантливым рисовальщиком и даже издал в 1903 году – вместе с братом Сергеем – альбом «Русский балет в карикатурах», где запечатлел всех тогдашних звезд от Мариуса Петипа до Тамары Карсавиной. Немало сил отдал он и работе балетного педагога; у него учились Анна Павлова, Агриппина Ваганова, Вацлав Нижинский и множество других звезд. А когда после революции Николай Легат очутился в Лондоне, он открыл там балетную школу, которую посещали, среди прочих, Серж Лифарь и Марго Фонтейн. Если кто не помнит, Фонтейн – это выдающаяся балерина, которой на закате карьеры довелось танцевать с Рудольфом Нуреевым.

Дом № 32

Вот такая связь времен и имен через призму одной биографии.

С историей дома № 34 дела обстоят немногим лучше. Владел им в начале XX века доктор медицины Яков Трусевич. Брат знаменитого директора Департамента полиции М.И. Трусевича, он и сам удостоился упоминания в энциклопедиях.

Дом № 34

Яков Иванович был человеком энергичным и одаренным. Когда служил на перевозившем раненых и больных крейсере «Россия», писал оттуда статьи в газеты, а по окончании плавания взялся за книги. Главной темой Трусевича стала небезызвестная морская болезнь. То ли он сам испытал ее на себе во время плавания, то ли насмотрелся на окружающих – но за работу принялся серьезно. Посвятил морской болезни монографию в 350 страниц толщиной, популярный очерк, а заодно защитил диссертацию по теме «Исторические, клинические и терапевтические материалы к учению о морском укачивании, или морской болезни». Лечить укачивание, кстати сказать, Яков Иванович думал нитроглицерином...

А в начале XX века Трусевич не только лечил пациентов, но и занимался археологией. Составил свод азбук и образцов кириллицы, был действительным членом Археологического института. И владел в столице несколькими домами. Один из них находился совсем неподалеку от Николаевской улицы – на Кузнечном переулке, 8. Вокруг этого дома осенью 1910 года грянул скандал: городская комиссия признала состояние его на редкость антисанитарным. Трубы находились в неисправном состоянии, лестницы и парадные были грязны, штукатурка с фасада грозила обвалиться... В итоге на Якова Ивановича был наложен штраф в размере 200 рублей. А пресса сообщила тогда петербуржцам, что «доктор медицины Трусевич побил рекорд антисанитарности».

Своеобразное дополнение к образу ученого!

Дом № 36-38, построенный с отступом от красной линии, не лишен архитектурного своеобразия: его строил в 1913 году известный зодчий Карл Валерианович Бальди. Отметим швейно-трикотажный мотив в биографии здания: перед революцией тут была мастерская дамских нарядов Императорского Человеколюбивого общества, а в 1930-е помещался галантерейно-пошивочный комбинат имени Клары Цеткин.

Есть интересные страницы и в предыстории дома. В середине XIX века на его месте стояли два небольших здания, одно из которых – двухэтажное с мезонином – принадлежало статскому советнику врачу Михаилу Марковичу Маргулиесу. Здесь помещалась и частная лечебница на несколько кроватей.

О докторе Маргулиесе вспоминал мемуарист, имевший удовольствие лечиться у него в детстве: «Это был обрусевший, крещеный еврей, толстенький, маленького роста, гладко-бритый, веселый человек, в золотых очках и всегда в синем фраке со светлыми пуговицами. Это был пожилой холостяк, но он очень любил детей, и когда приезжал нас лечить, всегда был с запасом леденцов».

Дом №36-38

Вот, кстати, чем пользовали детей в те времена: «Для понижения жара поили потогонным: малиной, бузиной, липовым цветом. Температура тела не измерялась. Как слабительное давался настой александрийского листа. Пиявки были в большом употреблении».

Большой доходный дом № 40 принадлежал с конца XIX века до самой революции купеческой семье Смуровых. Смуровы были широко известны в старом Петербурге. Крупные торговцы фруктами, колониальными товарами и кондитерскими изделиями, они стояли в одном ряду (и состояли в родстве) со знаменитыми Елисеевыми. Не случайно у Салтыкова-Щедрина упоминается «привоз свежих устриц к Елисееву и Смурову», и та же самая пара мелькает в мемуарах Александра Бенуа: один из его родичей, большой гурман, «сам ездил выбирать деликатесы к Смурову и к Елисееву, где он прислушивался к советам и рекомендациям преданных ему приказчиков».

Дом № 40

Дом № 42

К слову сказать, Смуровы занимались коммерцией с 1790-х годов, тогда как Елисеевы – только с 1810-х...

Почтенному семейству принадлежал в начале XX века и дом № 42. Он находился в руках купчихи 2-й гильдии Варвары Егоровны Балашовой, владевшей гончарно-изразцовым и глазуроваренным заводами. Дело Балашовых было основано позже смуровского, но тоже достаточно давно – в 1824 году. Много лет семья управляла производством кирпичей в Усть-Ижоре, а с началом XX столетия Балашовы занялись и производством изразцов: господствовавший в архитектуре стиль модерн обеспечивал постоянный спрос на такую продукцию.

Достоверно известно, что в начале XX столетия завод Варвары Балашовой был крупнейшим в столице по выпуску печных изразцов и поставлял продукцию в том числе к императорскому двору; документы о таких поставках сохранились в архивах.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

3. Дома

Из книги Эпоха Рамсесов [Быт, религия, культура] автора Монте Пьер


Дома

Из книги Кельты-язычники. Быт, религия, культура автора Росс Энн


ДОМА №№ 18, 20

Из книги Улица Марата и окрестности автора Шерих Дмитрий Юрьевич

ДОМА №№ 18, 20 ИЗЯЩНО, МЕТКО, ГРАЦИОЗНО... Дом № 18 оставил в городских летописях скромный след. Правда, владел им с конца XIX столетия до революционных времен человек известный и влиятельный – адвокат и промышленник Эммануил Семенович Мандель. Он был директором Сибирского


ДОМА №№ 43, 45

Из книги Московский проспект. Очерки истории автора Векслер Аркадий Файвишевич

ДОМА №№ 43, 45 КУПЕЧЕСКИЕ ХОРОМЫ Как и многие другие здания на Николаевской, дома № 43 и № 45 в начале XX столетия принадлежали представителям купеческого сословия. Первым какое-то время владел видный мясоторговец, гласный Городской думы Константин Пузырев, а вторым –


ДОМА №№ 26, 28

Из книги Такая удивительная Лиговка автора Векслер Аркадий Файвишевич

ДОМА №№ 26, 28 ДОМ ГОСУДАРСТВЕННОГО КАЗНАЧЕЯ Сегодня дом № 26 по улице Марата не привлекает особенного внимания. Даже несмотря на солидные размеры. И уж никак не подумаешь, что над ним работал известный зодчий Джованни Лукини, на счету которого еще и здание Таможни


ДОМА №№ 32, 34, 36-38, 40, 42

Из книги автора

ДОМА №№ 32, 34, 36-38, 40, 42 ПЯТЬ В РЯД История дома № 30 скромна, но у нескольких следующих по улице Марата зданий она не богаче. В эту главу объединены сразу пять домов. Что можно сказать о них?Дом № 32 принадлежал в начале XX века купеческому семейству Самариных. Наверное, самым


ДОМА №№ 79, 81

Из книги автора

ДОМА №№ 79, 81 ЛЕЙБ-ГВАРДИИ ЕГЕРИ Улица Марата заканчивается у Подъездного переулка, и, стало быть, до завершения пути нам еще неблизко. Однако по нечетной стороне у нас впереди всего два номера – 79 и 81. А дальше идет пространство бывшего Семеновского плаца, которое мы,


ДОМА №№ 56-58, 58А

Из книги автора

ДОМА №№ 56-58, 58А «СИНЯЯ ПТИЦА» У БОРОВОЙ И вот пришла пора приступать к последнему отрезку нашего пути – и отрезку весьма интересному. Правда, начало у него совсем не выдающееся.Участок от Разъезжей до Боровой принадлежал в начале XX века одним владельцам. Вначале это были


ДОМА №№ 78, 80

Из книги автора

ДОМА №№ 78, 80 МАНУФАКТУРА, РЫБА, ЧАЙ... Два дома, о которых пойдет речь в этой главе, продолжают купеческую тему в нашей прогулке. Историей они, правда, небогаты. Дом № 78, высотой в три этажа, сохранил доныне характерные черты архитектуры классицизма. В начале XX века он