Типичные конкистадоры. Писарро и его братья

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Типичные конкистадоры. Писарро и его братья

Культ героев в Америке развит необычайно, а герои всегда выбираются среди уголовников.

Оскар Уайльд

Почему следующего за Кортесом по удачливости конкистадора, человека, сумевшего завоевать страну Великого Инки, мы назвали типичным? Прежде всего потому, что он завоеватель «второй волны», последователь, эпигон. Начиная с Колумба, пришельцы двигались по морю и островам будто наощупь: остров впереди или материк? Пролив или озеро? Что за люди идут навстречу? Чем их убедить или напугать? Первые конкистадоры сталкивались с непредвиденными трудностями – это мог быть климат, недовольство соратников, необъятные пространства, фатальное невезение. Завоеватели второй волны заранее знали то, что завоеватели первой волны узнавали на своей шкуре. Традиционное конкистадорское упрямство подхлестывала зависть к первопроходцам. После побед Кортеса никакие серебряные рудники и хлопковые плантации не могли удовлетворить претензий авантюристов. Новый Свет становился все больше, это уже был материк, а не группа островов, как вначале. Сколько Мексик и Гаити скрывалось там, куда еще не ступала нога ни одного испанца?

Два знаменитых конкистадора были родом из испанской провинции Эстремадура: Эрнан Кортес появился на свет в городке Медельин, Франсиско Писарро – в Трухильо. Между ними существовала и родственная связь: Кортес был сыном Мартина Кортеса и донны Каталины Писарро. Кортеса и Писарро отличали незаурядная смелость, оба были прирожденными лидерами, искателями приключений. Своих лучших людей оба набирали именно в Эстремадуре, суровой, высокогорной области Испании.

Незаконнорожденный сын полковника Франсиско Писарро ни за что не желал быть пастухом, поэтому отправился в Америку на поиски счастья. Прибыв туда в 1502 году, он семь лет прослужил в районе Карибского моря, участвуя в военных компаниях против индейцев. В 1524 году Писарро вместе с Диего де Альмагро и священником Эрнандо де Люке организовал экспедицию по неосвоенным европейцами территориям Южной Америки. Еще до начала экспедиции они заключили в церкви контракт о разделе добычи. Но участникам экспедиции так и не удалось найти ничего интересного. В 1526 году состоялась вторая экспедиция, в ходе которой Писарро наменял золота у туземцев. Также в ходе этой экспедиции испанцами было захвачено трое инков – из них хотели сделать переводчиков. Эта экспедиция оказалась очень тяжелой, на долю ее участников выпали и болезни, и голод.

О том, что империя ацтеков завоевана испанцами, инки не знали, потому что не имели прямых контактов с ацтеками и майя. О белых людях инки впервые услышали только в 1523 или 1525 году, когда некий Алехо Гарсия во главе индейцев племени чиригуано напал на сторожевой пост страны в Гран-Чако.

В 1527 году Франсиско Писарро ненадолго высадился на северо-западном перуанском побережье в Тумбесе, и вскоре отплыл, оставив здесь двоих своих людей. Но даже одного из них хватило, чтобы заразить местных жителей оспой. В результате территория современного Эквадора была опустошена еще до возвращения Писарро.

От местных жителей Писарро узнал о большом количестве золота и серебра, которыми украшали сады и храмы в глубине материка. Понимая, что для того, чтобы заполучить эти богатства, необходимы значительные военные силы, Писарро отправился в Испанию и обратился за помощью к Карлу V. Он рассказал о несметных сокровищах инков. Карл V пожаловал Писарро титул губернатора и капитан-губернатора на всех землях, которые тот сумеет завоевать и сможет контролировать.

Как уже было сказано, инки пострадали от появления европейцев на их континенте еще до начала завоевания испанцами. Черная оспа косила целые семьи не имевших к ней иммунитета туземцев. Но были и свои, внутренние проблемы. Когда в 1527 году умер Уайна Капака (Верховный Инка), высшая государственная должность должна была перейти к кому-то из его сыновей от главной жены. Обычно выбирался тот из сыновей, кто, по мнению монарха, мог лучше справиться с обязанностями. В Куско, столице инков, знать провозгласила новым императором Уаскара (его имя в переводе означает «сладкий колибри»). Но помимо Куско у империи был и другой важный центр. Последние годы своей жизни предыдущий Верховный Инка провел в Кито (нынешней столице Эквадора).

Поэтому здесь проживала и значительная часть двора. Город практически превратился во вторую столицу. Расквартированная в Кито армия отдавала предпочтение другому сыну Уайны Капака – Атауальпе (его имя переводится, как «дикий индюк»). Большую часть своей жизни он провел рядом с отцом на полях сражений. Это был человек острого ума. (Позднее испанцы удивлялись скорости, с которой он освоил игру в шахматы). В то же время Атауальпа был беспощаден и скор на расправу, доказательством этому служил страх придворных навлечь на себя его гнев.

Атауальпа выказывал лояльность по отношению к новому Верховному Инке, но отказывался прибыть ко двору брата, возможно опасаясь того, что Уаскар видит в нем соперника и попытается устранить. В конце концов Уаскар потребовал, чтобы брат находился рядом с ним при дворе. Отказавшись и на этот раз от приглашения, Атауальпа послал вместо себя послов с дорогими подарками. Уаскар, возможно под действием враждебно настроенных к его брату придворных, подверг пыткам людей Атауальпы, и казнил их. Вслед за этим он направил свою армию в Кито, приказав силой доставить Атауальпу в Куско. Последний призвал верных ему воинов к оружию.

Армия Куско вначале даже сумела взять в плен Атауальпу. Но ему удалось бежать и присоединиться к своим. В последовавшей за этим битве его войска победили. Уаскар в срочном порядке собрал вторую армию и отправил ее в Эквадор. Новобранцы тем более не могли сравниться с ветеранами Атауальпы и были разбиты в двухдневном бою. В итоге Атауальпа захватил в плен Уаскара и с триумфом вступил в Куско, после чего началась жестокая расправа над женами, друзьями и советниками неудачливого брата.

В 1532 году Писарро с Альмагро вернулись в Тумбес вместе с двумя сотнями хорошо вооруженных авантюристов. На месте когда-то цветущего города они застали лишь руины: он сильно пострадал от эпидемии, а потом и от гражданской войны. В течение пяти месяцев Писарро двигался вдоль побережья, по пути грабя склады инков. В итоге конкистадор отправился ко двору Атауальпы. Девять из его людей, напуганные перспективой оказаться в гористой местности во владениях инков, повернули назад. Испанцев поражали мощеные каменными плитами местные дороги с высаженными по обочинам деревьями, а также каналы, облицованные камнем.

Узнав о продвижении белых людей внутри его страны, Атауальпа пригласил их к себе в гости. Со слов посла он понял, что испанцы выглядят и настроены дружелюбно. Во время встречи с послом Писарро сделал подарки монарху и много говорил о мире.

Завоеватель прибыл в Тумбес 13 мая 1532 года и двинулся в Кахамарку со 110 пешими и 67 конными воинами. Атауальпа был осведомлен об этом из донесений разведки. Разведчики уверяли, что кони не видят в темноте, что человек и конь – единое существо, которое при падении уже не способно сражаться, что аркебузы испускают лишь громы, да и то лишь дважды, что испанские длинные стальные шпаги совершенно бесполезны в битве.

Отряд конкистадоров на своем пути мог быть уничтожен в любом из ущелий Анд, но этого не произошло. Заняв защищенную с трех сторон стенами Кахамарку, испанцы передали императору приглашение прибыть в город на встречу. До сих пор никто не может объяснить, почему Атауальпа дал завлечь себя в ловушку. Он прекрасно знал о силе чужеземцев, причем излюбленным тактическим приемом самих инков была именно засада. Возможно, император был движим какими-то особыми побуждениями, недоступными пониманию европейцев. Под вечер 16 ноября 1532 года Атауальпа явился на площадь Кахамарки во всем своем великолепии, в сопровождении многочисленной свиты – правда, безоружной, как того потребовал Писарро.

Атауальпа упрекнул испанцев за разграбление его складов и за пренебрежительное отношение к индейцам на побережье. В ответ испанцы начали хвастаться своим воинским искусством и предложили воспользоваться их услугами. Во время встречи Эрнандо де Сото хотел напугать Атауальпу и почти наехал на него, сидя на коне, так что клочья пены с удил скакуна попали на одежду Инки. Но Атауальпа не дрогнул. Позже он приказал казнить тех придворных, которые выказали страх. Писарро же, следуя примеру Кортеса, который завоевал могущественную империю ацтеков, похитив императора, начал готовить засаду.

Ночью Атауальпа послал 5000 воинов, чтобы перекрыть дорогу к северу от Кахамарки. По разработанному им плану, как он позже признался испанцам, воины должны были захватить в плен живыми Писарро и всех его воинов, чтобы принести в жертву богу Солнца – Инти, а их лошадей оставить для разведения.

На рассвете Писарро разместил своих людей в строениях вокруг площади. Ожидание было томительным для испанцев, так как десятикратное численное превосходство инков пугало и подавляло их. Позже, как признался один из очевидцев, «многие испанцы безотчетно из-за сковавшего их ужаса мочились в штаны». На закате к площади приблизилась императорская процессия. 80 слуг несли Атауальпу на деревянных носилках, инкрустированных золотом и украшенных перьями попугаев. Монарх в одеждах с золотыми нитями, весь в украшениях, восседал, держа в руках золотой щит с геральдическим изображением Солнца. Тут же были танцоры и аккомпанировавшие им музыканты. Его свита насчитывала более 5000 воинов (основные силы, порядка 80000 воинов, были за городом). Все они пришли без оружия.

На площади инки увидели лишь одного доминиканского монаха в сутане с крестом в одной и Библией в другой руке. Королевский совет в Испании постановил, что язычникам нужно предоставлять возможность принять христианство добровольно, без кровопролития, и конкистадоры решили не нарушать букву закона. Монах объяснил смысл христианской веры правителю инков, а переводчик объяснил правителю инков, что его просят принять религию чужеземцев. «Вы говорите, что ваш Бог принял смерть, – ответил на это Атауальпа, – а мой все еще живет», – показал он на склоняющееся к горизонту Солнце. Император взял в руки протянутый ему молитвенник. Насколько он понимал, испанцы ценили эту вещь так, как индейцы ценили «уака» – идола, в котором, как они считали, был заключен дух богов. Но книга казалась ему игрушкой в сравнении с их громадным каменным «уака», которому поклонялись инки, поэтому он швырнул Библию на землю. Как утверждают очевидцы, после этого монах повернулся к Писарро и сказал ему и его людям: «После такого можете напасть на них. Я заранее отпускаю вам все ваши грехи».

Писарро подал сигнал к атаке. Две пушки дали залп по толпе индейцев. Испанские всадники выехали из зданий в полном вооружении и атаковали безоружных инков. За ними под звук труб последовали пехотинцы с боевым кличем – «Сантьяго!» (имя святого, помогающего, по убеждению испанцев, одержать верх над противником). Это была жестокая резня.

Писарро с трудом вытащил из нее Атауальпу. В течение нескольких часов в Кахамарке и вокруг города погибло 6000 инков, но не один испанец не был убит. В число немногих раненых попал и сам Писарро, получивший ранение от своего же солдата, когда пытался прорваться к царственному противнику, чтобы захватить того живым.

Многие исследователи пытались понять, почему Атауальпа совершил роковую ошибку, придя к испанцам с безоружными воинами. Возможно, вождь даже не мог представить, что столь малочисленный отряд дерзнет напасть на его громадную армию. А может, он просто поверил речам испанцев о мире.

В плену Атауальпе позволили сохранять все королевские привилегии. Все его жены и слуги находились подле него. К нему являлись вельможи и исполняли его приказания. Менее чем за месяц он научился говорить и даже немного писать по-испански, что еще раз доказывает, что он был незаурядным человеком.

Инки не воспринимали золото и серебро как что-то ценное. Для них это был просто красивый металл. Золото они называли «потом Солнца», а серебро «слезами Луны». Для них более ценными были ткани, так как на их изготовление уходило много времени. Поняв, что белые люди думают иначе, Атауальпа решил откупиться, предложив за свою свободу наполнить комнаты, в которых он находился, золотом, а также дважды «набить серебром индейскую хижину». Вместо освобождения он, таким образом, подписал свой смертный приговор. Правитель страны инков лишь разжег алчность испанцев. В то же время, боясь, что его брат сможет предложить за свою свободу еще больше золота, он приказал казнить Уаскара.

Тем временем среди испанцев прошел слух, что Атауальпа готовит против них заговор. Находясь в окружении враждебно настроенных индейцев, недавние их победители постоянно ждали «удара в спину». Испанцы стали подозрительными, боялись, что все равно не уйдут живыми из страны. На заседании совета, возглавлявшегося самим Писарро, было решено сжечь Атауальпу на костре. Когда испанцы сообщили вождю о своем решении, он расплакался, потому что по верованиям инков, уничтожение тела означало лишение бессмертия. После короткого формального суда 29 августа 1533 года испанцы обвинили его в заговоре и в «преступлениях против испанского государства».

Монах перед смертью Верховного Инки еще раз попытался обратить его в христианскую веру. Понимая, что если он примет христианство, то его не сожгут, а удушат с помощью гарроты (обруч с винтом для медленного удушения жертвы), Атауальпа согласился пройти обряд крещения, предполагая, что тело его будет после казни передано приближенным для мумификации. Но испанцы и здесь обманули его. После того как вождь был задушен, они сожгли его одежды и часть тела на костре. Оставшуюся часть они предали земле.

Испанцы, почти не встречая сопротивления, дошли по прекрасной дороге до Куско и 15 ноября 1533 года взяли город. Писарро понимал, насколько выгодно иметь «ручного» местного правителя. Он остановил выбор на еще одном сыне Уайны Капака – Манко Инке, ведь когда испанцы прибыли в Куско, их встречали как героев, свергнувших узурпатора и восстановивших в правах законных властителей инков.

Конкистадоры не отличались великодушием и всячески унижали Манко, пренебрежительно относясь к обычаям инков. Худшее произошло, когда Писарро отправился на океанское побережье, чтобы основать там новую столицу – Лиму. Главными он оставил своих братьев Гонсало и Хуана. Гонсало относился к Манко с нескрываемым презрением. Похитив его любимую жену, он надругался над ней. Бесчинства, творимые испанцами, привели к тому, что Манко наотрез отказался от сотрудничества и предпринял попытку покинуть Куско. Испанцы вернули его в столицу закованным в цепи. В заключении его подвергли разного рода унижениям.

В 1536 году, когда часть конкистадоров под предводительством Диего Альмагро отправилась в завоевательную экспедицию в Чили, Манко ускользнул из-под надзора испанцев, уговорив одного из братьев Франсиско, Эрнандо, (который совсем недавно приехал в Куско из Испании), временно выпустить его из-под ареста, чтобы он мог помолиться в святилище. За это Верховный Инка обещал подарить Эрнандо Писарро золотую статую. (По другой версии, он был выпущен, чтобы найти и затем передать испанцам сокровища своего отца.) Но как только Манко выбрался за пределы Куско, он призвал народ к восстанию. Момент для этого был выбран благоприятный. Альмагро и Писарро при поддержке своих сторонников затеяли спор о разделе военной добычи, вскоре переросший в открытое военное столкновение.

Уничтожив всех испанцев в окрестностях Куско, четыре армии, собранные Верховным Инкой, 18 апреля 1536 года обрушились на столицу. Обороной города руководил опытный солдат Эрнандо Писарро. В его распоряжении имелось лишь 130 испанских солдат и 2000 индейцев-союзников, но он проявил незаурядный военный талант и выдержал осаду. В это самое время инки атаковали и Лиму, основанную Писарро в 1535 году и объявленную им новой столицей Перу. Поскольку город лежал на равнинной местности, испанцы успешно использовали кавалерию и быстро разбили индейцев. Писарро послал на подмогу брату четыре отряда конкистадоров, но они так и не смогли пробиться к осажденному Куско. Однако после трех месяцев осада Куско была снята из-за того, что многие воины покинули армию Инки в связи с началом земледельческих работ, к тому же к городу приближалось возвратившееся из Чили войско Альмагро.

Манко II и тысячи преданных ему людей отступили на заранее подготовленные позиции в горном массиве Вилькабамба к северо-востоку от Куско. С собой индейцы унесли сохранившиеся мумии прежних инкских правителей. Здесь Манко создал так называемое Новоинкское государство. За короткий срок была возведена новая столица – Вилькабамба. Она насчитывала около трехсот домов и шестидесяти монументальных сооружений. Из этого города инки порой совершали набеги на завоевателей, нападая на их сторожевые посты. В 1572 году испанцы решили покончить с этим последним оплотом инков, свидетельством их прежнего могущества. Однако, добравшись до Вилькабамбы, испанцы на ее месте нашли лишь пустынные развалины. Защитники перед тем, как покинуть город, сожгли его. Испанцы продолжили погоню, проникая все дальше и дальше в джунгли. В итоге ими был захвачен последний вождь инков Тупак Амару. Его привезли в Куско и отрубили голову на городской площади. Так пресеклась династия правителей инков.

Надо сказать, что с победой над восставшими инками гражданская война между воинами Писарро и «чилийцами» Альмагро не закончилась. В 1538 году Альмагро был захвачен в плен и казнен, а три года спустя его сторонники убили Писарро. Во главе враждующих партий конкистадоров встали новые лидеры.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.