Двадцать последних лет

Двадцать последних лет

И все-таки Удельная, превратившаяся в середине 1960-х годов из предместья в район новостроек, не стала заурядным спальным районом. И сегодня многое напоминает здесь о старой Удельной, что придает неповторимое очарование этому уголку Петербурга. Кое-где среди новостроек 1960-х годов чудом уцелели старые деревянные домики. Их можно и сегодня увидеть на Рашетовой улице, Ярославском и Костромском проспектах.

Так выглядел в 1998 г. чудом уцелевший дом на бывшей Мышкинской улице. В середине 2000-х гг. его снесли. Фото автора

Судьбоносный 1991 год внес свои изменения и в Удельную: на ее карту вернулись некоторые исторические названия, утраченные в советское время. Так, согласно решению Санкт-Петербургского горсовета 4 октября 1991 года за № 314 улицам Фотиевой и Фофановой вернули прежние наименования – Елецкая и Енотаевская – в числе 43 восстановленных этим решением городских названий. В первую очередь с карты Петербурга убирались названия, связанные с Октябрьской революцией и деятелями революционного движения. Этим же решением возвращалось историческое название парку Челюскинцев – Удельный парк.

В июле 1999 года на карту Удельной вернулось еще несколько названий, утраченных в 1960-х годах во время реконструкции района. Имена вернули некоторым улицам – упраздненным, но фактически сохранившимся в виде внутриквартальных проездов. Так, снова появились названия следующих улиц: Громовская, Забайкальская, Заславская, Калязинская, Кольская, Лидинская, Мезенская, Олонецкая.

Здание на пр. Энгельса, 73, начинали строить для райкома и райисполкома. Теперь здесьотделение Пенсионного фонда. Фото автора, сентябрь 2011 г.

События 1991 года радикальным образом повлияли на судьбу одного из самых крупных зданий в Удельной. Речь идет о не лишенном архитектурных достоинств административном комплексе на пр. Энгельса, 73, который начали строить в конце 1980-х годов для райкома КПСС и райисполкома. К концу 1991 года компартии не стало – отпала и необходимость в новом здании для него. Райисполком же остался на своем прежнем месте. Ныне здесь располагается отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

* * *

В современной Удельной возникли свои традиции и свои места притяжения местных жителей. Неформальным местом встреч жителей с давних пор служит Удельный парк. «Уроженцы Калининской, Псковской, Новгородской областей оседали в Питере и, не забывая своих деревенских корней, каждые выходные шли сюда на гулянку, – вспоминал один из старожилов. – Попеть, поплясать, а то и сойтись стенка на стенку.

Драки здесь, как рассказывают, были страшнейшие, но до смертоубийства дело не доходило. Со временем люди остепенялись, глубже врастали в суетную городскую жизнь, но в парк ходить не переставали. Говорят, что гуляния здешние до сих пор сильно напоминают первопрестольные деревенские праздники».

Удельнинские «задворки» и сегодня привлекают внимание художников. Фото автора, апрель 2006 г.

«Каждый выходной с 4—5 вечера здесь начинает собираться народ, – описывал удельнинские „гулянки“ в конце 1990-х годов репортер газеты „Петровский курьер“. – На скамейках рядком усаживаются старушки. Они слушают и наблюдают. Народ помоложе толпится вокруг гармонистов, образуя несколько групп по интересам. В самой многочисленной медленно движутся в танце степенные пары. Кавалеров, как всегда, не хватает, и бабушки увлеченно танцуют друг с другом. Неподалеку с десяток женщин согласно выводят что-то тягуче-народное. В самой шумной компании поют частушки, и быстрые ноги плясунов с силой прибивают вялые листья к земле»...

Традиция продолжается и ныне. «Ни один из завсегдатаев здешних танцевальных вечеров так и не смог вспомнить, когда здесь все началось, – говорилось в газете „Смена“ в июле 2006 года. – Кто-то говорил, что впервые танцующие и поющие пенсионеры стали здесь собираться после войны, другие восклицали: да тут поют уже лет сто! Пожилые люди вспоминали, что еще лет десять-двадцать назад здесь собирались по выходным сотни человек, была своя эстрада, проходили концерты, действовали три хора. Сейчас все гораздо скромнее. Асфальтовая площадка, с десяток гармонистов-любителей, один почти штатный „диджей“-доброволец – это все, что есть в распоряжении веселящихся. Но они не жалуются. В парк Челюскинцев их влекут совсем другие ценности: чистый воздух, зелень, теплая непринужденная атмосфера и давно сложившаяся компания».

Любопытный взгляд на Удельный парк можно было найти в публикации Ольги Флоренской в одном из номеров журнала «Адреса Петербурга» за 2003 год – год 300-летия Петербурга.

«Парадоксально, но сегодня одним из главных достоинств Удельного парка является почти полное отсутствие в нем цивилизации, – отмечала Ольга Флоренская. – Строго говоря, это просто большой, ухоженный лес, постепенно оказавшийся в черте города. Посередине парка проходит длинный, довольно высокий холм, делящий Удельный на две части: верхнюю, более сухую, где проложено множество „хорошо шоссированных", как говорили в старину, дорожек, и нижнюю, болотистую, куда стекает с возвышенности несколько безымянных ручьев. Верхняя часть парка – идеальное место для пеших прогулок и занятий спортом. Здесь произрастают приятные глазу березы и лиственницы. Попадаются также дубы и сосны. Нижняя часть интересна более мелкими растениями, некоторые из которых (ландыши, кажется) занесены в Красную книгу, а также разнообразными водолюбивыми животными, от ручейника до жабы. Кроме того, тут обитает около сорока видов птиц и большая популяция белок.

Вот краткий список развлечений, обязательных для посетителей Удельного парка: весной – собирать подснежники и ловить тритонов, летом – загорать и кататься на велосипеде, осенью – собирать грибы и кормить белок, зимой – кататься на лыжах и финских санях».

Кстати, одной из нынешних достопримечательной Удельного парка Ольга Флоренская считает «бельчатник» – небольшой, огороженный железной решеткой участок неподалеку от центральной аллеи парка, устроенный для централизованного и безопасного кормления местных зверей и птиц. «Летом и зимой у „бельчатника“ толпится народ, жаждущий спасти меньших братьев от голодной смерти. На ветках окрестных деревьев, как шаманские амулеты, развешаны десятки птичьих кормушек, изготовленных из пластиковых бутылок и пакетов от кефира».

Еще одним достоинством парка Ольга Флоренская называет извилистый пруд – теперь сильно замусоренный, а когда-то служившей украшением пейзажной части Удельного парка. «Пруд расположен на самом краю крутого склона и отделен от него плотиной, через которую проходит одна из главных парковых аллей, – продолжает Ольга Флоренская. – Отсюда открывается замечательный романтический вид на нижнюю, дикую часть парка. От старого водопада сегодня осталось лишь несколько камней, разбросанных по дну заболоченного оврага. Там, среди грязной тины, автору попалось несколько крупных раковин речной жемчужницы – свидетельство того, что когда-то здесь протекал глубокий, чистый поток»...

Весной 2004 года в Удельном парке начались серьезные работы, направленные на восстановление его старинного облика. В мае, накануне 301-й годовщины основания Петербурга, здесь проводилась экологическая акция, осуществлявшаяся администрацией Приморского района совместно с компанией «Бритиш Американ Тобакко Россия», дирекцией парка и общественной организацией «Сохранение природы и культурного наследия».

На пространстве в несколько гектаров возле проспекта Энгельса жители окрестных районов, посетители Удельного парка и «общественники» высадили около тысячи различных видов красивейших кустарников – спирею, альпийскую смородину, барбарис, а также десятки лиственниц, сосен и кедров. Акция завершилась костюмированным представлением «Садовник Геккель и обитатели парка». В ходе него исторические персонажи (император Александр II, императрица Мария Федоровна и садовник Геккель) рассказывали об истории Удельного парка.

«В наше время, когда отношение к субботникам „в народе”, мягко говоря, ироничное, удивила массовость этой экологической акции, – писала газета „Санкт-Петербургские ведомости". – Мешки, приготовленные для сбора мусора, оказались заполненными, лопаты и грабли – востребованными. Саженцы – аккуратно и с любовью прикопанными. Костюмированное представление собрало благодарную и заинтересованную аудиторию»...

Традиция удельнинских «гулянок» продолжалась и в последующие годы. «До сих пор „на крепости“ (так называют большую асфальтированную площадку в парке, поскольку зимой туда свозят снег с дорожек парка. – С. Г.) по воскресеньям собирается огромная толпа бабушек и устраивает дискотеку, – рассказывал в 2007 году на страницах выпуска журнала „Квартальный надзиратель", посвященного Удельной, петербургский актер Максим Исаев. – Специальный дедушка привозит бобинный магнитофон с колонками и записями советской эстрады 1960—1970 годов. Еще приходят два-три баяниста, они подыгрывают магнитофону, а иногда одновременно с ним играют что-то свое. Бабушки с радостью поют хором, танцуют друг с другом и пьют водку. Я видел их дискотеку пару раз, и мне оба раза было немного страшно. Но очень хотелось заснять все это на видео, потому что через несколько лет об этом никто уже не будет помнить».

В той же публикации Максим Исаев упомянул и знаменитую «Молодежную горку» в Удельном парке. «Каждую зиму она возникает сама собой на месте длиннейшего глинистого спуска из парка по направлению к „Пионерской", – отмечал актер. – По выходным на „Молодежке“ тесно, сюда приезжают даже на машинах. Спускаясь с горки, можно развить приличную скорость, но на ногах доехать до самого низа, по-моему, никому не удавалось... В обычные дни „Молодежка“ притягивает гламурных нянь с профессионально экипированными младенцами и прогульщиков из окрестных школ. Для катания с горы прогульщики часто используют весьма неожиданные предметы. Я видел, как они ездили на холодильнике (а чего стоили усилия затолкать его наверх!), на сервировочном столике, на кочане капусты, на дверце от „Жигулей“ и на весле от байдарки. Может, поэтому теперь около „Молодежки“ постоянно дежурят предприимчивые люди и предлагают в аренду „ватрушки“».

И еще об одной достопримечательности Удельного парка сообщал Максим Исаев – парке аттракционов, который практически в неизменном виде сохранялся с советских времен до середины 2000-х годов.

«Этот странный „шанхай“ из ржавых металлических конструкций и пестрых кривых сараев при ближайшем рассмотрении оказывается настоящим музеем под открытым небом, – отмечала Ольга Флоренская на страницах „Адресов Петербурга“ в 2003 году. – Здесь доживают свой век подлинные советские качели-карусели начала 1970-х. Такие ослепительные раритеты с нежными названиями „Ромашка", „Цепочка", „Паровозик", „Автодром", „Север“ или „Сюрприз“ сохранились, пожалуй, только здесь да еще в Таврическом саду. Некоторые из пожилых механизмов все еще работают».

«Этот парк аттракционов работал еще в прошлом году, – сообщал Максим Исаев на страницах „Квартального надзирателя“ в 2007 году. – Карусели, машины и качели были в ужасающе аварийном состоянии, но и катание на них стоило в районе десяти рублей. По будним дням, особенно осенью, посетителей не было вовсе. Работники, запускающие механизмы, плотно сидели на венских стульях вокруг костра и разгадывали кроссворды».

Другой современной удельнинской достопримечательностью, которая впоследствии, несомненно, также станет достоянием истории, стал «блошиный рынок», развернувшийся в длину почти на километр возле железнодорожной станции Удельная. Как известно, своему названию подобные рынки обязаны французам. Блошиными их назвали из-за продаваемой одежды, которая была изъедена молью и населена огромным количеством блох.

Одним из первых «блошиных рынков» был, как предполагают, Marche aux puces в Сент-Уан в северных пригородах Парижа. С конца XVII века подобные примечательные рынки под открытым небом в городе Сент-Уан стали организовываться со столами и скамейками на полях и различных «рыночных скверах», где старьевщики и тряпичники продавали или обменивали свой товар за небольшие деньги. Со временем культура «блошиных рынков» получила широкое распространение в Германии – там они называются Flohmarkt. В России их называют просто «барахолками». И выглядят они вовсе не так респектабельно, как в Германии или даже в соседней Финляндии.

Удельнинский «блошиный рынок», известный, без преувеличения, на всю Россию, стал героем многочисленных публикаций в петербургской прессе. Какими только эпитетами его не называли! «Блошиный рынок на ничьей земле», «самый крупный хенд Петербурга», «зеркало быта советской эпохи», «музей под открытым небом»...

«Барахолка на Удельной – единственное место в городе, где бедноту с ее нехитрым скарбом не гонят, – констатировала газета „Санкт-Петербургские ведомости". – Заплатил пять или десять рублей – раскладывай свой товар на земле и торгуй спокойно. Хоть весь день, если сил хватит. По рядам ходишь, как по музею экспонатов полузабытого советского быта. Много чего можно извлечь из старых чемоданов и кладовок, достать с антресолей и дачных чердаков».

Однако взгляд на Удельнинский «блошиный рынок» может серьезно отличаться в зависимости от того, кто является его посетителем. У человека, впервые оказавшегося здесь, а тем более случайно, это место может не вызвать никаких симпатий.

«Здесь чаще встретишь обиженного жизнью пенсионера, который пришел сюда, чтобы продать то немногое, что можно приволочь сюда на маленькой тележке в маленькой сумке, дабы получить хоть какую-то надбавку к мизерной пенсии, – говорилось в одном из описаний „Уделки“, как ее называют местные завсегдатаи. – Атмосфера бедности и безысходности. Люди стелят свои газеты, тряпки на землю, на грязь после утреннего дождя, раскидывают свое барахло, копившееся десятилетиями, и ждут покупателя. Помимо стариков здесь можно увидеть и хитрых перекупщиков-торгашей, которые побогаче и имеют возможность платить за аренду стационарного прилавка, а не сидеть под палящим солнцем около большой лужи и груды мусора».

В то же время для ценителей и собирателей предметов старины и просто старых вещей, коллекционеров военной амуниции, рынок на Удельной – настоящий клондайк, которому цены нет! Он давно уже стал обменным центром для небогатых коллекционеров.

В одной из петербургских газет в год 300-летия нашего города появился репортаж, в котором рассказывалось, что «рынок на Удельной – это настоящий музей под открытым небом, но между зрителями и артефактами прошлого не стоят барьеры и строгие служители. В отличие от обычного музея все экспонаты здесь продаются... Подобные рынки есть и за границей, но, как считают сами торговцы, по богатству и разнообразию товара им далеко до нашей Удельной... Тут каждая вещь имеет свою историю. Многие посетители роняют слезу, когда неожиданно встречают игрушку времен своего детства или слышат пластинку Леонида Утесова. У дирекции рынка даже появилась идея организовать музей советского быта».

* * *

В последнее десятилетие Удельная как один из самых зеленых, «экологически чистых» районов города стал особенно привлекателен в качестве полигона пресловутой «уплотнительной застройки». Многие старые удельнинские дома, чудом сохранившиеся во время реконструкции 1960-х годов, стали мешать новым застройщикам, которым очень бы хотелось увидеть на их месте высотные многоэтажные дома.

К сожалению, именно такая судьба постигла легендарный «ленинский дом» на Ярославском пр., 11, о котором мы уже рассказывали выше. Кратковременное пребывание здесь Ленина спасло здание от сноса во время реконструкции района в 1960-х годах. Тогда чтили «священную память вождя мирового пролетариата» и не стали разрушать старый дом. Так он и стоял до последних лет, пока не пришли новые времена. После развенчания ленинского мифа дом на Ярославском проспекте – «революционная реликвия» – потерял свою сакральную ценность. Памятная гранитная доска в начале 1990-х годов бесследно исчезла с его фасада.

Тем не менее «ленинский дом» представлял собой уникальный образец застройки старой Удельной начала прошлого века, достойный сохранения. Правда, это все рассуждения стороннего наблюдателя. Совершенно иначе воспринималась ситуация «изнутри» – глазами тех людей, кому довелось жить в «революционном памятнике». Еще в 1996 году экспертная комиссия признала дом непригодным для проживания, однако спустя еще четыре года там продолжала жить одна семья. Для расселения людей с помощью инвестора существовало непреодолимое препятствие: дом числился памятником федерального значения.

Инвесторы не видели никакой выгоды ни в капитальном ремонте обветшавшего здания, ни в его сносе с перспективой воссоздания в прежнем виде. Дальнейшее развитие сюжета стало весьма характерным и показательным для практики «уплотнительной застройки».

«Ленинский дом» на Ярославском проспекте незадолго до сноса. Фото автора, сентябрь 2005 г.

Расселенный дом огородили железобетонным забором, вышло постановление городского правительства о проектировании на этом месте 9-этажного жилого дома. Однако трогать старое здание было нельзя, поскольку по закону оно все еще оставалось под охраной государства как памятник. Спустя некоторое время в доме случился серьезный пожар, после которого второй этаж превратился в обугленное пепелище. После этого снять статус с пепелища, не подлежащего восстановлению, оказалось гораздо проще, и разрешение на снос было получено.

Осенью 2005 года старый дом еще выглядывал, с покорной обреченностью, своими пустыми глазницами из-за мощного забора, а в начале 2006 года от «ленинского дома» уже не было и следа: на его месте красовался большой котлован. Так Удельная лишилась одной из своих последних реликвий. Новое здание, возведенное на этом месте к концу 2008 года, получило название «Ярославская усадьба»...

«Инвесторы приходят на огонек» – публикация под таким названием в сентябре 2008 года появилась в петербургской «Новой газете». «Элитки вырастают на пожарище, – говорилось в ней. – „Ярославский проспект планомерно выжигают и сносят“, – пишет нам петербуржец Виктор. – Многие сомневаются в том, что пожары в этом районе возникают случайно. Люди обращают внимание на такую практику: представители строительных компаний выкупают одну-две квартиры в старых домах (откуда не все хотят выезжать – масштаб этих малоэтажных зданий соразмерен человеку, жить там очень уютно, зелень вокруг), потом на выкупленных квадратных метрах „вдруг“ возникает пожар, перекидывающийся на другие квартиры, дом расселяется... Ярославский проспект и вправду подозрительно часто фигурирует в сводках пожарного ведомства»...

Другой ленинской реликвии в Удельной, в отличие от дома на Ярославском, повезло больше. Речь идет о так называемой «даче Калинина» на пр. Энгельса, 92. В начале 1990-х годов литературно-краеведческий кружок «Дым Отечества» в школе № 90, находящейся на восточном склоне Поклонной горы, пытался добиться передачи этого дома в свое пользование для размещения в нем краеведческого центра. Эту идею активно поддерживал тогда Дмитрий Сергеевич Лихачев, с которым у участников клуба завязалась теплая дружба.

Новый дом под названием «Ярославская усадьба», появившийся на месте «ленинского дома» на Ярославском проспекте. Фото автора, октябрь 2010 г.

«За работой клуба „Дым Отечества” я с восхищением слежу уже несколько лет, но у клуба нет своего помещения, – писал Д.С. Лихачев в обращении к мэру Ленинграда А.А. Собчаку в январе 1991 года. – Небольшая площадь так называемого „домика Калинина” использовалась до сих пор под скучнейшую выставку ВЛКСМ. Сейчас РК ВЛКСМ собирается передать этот дом для какой-то коммерческой организации. Очень прошу Вас разобраться в этом деле. Молодежь, которая работает в краеведческом кружке „Дым Отечества”, – чудная, патриотичная, интеллигентная, и я постоянно ссылаюсь в своих статьях на опыт школы № 90».

«Дача Калинина» на пр. Энгельса, 92. Фото автора, март 2008 г.

Впрочем, «дачу Калинина» так и не передали школьным краеведам. Тем не менее сегодня она все же стала одним из культурных очагов Удельной. В 1999 году КУГИ Санкт-Петербурга предоставило здание в аренду Санкт-Петербургскому филиалу российского отделения классической философской школы «Новый Акрополь», созданному в 1993 году. Это заведение занимается историко-просветительской деятельностью, изучением различных традиций, культур, философских учений. В 2000-х годах в бывшей «даче Калинина» располагался культурный центр «Новый Акрополь», там проходили занятия творческих студий, лекции старших групп, а также праздники для ветеранов и детей из детских домов.

* * *

Современность вносит новые черты в привычный облик Удельной. «В середине 1990-х годов Удельная стала резко меняться, – отмечает в своем экскурсе по Удельной, опубликованном в одном из номеров „Квартального надзирателя", А. Воеводский. – В привычных зеленых двориках поднялись кирпичные „индивидуальные“ многоэтажки. Жители, конечно, протестовали, некоторые дворы даже удалось отстоять».

«Главные магистрали старой Удельной, Ярославский и Костромской проспекты, в другом районе города назывались бы переулками или аллеями в парке, – говорится в том же выпуске „Квартального надзирателя". – Как и пересекающие их крошечные улицы, проспекты сохраняют свою историческую ширину – она сформировалась в конце XIX века, когда на них строились скромные двухэтажные деревянные дома, а улицы предназначались не для машин, а для пешеходов. Тротуаров в Удельной вообще не было. В старой части Удельной – между парком и Скобелевским проспектом, где домики все еще двухэтажные, маленькие улочки еще сохраняют свою особость...

Удельная – район не пафосный. Здесь нет дорогих бизнес-центров, амбициозных глянцевых магазинов, надменной публики. Если и встречаются – то лишь по „фасаду", на проспекте Энгельса... А на других улицах первые этажи домов обрастают магазинчиками и кафе в нэповской стилистике с самодельными вывесками и дачными крылечками под шаткими козырьками...»

По воспоминаниям Александра Воеводского, знаменитый гастроном на Скобелевском проспекте во времена «перестройки» считался местным «Елисеевским»: здесь было все, но дорого. Затем, в 2000-х годах, «мраморные прилавки и плакаты с разрезанными коровьими тушами сменили банальные витрины универсама „Находка"».

Дом Ne 50 по проспекту Энгельса удачно завершил перспективу Дрезденской улицы. Фото автора, июнь 2009 г.

Тихие и спокойные улицы между проспектами Энгельса и Тореза особенно котируются у специалистов по недвижимости: эти места относятся к числу одних из самых элитных в Выборгском районе. Во второй половине 1990-х—начале 2000-х годов в районе «побратимских» улиц также появилось несколько новых зданий – примеры так называемой «уплотнительной» застройки. Справедливости ради надо сказать, что многие из них не испортили привычный удельнинский пейзаж, а как нельзя кстати вписались в него и стали новыми доминантами этих улиц.

К числу удачных новых построек в Удельной можно отнести дом № 50 на проспекте Энгельса, удачно завершивший перспективу Дрезденской улицы. Здание было возведено строительным холдингом «ЛенспецСМУ». Проект выполнила персональная творческая архитектурная мастерская Ф.Н. Апостола, известная своими многочисленными постройками в северных районах города, а также на Петроградской стороне и в центре Петербурга.

Еще один новый дом, на углу проспекта Тореза (дом № 71, корп. 1) и улицы Витковского, без всякого сомнения, стал современной достопримечательностью Удельной. Возведенный инвестиционно-строительной компанией ЗАО «РИКЭЛ», он более известен как «дом с флюгером».

Одним из самых высоких зданий Удельной стал комплекс под названием «Северная корона» на Фермском шоссе, возведенный строительной компанией «Воин», который включает в себя сооружения различной этажности – от двух до 24-х этажей. Его строительство закончилось в 2007 году. Здание в створе Скобелевского проспекта своими архитектурными формами отдаленно напоминает стоявший на этом месте деревянный корпус бывшего Удельнинского земледельческого училища, построенный по проекту архитектора Х.Ф. Мейера в 1830-х годах. Что же касается названия, то, по замыслу строительной компании, семь корпусов дома должны были соответствовать семи основным звездам созвездия «Северная корона»...

Новое здание на углу проспекта Тореза и Рашетовой улицы. Фото автора, март 2008 г.

Активное строительство развернулось у подножия и на вершине Поклонной горы. Увы, как верно подметил историк Юрий Пирютко, современная застройка сделала Поклонную гору практически незаметной. От себя хотелось бы еще с грустью констатировать: нынешний облик Поклонной горы является примером упущенных уже в последние годы градостроительных возможностей.

Казалось бы, именно здесь равнинный рельеф Петербурга дарил архитекторам долгожданный подарок – возможность построить современный шедевр, претендующий на роль центрального сооружения северных районов. Однако же, вместо этого, восточный склон Поклонной горы заполнили невыразительные жилые корпуса с башенками, увенчанными вместо прекрасных петербургских шпилей подобиями каких-то несуразных сараев, напоминающих то ли парники-теплицы, то ли голубятни...

Впрочем, на самом деле еще не все потеряно. При желании, на вершине Поклонной горы можно даже выстроить (если будет на то желание) точную копию бадмаевского особняка (правда, чуть в стороне от его исторического места). И уж точно не помешало бы установить на Поклонной горе памятный знак, посвященный П.А. Бадмаеву. Пока же на Поклонной горе появляются другие достопримечательности.

Высотный дом на Дрезденской улице (дом 11, корп. 2), возведенный в 2002—2004 гг. инвестиционно-строительной группой «Таймс»

Так, еще в 2003 году во время подготовки к празднованию 300-летия Петербурга на вершине Поклонной горы, близ пересечения проспектов Энгельса и Тореза, заложили часовню во имя иконы Федоровской Божией Матери – небесной покровительницы и защитницы русских государей Дома Романовых. Целесообразность сооружения такой часовни обосновывалась необходимостью «отдания памяти всем русским людям за веру, царя и Отечество пострадавшим, и памяти всем жителям 900-дневной блокады города Ленинграда». С инициативой строительства часовни выступил региональный общественный фонд «Офицерское собрание».

Проект поддержали петербургская патриархия, Комитет по подготовке и проведению празднования 300-летия Петербурга, территориальное управление Выборгского района, однако осуществить его не удалось. Правда, юбилей отгремел, часовню до сих пор так и не построили, однако закладной камень (царский крест) стал одной из важных координат православной жизни Петербурга. Здесь проводились молебны в даты, связанные с памятью царской семьи.

Как известно, Русская православная церковь за рубежом еще в 1981 году причислила семью Николая II, жестоко уничтоженную большевиками в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге, к лику мучеников. В 2000 году, после продолжительных споров, вызвавших значительный резонанс в России, Русская православная церковь также канонизировала семью последнего императора, причислив государя, государыню и их детей к лику святых новомучеников и исповедников российских, явленных и неявленных. В настоящий момент Николай II и его семья почитаются в России как «царственные страстотерпцы».

От Царского креста на Поклонной горе, самой северной точки Петербурга, 7 апреля 2008 года начался стодневный крестный ход из Петербурга в Екатеринбург в память о трагической гибели императорской семьи в 1918 году. Его участники – паломники из разных регионов России, а также из Украины, Белоруссии, Молдавии, других стран СНГ и дальнего зарубежья – прошли пешком около трех тысяч километров. Молитвенное шествие благословили митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир (Котляров) и архиепископ Екатеринбургский и Верхотурский Викентий (Морарь).

Помолившись у царского креста на Поклонной горе, паломники сделали свою первую остановку в храме Анны Кашинской на Большом Сампсониевском проспекте, затем побывали в храме Воскресения Христова на Обводном канале, затем, с заходом в Новодевичий монастырь, отправились по Московскому проспекту до Средней Рогатки и по Пулковскому шоссе – до Царского Села. После божественной литургии в Феодоровском соборе Царского Села крестный ход вышел в сторону Отрадного. Далее маршрут крестного хода пролегал через Кировск, монастыри Старой Ладоги и город Тихвин. Паломники прошли по городам Ленинградской, Вологодской, Ярославской, Костромской, Вятской, Ижевской, Пермской и Свердловской областей.

По пути следования состав крестного хода менялся: кто-то уставал от дальней дороги, другие, наоборот, присоединялись. Самых стойких, дошедших до места царской Голгофы в Екатеринбурге, оказалось тридцать человек. Завершился крестный ход 14 июля, за несколько дней до 90-летия расстрела царской семьи, акафистом перед алтарем, устроенным над местом расстрела святой императорской семьи в екатеринбургском Храме-на-Крови...

Неподалеку от Царского креста, у южного подножия Поклонной горы, между проспектами Энгельса и Тореза, вырос жилой комплекс «Живой родник», возведенный компанией «ЛенспецСМУ» в 2003—2004 годах (арх. Ю.К. Митюрев, Ф.В. Буянов, Н.Б. Митюрева и др.). Он представляет собой комплекс из шести 25-этажных башен, соединенных 12—17-этажными блоками. Он скомпонован вокруг водоема, который наполняется природной родниковой водой из подземных ключей, – отсюда, собственно, и его название.

«Новый жилой комплекс „Живой родник“ вырастет вблизи Дома культуры „Светлана” – на месте некогда предполагаемой гостиницы с таким же именем, – сообщалось в марте 2001 года. – Концепция строительства – „Жилье, обращенное в парк“ – разработана под руководством архитектора Юрия Митюрева. В доме расположатся 1025 квартир с разным количеством комнат (1—4). Первые этажи корпусов будут заняты офисными помещениями. В подземном гараже могут разместиться 300 автомобилей. Как сказал генеральный директор „ЛенспецСМУ“ Вячеслав Заренков, квартиры в новом комплексе рассчитаны на людей с разным уровнем дохода».

Вид на пруды на месте комплекса «Живой родник». Фото 1960-х гг.

К югу от «Живого родника» до 2007 года находился велотрек, существовавший здесь еще с 1950-х годов. Судьба его сложилась печально: со временем он все больше приходил в упадок.

«Само наличие велотрека в нашем городе – для многих (даже интересующихся спортом) является секретом, – говорилось в одной из публикаций в мае 2003 года, в дни, когда наш город торжественно отмечал свое 300-летие. – Хотя когда-то велотрек на проспекте Энгельса даже иностранные велосипедисты считали весьма интересным, а главное – скоростным, сооружением. Увы, те времена давно прошли, и устаревший по всем параметрам трек сейчас является последней отдушиной для начинающих велогонщиков».

Тем временем каждый клочок земли у Поклонной горы, особенно на живописном треугольнике между проспектами Энгельса и Тореза, все более привлекал инвесторов.

Строительство жилого комплекса «Живой родник». Слеванедостроенный ДК «Светлана», снесенный в 2007—2008 гг. Фото июня 2003 г.

В результате велотрек со всем участком земли, будучи профсоюзной собственностью, был продан частной компании, после чего в 2007 году здание велотрека снесли. На Генеральном плане территория велотрека обозначена как «деловая зона»...

«В Выборгском районе приступили к разбору легендарного велотрека на проспекте Тореза, – сообщалось в новостях в октябре 2007 года. – Знаменитого ленинградского велотрека на проспекте Тореза больше нет. Согласно распоряжению администрации, велотрек переехал на Крестовский остров, где возведение нового объекта почти закончено. Как оказалось, город потерял велотрек еще в 90-е годы и по стандартно действовавшей тогда схеме, по которой профсоюз приватизировал территорию и позднее продал велотрек вместе с землей. Новый владелец спустя годы распорядился собственностью по своему усмотрению».

Проектный эскиз ДК «Светлана» с прилегающей территорией. Фото из книги В.Г. Лисовского «Ленинград. Районы новостроек» (Л., 1983)

Самое большое сооружение Удельнойнедостроенный ДК «Светлана»накануне сноса. Фото автора, октябрь 2007г.

Кстати, напротив бывшего велотрека, на противоположной стороне проспекта Тореза (дом № 85), еще в 1994—1997 годах по проекту архитекторов М.А. Рейнберга и А.Г. Шарова возвели здание религиозного характера – здесь обосновалось Северо-Западное объединение церкви христиан адвентистов седьмого дня.

Снос недостроенного ДК «Светлана». Фото автора, июль 2008 г.

Снос недостроенного ДК «Светлана». Последний этап. Фото автора, сентябрь 2008 г.

К северу от «Живого родника», у подножия Поклонной горы, долгое время находился недострой советских времен – будущий Дворец культуры объединения «Светлана» (пр. Мориса Тореза, 118). Необычное круглое здание гигантских размеров начали возводить в 1975 году. Авторами являлись архитекторы Ж.М. Вержбицкий, Л.Х. Рабинович, В.А. Купер (2-я мастерская ЛенНИИпроекта). На территории вокруг ДК предполагалось устроить парковую зону, сохранив в ней два круглых водоема. В нее также включались террасы и дугообразные пандусы, ведущие к проспекту Энгельса.

Строительство шло до 1985 года, затем сооружение законсервировали, не успев достроить полностью. Тем не менее в уже возведенной части здания выполнили черновую отделку интерьеров. Почти два десятилетия большая часть здания простояла пустой. Завод «Светлана» пытался найти инвесторов, но это не удалось, после чего осталось единственное решение – продать территорию.

Один из эскизных проектов небоскребов на месте снесенного в 2007—2008 гг. недостроенного ДК «Светлана»

Казалось бы, следовало завершить начатое дело, и северные районы города получили бы великолепный культурный очаг, которого здесь до сих пор не хватает. Тем не менее было принято другое решение. В 2000 году вышло распоряжение о застройке территории ДК «Светлана» жилыми домами. При этом Дворец культуры предполагалось сохранить и даже достроить. Однако после 2003 года, когда рядом вырос комплекс «Живой родник», появились другие намерения.

В 2007—2008 годах недостроенный ДК снесли до основания. Работы осуществила строительная корпорация «Элис», объявившая о своих планах возвести на этом месте 90-этажный небоскреб высотой в триста метров. Снос занял около года и завершился к концу 2008 года. Грянувший мировой финансовый кризис, особенно больно затронувший строительный комплекс, остановил дальнейшую реализацию «наполеоновских» замыслов...

Снос одного из последних старых деревянных домов на Ярославском проспекте (напротив бани). Фото автора, 2006 г.

Редким для города примером современного «коммунального» быта, чем-то напоминающим 50-е и 60-е годы прошлого века, является жизнь удельнинских малоэтажных кварталов между проспектом Энгельса и Удельным проспектом. Порой кажется, что время здесь остановилось. Но нет, и сюда в 2000-е годы стала вторгаться новая высотная застройка.

«Там, где я живу, многие жильцы все еще продолжают сушить белье на улице, – так описывал в 2007 году быт этих кварталов актер Максим Исаев, один из основателей и идеологов Русского инженерного театра „АХЕ“. – Соседи по вечерам все еще разговаривают друг с другом с балконов, и из-за кустов сирени некоторых домов почти не видно. Это район „немецких коттеджей". Их строили после войны военнопленные, они же разбивали вокруг домов палисадники и окружали их наивными оградами.

Летом сквозь такие палисадники ходить как-то неловко, настолько там домашняя атмосфера: спят дети в колясках, мужчины в трусах, майках и лысинах пьют пиво, женщины в халатах смотрят телевизор, который стоит на подоконнике открытого окна, а в окне обязательно кто-нибудь готовит еду или ее ест. Но за последние годы несколько коттеджей были расселены, отремонтированы и теперь скорее напоминают виллы, нежели плоды унылого труда плененных солдат. А уплотнительная застройка безжалостно рушит сложившийся микроклимат. Шестнадцатиэтажные дома втискивают в свободные и несвободные места, атмосфера провинциального уюта и незлобливой коммунальное™ стремительно пропадает».

Жилое здание напротив бани на Ярославском, построенное на месте одного из самых последних деревянных удельнинских домов. Фото автора, июнь 2008 г.

* * *

Еще одна достопримечательность удельнинских мест – валун возле дома на углу проспекта Энгельса (дом № 53) и Гданьской улицы. Его с полным правом можно назвать «младшим братом» «кумберговского» валуна на Дрезденской улице. Однако камень на углу Гданьской, совсем рядом со входом с филиал районной библиотеки, появился совсем недавно. Его выкопали из земли в 2005 году, во время проводившейся комплексной реконструкции проспекта Энгельса, и решили оставить на память в качестве необычного украшения.

Валун на углу Гданьской улицы и проспекта Энгельса. Фото автора, июнь 2009 г.

К сожалению, этот валун навевает грустные воспоминания. Рядом с ним несколько лет назад на проезжей части проспекта Энгельса, буквально на глазах матери, под колеса автомашины попала девочка. Врачи не смогли ее спасти. С тех пор валун стал своего рода скорбным камнем – напоминанием о той страшной трагедии. Первое время после нее весь камень был усыпан живыми цветами – их приносили родители, близкие, одноклассники погибшей девочки, да и просто жители Удельной. Теперь возле камня, ставшего поминальным, всегда растут цветы, напоминая о той страшной беде...

Среди современных общественно значимых объектов Удельной – Санкт-Петербургская клиническая больница

Российской академии наук, занимающая обширное пространство между Дрезденской и Манчестерской улицами и проспектом Мориса Тореза (пр. Тореза, 72). В этом месте она расположена уже почти полвека – с 1960 года. Первоначально больница предназначалась для оказания высококвалифицированной медицинской помощи научной элите советского государства. Начиналась она с приспособленного для медицинского учреждения корпуса и на протяжении всех лет своего существования строилась и оснащалась. Сегодня больница представляет собой комплекс, рассчитанный на 200 мест, с современной аппаратурой, позволяющей решать самые сложные клинические задачи. Клиническая больница и поликлиника оказывает круглосуточную медицинскую помощь более чем 250 000 больным в год.

Как отмечается на интернет-сайте Санкт-Петербургской клинической больницы РАН, в настоящее время она представляет «лучшие традиции академической медицины, самые современные, новые и престижные технологии в здравоохранении; одну из немногих больниц России, соответствующих мировым стандартам, предъявляемым к многопрофильным стационарам; опыт в лечении видных государственных деятелей, ученых с мировым именем, заслуженных деятелей культуры и искусства; высококвалифицированных специалистов: профессоров, докторов и кандидатов наук, врачей высшей категории; круглосуточную работу всех клинических отделений больницы».

Продолжает свою историю и Городская психиатрическая больница № 3 им. И.И. Скворцова-Степанова, расположенная в районе Удельной, на Фермском шоссе, 36. Это одно из крупнейших заведений в России подобного рода. Работой больницы многие годы руководит главный врач В.Г. Агишев – заслуженный врач России. Больница рассчитана на 2125 коек, в ней трудятся более 170 врачей, оказывающих высококвалифицированную помощь 12 000 пациентов в год. На базе больницы работает ряд ведущих научно-исследовательских институтов и кафедр психиатрии Санкт-Петербурга.

Больница им. Скворцова-Степанова – учреждение закрытое, а вопрос о ее обитателях весьма деликатный. Не случайно так редки посвященные ей публикации петербургской прессы. Кстати, есть смысл сравнить образ больницы конца и начала XX века. Как говорится, найти сходства и различия, которые порой могут показаться просто поразительными. Заслуживает внимания заметка Александра Смирнова «В „скворечник“ слетаются зимой», появившаяся в июле 1998 года в газете «Петровский курьер». Вот что в ней, в частности, говорилось: «По словам главного врача больницы Владимира Агишева, она перестала быть пугалом для обывателей, и сегодня у нее репутация сильнейшего психиатрического стационара в городе. Несмотря на потрясения, обрушившиеся на страну в течение последнего десятилетия, поток психических больных не увеличился. В день по-прежнему поступает по 35– 40 человек. Высший пик приходится на зиму, когда могут привезти и 60.

Наиболее подвержены опасности психического расстройства люди социально незащищенные. Те, кто потерял работу, поменял свой социальный статус, чей уровень жизни резко упал, кто ощущает свое одиночество и ненужность. Есть среди пациентов и „новые русские”: бизнесмены-работоголики, не сумевшие вовремя снять дикое напряжение, коммерсанты, прошедшие через „разборки“ с криминальными структурами...

Большинство пациентов больницы безобидны как дети, и больница является для них единственным местом, где они могут почувствовать себя в безопасности... Внешний мир таит угрозу и опасности, от которых укрыться можно лишь в стенах больницы... Напоследок я задал вопрос Владимиру Агишеву о здешних императорах, царях и политических деятелях. Оказалось, что популярны среди больных по-прежнему либо „Наполеоны", либо „Цари Всея Руси“. А современные политические деятели, как ни странно, идеалом для пациентов „скворечника” сегодня не являются...»

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Время последних Антонинов

Из книги Культура древнего Рима. В двух томах. Том 1 автора Гаспаров Михаил Леонович

Время последних Антонинов Поздний период расцвета римского искусства, начавшийся в последние годы правления Адриана и при Антонине Пие и продолжавшийся до конца II в., характеризовался угасанием патетики и помпезности в художественных формах. События тогда


Песнь двадцать третья

Из книги Кратчайшая история музыки. Самый полный и самый краткий справочник автора Хенли Дарен


07 Двадцать первый век

Из книги Благодарю, за всё благодарю: Собрание стихотворений автора Голенищев-Кутузов Илья Николаевич

07 Двадцать первый век


«В моих последних, татарских…»

Из книги Тайные общества. Обряды инициации и посвящения автора Элиаде Мирча

«В моих последних, татарских…» В моих последних, татарских, Еще не крещенных глубинах Над пеплом усадьбы барской Слышится свист Соловьиный. Мне видится дикое поле, Дотла сожженные сёла. О вольная воля, Разбойничьей песни веселость! Во мне пламенеет, клубится Вся


ИЗ ПОСЛЕДНИХ СТИХОВ (1957-1969)

Из книги Быт и нравы царской России автора Анишкин В. Г.

ИЗ ПОСЛЕДНИХ СТИХОВ (1957-1969) «Жизнь моя висит на тонкой нити…» Жизнь моя висит на тонкой нити У зияющей черты. Еле видимую не сучите, Парок сухопарые персты. Мне назначенное совершенство, Знаю, не достиг вполне, Но богов я чувствовал блаженство, Подымаясь на большой


Психологический портрет Александра последних лет жизни

Из книги Самые невероятные в мире - секс, ритуалы, обычаи автора Талалай Станислав

Психологический портрет Александра последних лет жизни В последние годы жизни Александр производил впечатление утомленного жизнью человека. Известны его слова, сказанные в 1824 г.: «Когда подумаю, как мало еще сделано внутри государства, то эта мысль ложится мне на


Храм Иисуса Христа Святых последних дней Солт-Лейк-сити

Из книги Чёрная кошка автора Говорухин Станислав Сергеевич

Храм Иисуса Христа Святых последних дней Солт-Лейк-сити Храм в Солт-Лейк-сити был шестым мормонским храмом, построенным Церковью Иисуса Христа Святых последних дней.Церковь Иисуса Христа Святых последних дней считает себя восстановленной раннехристианской церковью,


Глава 7 О непослушании детей своим родителям и о злоупотреблении властью последних над первыми

Из книги Классика, после и рядом автора Дубин Борис Владимирович

Глава 7 О непослушании детей своим родителям и о злоупотреблении властью последних над первыми § 127. Дети по жалобе родителей за непослушание их к ним наказуются местного властью или обществом и приводятся к должному повиновению.§ 128. Родители, побудившие детей своих к


За рупь двадцать

Из книги Загадки Петербурга II. Город трех революций автора Игнатова Елена Алексеевна


Двадцать первый год

Из книги автора

Двадцать первый год Матросы в революции. Рабочие волнения в Петрограде. Кронштадтские «мятежники». Подавление восстания. Смерть Александра Блока. Дело ТаганцеваВ марте 1921 года Х съезд РКП(б) отменил политику военного коммунизма, потому что ее продолжение угрожало