Книжная держава (Вместо послесловия)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Книжная держава

(Вместо послесловия)

…Утро 27 октября 1917 года (по старому стилю). Только что закончился Второй Всероссийский съезд Советов. Власть перешла в руки трудящихся. Съезд образовал первое на планете рабоче-крестьянское правительство — Совет Народных Комиссаров во главе с Владимиром Ильичем Лениным. Смольный бурлит. Тут же даются важнейшие поручения и назначения. Дел — множество! Их нужно выполнять незамедлительно, сейчас же. Решаются вопросы войны и мира, защиты революции, обеспечения рабочих хлебом…

Одновременно Ленина не оставляли мысли другого рода. По воспоминаниям Луначарского, Владимир Ильич встретился с ним в Смольном и заговорил «относительно первых шагов революции в просвещенском деле», о том, что «очень многое придется совсем перевернуть, перекроить, пустить по новым путям». Именно тогда были произнесены В. И. Лениным слова:

«Книга — огромная сила. Тяга к ней в результате революции очень увеличится. Надо обеспечить читателя и большими читальными залами, и подвижностью книги, которая должна сама доходить до читателя. Придется использовать для этого почту, устроить всякого рода формы передвижек. На всю громаду нашего народа, в котором количество грамотных станет расти, у нас, вероятно, станет не хватать книг, и если не сделать книгу летучей и не увеличить во много раз ее обращение, то у нас будет книжный голод».

Пролетарское государство только что родилось, а Владимир Ильич уже думал о книгах для народа…

Сразу же после свержения Временного правительства принимались меры к тому, чтобы приобщить широкие массы к политике, чтобы правильно информировать их о происходящих событиях, чтобы снабдить их книгами, газетами, листовками, брошюрами. По воспоминаниям В. Д. Бонч-Бруевича, один из первых декретов Советской власти — Декрет о земле — был не только немедленно напечатан в газетах, его много раз издавали отдельной книжечкой и бесплатно рассылали во множество экземпляров в губернские и уездные города, во все волости России.

Что же прежде всего выпускалось в то время, какие книги рассылались? «Это была, — пишет Джон Рид, — не дешевая, разлагающая макулатура, а общественные и экономические теории, философии, произведения Толстого, Гоголя и Горького»…

Особенное внимание обращалось на труды классиков марксизма. В 1918 году тиражи произведений Маркса и Энгельса доходили до 50 тысяч, В. И. Ленина — до 500 тысяч экземпляров.

Появляются первые крупные издания художественной литературы: собрания сочинений Салтыкова-Щедрина, Чехова, Глеба Успенского, Герцена… Они печатаются огромными для того времени тиражами — от 50 до 100 тысяч экземпляров. Начался выпуск «Народной библиотеки». Читатели получили «Метель» и «Выстрел» Пушкина, «Тамань» Лермонтова. Одной из лучших продукций полиграфии первого года революции была повесть Л. Н. Толстого «Хаджи-Мурат» с иллюстрациями Е. Лансере. В 1918 году вышла поэма А. Блока «Двенадцать».

И книга не лежала на складах — она немедленно поступала во все уголки страны. Спрос на нее был огромный.

В эти годы по инициативе М. Горького предпринимается ряд интереснейших издательских начинаний. Такова «Всемирная литература», ставившая своей целью познакомить читателей со всеми сокровищами мировой поэзии и прозы.

Англичанин Герберт Уэллс, посетивший молодую Советскую республику в 1920 году, в книге «Россия во мгле» так охарактеризовал деятельность «Всемирной литературы»: «…Большинство писателей и художников нашли работу по выпуску грандиозной по своему размаху, своеобразной русской энциклопедии всемирной литературы. В этой непостижимой России, воюющей, холодной, голодной, испытывающей бесконечные лишения, осуществляется литературное начинание, немыслимое сейчас в богатой Англии и богатой Америке. В Англии и Америке выпуск серьезной литературы по доступным ценам фактически прекратился сейчас „из-за дороговизны бумаги“. Духовная пища английских и американских масс становится все более скудной и низкопробной, и это нисколько не трогает тех, от кого это зависит. Большевистское правительство, во всяком случае, стоит на большей высоте. В умирающей с голоду России сотни людей работают над переводами; книги, переведенные ими, печатаются и смогут дать новой России такое знакомство с мировой литературой, какое недоступно ни одному другому народу».

По предложению М. Горького стали выходить книги серий «История фабрик и заводов», «Жизнь замечательных людей», «Библиотека поэта», «История молодого человека XIX века».

Тома «Литературного наследства» были призваны помочь детальному и полному изучению литературных источников…

Так росло и ширилось наше книгоиздательство, воплощая на практике ленинское указание о необходимости продвижения книги в самые широкие массы рабочих и крестьян. Уже в 1918 году было напечатано около 7000 книг и брошюр общим тиражом почти 70 миллионов экземпляров. Сейчас даже трудно представить себе, что сравнительно недавно — в масштабах истории — в стране лишь один человек из четырех умел читать вывески и названия улиц. Трудно представить тиражи книг в несколько сотен экземпляров. Трудно представить, как можно было обходиться без учебников. А ведь совсем не просто было победившему классу подниматься к вершинам науки.

Учиться, учиться и учиться! — этот призыв вождя молодежь впервые услышала на III съезде РКСМ 2 октября 1920 года.

Вот что писал о тех днях Джон Рид: «Вся Россия училась читать и действительно читала книги по политике, экономике, истории — читала потому, что люди хотели знать… Жажда просвещения, которую так долго сдерживали, вместе с революцией вырвалась наружу со стихийной силой. За первые шесть месяцев революции из одного Смольного института ежедневно отправлялись во все уголки страны тонны, грузовики, поезда литературы. Россия поглощала печатный материал с такой же ненасытностью, с какой сухой песок впитывает воду».

Обращаясь к работникам политпросветов, Владимир Ильич говорил: «Нам нужно громадное повышение культуры. Надо, чтобы человек на деле пользовался уменьем читать и писать, чтобы он имел что читать…»

С полным правом можно утверждать, что за годы Советской власти произошла подлинная культурная революция. Книга, бывшая ранее привилегией избранных, стала достоянием народа.

И мы с гордостью можем сказать сегодня: советским людям есть что читать. Ежегодно выходят сотни миллионов экземпляров книг по естественным и общественным наукам, по технике и сельскому хозяйству, по всем вопросам культуры и искусства.

В Советском Союзе насчитывается свыше двухсот издательств, из которых две трети находятся в национальных республиках, краях и областях. В их числе такие всемирно известные гиганты, как Политиздат, «Наука», «Мысль», «Художественная литература», «Советский писатель», «Молодая гвардия»… Названия довольно ярко отражают их направленность.

В кратком обзоре трудно подробно проследить весь пройденный путь. Можно лишь сказать, что всегда — и в годы первых пятилеток, и в период Великой Отечественной войны, и в годы послевоенного строительства — одной из первоочередных задач считалось развитие издательского дела. Наши издательства добились громадных успехов. И мы вправе ими гордиться. Вот некоторые цифры.

Более чем за 350 лет, со времени появления первой русской печатной книги и до Великой Октябрьской социалистической революции, в России было издано примерно 550 тысяч книг. За последние 60 лет в СССР выпущено свыше 2,9 миллиона книг и брошюр общим тиражом в 48 миллиардов экземпляров. Ежегодно в нашей стране выходит свыше 1 миллиарда 800 тысяч экземпляров книг и брошюр, то есть 4,9 миллиона экземпляров в день.

И конечно же, о степени обеспеченности населения Советского Союза книжной продукцией свидетельствуют такие данные: если в 1913 году на сто человек в России приходилось 62 экземпляра книг, то ныне — около 700. У нас возникла гигантская читательская аудитория, выработалась привычка к чтению. Успехи народного образования, неуклонный подъем духовного уровня людей, улучшение материальных и жилищных условий привели к тому, что свыше 95 процентов семей покупают книги и имеют личные библиотеки.

Следует также отметить, что советское книгоиздание приобрело многонациональный характер. Оно «освоило» 195 языков, причем 89 из них — языки народов СССР.

До революции на территории многих нынешних союзных и автономных республик книг либо совсем не было, либо — в ничтожном количестве и только по-русски. Так, в 1913 году в Туркмении вышли всего 4 книги, в Таджикистане — несколько литографированных изданий, а в Киргизии — и вообще ничего. Более сорока народов царской России, в том числе и киргизы, не имели своей письменности.

В первое же десятилетие после Октября были созданы буквари для всех в прошлом бесписьменных народов. В 1928 году появились книги уже на 50 языках народов СССР (без русского) тиражом, в десять раз превышающим тиражи 1913 года. Ныне ежегодный тираж изданий на туркменском языке составляет 3,68 миллиона экземпляров, на таджикском — 4,17, на киргизском — 4,25 миллиона экземпляров. Чтобы судить о темпах увеличения выпуска книжной продукции в других республиках, достаточно привести такие цифры: сейчас по сравнению с 1913 годом число книг и брошюр на армянском языке возросло почти в 23 раза, на грузинском — в 29, на казахском — в 89, на украинском — более чем в 153 раза, на узбекском — более чем в 264 раза.

Но дело не только в количественном росте. Качественно наша книга также стала иной. Давно уже не встретишь литературу, проповедующую низменные цели и безнравственность, воспевающую идеализм и мракобесие. Советская книга — подлинно передовая, подлинно гуманная в самом высоком значении этого слова, зовущая на труд и на подвиги.

Гигантский рост выпуска печатной продукции высокого качества стал возможным благодаря тому, что за годы Советской власти в стране создана мощная производственная база печати. Всем известны такие крупные предприятия, как типографии газет «Правда», «Радянська Украина», Калининский, Ярославский, Минский, Саратовский, Чеховский и Можайский полиграфические комбинаты, да и сотни других.

Неузнаваемо изменились типографии, ведущие свою историю с дореволюционных времен. В десятки раз «подскочили» мощности «Печатного двора», «Красного пролетария», 1-й Образцовой типографии имени А. А. Жданова, типографии имени Ивана Федорова и т. п.

Во многих районах страны, например в республиках Средней Азии, Казахстане, где издательского дела не было вовсе, теперь работают оснащенные современной техникой комбинат печати в Алма-Ате, полиграфические комбинаты в Ташкенте, Фрунзе, Душанбе…

Факты, которые здесь приведены, свидетельствуют о больших успехах книгоиздательства в СССР. Но, возможно, и во всем мире произошли подобные изменения?

Число жителей нашей планеты превысило три миллиарда. Две трети неграмотных… Сорок процентов вообще не имеют своего алфавита. Писатель В. Захарченко горестно заметил по этому поводу: «Страшные цифры. Я склоняюсь над ними в жалкой попытке почувствовать на мгновенье их леденящий душу смысл. И вдруг в сознании рождается яркий образ трагедии человечества. Ведь среди этих двух третей, населяющих Землю, бесспорно, рождаются великие гении: Толстые и Бетховены, Рембрандты и Данте, Эйнштейны и Циолковские… Иначе и быть не может — ведь по любой теории вероятности на каждый миллиард скупая природа отпускает равное количество совершенства.

Но мы никогда не узнаем ни великих мыслей, ни гениального искусства, ни научного прозрения этих людей — они неграмотны».

Тем более поразительны достижения Советского Союза, страны сплошной грамотности, где количество библиотек приближается к астрономической цифре — 400 000, с небывалыми тиражами книг. Вот почему нашу страну называют страной читателей.

Ленинская забота о книге как сильнейшем средстве развития народного хозяйства и культуры, науки и техники, воспитания и образования придала всему книжному делу то значение и авторитет, которые отличают его сегодня.

Новая Конституция СССР, воплотившая в себе достижения нашего общества, в законодательном порядке обеспечивает полное удовлетворение растущих духовных потребностей советских людей. В соответствии со статьей 46 всем гражданам нашей страны предоставляются широкие права на пользование достижениями культуры. Эти права подкреплены общедоступностью ценностей отечественной и мировой культуры, равномерным размещением культурно-просветительных учреждений, развитием телевидения и радио, книгоиздания и периодической печати, сети бесплатных библиотек, расширением культурного обмена с другими государствами.

Подтвердились замечательные слова В. И. Ленина, сказанные еще в 1918 году на III Всероссийском съезде Советов, исполненные глубочайшего смысла и веры в будущее: «Раньше весь человеческий ум, весь его гений творил только для того, чтобы дать одним все блага техники и культуры, а других лишить самого необходимого — просвещения и развития. Теперь же все чудеса техники, все завоевания культуры станут общенародным достоянием…»

В нашем социалистическом обществе книга превратилась в неисчерпаемый источник знания, служащий интересам всего народа, в мощное орудие борьбы за построение коммунизма.