14 декабря Умер Андрей Сахаров (1989)

14 декабря

Умер Андрей Сахаров (1989)

ПАМЯТИ СЛОЖНОЙ СИСТЕМЫ

14 декабря 1989 года умер академик Андрей Сахаров — единственный человек, которому было под силу спасти Советский Союз и мир в целом, но роковые особенности советской власти привели к тому, что Сахаров отправился в горьковскую ссылку, а СССР — в небытие.

В восемнадцатую годовщину его смерти пора бы наконец взглянуть на сахаровскую ситуацию без флера привычных представлений, вне банальных идеологических рамок. Положения, высказанные Сахаровым в его основополагающих работах — в частности, в «Размышлениях о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе», — поражают умеренностью. Лояльнейший ученый, долгое время жертвовавший советской системе талантом, личной жизнью и даже принципами (будучи убежденным пацифистом, большую часть жизни проработал над созданием оружия массового поражения), не был и не предполагал быть диссидентом. Он был вытолкнут в эту нишу. Если бы в свое время — оно было безвозвратно упущено в 1969?1975 годах — к его предложениям прислушались, вся мировая история могла пойти по другому пути. Никто из шестидесятников, за ничтожными исключениями, не желал краха советской системы. В «Размышлениях» много и проникновенно говорится о нравственной притягательности социализма — она для Сахарова важнее экономической эффективности. Более того, его исходный тезис — доказанная жизнеспособность социалистического строя. Дальше он размышляет как физик, и именно к физикам следовало бы прислушиваться как можно чаще, не отделываясь разговорами об их «политической наивности». Политика и история — сфера действия тех же объективных физических законов, и если Сахаров пишет о законах управления сложными системами — слушаться надо Сахарова, а не Суслова и других марксистских догматиков. Если Сахаров открытым текстом, из высших патриотических побуждений, не скрываясь и не обинуясь, предупреждает советских руководителей о том, что в условиях интеллектуальной несвободы энтропия возрастает, а экспансия становится невозможной, — надо быстро делать выводы, а не заказывать гнуснейшему Н. Яковлеву пасквиль о том, как советского академика развращает еврейка-жена.

Советский Союз — как и все инкарнации российской империи — погиб оттого, что его интеллектуальная и культурная сложность вошла в противоречие с примитивностью его политической пирамиды, с ограниченностью и эгоизмом власти, отобранной в результате долгой отрицательной селекции, с тупостью цензуры и карьеризмом циников. Интеллектуалы вовсе не желали разрушения империи — они отлично понимали, что ее функционирование во многом является залогом их собственного существования. Ни в какой другой теплице такие экзотические цветы, как русская культура и наука конца XIX и XX веков, элементарно не выросли бы. Разговоры о том, что система нереформируема, ведутся обычно людьми, не умеющими ничего, кроме разрушения и воровства. Сахаров как раз и предложил плавный, идеологически безопасный вариант реформирования СССР сверху — поскольку в начале семидесятых конвергенция мировых систем была очевидным фактом. Вариант Сахарова даже перспективней китайского — поскольку в китайском с интеллектуальной свободой проблемы (что и наводит отдельных обозревателей вроде Д. Драгунского на мысль о недолговечности китайского экономического чуда — наверняка в академии наук, возглавляемой Лу Юнсяном, уже есть свой Сахаров, предупреждающий о кризисе). В начале шестидесятых вследствие бурной НТР в СССР сформировалась мощная, интеллектуально независимая, политически влиятельная технократическая элита. Очкастые шурики, чудаки в ковбойках, были отнюдь не так наивны, как хотелось думать их партийным заказчикам. Они любили свою страну, обеспечивали ее защиту и интенсивное, а не сырьевое развитие. Именно Сахаров в соавторстве с Таммом больше других работал над управляемым термоядом, но реактор по их схеме строится сейчас во французском Кадараше, а не в России.

Что предлагал Сахаров? Расширить интеллектуальную свободу, сняв ханжеские и, главное, бессмысленные ограничения на дискуссии; преодолеть разобщенность между сверхдержавами и общими усилиями ответить на вызовы третьего мира; прекратить любые преследования за инакомыслие, освободить советских политзаключенных, смягчить пенитенциарный режим. Все! Это не только не погубило бы Советский Союз, но гарантировало бы сохранение всей тогдашней мировой конфигурации — без катастрофического срыва в энтропию, который мы наблюдаем сейчас. В работе Сахарова между строк отчетливо читается понимание того простого факта, что победа ни одной из политических систем невозможна — возможно их максимальное сближение на почве общей сложности, противостоящей страшной мировой простоте. С этой-то грозной простотой в лице радикального ислама как раз и столкнулись США сразу после того, как впал в ничтожество Советский Союз. Не борьба, а конкуренция и максимальное взаимное сбережение — вот чем стоило заниматься обеим сторонам, будь Сахаров услышан. И проект его не утопичен — просто сохранять сложную систему труднее, чем простую; для этого и надо прислушиваться к Сахарову, Эйнштейну, Раушенбаху, а не к Андропову, Бжезинскому или Якеменко.

Именно в те времена Высоцкий в «Песне о вещем Олеге» недвусмысленно предупредил власти о последствиях глухоты: «А вещий Олег свою линию гнул, да так, что никто и не пикнул… Он только однажды волхвов помянул — и сам саркастически хмыкнул. И каждый волхвов обижать норовит, а их бы послушаться надо! Олег бы послушал — еще б один щит прибил ко вратам Цареграда». СССР много чего полезного мог бы сделать, не доведи его вожди до той крайней ситуации, когда разрушение империи стало казаться большинству ее жителей предпочтительней самосохранения; Британия уцелела, хоть империя развалилась, — а СССР кончился в одночасье. Кончилась и наука, которой Сахаров служил всю жизнь; выродилась и интеллектуальная элита, ввергнутая в унижение и нищету; погибло и инакомыслие — потому что развитое инакомыслие есть примета сложной системы, а у нас сейчас ужасно простая. Силы простоты, энтропии, распада восторжествовали повсюду, затронули и Штаты, чему мы все свидетели: впору вместе с Майклом Муром голосить на весь мир: «Где моя страна, чувак?!». Впрочем, и Майкл Мур — ужасно примитивное явление, по сравнению даже с Дином Ридом.

Но в том-то и беда России, что она никогда не умела прислушиваться к умным, предпочитая не «самоизучение и бесстрашное обсуждение» (предложение Сахарова), но лояльность и беззастенчивое лизательство. В результате Сахаров был ошельмован, сослан, а возвращен уже совсем не в ту среду, из которой уехал. Та — уже трещала по швам, и съезд народных депутатов, на котором его захлопывали, был не мечтавшимся ему «самообсуждением» интеллектуальной элиты, а триумфом охлоса, буйством самовлюбленности и деструкции. При получении сахаровской статьи и солженицынского «Письма вождям Советского Союза» (Солженицын тоже с самого начала отнюдь не был настроен на эмиграцию и тем более на подполье) властям следовало серьезнейшим образом задуматься над этими документами, которые только выглядят взаимоисключающими, а на деле предупреждают об одном и том же. Чем вечно углублять пропасть между Востоком и Западом, радикалами и консерваторами, почвенниками и либералами, стоило поучаствовать в формировании главной и единственно правильной оппозиции, между дураками и умными, вовремя взяв сторону умных и сложных. И тогда Советский Союз и посейчас существовал бы в приемлемом виде благодаря описанному Сахаровым гигантскому сырьевому и интеллектуальному ресурсу. Но, увы, именно катастрофическая неспособность прислушаться к волхвам и крайнее доверие к змеям давно уже лишает российских Олегов всякого намека на вещесть.

В этом — важнейший урок судьбы Сахарова. Урок, который пора наконец усвоить. Ибо в сегодняшней России не так много интеллектуалов, чтобы всех их вытеснять сначала в оппозицию, а потом в Горький.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Отаку входят в игру (1986-1989)

Из книги Введение в японскую анимацию автора Иванов Борис Андреевич

Отаку входят в игру (1986-1989) ВведениеНачиная с середины 1980-х, затруднительно даже перечислить все достойные аниме, сделанные за это время. Студии растут как грибы, множатся печатающие мангу журналы, в индустрию приходят все новые и новые творцы. Возникают новые жанры и


Дали (Dali) Сальвадор (1904–1989)

Из книги Московские обыватели автора Вострышев Михаил Иванович

Дали (Dali) Сальвадор (1904–1989) Испанский художник, один из крупнейших представителей сюрреализма. Родился в г. Фигерасе (Каталония, Испания). С юности отличался экстравагантными выходками, манией величия, некоторой психической неуравновешенностью, повышенным интересом к


21 декабря Родился Сталин (1879), умер Иван Ильин (1954)

Из книги Течет река Мойка... От Фонтанки до Невского проспекта автора Зуев Георгий Иванович

21 декабря Родился Сталин (1879), умер Иван Ильин (1954) СТАЛИН, ИЛЬИН И БРАТСТВО Правду сказать, автор этих строк не жалует магию чисел, календарей и дней рождения. Брежнев родился 19 декабря, Сталин и Саакашвили — 21, ВЧК и я — 20, и кто я после этого выхожу? Правда, мой большой друг


1. Маг умер — да здравствует маг!

Из книги Беседы автора Агеев Александр Иванович

1. Маг умер — да здравствует маг! Поздним осенним вечером 1539 года в дверь небольшого постоялого двора в землях Вюртембергского княжества громко постучали. Хозяин отпер дверь, и порог переступил немолодой мужчина в скромном платье странствующего клирика. Его


А.Н. Сахаров — История учит считаться с народом

Из книги 100 знаменитых художников XIX-XX вв. автора Рудычева Ирина Анатольевна

А.Н. Сахаров — История учит считаться с народом «Экономические стратегии», № 01-2007, стр. 16–23 Суд истории все длится, длится — она, история, просеивает своих вершителей через разнокалиберные сита, как крупу, перетасовывает, как игральные карты, перемешивает так и сяк, как


А.Н. Сахаров — Революционная ситуация не может длиться вечно

Из книги Мой XX век: счастье быть самим собой автора Петелин Виктор Васильевич

А.Н. Сахаров — Революционная ситуация не может длиться вечно «Экономические стратегии», № 05-06-2008, стр. 84–90 Директор Института российской истории РАН, член-корреспондент РАН Андрей Николаевич Сахаров в беседе с главным редактором «ЭС» Александром Агеевым анализирует и


ДАЛИ САЛЬВАДОР (род. 11.05.1904 г. – ум. 23.01.1989 г.)

Из книги Чёрная кошка автора Говорухин Станислав Сергеевич

ДАЛИ САЛЬВАДОР (род. 11.05.1904 г. – ум. 23.01.1989 г.) Полное имя – Сальвадор Фелипе Хасинто Дали. Выдающийся испанский художник, график и скульптор, один из крупнейших представителей сюрреализма. Обладатель высшей награды Испании – Креста Карла III. Автор книги «Тайная жизнь


«Брызги шампанского». 1989

Из книги Красная звезда, желтая звезда [Кинематографическая история еврейства в России 1919-1999] автора Черненко Мирон Маркович


Глава шестая. БЕЗ ЦЕНЗУРЫ 1989-1999

Из книги автора

Глава шестая. БЕЗ ЦЕНЗУРЫ 1989-1999 События второй половины восьмидесятых годов кардинально изменили политическую и идеологическую ситуацию в стране, именовавшейся в ту пору Союзом Советских Социалистических Республик. Перемены эти, известные под именем перестройки,