Такие же суки, как и все

Такие же суки, как и все

А что сказать об английском суде?

Как известно, в Англии существует свод законов, принятых с момента высадки Вильгельма Завоевателя на Альбион, от Магна Карта и Билля о правах до нынешнего времени. Неписаная английская конституция основана на традициях, обычаях, юридических интерпретациях. Например, в английских законах нигде не записан статус кабинета министров, хотя он существует и играет центральную роль в исполнительной власти. Приверженность прецедентному праву, возможно, и прекрасна, но я до сих пор не могу понять, какой был глубокий смысл в осуждении нашего агента Джорджа Блейка на 42 года, а нашего нелегала — кадрового разведчика КГБ Гордона Лонсдейла (он же Конон Молодый) — на 25 лет?

Так что к английскому судопроизводству у меня отношение смешанное, меня не трогают торжественные заклинания Дизраэли: «Правосудие — это справедливость в действии», и ближе к сердцу английский философ XIX века Ричард Уэйтли: «Каждый хочет, чтобы правда была на его стороне, но не каждый хочет быть на стороне правды».

— Возможно, ты и прав в этом конкретном случае, — заметил Кот. — Но нет ничего глупее, чем из частности делать глубокое обобщение. Англия гордится своей борьбой с преступностью, и России стоит поучиться у нашего Скотланд-Ярда, который боялся только кота Макавити.

С этим я целиком согласен. В Англии и Уэльсе ограбления составляют 1 % всех преступлений (в США в 4 раза больше), взломы 14 %. Число убийств в Англии и Уэльсе растет, но отстает от мировых темпов и считается низким: в два раза меньше, чем во Франции или Германии, и в 22 раза меньше, чем в США. Время от времени Лондон и другие города сотрясают террористические взрывы в жилых домах, пабах, банках, метро — дело рук экстремистского крыла Ирландской Республиканской Армии. Борьба Великобритании со своей бывшей колонией Ирландией, требовавшей независимости, прошла через многие этапы, и лишь в 1949 году Ирландия получила полную независимость от Британии, хотя шесть из девяти графств Ольстера остались в составе Соединенного Королевства. Англичане безжалостно расправлялись с непокорными ирландцами, время от времени устраивавшими бунты и мятежи. Во время Первой мировой войны они рассчитывали на военную поддержку Германии, и бывший английский высокопоставленный чиновник, ирландец по происхождению, сэр Роджер Кейсмент пытался создать при помощи немцев бригаду из ирландских военнопленных для борьбы с Англией и добыть оружие. Весной 1916 года на германской подводной лодке Кейсмент добрался до берегов Ирландии и на ялике высадился на берег. Вскоре он был арестован английской полицией, предстал перед судом по обвинению в государственной измене и был казнен. Англичане, естественно, считают его предателем, а ирландцы — национальным героем.

Междоусобная борьба внутри Северной Ирландии между католиками и протестантами, попытки Англии стабилизировать там ситуацию, иногда удачные, иногда провальные, накладывают отпечаток на английскую жизнь: повышенные меры безопасности во всех общественных местах, иногда это приводит к нарушению работы транспорта и прочей головной боли. На борьбу с терроризмом мобилизованы не только Скотланд-Ярд, но и 22-я специальная воздушная служба (САС-22), закаленный в боевых операциях полк (примерно 500 человек) с девизом: «Побеждает тот, кто дерзает». Репутация у подразделения крутая: в плен они не берут, и ирландские боевики называют их «гробовщиками». Кроме того, против террористов работает небольшая специальная служба королевской морской пехоты, контролирующая морские пути около Ольстера.

Меня всегда удивляли лозунги в метро и обществ венных туалетах: «Берегитесь карманников!» Понятно, что в уборной неизбежно вынимаешь руки из карманов, но в метро… Вообще не понятно, что в стране джентльменов до сих пор орудуют мелкие воришки, — разве не лучше грабить почтовые поезда, набитые золотом, или совершать налеты на банки? Или стать хотя бы Джеком Потрошителем, сущим ребенком по сравнению с современными маньяками: на его счету было всего лишь шесть жертв, в основном проститутки, подрабатывающие в бедном районе Уайтчейпл. «Шлю вам полпочки, которую я вырезал у одной женщины… другой кусок я зажарил и съел…» — так за подписью «из ада» было написано в записке, присланной в полицию осенью 1888 года.

Но пудинг, как учили, надо съесть, чтобы почувствовать живую жизнь.

Однажды приятель пригласил меня в маленький клуб у Пикадилли, где демонстрировался фильм «Черная лисица» с участием Марлен Дитрих, дамы-вамп с точеными ножками. Свой плащ (вместе с кинжалом) я небрежно оставил в машине и мы втиснулись в забитый публикой клуб. Народу было тьма, переполненный гардероб уже ничего не принимал, и приятель вместе с другими посетителями бросил свое ратино-вое пальто в одну кучу. Очень по-английски, там над вещами не кудахтали, как в нашей стране вечного дефицита. Марлен величественно и эффектно вошла перед самым началом фильма, все места были уже заняты, несколько джентльменов сорвались со стульев, но она небрежно махнула ручкой, сбросила свое роскошное норковое пальто прямо на пол у экрана и уселась на него, поджав по-восточному ноги. Фильм нас не сразил, но на выходе мой приятель не обнаружил пальто, хотя рылся в куче, как тот самый петух, ищущий жемчужное зерно. В унылом настроении мы возвратились к моей «Газели», и — о, ужас! — мой легендарный плащ тоже бесследно исчез…

Я не раз оказывался в шкуре вора, когда хватал у агента секретные документы, волок их в автомашину коллег на фотографирование и возвращался к агенту, дрожа, что сейчас вылетит из-за кустов английская контрразведка, заломит нам руки и потащит на допросы. Не очень приятное чувство возникало, когда я запускал вспотевшую от волнения руку в тайник, оборудованный в какой-нибудь патриархальной рощице, казалось, что за каждым деревом таится зловещая фигура и даже невинные птички витают надо мной с запрятанными в перья микроскопическими фотокамерами. Разве шпион не вор? Конечно, в глазах собственного народа разведчик — это великий патриот и неоцененный герой, но в глазах англичан… У них ведь идентичный подход, разве не записал в альбом к другу дипломат сэр Генри Уоттон: «Посол — это честный человек, посланный за границу, чтобы врать на благо своей страны».

Но английское бытие на этом не заканчивается, существуют еще и бурная политика, и театральные постановки, и литературные шедевры, и «Променады» — регулярные концерты симфонической музыки, и фестиваль оперы Глайндборн, и многое другое…

— Ты потерял английское чувство меры! — строго прервал меня Кот. — Нельзя объять необъятное, за многословие, пожалуй, тоже следует рубить голову… Разве Король Червей не учил: «Начни с начала и продолжай, пока не дойдешь до конца. Когда дойдешь, кончай!»

Но я еще не постиг Истины. Так вперед же! На абордаж!

И со свечкой искали они, и с умом,

С упованьем и крепкой дубиной,

Понижением акций грозили при том

И пленяли улыбкой невинной…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Г. Померанц. Кто такие «чужаки»?

Из книги автора

Г. Померанц. Кто такие «чужаки»? Постмодернистская Европа освобождается от «бремени белого человека», смотрит на Новое время со стороны, видит его ограниченность и готова учиться у примитивных и архаических культур, шедших другим путем. Запад хочет остановиться и


Кто такие раскольники?

Из книги автора

Кто такие раскольники? Раскол православной церкви произошёл в России в середине XVII в. Патриарх Никон в политических целях провёл реформу, приблизив русские обряды к греческим: в частности, он заменил двоеперстие троеперстием, во время церковных служб «аллилуйя» стали


15. КТО ТАКИЕ ЭТИ СИКХИ?

Из книги автора

15. КТО ТАКИЕ ЭТИ СИКХИ? Когда я вернулась в Москву после нескольких лет работы в Индии, мне не раз приходилось отвечать на вопрос – «а кто такие эти сикхи?».Начну с рассказа о них.Пендж?б – северо-западные ворота Индии. Через эти ворота, с тех древнейших времен, когда еще и


ТАКИЕ НАШИ САММИТЫ

Из книги автора

ТАКИЕ НАШИ САММИТЫ Как чудесно с высоты самолета преображается вся неприятная чепуха Земли! Там, где были помойки, драные сарайчики, бездомные собаки, скверно одетые граждане, всякая мелочь и гиль родного быта - вдруг гордо и щегольски расчерченная на ровные