Глава восьмая. Среди волков

Глава восьмая. Среди волков

Одному из актеров из «Грязной работы на перекрестках» я ужасно понравился. Фрэнк говорил мне, что у него есть «подружка», но я никогда ее не видел. Он часто приходил к нам домой, а однажды вечером он даже спросил, может ли он остаться. Мы боролись, дурачась в моей спальне. Я мог бы сказать, что потому, как он держал меня, это было нечто большее, слишком уж нежно. После грубого мужского спорта, каким был хоккей, я, неожиданно, стал играть в игры мачо с парнем, который действительно хотел быть приятным.

За кулисами спектакля я встретил Чарльза, одного из продюсеров. Маленький поляк, в очках в черной оправе, ему было едва за сорок. Чарли был гомосексуалистом, но я полагал, что нет ничего плохого в том, чтобы быть его другом. Я был достаточно наивен, чтобы так думать, до тех пор, пока моя ширинка была закрыта. Кроме того, он хотел «помочь» моей «актерской карьере», и казался таким одиноким и я жалел его. Затем он начал оказывать мне знаки внимания, трогая меня и кладя мне руки на плечи. Он все время пытался заставить меня поцеловать его.

В этот период я весил около 210 фунтов и занимался бодибилдингом. Мы гуляли по району Village и он был горд, что его видели со мной. Чарли все время говорил, как он любит меня, как он хочет заняться со мной любовью. Конечно, я чувствовал себя неуютно, но продолжал отношения с ним из-за карьеры. Я продолжал надеяться, что он поймет, что я за человек, но этого так и не случилось. Вместо этого он сказал, что хочет со мной пожениться в церкви для геев. Он принялся критиковать моих подружек. Затем он начал беспокоить меня, названивая мне в 3 часа утра. Если меня не было дома, на следующий день, он выпытывал у меня, где я был.

После того, как «Грязная работа» закрылась, мне дали роль в «Федо», главную роль. «Федо» — это рассказ об афинянине, который был изнасилован римлянами. Он выходил на сцену, конечно, голым. Нагота не пугала меня, но была пара вещей, которые мне не нравились. Например, мне каждый вечер приходилось впервые вступать в половую связь (конечно, это была только видимость), тем не менее я делал это; если бы я отказался, то потерял бы роль. По некоторым причинам я пригласил свою бабушку посмотреть пьесу. Она сидела в первом ряду. Что она думала? Она мне так и не сказала, хотя я знал, что она ходила в туалет пять раз.

В «Федо» есть сцена, где римляне избивают меня. На сцене темно и раздается ужасный шум. Затем зажигается свет и я уже в цепях и полуобнажен. Мой друг снимает цепи и вытирает кровь на моих ногах. Эту роль играл парень по имени Кен. Он испытывал ко мне страсть. Пока я еще был связан, он вытирал кровь и поигрывал моим пенисом. На одном представлении он так достал меня, что я двинул ему локтем в лицо. На следующий вечер я подал ему реплики из пьесы, в которой я играл год назад. Сбитый с толку, он никак не мог понять откуда эти реплики.

В то время, когда я играл в «Федо», я проходил прослушивание на АВС. Я сыграл несколько ролей без слов в сериале «Одна жизнь, чтобы жить». Режиссеру я действительно понравился. Он даже предложил мне роль «Брэда», если я пересплю с ним. Он пытался любыми способами заманить меня одного в свой офис. Затем другой актер пригласил меня в свою комнату для одевания. Он сказал мне, что очень скоро мы будем курить марихуану в обнаженном виде и вместе. Он даже звонил мне домой и мама была потрясена, что это тот парень, который играл отца Бреда в «Одной жизни, чтобы жить». Вряд ли она понимала, что ему от меня нужно. Он и другой актер из сериала поспорили, кто сделает меня первым.

Ко всему прочему, Чарли из «Грязной работы на перекрестках» все еще продолжал настаивать на любовных отношениях. Мама не могла понять, почему я так холоден, когда Чарли так много сделал для моей карьеры и не взял ни копейки. Если человек так хорошо ко мне относится, почему я не отношусь к нему также? Я просто не мог ей все рассказать. Это была моя мать, которая приходила, чтобы посмотреть, как я душу вытряхивал из других ребят в хоккее. Как я мог рассказать ей, что меня домогается гомосексуалист, что он хочет, что бы мы поженились в церкви для геев?

Когда Чарли снова позвонил, я сказал маме, что не хочу с ним разговаривать. «Почему?» — спросила она.

«Я просто не желаю с ним говорить».

Мама продолжала спрашивать, почему. Она прикрыла трубку и говорила со мной стиснув зубы, опасаясь, что он может услышать. «Ты что-то знаешь? Я не могу понять твое отношение к Чарли, твое отношение к семье».

Это было выше моих сил. И я сказал: «Послушай, причина, по которой я не хочу видеть Чарли в том, что он хочет трахать меня в задницу».

Она не могла поверить. «Что?»

«Человек, который звонит, хочет трахать твоего сына в задницу! Теперь ты понимаешь? Этот мужчина хочет жениться на мне. Ты этого хочешь?»

После того, как перестала идти на сцене пьеса «Федо», я посылал свои фотографии и резюме каждому агенту, которого только мог найти. К моему удивлению, я получил известие от крупного агента по имени Микаель. До того, как я все понял, он пригласил меня в свои шикарные апартаменты на престижной 57 улице. Микаель дал мне лучший совет, который я когда-либо получал от тех парней, что пытались снять с меня штаны. Он сказал: «Я не дам за тебя ни черта, если тебе придется грабить банк, но сходи в Театр «Neighborhood Playhouse». И я сделал это. Я сэкономил столько денег, сколько смог и, наконец, попал в театр. Я работал с Биллом Андерсоном и Сэнди Мейснер. Это был лучший фильм за всю мою актерскую карьеру.

Вечером Карлос Паломино бился с Аароном Приором. Микаель и я пошли в соседний бар смотреть бой. Он не тащился от бокса и провел ночь, пытаясь меня напоить ликером. Я окаменел, видя, что он направился ко мне. У меня в кармане было четыре таблетки валиума и я стал предлагать ему их выпить, притворясь, что тоже их пью. Я рассчитывал, что валиум успокоит его и он, может быть, уснет. Не помогло: Микаэтль был все еще очень возбужден. Он сказал, что он устроит мне прослушивание и обеспечит мою карьеру, если я буду с ним «милым». Какого черта мне было делать? Этой ночью я переспал с ним, и я сосал его чертов пенис. Это было и смешно, и ужасно. Когда он имел меня, я представлял, что он был женщиной.

Давление геев на меня часто было невыносимо. Не то, чтобы все агенты были геями, но те, которые были, всегда хотели секса со мной, даже агент одного из самых известных американских комиков. Этот парень выглядел, как тощий Уинстон Черчилль и было ему, наверное, не меньше 80. Я помню, как пошел вместе с ним на ланч. Пока я откусывал кусок от моего гамбургера, он рассказал мне, как сильно он любит сосать пенис. Кусок застрял у меня в горле!

Так или иначе, но я должен был сохранять благоразумие и беречь свою задницу для туалета. И хотя мне приходилось это делать, я все же не был доволен своей жизнью. Однажды я поймал свое отражение в зеркале. Я хорошо выглядел, но был какой-то застывший. Я остановился и пристально посмотрел себе в глаза. «Что-то не так», — подумал я. «Я больше беспокоюсь о внешним облике, чем о внутреннем».

Примерно в это же время я принимал участие в шоу «Дракула — гей» в Театре Актеров. Я играл одного из учеников Дракулы: Хэнка Хэллоу, неотесанного мужлана. И опять мне приходилось раздеваться каждый вечер перед публикой. И опять я взял эту роль только потому, что рассчитывал на какую-то перспективу. Когда я раздевался, некоторых это оскорбляло, но геям нравилось. Во мне росло чувство, что не я был раздет, а они. Я открыл свободу в наготе.

Примерно за два дня до первого представления, я прогуливался по району Village. Мое имя было на полотнище, натянутом через улицу, но меня это не радовало. У меня не было настоящей карьеры. Хотя я и сыграл несколько ролей и принимал участие в рекламе на радио, этого было мало. Каждый понедельник я делал вечернее обзорное представление в Театре Актера, освежая сцены из «Спускающегося Орфея» и «P. S. Ваша кошка умерла». Это представление было хорошо известно в районе и публике нравилось. Мне аплодировали, но я должен был ишачить за 75 центов и ездить домой на метро. Нет, я был не там, где хотел бы быть.

Идя по улице, я обратил внимание на старого негра, чистившего обувь. Может быть я почувствую себя лучше, если мои ботинки засияют. (Это всегда помогало Фреду Астеру). Пока чистильщик работал над моими ботинками, он пел, смеялся и здорово выглядел. Я просто не мог больше этого выносить. Наконец я спросил у него: «Какого черта ты так счастлив?»

Он остановился и посмотрел на меня снизу вверх, как будто он слышал это миллион раз. Он отложил тряпку и даже закрыл крышкой коробочку с ваксой. Я почувствовал себя таким маленьким, хотя это он стоял на коленях. «Что ты понимаешь, малыш? Ты очень приятный парень. У тебя много возможностей, но одно плохо. Ты не счастлив».

Он был прав, но я все же спросил его: «А ты? Ты — проклятый чистильщик».

Он ухмыльнулся: «Да, но у меня есть душа. Для меня светит солнце. Я чувствую».

Я не смог почувствовать себя таким же счастливым, как чистильщик, но я продолжил попытки сделать себя таким, чтобы я мог собой гордиться и как человеком, и как актером. Как каждый исполнитель, я всегда покупал последний выпуск Backstage Magazine в поисках большого шанса. Через некоторое время после встречи с чистильщиком, я нашел его, или что-то вроде. Объявление гласило: «Требуются участники для массовки в порнофильмах»

Я пришел по адресу — 23 Восточная улица и прошел через много черных двойных дверей. На всех стенах были нарисованы афиши непристойных фильмов, всего около 15. Это было похоже на Тадж-Махал непристойности. Картер Стивенс, тот парень, на прием к которому я пришел, был похож на Короля Тута прямо из «Бэтмена». Картер был одним из первых производителей «fuck films». Как и другие, он начал делать порнофильмы с начала 1970-х и только по одной причине: чтобы делать деньги.

Я сказал ему, что я по объявлению. Картер взглянул на меня и спросил: «Почему вы еще не в порно?» Буквально через восемь секунд я сказал: «Действительно». С этого момента мне открылась дорога в рай — или в ад — я все еще точно не знаю. Мой пенис вставал при одной мысли, что я буду трахать одну из тех потрясающих женщин из порно, глада на которых я мастурбировал всю мою сознательную жизнь. Это был шанс избавиться от приставаний геев во время представлений и немного заработать.

Режиссером фильма был Джим Кларк, а фильм назывался «Мокрый, дикий и прекрасный. (Wet, Wild, and Wonderful)». Я работал с Кэнди Барбор (Kandi Barbour) и еще одной женщиной, чье имя я не могу вспомнить. Простите мне эту забывчивость, но там было множество женщин, таких же, как в порно, которые снялись только в одном фильме — полагаю, для собственного удовольствия. У них сразу пропадала охота, как только парни, которых они действительно любили, или их родители могли увидеть их, совокупляющихся на экране. Последствия могли быть слишком большими. Они не относились к таким столпам порнобизнеса, как Джорджина Спелвин (Georgina Spelvin), Мэрилин Чэмберс (Marilyn Chambers), Трэси Адамс (Tracey Adams) и Амбер Линн (Amber Lynn), которые продолжали сниматься до тех пор, пока их животы не становились слишком большими и их титьки — обвисшими.

Фильм — наверное 16 мм — снимался прямо рядом с Юнион Сквер. В моей первой сцене женщина делала мне оральный секс. Она выглядела неважно и я подумал, что у меня могут возникнуть проблемы. Опустившись на колени, она начала сосать мой пенис самым невероятным образом. Я не смог сдержаться и кончил прямо на ее лицо. В последствии я понял, что она была наркоманкой. Возможно, мой пенис казался ей следующей дозой и поэтому она сосала его с таким отчаянием.

Это была моя первая сексуальная сцена в порнографии. Не было никакого закрученного сюжета, никакого нарастающего возбуждения, никакого страха.

Я просто спустил штаны и мне сделали оральный половой акт. Меня пробирает дрожь, когда я думаю, что это было более 10 лет назад. Мне было только 19. В этот день снималась еще одна сцена, во время которой я трахал пышную Кэнди Барбор. В конце концов, я не был гомосексуалистом! Все, о чем я действительно знал: как трахать красивых женщин. Мы сделали это в классной комнате и никто из нас не получил большого удовольствия. Но это не имело значения, потому что я получал по 150 долларов за дни с сексуальными сценами и 75 — за дни без секса. Все заняло около трех дней. Имея в кармане столько денег, я поклялся, что никогда не буду сниматься в порно.

Много раз в жизни я говорил себе это, но сниматься в порно — это как греть руки на печке. Если вы уже пришли, несколько дней спустя вы потеряете осторожность и снова будете делать то же самое.

После завершения одного из моих первых фильмов, я пришел в офис за своим чеком. Мне нужно было решить, какое имя появиться в титрах. По радио Джерри Бутлер пел «Только сильные выживают». Мне всегда нравился он и музыка 50-х. Эта лирическая песня много для меня значила: «Только сильные выживают/ Ты должен быть мужчиной/ Ты должен настоять на своем…» К счастью Дорис Дэй не пела, иначе тогда я может быть снимался бы в порно для геев! Я решил использовать имя Джерри Бутлера, как мой псевдоним для порно. Вернее, как один из них.

Я начал с псевдонима «Артур Вест» и перебрал различные немецкие имена, составленные из случайных сочетаний букв, объединенных вместе. Причина, конечно, была в том, что понимал, что совершаю профессиональное самоубийство.

В «Хозяйке Манхеттена» (Manhattan Mistress) режиссер поставил в титрах мое настоящее имя. Я разозлился, потому что боялся быть узнанным. Я боялся признаться самому себе в том, что я делаю, чтобы заработать на жизнь. Если бы я продолжал менять имена, моя карьера не сложилась бы. С каждым новым именем получалось, что тот человек умер и с ним все, что он сделал. Я становился новым человеком, потому что я отбрасывал рассудительность и прятался за этими мифическими двойниками. Я продолжал смешивать и тасовать имена, как ловкий картежник. Если тасовать слишком быстро, никто не заметит, что вы делаете.

Наконец я понял, что не могу больше притворяться. Я понял, что предпочту не любить себя настоящего, чем не любить себя вымышленного.

Когда я впервые начал сниматься в порно, я как-то сидел в закусочной под названием Del Rio’s вместе с Винни. Он все время хвалил меня, но я пытался не обращать на него внимания. Поскольку я снимался в кино, он считал, что я уже знаменитость. Как я мог объяснить ему, что мне не приносит настоящего счастья то, что я делаю? Я делал это только ради денег. Винни был просто потрясен, когда я сказал ему, что подумываю от уходе. «Что в твоей работе не так? Ты прекрасно живешь. Смирись. Перестань сопротивляться». С этого дня я стал сниматься под именем «Джерри Бутлер» и продолжил свою карьеру.

У Винни очень красивая жена Мария. Ее отец любит меня, но если я уходил с одной из его дочерей, он забывал о своей любви. Чувствуете разницу. Люди любят Джерри Бутлера и восхищаются им. Но если Джерри Бутлер подходит к вашей дочери, это — неожиданность. «Эй, я разобью твою чертову голову». С одной стороны мне позволяют идти, идти, идти, а затем, неожиданно, набегают тучи.

Для меня порно — это как положить детей в кроватку. Вы гладите каждого, шлепаете его и в этом нет ничего особенного. Они еще совсем незрелые. Порно — это бизнес незрелости. Все усложняется, когда становитесь более зрелым и в чувствах, и в эмоциях, и в физическом состоянии. Но в детстве раздеться, подержать женщину, почувствовать легкое смущение, немного повеселиться и получить немного влаги и грязи — в любом случае это волнения детского манежа. Так уже никогда быть не может, особенно, когда вы покидаете съемочную площадку. И десять лет спустя я все еще не перестроился. Очень трудно, когда тебя отождествляют с образом Джерри Бутлера. Однажды я спросил Лизу, смогу ли я принять участие еще в одном фильме. Как надо спрашивать у жены такие вещи? Участвуя в порно, я потерял всякое представление о сексе. Возбуждая свой член и запихивая его в какую-нибудь женщину, просто делаешь это, как хорошо оплачиваемую работу. Но когда я обнимаю Лизу, мне странно, что я был таким равнодушным к сексу. Вы должны понять, на что это похоже. Секс на съемочной площадке никогда так эмоционально не захватывает, как в реальной жизни, поэтому я считаю, что с Лизой никогда не «мошенничал». Нет ничего похожего на то, что было между нами. В порно секс — это работа, которую надо сделать.

Лиза работала на самую крупную компанию в порно индустрии, Caballero Control Corporation. Хотя она актриса, но никогда не снималась в порнофильмах и никогда не будет. С другой стороны, как региональный менеджер по продажам, она получает деньги за распространение того, что я делаю. Когда Лиза, как обычно, приносит домой последние выпуски, она настаивает, чтобы мы просмотрели их вместе, «из-за книги». Я говорил ей: «Ты принимаешь в этом такое же большое участие, как и я. Ты на самом деле ведешь угнанную машину. Ты тоже соучастник».

Я полностью поглощен, занимаясь любовью с Лизой — но иногда, если все надумано и срежессировано, я впадаю в панику. Множество женщин в этом бизнесе на самом деле не хотят трахаться или сосать пенис, но они делают это, чтобы заработать. Иногда, когда я занимаюсь с Лизой любовью, мне кажется, что она дотрагивается до меня, как будто делает работу. Для моего удовольствия. Я не могу с этим смириться. Я возмущаюсь и схожу с ума.

Я знаю одну вещь. Я поклонник секса! Я уверен, что немного парней хотят кончить шесть или семь раз в день, но я могу и делаю. Возможно секс — это то, что придает мне чувство уверенности. Когда мы занимаемся любовью, я сохраняю внутри себя частицу Лизы. Но я до сих пор боюсь потерять ее. Я просто должен помнить, что не стоит один сейф помещать в другой, если первый — достаточно крепкий.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава восьмая. Род и рожаницы

Из книги Язычество древних славян автора Рыбаков Борис Александрович

Глава восьмая. Род и рожаницы Самым загадочным и наименее изученным из всех славянских божеств является Род – божество, известное только восточным славянам и не уцелевшее в этнографическом материале. Эпиграфом к этому разделу можно было бы поставить слова Н. М.


Глава восьмая

Из книги Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях автора Эстес Кларисса Пинкола


Глава восьмая ПОБЕДА

Из книги Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-1940-е годы автора Андреевский Георгий Васильевич


Глава III Взаимная помощь среди дикарей

Из книги Взаимопомощь как фактор эволюции автора Кропоткин Петр Алексеевич

Глава III Взаимная помощь среди дикарей • Предполагаемая война каждого против всех. • Родовое происхождение человеческого общества. • Позднее появление отдельной семьи. • Бушмены и Готтентоты. • Австралийцы, Папуасы. • Эскимосы, Алеуты. • Черты жизни дикарей, с


Глава восьмая

Из книги Вокруг «Серебряного века» автора Богомолов Николай Алексеевич

Глава восьмая После того как Нина стала моею, ко мне вернулось обычное настроение духа. Кончился отдых, на который я думал посвятить месяц и который отнял их два с половиной. Развернулись мои книги и рукописи; занялся я и университетом; лекции были заброшены, а кончить я


Глава восьмая

Из книги Русский Париж автора Бурлак Вадим Никласович

Глава восьмая После того, как Нина стала моею, ко мне вернулось обычное настроение духа. Кончился отдых, на который я думал посвятить месяц и который отнял их два с половиной. Развернулись мои книги и рукописи; занялся я и университетом; лекции были заброшены, а кончить я


Восьмая глава

Из книги Наука Ренессанса. Триумфальные открытия и достижения естествознания времен Парацельса и Галилея. 1450–1630 автора Боас Холл Мари

Восьмая глава Испанская литература Сервантес (1547–1616) Вопрос 8.1В год рождения Мигеля де Сервантеса Сааведра какой король умер в Англии и какой царь вступил на престол в далекой России?Вопрос 8.2Сервантес мог пользоваться только правой рукой — левая у него была


Глава 11 Дебаты среди звезд

Из книги Законы Хаммурапи автора Тураев Б. А.

Глава 11 Дебаты среди звезд Галилей… который создал другие миры, звезды, чтобы те приблизились к нему и рассказали о себе[192]. В течение полувека и даже больше после публикации De Revolutionibus теория Коперника основывалась не на свидетельствах, а на соображениях, касающихся


И. М. Волков Законы вавилонского царя Хаммурапи

Из книги автора

И. М. Волков Законы вавилонского царя Хаммурапи От редактора Настоящий выпуск начинает собою ряд переводов наиболее важных произведений письменности древнего классического Востока. Цель издания – дать в руки русскому обществу важнейшие источники наших сведений о