Метемпсихоз

Метемпсихоз

Греческий поэт V века до н. э. Пиндар излагает самое раннее в греческой литературе учение о переселении душ — метемпсихозе (метамспихозе).

Он представляет себе загробный мир трехчастным: собственно Аид («муки, на которые не подъемлется взор»), рай (Острова Блаженных) и подобие чистилища, где души ведут «беструдную жизнь», но для искупления грехов (как земных, так и совершенных уже в чистилище) периодически возвращаются на землю. Если три таких искупления выдержаны беспорочно, то в последнем земном пребывании они становятся «святыми героями», а после него обретают вечное счастье на Островах Блаженных.

Во 2-й Олимпийской песни («Острова Блаженных») поэт восклицает:

О, если бы знал человек грядущее!

Если бы знал он,

Как, миновавши смерть,

Презренные души тотчас постигаются карами!

За вину в этом царстве Зевса

Некто в преисподней изрекает роковые приговоры.

Лишь достойные мужи

Обретают беструдную жизнь

Там, где под солнцем вечно дни — как ночи и ночи — как дни.

Силой рук своих

Они не тревожат ни землю, ни морские воды,

Гонясь за прожитком;

Радостные верностью своей,

Меж любимцев богов

Провожают они беспечальную вечность;

А для остальных —

Муки, на которые не подъемлется взор.

Но те, кто трижды

Пребыв на земле и под землей,

Сохранили душу свою чистой от всякой скверны,

Дорогой Зевса шествуют в твердыню Крона.

Остров Блаженных

Овевается там веяньями Океана;

Там горят золотые цветы,

Возникая из трав меж сияющими деревьями

Или вспаиваемые потоками,

Там они обвивают руки венками и цепями цветочными

По правым уставам Радаманфа,

Избранного в сопрестольники

Горним отцом, супругом Реи, чей трон превыше всего.

Там Пелей, там Кадм,

И туда вознесла Ахилла

Мать его, тронув мольбами Зевсово сердце… [13]

О Радаманте (Радаманфе), судье, назначенном Зевсом, предопределяющем загробный путь праведных, еще пойдет речь. Крон, некогда низвергнутый Зевсом, царствует на островах. Там оказался Ахилл, сетовавший Одиссею на безрадостную жизнь в Аиде, Пелей и Кадм, которые были зятьями богов, удостоились загробного блаженства и наслаждаются там беструдной жизнью.

Во фрагменте погребальной песни — френа — Пиндар сохраняет некоторые традиционные представления о загробной жизни, где все не так, как на земле (когда на земле ночь, там день и т. п.):

…Сила солнца сияет им,

Когда здесь — ночь;

Слободы их — под лугами багряных роз

И под сенью ладанных деревьев,

Тяжких золотыми плодами…

…Для иных там кони и голая борьба,

Для иных в усладу — кости игр и звуки лир;

Древо их блаженства — в цвету,

Милый запах веет по удольям их,

А на алтарях

Смешиваются жертвы с блещущим вдаль огнем.

Медленные реки

Изрыгают оттуда сумрак черной ночи…

………………………………….

…В блаженной доле

Все минуют конец, избавляющий от трудов;

И тело их следует за всемогущей смертью,

Но жив остается облик бытия,

Ибо только он — от богов.

Он спит, когда члены наши — при деле их;

А когда на них скатывается дрема,

Он в несчетных снах

Являет нам близящийся суд

Меж теми, кому радость и кому беда…

……………………………..

… А с кого Персефона

Примет пеню за давящую давность,

Души тех она выведет вновь

К вышнему солнцу

На девятый год,

И вырастут из них великие цари,

И кто ревностен силою, и кто мудр умом;

От людей же впредь станут они зваться:

Святые герои… [14]

У Плутарха (Утешение к Аполлонию. 35) перечисляются три возможные судьбы после смерти: первая, редчайшая, — стать богом, как Геракл; вторая, для праведников, — отправиться на Острова Блаженных; третья, для грешников, — попасть в бездну Эреба (Тартара).

У поэта и философа V века до н. э. Эмпедокла в поэме «Очищения» говорится о том, что очистившиеся души при втором воплощении становятся царями и мудрецами, а при третьем — богами (у Пиндара — героями).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Метемпсихоз

Из книги Загробный мир. Мифы о загробном мире автора Петрухин Владимир Яковлевич

Метемпсихоз Греческий поэт V века до н. э. Пиндар излагает самое раннее в греческой литературе учение о переселении душ — метемпсихозе (метамспихозе). Он представляет себе загробный мир трехчастным: собственно Аид («муки, на которые не подъемлется взор»), рай (Острова