«Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу…»

«Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу…»

Так начинает «Божественную комедию» Данте. Вход на тот свет традиционен, как и в русской сказке, где путь в тридевятое царство ведет через опушку леса, на которой избушка Бабы-яги. Но помощником визионера Данте в этом лесу становится не мифологический персонаж, а великий римский поэт Вергилий. Читатель понимает, что эта фигура выбрана не случайно: в шестой песни «Энеиды» Вергилий повествует о сошествии своего героя Энея в преисподнюю. Подобно ангелу-хранителю христианских видений, Вергилий призван отвечать на вопросы оказавшегося в ином мире Данте: ведь он знает многих героев Античности, оказавшихся в Дантовом аду.

Творчество Данте относится к эпохе Возрождения, когда герои Античности переставали казаться воплощением идеалов язычества. Но вот знаменитый гомеровский хитрец Одиссей (Улисс), сам спускавшийся к вратам преисподней, очутился в Дантовом аду. Он оказался, как и его друг Диомед, среди «лукавых советчиков»: Троянский конь сослужил ему плохую службу в Дантовой картине мира (ведь благодаря этой хитрости была разорена Троя, родина Энея). Кроме того, возвращение к дому и радости семейной жизни, по признанию Улисса, «не возмогли смирить мой голод знойный, изведать мира дальний кругозор». В новом странствии за Геркулесовы столпы Улисс увидел высочайшую гору посреди океана (вспомним путешествие святого Брендана), которую Данте считал местом чистилища; там Улисс и сгинул в морской пучине, оказавшись в восьмом круге Дантова ада.

Основа поэтического повествования Данте уже не просто мифология, а аллегория, метафора: темный лес — это не только вход в иной мир, но и лес греха и заблуждений. Над лесом видится освещенный солнцем холм, воплощающий добродетель, путь к нему преграждают три зверя, но это уже не спутники Гекаты, как в «Энеиде». Рысь — это аллегория сладострастия, лев — воплощение гордости (смертный грех в христианских представлениях), а волчица — корыстолюбие. Вергилий, которого Данте встречает на дороге, свидетельствует, что поэту не обойти волчицу: ему следует через адскую бездну вернуться к горе благодати к райским «вратам Петровым». Туда ведет его Вергилий, и Данте преодолевает страх перед сошествием в преисподнюю. Вергилия просит стать покровителем-проводником Беатриче, пребывающая в раю возлюбленная Данте, и это вдохновляет поэта.

Я увожу к отвереженным селеньям,

я увожу сквозь вековечный стон,

я увожу к погибшим поколеньям.

Был правдою мой зодчий вдохновлен:

Я высшей силой, полнотой всезнанья

И первою любовью сотворен.

Древней меня лишь вечные созданья,

И с вечностью пребуду наравне.

Входящие, оставьте упованья [28].

Ад был создан, по христианским представлениям, Троицей (высшей силой, полнотой всезнанья и первою любовью) в начале времен как место для за-ключения Люцифера и восставших ангелов. Данте читает надпись на его вратах, а в преддверии видит страждущие от укусов гадов обнаженные души тех, кто не видел разницы между добром и злом, Богом и Сатаной. Среди них оказались и те ангелы, которые не примкнули во время восстания Люцифера ни к Богу, ни к дьяволу. Они недостойны даже глубин ада, и не следуют с толпами душ, что оказываются гонимыми к берегу мрачного Ахерона.

Данте включает реки античной преисподней в картину своего христианского загробного мира. Есть здесь и перевозчик — Харон, не желающий пускать живого поэта на свой челн. Однако Вергилий напоминает ему о высших силах, и злобный демон преисподней перевозит Данте. Харон у Данте — бес, реки же преисподней стекают в адскую воронку-пропасть.

Ахерон, опоясывая первый круг ада, стекает ниже, образуя Стикс, который превращается в Стигийские болота. Эти болота окружают стены Дита (этим латинским именем бога Аида Данте именует Люцифера), воздвигнутые вокруг нижних пропастей ада. В болоте терпят мучения души гневных. Далее адские потоки превращаются в жгучий Флегетон, кипящий кровью; в него погружены виновные в насилиях над ближними. Флегетон течет через лес самоубийц и пустыню, где души терзает огненный дождь. Ниспадая водопадом в центр земли, поток превращается в ледяное озеро Коцит. Река забвения Лета оказывается у Данте в раю, ибо она смывает воспоминания о грехах.

Здесь Данте следует Вергилию, у которого Лета — река забвения в Элисиуме.

В страшном челне Данте впадает в забытье и приходит в себя уже на другом берегу — в лимбе. Эта область, окаймляющая адскую пропасть, предназначена для ветхозаветных праведников и некрещеных младенцев, что умерли безгрешными. Вергилий вспоминает, как при нем в лимб сошел мессия с победной хоругвью и вывел прародителя Адама, Авеля, Ноя и Моисея, Давида, Авраама с Иаковом, Рахиль и множество праведников.

Но Данте помещает в лимб и язычников: то были поэты: Гомер, «превысший из певцов всех стран», Гораций, Овидий, Лукан; эпические и исторические герои: Электра, Гектор, Эней и Цезарь, «друг сражений». Грядущая эпоха гуманизма допустила в лимб и мусульманина: Данте увидел на светлых полях лимба султана Саладина, рыцарское благородство которого было прославлено в легендах крестоносцев. Наконец, вокруг Аристотеля Данте увидел сидящих мудрецов — ближе всех Сократа (его мечта о встрече с мудрецами на том свете сбылась в «Божественной комедии»), затем Платона, Демокрита и прочих, включая мусульманских ученых Авиценну и Аверроэса (Ибн Рушда), благодаря трудам которого средневековая Европа познакомилась с наследием Аристотеля.

А. И. Солженицын в романе «В круге первом» не случайно использует этот локус Дантова ада для обозначения «шарашки». «Спецы», которые там сидят, необходимы властям и поэтому удерживаются ими на краю пропасти ГУЛАГа.

Во втором круге у Данте пребывает Минос, но не как верховный судья античного Аида, а как бес, назначающий наказание заблудшим душам. Он обвивает их своим хвостом на столько ступеней адской пропасти, на сколько они грешны. Вокруг адский вихрь кружит сонмы душ, которые поддались зову плотской любви. Возглавляет сонм терзаемых черным вихрем древняя царица Семирамида; здесь же Клеопатра и Елена, виновница Троянской войны, ее возлюбленный Парис и даже Ахилл. Там же оказываются и герои средневековых рыцарских романов, в том числе Тристан. Из сонма мчащихся душ Данте выделяет две сплетенных в вихре души современников — Франчески да Римини и ее возлюбленного, убитых ревнивцем-мужем. На вопрос Данте, что подвигло их на запретную любовь, Франческа поведала о прочитанном ими рыцарском романе, в котором рассказывается как Ланселот воспылал страстью к королеве Женьевре, что и вдохновило их на то, чтобы отдаться своим чувствам. Поэт же, свидетель воздействия литературных образцов, сам лишается чувств, потрясенный рассказом и загробной судьбой лю-бовников.

Но путь его ведет в третий круг, к новым мучениям, причиняемым ледяным дождем и треглавым Цербером, три пасти которого терзали здесь чревоугодников. Данте удалось избежать этой участи — Вергилий швырнул в пасти Цербера горсти земли. Поэт видит среди страждущих душ Чакко — знаменитого чревоугодника, прославленного в одной из новелл «Декамерона». Как и другие визионеры начиная с Одиссея Данте вопрошает мертвого о грядущей судьбе живых, и Чакко рассказывает о будущих судьбах Флоренции, раздираемой распрями. Узнает Данте и о загробной участи знаменитых флорентийцев, которые оказываются в нижних кругах ада. Он вопрошает у Вергилия о том, что будет с душами после Страшного суда, и Вергилий отвечает, опираясь на известную ему «науку» — учение Аристотеля: мучения и блаженство достигают совершенства, когда после Страшного суда души соединятся с телами.

Ученые рассуждения прервал рев Плутоса из круга четвертого; он был естественно превращен Данте в беса, как и прочие персонажи языческой — античной — мифологии. Толпы скупцов и расточителей сталкивались здесь в бесконечном хороводе, терзая друг друга. Среди них Данте видел не одного кардинала и даже папу и множество клириков, отмеченных тонзурой.

Затем путники достигают Стигийского болота в круге пятом, и огни с башни города Дита сигнализируют о прибытии новых душ. Перевозчиком здесь оказывается Флегий, дочь которого, по античному мифу, соблазнил Аполлон: в ярости Флегий сжег святилище бога в Дельфах, и поэтому в Дантовом аду он стал перевозчиком через болото, в котором испытывали муки гневливые люди. Челн перерезает топь, наполненную душами, и, когда флорентийский недруг Данте, рыцарь Ардженти, попытался выбраться на поверхность, прочие души набросились на него, погружая в топь.

Над городом Дита, стены которого окружали нижний ад, отблески негасимого пламени озаряли мечети: в эпоху, следующую за Крестовыми походами, адский город рисовался как иноверный — мусульманский. Здесь подобные огню падшие ангелы проявили коварство, потребовав, чтобы мертвый провожатый оставил живого и отдался в их власть. Данте ужаснулся, но Вергилий, поминая сошествие Христа во ад, велел отпереть железные врата града преисподней. Тут три фурии взмыли над башнями адского города, преграждая вход и призывая Медузу, чтобы от ее взгляда окаменел живой, проникший в адские пределы. Но Вергилий успел отвратить Данте от страшного взора, закрыв ему глаза. И здесь ангел, посланник небес, ступая по Стигийскому болоту как по суше, напомнил «проклятому роду», кто властен открыть врата ада. При этом Данте вкладывает в уста ангела античный миф о пленении Гераклом Цербера, морда которого до сих пор носит следы от Геракловой цепи.

Врата ада открываются, и Данте со своим проводником оказываются на кладбище с множеством раскаленных гробниц. В этих гробницах пребывают ересиархи и их последователи, начиная с последователей Эпикура, который отрицал бессмертие души. В отверстых раскаленных гробницах Данте видит Фаринату, политического врага своего рода, и Кавальканте, ближайшего друга, разделявшего эпикурейские убеждения. Им известно грядущее, но души не знают, что ныне происходит на земле и живы ли их близкие. Кавальканте не знает, жив ли его сын, но знает, что германский император Фридрих II, непримиримый враг папы, отлученный от Церкви, находится в том же круге ада.

Будущее самого Данте может предсказать лишь его возлюбленная Беатриче, пребывающая в раю.

Умершая за десять лет до сошествия во ад Данте (оно датируется 1300-м годом), Беатриче была у Данте образцом платонической и куртуазной любви.

Далее тропа вела к пропасти, откуда, из трех нижних кругов ада, доносился едкий смрад. В этих кругах каралась злоба, использующая насилие, и обман. Три концентрических пояса предназначены в седьмом круге для насильников: убийц и грабителей ближних, самоубийц и расточителей своего достояния.

В Средние века считалось, что именно алчность и расточительность ведут к гибели мира, ибо человек не собственник имущества, которого не сотворил, а лишь держатель (такова феодальная мораль) доставшегося ему от Творца. Поэтому даже смертный грех гордыни не столь пагубен, как мотовство.

Рядом были те, кто осмеливался богохульствовать, и содомиты, насилующие естественную природу. Спускаясь ниже, спутники миновали Минотавра, но на другом берегу кровавого Флегетона их ждали кентарвы, натягивающие свои луки, — они поражали стрелами тех насильников, что пытались всплыть на поверхность кровавых волн. В кипящую кровь по брови были погружены тираны, среди которых были Александр Македонский, Дионисий — знаменитый тиран Сиракуз (IV в. до н. э.), предводитель гуннов Аттила, итальянские синьоры — современники Данте. У Данте в день Страшного суда самоубийцы не воссоединятся с телами, от которых отказались, покончив с собой.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

III МЕДЛИМ В ЛЕСУ

Из книги Шесть прогулок в литературных лесах автора Эко Умберто


Грибы растут в лесу

Из книги Природы краса автора Санжаровский Анатолий Никифорович

Грибы растут в лесу Грибы растут в лесу, а их и в городе знают.Лесу нет – и гриб не родится.Под большим деревом и гриб вольготней живёт.Когда по грибки, когда и по ягодки.По насту грибов не берут.И зимой съел бы грибок, да снег глубок.Бобы не грибы: не посеяв, не взойдут.Где


В лесу не без зверя

Из книги Печальные тропики автора Леви-Стросс Клод

В лесу не без зверя Каков лес, таков и зверь В лесу не без зверя, в людях не без лиха. (Сравните с польской «Лес без зверя, место без злодея не обойдутся».)Каков лес, таков и зверь.По зубам да по когтям и зверя знать.По зубам да по когтям и зверю слава.По запрыску (следу) зверя


В лесу и медведь архимандрит

Из книги Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение [litres] автора Зимин Игорь Викторович

В лесу и медведь архимандрит Живёт медведь в лесу, коли не зовут его в поле.Силён медведь, да воли ему нет.Медведь думец.В медведе думы много, да вон нейдёт.Силён медведь, да в болоте лежит.Хозяин в дому, что медведь в бору: что как хочет, так и ворочает.Осла знать по ушам, а


В лесу

Из книги Погаснет жизнь, но я останусь: Собрание сочинений автора Глинка Глеб Александрович

В лесу 1 Зимой с седой бородой, летом новая вырастает, осенью отпадает. 2 Красненька Матрёшка, беленько сердечко. 3 На полянке девчонки в белых рубашонках, в зелёных полушалках. 4 Снесли птички синеньки яички, развесили по дереву: скорлупка мяконька, белок


В лесу

Из книги Быт и нравы царской России автора Анишкин В. Г.

В лесу Меня влечет лес. Я нахожу в нем то же очарование, что и в горах, но он более спокоен и приветлив. Долгие странствия по саваннам Центральной Бразилии вновь сделали для меня привлекательной ту дикую природу, которую любили древние: молодую траву, цветы и влажную


В ЛЕСУ

Из книги Русская ёлка: История, мифология, литература автора Душечкина Елена Владимировна

В ЛЕСУ Так дико завывает осень, И, накрененные слегка, Стволы качающихся сосен Гнетет нездешняя тоска. И кажется, что в целом свете Есть только потемневший лес Да резкий и свистящий ветер На застывающей земле. А промерзающее сердце, Позабывая жизни плен, Мятется в


Глава 5. Россия второй половины XV — первой половины XVI века

Из книги Рассказы о Москве и москвичах во все времена [Maxima-Library] автора Репин Леонид Борисович

Глава 5. Россия второй половины XV — первой половины XVI века Единовластие российского правителя. ? Бездорожье России. Москва. ? Падение Новгородской республики. ? Суды и наказания. ? Торговля. ? Климат и дары природы. ? Жилище. ? Обычаи и нравы россиян. ? Обычаи знати и


Главная песня о ёлке («В лесу родилась Ёлочка…»)

Из книги Загадки Петербурга II. Город трех революций автора Игнатова Елена Алексеевна

Главная песня о ёлке («В лесу родилась Ёлочка…») В конце 1903 года в истории русской ёлки произошло знаменательное событие, которое прошло тогда никем не замеченным: на первых страницах рождественского номера журнала «для самых маленьких детей» «Малютка» было напечатано


В лесу большого города

Из книги автора

В лесу большого города Повезло нам, что Москва, единственная из всех столиц мира, сохранила в своей черте естественный лес, оставшийся с незапамятных времен, когда здесь ничего, кроме леса, и не было. Это и знаменитый Лосиный остров, и, главным образом, Измайловский лесной


Ленинград второй половины 30-х годов

Из книги автора

Ленинград второй половины 30-х годов «Цивилизованные европейцы» де Кюстин и Селин о России. «Новый ренессанс». Демократическая Конституция. Чем провинился Генрих Ягода? Свободный человек Юрьев. Молодежные кружки и тайные организации. В начале 1937 года. План и график