ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из чего получилась эта книжка? Из ряда попыток объясниться напрямую и без околичностей.

Читатель уловит в ней некое повторяющееся движение: неисправимо кабинетный человек с внутренним усилием отрывает взгляд от книги, чтобы посмотреть прямо в глаза своему современнику и постараться найти самые простые ответы на самые простые вопросы.

По правде говоря, я гляжу на то, что получилось, со странным чувством. В голову лезут слова досадующего мольеровского простака из «Проделок Скапена»: какой дьявол понес его —то есть меня! — на эту галеру? Все мы знаем, что на свете нет ничего труднее простых вопросов. Труднее — и опаснее. Самая близкая и самая неприятная опасность, избежать которую труднее, чем полагает иной умник, это опасность быть тривиальным. Все мы до отвращения перекормлены банальностью, уверенной в себе, довольной собой, изливающейся на нас в прессе, в речах, в лекциях, в ученых трудах, в лирических стихах, победоносно выглядывающей из-под покрова ложного глубокомыслия... Удалось ли мне вовсе избежать тривиальных высказываний? Знаю, что нет; одно утешение — что самодовольный и победительный тон мне, кажется, не свойствен. И потом дело не так просто—если видишь, что вокруг игнорируют некоторые трюизмы, приходится эти трюизмы повторить; правда не перестает же быть правдой от того, что она тривиальна. Но, положим, эта ловушка обойдена; перед тем, кто смог быть в самом деле небанален, тотчас разверзаются все остальные пропасти. Вот как обстоит дело с простыми вопросами. В доброе старое время, когда в моде были Гейне и патетические обороты речи, такие вопросы называли проклятыми.

Среди вопросов есть, как все знают, «вечные» и «злободневные», и не поймешь, какие опасней. Да и стоит ли их делить по этому признаку? «Вечные» вопросы оттого и вечны, что для каждого момента по-новому злободневны, а «злободневные», если вправду, а не по видимости злободневны, представляют собой транскрипцию вечных.

Примеры стоящих передо мной — не в этой книжке, а в моей жизни — «вечных» вопросов: ради какого человеческого смысла существует весь этот дорогостоящий аппарат и персонал культуры — библиотеки, музеи, учебные заведения и все прочее, включая людей, которых называют гуманитариями и к числу которых принадлежу я сам? Где кончается служение смыслу гуманитарной культуры и начинается предательство этого смысла?

Еще вопрос из этого же ряда: что такое интеллигент-гуманитарий — то ли человек, добровольно взявший на себя некие интеллектуально-нравственные обязательства и ради возможности исполнять эти обязательства, а не ради своих прихотей и амбиций нуждающийся в том, чтобы его окружал воздух доверия и свободы, то ли функционер особого рода, «работник умственного труда», исполнитель инструкций, ни в чем не нуждающийся, кроме этих инструкций, да чинов, да благ земных, да неусыпного надзора? Дело осложняется тем, что самый истинный интеллигент — не ангел; и прихоти, и амбиции у него бывают, да еще какие; и все-таки разве проблема сводится к его личной гордыне?

Среди нас уже ходят молодые люди, подчас наделенные способностями и каким-то невеселым умом, которые не хотят (или не могут?) руку протянуть, чтобы вступить в обладание наследием культуры; и это не назовешь ленью, это хуже. Старый, как мир, порок лени мог быть веселым, потому что не расстраивал фундаментальных жизненных функций личности. Тут не лень, тут разрушение воли к культуре и самой способности этой воли, отличающееся от лени, как злокачественная опухоль от доброкачественной. Вот чем оборачивается подмена идеала культуры.

На таком примере легко видеть, как «вечные» вопросы сами собой переходят в злобу дня. Мы переживаем сейчас время большой надежды и еще большей тревоги. Обстоятельства, ничего не скажешь, во многом меняются к лучшему, но люди продолжают, увы, меняться к худшему, причем быстрее и радикальнее. Либо инерция распада будет остановлена общим нравственным усилием, либо перед нами угроза, которую не с чем сравнить. Тут и кабинетному человеку приходится взять на себя риск ответа на простые вопросы. От простых вопросов никуда не уйти.

Всем известно потешное определение зануды: это человек, который на вопрос: «как поживаешь?» — начинает рассказывать, как он поживает. Я решился быть именно таким занудой из анекдота: когда меня спрашивали, как мы живем, я пытался сказать, как мы живем—я сам и все мы. Я пытался понимать вопросы буквально.

Если у моей книжки есть оправдание, оно только в этом и ни в чем другом.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из книги Тайна Иппокрены автора Белоусов Роман Сергеевич

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ В самом конце XVIII века в Москве два раза в неделю выходил журнал с несколько странным, может быть, для нас названием: «Иппокрена, или Утехи любословия». Приблизительно в те же годы в далеком Тобольске печатался ежемесячник «Иртыш, превращающийся в


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из книги Основы техники речи в трудах К.С.Станиславского автора Куракина К

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ Как не бывает двух совершенно одинаковых лиц, рук, ног, так не бывает и совершенно схожих голосов. Всякий голос и манера речи отличаются целым рядом признаков от другого. Эти различия в той или иной степени помогают раскрыть и выразить характер


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из книги Беседы о культуре автора Аверинцев Сергей Сергеевич

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ Из чего получилась эта книжка? Из ряда попыток объясниться напрямую и без околичностей.Читатель уловит в ней некое повторяющееся движение: неисправимо кабинетный человек с внутренним усилием отрывает взгляд от книги, чтобы посмотреть прямо в глаза


Вместо предисловия

Из книги Русский бал XVIII – начала XX века. Танцы, костюмы, символика автора Захарова Оксана Юрьевна

Вместо предисловия Книга доктора исторических наук, профессора О.Ю. Захаровой в первой части «История бального церемониала в России» продолжает открывать читателю особый мир, невиданный и пока что недостаточно изученный мир бального церемониала.История России


Вместо предисловия

Из книги Антисемитизм как закон природы автора Бруштейн Михаил

Вместо предисловия Мутанты Еврейская тема и в частности антисемитизм не сходит с повестки дня с момента появления самих нарушителей спокойствия. Причин особого отношения к евреям, какие бы они ни были, десятки, если не сотни. Этот факт говорит лишь об одном — еврейская


Вместо предисловия

Из книги Скифы: расцвет и падение великого царства автора Гуляев Валерий Иванович

Вместо предисловия В анналах мировой истории можно часто встретить народы и племена, все сведения о которых исчерпываются двумя-тремя фразами, небрежно брошенными каким-нибудь древним летописцем. Это – «народы-призраки». Что мы знаем о них? Разве что диковинное имя да


Вместо предисловия

Из книги Русский Харбин автора Гончаренко Олег Геннадьевич

Вместо предисловия Автор намеренно не ставил перед собой задачу написать историю Китайской Восточной железной дороги с изображением панорамной картины ее строительства и осмыслением полувековой истории русского присутствия в Маньчжурии со всеми вытекающими отсюда


Вместо предисловия

Из книги Данте. Демистификация. Долгая дорога домой. Том I автора Казанский Аркадий

Вместо предисловия Моей супруге и музе Татьяне Борисовне, с Любовью, от автора. 26 мая 2009 года, на шестидесятом году своей жизни, я взял в руки томик Божественной Комедии Данте Алигьери, давно стоявший на моей книжной полке. Раскрыв книгу, и начав прочтение, по давно


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из книги Мифология богини автора Антипенко Антон Леонидович

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ Данное исследование представляет собой практически «построчный» анализ пятой – тринадцатой песней «Одиссеи» Гомера, поэтому ссылки на указанное произведение мы даем только в тех случаях, когда отступаем от рассматриваемой сюжетной линии. Поскольку


Вместо предисловия

Из книги Избранное: Динамика культуры автора Малиновский Бронислав

Вместо предисловия Посвящение сэру Джеймсу Фрэзеру{221} Будь в моих силах воскресить прошлое, я возвратил бы вас лет на двадцать назад, в старый славянский университетский город. Я имею в виду Краков, древнюю столицу Польши и место, где находится старейший университет


Вместо предисловия

Из книги Швеция без вранья автора Стенвалль Катя

Вместо предисловия Здравствуйте, читатели! Как хорошо, что мы встретились!Я написала для вас книгу, которая рассказывает о шведах и жизни в Швеции, какой я ее вижу.Шведы – удивительные люди! Они ни на кого не похожи. (Только друг на друга, зато как две капли воды.) Какой еще