ДРУЖБА ЗАКАНЧИВАЕТСЯ НА СЪЕМКАХ

1990 год. За плечами осталось веселое и бесшабашное время учебы во ВГИКе. Федор Бондарчук, Иван Охлобыстин, Максим Осадчий и еще несколько не таких известных имен. Мы закончили прославленный институт и были уверены, что очень скоро прославимся в кино.

Сейчас молодежи в это трудно поверить, но кино тогда не снималось вообще. Самой главной причиной было то, что советский кинопрокат был разрушен – ни один кинотеатр в стране не работал! То есть кино – фильмы тогда снимались не на видео, а на кинопленку – просто негде было показывать! Видеоиндустрия была в самом зачатке.

И все мы бросились в мир производства рекламы. Красный диплом ВГИКа сразу выдвинул меня на первые строки рейтинга режиссеров рекламных роликов. Это было по-своему замечательное время. Уже потому, что мне удалось поработать с легендарными классиками советского кино: Михаилом Пуговкиным, Ольгой Аросевой, Евгением Леоновым, Ларисой Лужиной, Любовью Соколовой… Каждое имя – это отдельная история.

И вот настал момент, когда мне пришлось впервые самому сыграть роль в рекламе. Фирма «Инпродторг» пригласила меня в качестве креативного директора на свою рекламную кампанию. Я должен был придумать общую идею, написать сценарии роликов и, как режиссер, снять.

Я решил выпендриться и фантазировать по полной. Это было необходимо, потому что заказчиками были люди очень скептичные и малоэмоциональные. Убедить их можно было только чем-то очень ярким.

Когда началось обсуждение кандидатуры лица фирмы, актера для роликов, я понял, что не ошибся. Они безоговорочно выбрали Сергея Крылова. Старшее поколение должно помнить такого веселого толстого человека, который пел песню «Девочка моя». Я еще тогда грешным делом подумал: «Вот, как интересно… Фирма, связанная с продуктами, выбрала такого «мясного» человека?!»

Креативщики меня поймут. Первая пришедшая в голову ассоциация очень важна. И отработать ее нужно по максимуму. В моем сознании выстроилась вполне логичная цепочка: «Продуктовая фирма и толстый человек, который любит поесть – эти образы не противоречат друг другу… но этого мало…» И тут меня, как профессионального фантазера, что говорится, понесло. Так и должен работать настоящий разработчик креатива – здесь ни в коем случае ничего не должно ограничивать. «Сережа Крылов очень похож на пончик… то есть, это образ человека, которого… самого тоже хочется скушать!» В результате родился сценарий ролика с тигром.

За богато накрытым столом сидит пирующий Сергей Крылов… Мимо него по столу проходит облизывающийся рыжий кот и исчезает за кадром… Но уже через секунду, появляясь из-за кадра, в обратную сторону по столу проходит… тигр! Реакция Крылова здесь понятна: сначала удивился коту, потом обалдел от тигра.

То, что Крылов все это отыграет, я не сомневался. Он прекрасный актер. Заказчики пришли в восторг от сценария. Во время обсуждения они, словно дети, наперебой рассказывали, как забавно все это будет происходить. Они так живо это себе представляли, что мне стало казаться, что они ставят себя на месте Крылова и хотели бы с ним поменяться местами. То, что заказчик так восторженно принял сценарий, было победой. Но я рано радовался.

На следующий день Крылов взял в руки сценарий. Уже при чтении первых строк он расплылся в улыбке:

– Классно…

От его улыбки моя улыбка растянулась еще шире. По еще более загоревшимся глазам я понял, что он дошел до тигра:

– Котик разъелся до размеров тигра… Жаль, что это не в жизни будет…

Меня немного смутили его слова:

– В смысле, не в жизни?

– Ну, ты же это компьютером впечатаешь тигра?

– Нет.

Сергей насторожился. Я понял, что у него родилась некая догадка, но он не хотел в нее верить.

– Все снимем в «одной экспозиции». Ты сидишь за столом, а тигр проходит по столу…

Я прервал свои объяснения, потому что лицо Сергея за секунду переменилось так, словно сидящий перед ним хорошо знакомый человек неожиданно превратился в инопланетного кровожадного монстра с текущей изо рта кровью.

– Ты в своем уме?

Отвечать было бесполезно, потому что Сергей уже поставил мне диагноз. Но молчать тоже было глупо:

– Они хорошо заплатят.

С каменным лицом Сергей как-то автоматически кивал головой:

– Конечно, мне деньги очень понадобятся… на собственных похоронах.

Когда заказчики узнали о категорическом отказе Сергея Крылова, в совещательном кабинете надолго воцарилась тишина. Ее прервал заместитель гендиректора по PR-политике, самый молчаливый и флегматичный из представителей «Инпродторга»:

– Увы, я предвидел подобное. Но гораздо печальнее другое.

Все без исключения, и я в том числе, с нескрываемым недоумением посмотрели на «пиарщика». Он обошелся без театральной паузы:

– Я не сомневаюсь, что все откажутся. Это великолепный сценарий, но, к сожалению, он не жизнеспособный.

Это был даже не камешек, а гигантский астероид в «мой огород». Выдумывая контраргументы, я довольно невнятно промямлил:

– Не факт, мы же не интересовались у других актеров.

– Факт, факт… – «пиарщик» чувствовал, что его позиция молча принята большинством. И он, как замечательный психолог, нанес следующий удар, безупречный по своей точности. – А вот вы же актер. Вы, Андрей, сами сыграли бы эту роль?

Пусть уважаемый читатель попытается поставить себя на мое незавидное место. В эти мгновения я совершенно отчетливо понял, что оказаться рядом с тигром это совсем не шутки, и что Серега Крылов совсем не трус. Он совершенно нормальный реалистичный человек, и он был прав.

В эти секунды во мне боролись сразу три человека. Первым был только что родившийся реалист. И пока серьезный перевес сил был на его стороне. Вторым был исполнитель заказа, очень сильно ожидавший гонорара. Третьим был романтик, которому предложили самому выбрать: трус он или нет. Победила глупость, в лице романтика… Но если бы романтик знал, что встреча с тигром будет не так страшна, как на фоне подготовки к ней…