Китай: туалеты и урны. Полевые заметки[38] И. А. Алимов

Если мы умеем запускать в пространство рукотворные звёзды и ракеты, то уж точно должен быть способ вычистить туалеты.

Цзян Цзэ-минь [39]

Великое, как известно, в малом. Часто, попадая в чужую страну, где вовсю говорят на чужом языке и ведут себя по-чужому, обращаешь внимание на мелочи, тем сильнее бросающиеся в глаза. Ну вот, например, вы выходите из международного аэропорта во Франкфурте-на-Майне, садитесь в такси, едете в город и на десятой минуте путешествия понимаете: что-то не так. Все (и турок-водитель) говорят по-немецки, придорожные указатели художественно выполнены на том же языке, но к этому вы подготовились еще дома и чувствуете, что дело, безусловно, не в том. Вас тревожит что-то такое непонятно-необъяснимое, вы начинаете беспокойно озираться и ощупывать себя руками: все ли на месте. И тут вас осеняет: машина идёт ровно, как по маслу, вас не трясёт на выбоинах и прочих неровностях. А на спидометре — сто двадцать километров в час. То же самое можно наблюдать и в самолете, когда вы пересекаете государственную границу. Казалось бы, один и тот же воздух, только тут трясет, а там — нет.

Что же говорить о наших восточных соседях, разнящихся с нами буквально во всем, начиная от того, с какой стороны надо отгибать пальцы при счете, и заканчивая тем, в какую очередь следует есть суп! Одним из самых сильных впечатлений, какое я получил в Пекине зимой 1986 г., выходя из своей гостиницы и высматривая, куда бы деть пустую пачку из-под сигарет, было столкновение с местной урной: справа и слева от входной двери я увидел пару сидящих лакированных львов, из разинутой пасти которых торчали бумажки и кожура от бананов. И это после наших родных разбитых и потерявших всякий вид жестяных ведер! Именно тогда я почувствовал пробуждение живого интереса к подобного рода бытовым мелочам.

Будучи позднее в Китайской Народной Республике, я и мои коллеги (среди которых я с удовольствием назову Е. А. Торчинова, М. Е. Ермакова и А. И. Кобзева) уделили немало времени полевым наблюдениям над предметами быта, обыкновенно не привлекающими внимания страноведов. Несомненно важные сведения, главным образом в области урноведения, дали мне материалы полевой экспедиции профессора Линь Бай-ши на морском побережье провинции Гуандун в 1999 и 2000 гг.[40]

Некоторые краткие и далекие от полноты заметки по этому поводу и предлагаются ниже вниманию читателя.