РУССКАЯ ЛИТОГРАФИРОВАННАЯ ПЬЕСА: ЕЕ СОЗДАТЕЛИ, РАСПРОСТРАНИТЕЛИ И ПОТРЕБИТЕЛИ

РУССКАЯ ЛИТОГРАФИРОВАННАЯ ПЬЕСА: ЕЕ СОЗДАТЕЛИ, РАСПРОСТРАНИТЕЛИ И ПОТРЕБИТЕЛИ

ВРоссии в XVIII – начале XIX в., когда издательский репертуар был невелик и театров было мало, пьесы входили в круг чтения. Но с середины XIX в. ситуация меняется. Пьесы становятся весьма специфической разновидностью издательской продукции. Лишь очень небольшое число их публикуется для обычного чтения, подобно прозаическим, стихотворным, мемуарным и т.п. произведениям (прежде всего это касается классических пьес). Подавляющее же большинство их издается как материал, используемый при подготовке спектакля.

В качестве такой функциональной, нужной для практического использования книги издания пьес гораздо ближе не к изданиям других видов художественной литературы, а к учебным пособиям, кулинарным книгам, календарям и адрес-календарям и т.п. Но если к учебнику и кулинарной книге обращаются многократно, то большинство пьес ставятся лишь тогда, когда являются новинками (или не ставятся вовсе), а впоследствии к ним не обращаются.

Поэтому типографским образом они воспроизводились обычно, если не принимать во внимание пьесы признанных литераторов типа Островского, Писемского и Тургенева, не в общелитературных, а в специальных театральных журналах («Репертуар и Пантеон», «Артист», «Театр и искусство») либо (у достаточно известных драматургов) в персональных сборниках. Б?льшая же часть пьес долгое время распространялась в рукописном виде (театров было немного, а труд переписчиков достаточно дешев). Так, один из драматургов писал в 1880-х гг., что «театральные пьесы, за исключением таких классических вещей, как произведения Гоголя, Грибоедова, Островского и немногих других, издаются не для чтения, а для сцены. Они попадают в руки антрепренеров, устроителей любительских спектаклей и иногда актеров. Вследствие этого большинство пиес даже не печатается, а литографируется, или просто продается в рукописях»772. Даже в начале XX в. отмечалось, что «экземпляры рукописей [пьес] добываются самыми различными путями <…> и затем воспроизводятся с копий, написанных на машинах [то есть на пишущих машинках], путем гектографа или мимеографа. Число постоянных театров так невелико, что первый спрос всегда можно удовлетворить таким образом. <…> Область распространения драматических произведений так ничтожна, что эти контрафакции совершенно обесценивают труд авторов и товар издателей. Драматические произведения оцениваются немногим дороже пареной репы, и часто автор весьма приличной пьесы рад-радешенек, когда находится издатель, готовый рискнуть расходом в 100 р. на напечатание пьесы»773.

Ситуация меняется в последней трети XIX в. вследствие перемен в обществе и в культуре, порожденных реформами 1860-х гг. Общество обратилось тогда к обсуждению насущных социальных проблем, в результате усилилась роль таких форм выражения общественного мнения, как пресса, органы местного самоуправления (земство, городские думы) и, наконец, театр. Немалую роль в росте интереса к театру сыграло и смягчение цензурных запретов, что способствовало расширению круга затрагиваемых в пьесах тем и более острой их трактовке.

С разрешением в 1870 г. клубных сцен в Москве и Петербурге, а особенно с отменой монополии императорских театров в 1882 г., число театров в столицах стало быстро расти. Усиливается популярность театра и в провинции, где действовало немало трупп. В 1873 г. в России было 111 театров, в том числе 102 в провинции; во второй половине 1890-х гг. в провинции было уже около 200 театров774. Кроме того, в большом числе осуществлялись любительские постановки.

В условиях, когда численность зрительской аудитории была не очень велика, пьесы в театре обычно исполнялись всего несколько раз в сезон, и для обеспечения рентабельности нужно было часто обновлять репертуар. Поэтому для сложившейся довольно мощной «театральной машины» требовалось немало пьес в качестве «топлива».

В отличие от предшествовавшего периода часть дохода от спектакля отчислялась авторам пьес в качестве гонорара, труд драматурга стал прибыльным и быстро профессионализировался. Кроме того, поскольку театр пользовался популярностью, писать для него было престижно. Поэтому немалое число людей стало обращаться к писанию пьес; появились десятки плодовитых драматургов. В «Каталоге пьес членов Общества русских драматических писателей и оперных композиторов. 1874—1914» (М., 1914) зарегистрировано около 15 тыс. пьес (не все из них были изданы и не все разрешены к представлению), в «Полном алфавитном списке драматическим сочинениям на русском языке, дозволенным к представлению безусловно (по 1. I. 1904)» (СПб., 1904) и дополнениях к нему, охватывающих период до 1914 г., представлено около 11 тыс. названий.

Антрепренеры, режиссеры, актеры (профессионалы и любители) искали подходящие пьесы, интересовались новинками. Но широкий спрос на пьесы (для удовлетворения разнообразных вкусов и интересов) не означал, что круг потребителей пьес велик. Ситуация была такова, что нужно было много пьес, но выпущенных небольшим тиражом.

Спрос на издания пьес стал быстро расти, в результате сформировались предпосылки для коммерциализации этой сферы. Но предпосылками этими нужно было еще суметь воспользоваться. Превратить издание пьес в прибыльное дело можно было только при условии расширения издательского репертуара и обеспечения сбыта. Ведь чтобы удовлетворить спрос на пьесу, обычно достаточно было нескольких десятков, в лучшем случае – одной-двух сотен экземпляров.

Издавать же пьесы малыми тиражами типографским способом было невыгодно. Правда, еще с 1810-х гг. существовал способ тиражирования текстов, который мог удовлетворить подобный спрос, – литографирование. Он позволял недорого и оперативно получить небольшой тираж.

История литографированной текстовой книги в России почти не изучена. В посвященных литографии книгах и разделах в общих трудах по истории издательского дела в России рассматриваются исключительно литографированные изоиздания. Единственное исключение – раздел об издании литографированной пьесы в книге Д.Г. Королева «Очерки из истории издания и распространения театральной книги в России XIX – начала XX веков» (СПб., 1999), который в целом верно характеризует ситуацию с изданием литографированной пьесы. Однако в силу пионерского характера этой работы там не затронут ряд важных аспектов и сторон данной темы.

«Литография <…> – способ печати, при котором оттиски получаются переносом краски с плоской (нерельефной) печатной формы непосредственно на бумагу, прижимаемую к форме»775. Способ этот был изобретен в 1796 г. в Германии и основан на неспособности воды смешиваться с жирными веществами. На шлифованной поверхности известкового камня тонким стальным пером писали химической тушью (в состав которой входит жир), потом увлажняли камень, а затем наносили печатную краску, которая оставалась только в тех местах, где был нанесен текст. В России первым ввел литографию барон П. Шиллинг фон Канштадт (в 1815 г. он создал литографическое заведение при Министерстве иностранных дел). Первым образцом ее деятельности было литографированное издание юмористической поэмы В.Л. Пушкина «Опасный сосед». В литографии размножались документы Министерства, печатались пособия для военных школ, исполнялись и частные заказы776. Вскоре возникла литография при Военном министерстве, а потом и частные литографии. По большей части в них литографировались изображения и чертежи, но в ряде случаев публиковались и тексты. Это делалось, когда текст был нужен не для простого чтения, а функционально, для практических целей, причем небольшому числу потребителей. В качестве примера можно назвать литографированные издания курсов профессорских лекций, когда один или несколько студентов прилежно конспектировали лекции университетского преподавателя, а потом давали конспект ему на просмотр и, получив его исправления и разрешение на публикацию, литографски издавали курс. Товарищи, которым этот текст был необходим для успешной сдачи экзамена, раскупали небольшой тираж. Например, С.Д. Урусов, учившийся в Московском университете в 1881—1885 гг., вспоминал: «Для издания литографированного курса каждого профессора образовывалась около какого-нибудь предприимчивого студента издательская группа из 4—5 участников, записывавших лекцию; в начале года объявлялась подписка и собирались деньги на постепенно выпускаемые листы. По этому изданию можно было заблаговременно готовиться к экзамену, но большинство студентов складывало получаемые листы “про запас” и начинало их зубрить лишь с приближением весны»777. Литографски издавались и некоторые другие тексты, главным образом ведомственная документация, речи депутатов земских собраний и т.д. Но художественная литература, в частности драматургия, долгое время издавалась только типографским способом778.

Библиотекарь Александринского театра А.Х. Мозер издавал пьесы литографским путем с 1873 г.779. А.А. Плещеев утверждал, что Мозер «первый в России занялся литографированием и распространением в провинции пьес, шедших в Александринском театре»780. Как справедливо отмечает Д.Г. Королев, литографированные пьесы «успешно прижились в среде сценических деятелей, поскольку по своему характеру были весьма близки к рукописям, с которыми привыкли работать режиссеры и актеры и на которых просто психологически комфортней было оставлять свои пометы и соображения относительно будущей роли и спектакля»781. Литографирование обеспечивало оперативность издания, удешевляло его, но итоговый тираж был невелик – не более 150 экз. Если вдруг спрос оказывался б?льшим, издание можно было повторить, а в случае особого успеха издать типографски.

Однако само по себе литографирование не решало проблему. Для обеспечения рентабельности нужно было, с одной стороны, иметь сеть распространения пьес, а с другой – постоянный источник текстов для тиражирования.

Важным шагом на пути создания подобного механизма стало учреждение в 1874 г. Общества русских драматических писателей (в 1877 г. к ним присоединились и оперные композиторы)782. Вначале оно объединило несколько десятков драматургов, но число их быстро росло, и к концу века в общество входило более 600 членов. ОРДП и ОК основной своей целью ставило охрану авторских прав и защиту материальных интересов своих членов. Это достигалось за счет сети уполномоченных, собиравших определенные отчисления (несколько процентов со сборов) с театральных антрепренеров во многих городах России. Общество было заинтересовано в гарантированном издании пьес своих членов и располагало средствами для содействия этому.

Вначале предполагалось, что Общество будет издавать пьесы обычным путем, и 3 пьесы были выпущены подобным образом (тиражом 600 экз. каждая), но «ввиду дороговизны печатания и излишнего числа печатных экземпляров Комитет [Общества] пришел к мысли литографировать пьесы своих членов <…>»783.

В 1875 г. Общество заключило соглашение с А.Х. Мозером о том, что он будет литографировать все пропущенные драматической цензурой пьесы членов Общества тиражом 110 экз. (из них 10 – для цензуры), но успешно решить задачу не удалось – пьесы лежали без движения и почти не распространялись. Через два года Общество сменило комиссионера, заключив контракт с И.И. Смирновым (Мозер, впрочем, продолжал литографски издавать пьесы по начало 1880-х гг.), но это ненамного улучшило ситуацию.

Стало понятно, что необходим надежный канал сбыта. Продавать пьесы через обычные книжные магазины не имело смысла, поскольку они не были заинтересованы в подобной малоспрашиваемой издательской продукции, а среди аудитории книжных магазинов покупатели пьес составляли ничтожную долю. Нужен был канал, четко ориентированный на театральных деятелей. Вскоре сложилась инфраструктура, обеспечивавшая распространение литографированных пьес. Мы имеем в виду театральные библиотеки784. В 1871 г. в Москве была открыта Волковская театральная библиотека (названа так в честь создателя первого русского постоянного театра Ф.Г. Волкова; содержал ее Репин; при библиотеке действовала литография, выпустившая 600 пьес; в 1884 г. ее фонд был присоединен к библиотеке С.Ф. Рассохина), в 1875 г. – театральная библиотека С.Ф. Рассохина (ряд лет владелицей числилась его жена). С 1879 г. по 1908 г. комиссионером ОРДП и ОК был С.Ф. Рассохин, который литографировал их в собственной литографии. С.Ф. Рассохин в 1875—1914 гг. издал порядка 3300 пьес (подавляющее большинство – литографски785.

В 1880 г. в Москве работали уже 3 театральных библиотеки: Волковская, Рассохина (в Камергерском пер.) и Семена Ивановича Напойкина (в Столешниковом пер.; в 1897 г. он сошел с ума, а его библиотека в следующем году влилась в библиотеку С.Ф. Рассохина)786; в 1900 г. – тоже 3: Романа Романовича Вейхеля (на Петровском бульваре), Марии Демидовой (Марии Александровны Соколовой) (на Тверской), С.Ф. Рассохина (на углу Тверской и Георгиевского пер.)787. В 1915 г. – уже 4: Вейхеля, Рассохина, Соколовой и «Театральный конкурент» Федора Капитоновича Прусакова (в Газетном пер.)788.

Известны и другие московские театральные библиотеки: «Заря» (в Газетном пер.), Петра Ананьевича Соколова-Жамсона789.

В Петербурге действовали театральные библиотеки Владимира Алексеевича Михайловского (по театру – Базарова; создана в 1888 г., находилась на Троицкой ул.; впоследствии перешла к Э.А. фон Вах и располагалась на Невском; в конце 1890-х – начале 1900-х принадлежала Николаю Николаевичу Мореву и называлась «Театральной библиотекой»), Северная театральная библиотека Константина Павловича Ларина790 (1912—1917 гг.; на Литейном), Николая Николаевича Волкова-Семенова (с конца 1890-х гг. по 1918 г.; на Троицкой ул.), Юрия Камского (на Подольской ул.), Ф.В. Силичева, театральная библиотека в составе книжного магазина «Новости»791.

Владельцы театральных библиотек были, как правило, тесно связаны с театром и поэтому хорошо представляли его потребности. Так, Ларин был актером, суфлером и драматургом, Базаров – режиссером и драматургом, Н.Н. Волков-Семенов – актером-любителем, Рассохин и Напойкин – драматургами и т.д.

Театральные библиотеки – это не просто библиотеки, а многофункциональные учреждения, выполнявшие функции издательств, книжных магазинов, библиотек, комиссионерских контор и т.д. Они собирали пьесы, главным образом литографированные, выдавали (за плату) и продавали их и записи текстов ролей в своем городе и в провинции. Например, известный актер П.Н. Орленев вспоминал, как в 1890 г., играя в Минске, «достал роман Альфонса Додэ “Джек, современные нравы”. Узнал, что из него переделана пьеса, выписал ее из московской театральной библиотеки Рассохина и засел за работу над ролью Джека»792. Кроме того, библиотеки брали пьесы на комиссионную продажу, предоставляли их в цензуру, переписывали и расписывали по ролям, выполняли различные поручения, касающиеся театра (давали адреса актеров, режиссеров, суфлеров и гримеров, высылали театральные принадлежности и т.д.)793.

Важное место в деятельности большинства из них занимало издание пьес литографским способом; это касается в первую очередь Волковской театральной библиотеки, библиотек Напойкина, Соколовой, Вейхеля, Ларина.

Помимо театральных библиотек литографированные издания пьес выпускали сами авторы, главным образом в провинции (в Киеве, Одессе, Саратове, Нахичевани и т.д., вплоть до литографии 5-го лейб-драгунского Курляндского полка), книжные магазины (например, в Петербурге: книжный склад А.А. Соколова в первой половине 1880-х гг.; книжный магазин М.В. Попова в середине 1890-х; театральный отдел книжного магазина газеты «Новости» во второй половине 1890-х гг.), театральные объединения (комиссионный отдел при Союзе драматических и музыкальных писателей в 1910—1917 гг.), театральные издательства («Театральные новинки», 1912—1918) и театральные периодические издания («Театральная газета», 1914—1916 гг.; журнал «Театр и искусство» в 1907—1917 гг. выпустил более 1200 пьес794).

Всего по нашим примерным подсчетам в 1870—1917 гг. было выпущено 5—6 тыс. литографированных пьес.

Тираж литографированного издания составлял 100—150 экз. Пьеса покупалась не для чтения, а для использования при постановке (на ней отмечали исполнителей ролей, сокращения и дополнения текста и т.д.). Поэтому брошюра с текстом пьесы быстро ветшала, а поскольку после постановки необходимости в ней не было, то ее нередко выбрасывали. В домашних библиотеках литографированные издания пьес оставляли редко, публичные обычно их не приобретали, и единственными местами их хранения были упомянутые выше театральные библиотеки, где экземпляры пьес от использования тоже нередко приходили в негодность. Если учесть, что библиотеки эти были частными и в ходе национализации книжных собраний в 1918 г. фонды их испытали немало превратностей, то станет понятным, что сейчас немногочисленные экземпляры каждой из выпущенных в указанные годы литографированных пьес сохранились либо в специализированных театральных книжных собраниях (Санкт-Петербургская театральная библиотека, Российская государственная библиотека по искусству, библиотеки Союза театральных деятелей и Бахрушинского музея и т.п.), либо в национальных библиотеках (РНБ и РГБ). Просуществовал этот вид издательской продукции всего полвека, но он сыграл важную роль в оперативном обеспечении потребности театральных деятелей в современной пьесе.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.