ХОТЕТЬ МОЖНО И БЕЗ ПРОФИЛАКТИКИ

ХОТЕТЬ МОЖНО И БЕЗ ПРОФИЛАКТИКИ

Наши «патриоты», в том числе национальные капиталисты, пытаются доказать, что товары с мирового рынка либо дороже, либо хуже наших.

Увы, это не так. Товары сравнимого качества, изготовленные не по уникальным технологиям, дешевле приобретать на мировом рынке. Дешевле! Все споры на эту тему бесполезны. Любой производитель дешевой галантереи знает, что тягаться по себестоимости, например, с китайским ширпотребом, невозможно. Это касается простейших вещей даже латунные трубки для холодильников Минскому заводу дешевле покупать не в России, а в Германии. И любая агитация с позиции «у нас все лучше и дешевле» — бесперспективна, в первую очередь потому, что эта позиция не отвечает реальности.

Меня можно упрекнуть — а о чем же тогда разговор? Раз дешево будем отовариваться на мировом рынке!

Да я не против. Но жизненный опыт говорит мне, что на рынок надо идти с деньгами, в противном случае результат будет негативен. То есть неправильно вести разговор, что плохо покупать на мировом рынке. Покупать там очень даже хорошо! Нам плохо продавать там, вот в чем дело! А если мы будем покупать там, то производители аналогичных товаров у нас не смогут с ними конкурировать. И наша экономика обанкротится.

Вся предыдущая часть была написана для доказательства лишь одного положения: экономика нашей страны непривлекательна для вложения капиталов в производство, и эта непривлекательность неустранима, тем более нельзя ничего сделать путем написания тех или иных законов. Закон может повлиять только на одну составляющую затрат на размер налогов и других поборов, но и то жизнь быстро приведет все в соответствие с реальностью. Недобор налогов, через развал бюджета, так же приведет к снижению инвестиционной привлекательности страны, как и перебор. Но все остальные-то группы издержек от нас не зависят, и резерв (малая зарплата) — оказывается фикцией.

Мне не раз приходилось спорить на эту тему с людьми из самых разных кругов. Каких-то разумных возражений против своей концепции услышать не пришлось. Как правило, если собеседники принадлежали к демократическому лагерю, они старались увести разговор в сторону от производства, и начинали рассказывать о высоком уровне потребления на Западе. Почему? Почему срабатывает эта защитная реакция? Почему половина населения не хочет задуматься?

Почему же никто не хочет поверить во вполне очевидные вещи? Именно не хочет, хотя вполне могли бы.

Я чувствую, что причины «демократических» настроений у нас больше психологические. Большинство населения у нас по складу характера не производители, а потребители, за всю сознательную жизнь им ни разу не пришлось задуматься, как продать продукт своего труда, если таковой был. А покупали-то все!

Подумайте на досуге, если вам пришлось жить у нас в стране хотя бы в 70-е — 80-е годы — кому на работе приходилось задумываться на простую тему — купит ли кто-нибудь продукт его труда? Практически все получали не зарплату, а, по сути, денежное содержание. За что? За выполнение служебных обязанностей. Сделал что-нибудь полезное, не сделал — было все равно.

Даже рабочие-сдельщики не были исключением, хотя они и старались добиться высокой производительности труда. Ведь их единственным «потребителем» был мастер, закрывавший наряды, а не те люди, для кого, по идее, предназначалась продукция.

Никто — никто не пытался выявить и удовлетворить потребности людей, да еще минимизируя издержки. Даже удивительно, что у нас производилось хоть что-то, что, в принципе, можно было покупать.

С другой стороны, каждый гражданин СССР ходил в магазин и на рынок, и, зная свои потребности, умел выбрать наиболее экономичный вариант их удовлетворения.

Вот такое общество, состоящее только из таких людей, вышло на мировой рынок. Все мы умели покупать то, что нам надо, по максимально дешевой цене, но никто не умел производить то, что надо другим. Кроме того, рынок-то дешевый! Надо продавать себе в ущерб, разоряя себя! Товары-то на мировом рынке оказались дешевле наших.

Денег на первых порах было довольно много. Ведь запасы у Советского Союза были большие, и когда продаешь не свое, торговля идет хорошо.

Вот тут-то и срабатывает та особенность нашего постсоветского общества, о которой я говорил выше: мало кто догадывается, что деньги, имеющие хождение на мировом рынке, надо на этом рынке заработать. Вот есть у нас такая певица Лада Дэнс. Собой ничего, детей рожает, на прошлых выборах очень интересно агитировала за «реформы». «Оторвите задницу!» — так она говорила на ТВ, стимулируя сачковавших реформаторов пойти на выборы. Говорит, что на «джипе» она лучше смотрится, чем на «Запорожце». Почему именно на «Запорожце»? Тут, конечно, полемический перехлест — в советские времена у нас и «ЗиЛы» делали, кое-кто и на белой «Чайке» ездил. Думаю, тогда Лада Дэнс и от «Волги» бы не отказалась. Но это детали, а вот почему ее позиция неверна? Главный изъян — поет-то она не для американцев! Ее-то продукция на мировом рынке неконкурентоспособна! Поет она для нас — за рубли, а доллары на «джип» ей за эти рубли Центробанк продает, хотя и не обязан, вообще говоря. Доллары-то получены пока что только за нефть, а нефть достояние всего народа, в том числе и будущих поколений, а не Лады Дэнс, Центробанка или даже сотрудников нефтяной отрасли.

Пусть каждый задаст себе вопрос, что он лично может сделать своими руками или чем-то еще, что можно продать на мировом рынке. Вот прямо сейчас! Не какой-то абстрактный «неэффективный дядя Вася», а ты, дорогой читатель!

Ответ будет неутешительный — кроме детей, сделать что-либо трудно.

Наш человек хорошо представляет себе, как он мог бы потратить доллары, но слабо представляет, и чаще даже вовсе не задумывается, как бы он эти доллары заработал.

Вот это — тот эмоциональный фон, который влияет на стремление всех слоев населения в мировой рынок.

Никто у нас все еще не верит, что в мировом рынке можно и не преуспеть. Это, кстати, черта не чисто русская. Кто бывал в экваториальной Африке и общался там с населением, знает, что живущие там негры поголовно влюблены в Америку. Как же, американские негры, хотя бы тот же Майкл Джексон, такие навороченные! И там свобода! А ходят эти сторонники мирового рынка голые, и не только из-за климата. И пусть мировая экономика ничего африканцам не дала, желание остается.

Но для входа в мировой рынок одного желания мало. Понимаете? Мало нашего желания интегрироваться в мировую экономику! Речь не идет о том, хотим мы или не хотим, речь о том, получится или не получится. А точнее — что не получится.

Этот разговор — о возможности интеграции в мировой рынок сходен с разговорами о том, что мы не собираемся вести третью мировую войну. Что значит «собираемся», «не собираемся»? Не мы же поджигатели войны какие-нибудь. Война будет против нас, и нас не спросят.

И вот самое главное — есть ли выход? Выход есть, он на виду, но он не используется. В чем он состоит, мы сейчас поговорим, но сначала разберемся, почему же никто не воспринимает правильное решение проблемы. Ведь есть решение, есть, неоднократно в нашей истории мы поднимались на довольно высокий уровень, в том числе и по благосостоянию. Значит, это возможно, а препятствия к выбору правильного пути — субъективные, то есть зависят от желания людей.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.