Из чего делают скрипичные струны?

Из чего делают скрипичные струны?

Скрипичные струны не делают – и никогда не делали – из кошачьих жил.

Это миф, пущенный в Средневековье итальянскими скрипичных дел мастерами, которые обнаружили, что идеальный материал для струн – это овечьи кишки. А чтобы защитить свое изобретение, они рассказывали всем и каждому, что их струны сделаны из кошачьих внутренностей, поскольку убить кошку означало навлечь на себя беду.

Согласно легенде, давным-давно в горной итальянской деревушке под названием Салле, неподалеку от города Пескаре, в провинции Абруцци, жил мастер-седельник, и звали его Эразмо. Однажды Эразмо услышал восхитительный звук: то был звук ветра, что дул сквозь вывешенные на просушку овечьи жилы. «А ведь из них можно сделать прекрасные струны», – подумал Эразмо. Так появились струны для первых скрипок эпохи Возрождения.

На целых шесть столетий лет городок Салле превратился в мировой центр производства скрипичных струн, а седельника Эразмо причислили к лику святых. Святой Эразмо и по сей день считается покровителем струнных дел мастеров.

Сильные землетрясения 1905 и 1933 годов положили конец производству струн в самом Салле, однако двумя известнейшими на сегодняшний день производителями струн – компаниями «Д’Аддарио» и «Мари» – по-прежнему управляют потомки салльских семей.

До 1750 года на всех скрипках использовались струны, изготовленные из овечьих кишок. Кишку вытягивали из животного еще теплой, очищали от жира и выделений и вымачивали в холодной воде. После этого самые лучшие участки нарезали на ленты, а затем скручивали и скоблили, пока не получалась струна нужной толщины.

В наши дни для производства струн используют комбинацию кишок, нейлона и стали, хотя большинство настоящих ценителей по-прежнему уверены, что струна, сделанная из чистой кишки, дает наиболее теплый тон.

Знаменитый немецкий композитор Рихард Вагнер, желая дискредитировать Брамса, которого он терпеть не мог, распустил ужасающий слух, будто Брамс получил в подарок от чешского композитора Дворжака «богемский лук для стрельбы по воробьям». Вооружившись этим самым луком, Брамс якобы развлекался тем, что расстреливал уличных кошек из окна своей венской квартиры.

«Проткнув несчастное животное, – продолжал Вагнер, – он тащил его к себе в дом, точно рыбак, возвращающийся с форелью, насаженной на острогу. А затем с наслаждением внимал затухающим стонам жертв, усердно записывая в нотную тетрадь их ante mortem [65] ремарки».

На самом деле Вагнер никогда не бывал у Брамса и не видел его квартиры; нет также ни одной записи, свидетельствующей о существовании «лука для воробьев», не говоря уже о том, что прислал этот лук Дворжак.

Кошки, как и большинство других животных, умирают молча.

Несмотря на все это, ярлык «котоубийцы» крепко приклеился к Брамсу, а выдумка Вагнера подается как факт в нескольких биографиях композитора.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.