Последний волхв: Кузька — мордовский бог

Последний волхв: Кузька — мордовский бог

Христианизированная мордва восприняла и переиначила в фольклоре многие мотивы христианской мифологии: уже говорилось о мордовской троице — Нишке, Николе (Никола-паз, который отождествлялся с Мастор-пазом, богом земли) и Норов-пазе, сидящих на Мировом древе и раздающих долю-счастье. Иконы именовались в мордовской традиции паз-ава — «божья матерь». Богиня Анге-патяй отождествлялась то с самой Богородицей, матерью Нишке, то с повивальной бабкой — апокрифической Саломеей, которая помогала ей при родах.

Эта синкретическая вера и породила последнего волхва. Недавно принявший христианство крепостной Кузьма Алексеев в 1808 г. объявил себя пророком, согласно доносу властей, собрал вокруг себя «богомерзких женок», новокрещеную мордву и стал совершать моления в лесу. Он пророчил грядущий конец света, запрещал пахать и сеять, а также платить помещикам оброк. Пророк, прозванный «Кузька — мордовский бог», провозгласил конец христианской веры и возвращение веры мордовской: судья придет не с востока, а с запада, и молиться надо на запад на старых мольбищах — кереметях. С запада будет восходить солнце. Два года длилось движение, возглавленное последним волхвом.

Кузьма был арестован присланной военной командой и отдан под суд. Следствие показало, что Кузьма не был сведущ ни в христианской, ни в традиционной мордовской вере — он знал имена двух-трех богов. «Пророк» был признан опасным преступником, бит кнутом, ему вырвали ноздри и отправили на вечную каторгу.

События начала XIX в. живо напоминают то, что произошло в Верхнем Поволжье в XI в.: Кузьма, с точки зрения православных властей, призывал поклоняться Антихристу, как и волхвы, ибо его бог должен был придти с запада, с «адской» стороны. Пророчество о том, что солнце будет восходить с запада, также находило соответствие в прорицаниях волхвов, но уже не на Волге, а в Киеве, где другой древнерусский «пророк» предсказывал, что реки потекут вспять, а земля Русская поменяется местами с землей Греческой. И расправа с Кузьмой напоминала о пытках, которым подверг схваченных волхвов Янь Вышатич. Христианизация языческого населения порождала сходные явления, хоть они и были разделены столетиями.