Крестьянские приметы

Человек, не оглушенный внешними событиями, в ходе привычной размеренной жизни мог пристально и внимательно вглядываться в окружавшую его природу, людей, в самого себя. Круг примет, пословиц, поговорок чуть ли не у каждого крестьянина был свой, хотя имелся и общепризнанный ряд.

«У нас в доме были часы-ходики, а у многих соседей часов не было. Вставали по петушиному крику. Грамотных людей было очень мало. А ведь деревенская работа требовала сноровки. Все надо успеть вовремя, и старались увидеть изменения в погоде, от этого зависели и многие работы. Жили по приметам: если петух запел с вечера часов в десять — жди ненастье, если кошка спит на печи, спрятав мордочку, — к холоду; если сойдет с печи, ляжет на пол кверху мордой — к теплу; заскрипит дверь — будет холодно; если молодой месяц лежит горбиком вниз — к ненастью, если стоит серпиком — ждут вёдро» (М. С. Семенихина, 1909).

«Примет было очень много, по ним только и жили. Какое дело ни затевается — проверяется, а так ли по примете? Вот что вспоминается. Не сей пшеницы раньше дубового листа, так как в мае два холода живет: черемуха цветет и дуб распускается. Никольщина (22 мая). С Николы вешнего сади картофель. До Николы крепись — хоть разопнись, а с Николы живи не тужи. Коли на Федота (31 мая) на дубу макушка с опушкой, будешь мерять овес кадушкой. Жди ненастья, если утром роса не выпала, ветра нет, а лес шумит; молоко в подойнике пенится; лошадь трясет головой и храпит; стадо к вечеру разревелось. Весенний дождь из тучки, осенний — из ясени. В лесу много рябины — осень дождливая, мало — сухая. Первый снег выпадает за 40 дней до зимы. Темные Святки — молочные коровы, светлые Святки — ноские куры. Пять раз в год солнце играет: на Рождество, Богоявление, Благовещенье, Светлое воскресенье и в Иванов день. На Василия — свиную голову на стол. Пришли Евдокеи — мужику затеи: соху точить, борону чинить. Авдотья-весновка — весну снаряжает. С гор вода, а рыба со стану. Ясное утро на Юрья — ранний сев, ясный вечер — поздний. После Егорья бывали 12 морозов» (К. П. Михеева, 1921).

Примечали малейшие изменения в природе, хозяйстве, своем доме, соседях и родственниках, самих себе. «Первый гром при северном ветре — к холодной весне, при восточном — к сухой и теплой, при западном — к мокрой, при южном — к теплой. Из березы течет много сока — к дождливому лету. Птицы вьют гнездо на солнечной стороне — к холодному лету. Март сухой, да мокрый май — будет каша и каравай. Гром в сентябре предвещает теплую осень. Быть зиме суровой, коли птица дружно в отлет пошла. Снег глубок — хлеб хорош. И так далее.

Существуют приметы и бытового характера. Кто скоро засыпает — недолго проживет. Не играй ножом — ссора будет. Локоть чешется — к горю. Затылок чешется — к печали. Споткнуться — кто-то бранью помянул. Когда сядешь есть, не закрыв книгу, — заешь память. Лоб чешется — спесивому кланяться. Отрыжка — душа с Богом беседует. Правый глаз чешется — к смеху, левый — к слезам. Примет множество, они и сейчас бытуют» (К. К. Салтыкова, 1912).

Человек представлялся сам себе кладезем прогнозов на близкое и дальнее будущее. То есть каждый был для себя лучшим пророком. Такое внимание к своему внутреннему голосу, неосознанным жестам очень полезно. Человек не заглушал и не уничтожал свою самоинтуицию, а чутко к ней прислушивался. Все это сейчас нам кажется нелепым атавизмом, но здесь много здравого смысла. Наблюдай за собой сам!

А. П. Гончарова (1921): «Глаз чешешь — реветь; локоть чешешь — на новом месте спать; бровь — с родным встречаться; правая рука — здороваться; левая — деньги считать; перед ненастьем у старых кости и ноги болят; икает — кто-то вспоминает; нос чешется — к покойнику или вино пить; сера в ушах кипит — к холоду; чих — правду говорят; губы чешутся — к гостинцу; ладонь горит — кого-нибудь бить; девка локоть ушибет — неженатый парень вспоминает; в ушах звенит — кто-то лихом поминает; через правый бок не плюют — там ангел; плюй через левое плечо — дьявол там; на дорогу не шьют; на себе не шьют; коль перешагнул порог — не возвращайся; если поперхнешься — кто-то торопится».

Не имеющий чуткого уха и приметливого глаза был обречен на прозябание и неуспех. Природу надо было чувствовать сердцем. Только в этом случае крестьянин мог выжить.