Русские графини умели опоить джентльменов…

Русские графини умели опоить джентльменов…

А вот интересно, чем поила Доротея Ливен английского министра иностранных дел, а затем премьер-министра Джорджа Каннинга? Уверен, что большинство и не слышало об этой выдающейся женщине, зато уже набили оскомину байки о немецкой шпионке, танцовщице Мата Хари, совершенно напрасно расстрелянной во время войны французами, поскольку истинным шпионажем она не занималась — слишком много времени отнимали дела в борделе.

Бурная дипломатическая и шпионская жизнь Дарьи Христофоровны Ливен еще ждет своего исследователя. Даша появилась на свет в 1785 году в семье рижского губернатора Бенкендорфа, ее братиком был тот самый начальник Третьего отделения Бенкендорф, который вошел в историю благодаря «опеке» над Пушкиным. Воспитывалась Даша в Смольном институте под непосредственным руководством великой княгини Марии Федоровны, впоследствии супруги будущего императора Павла I, выдали ее замуж за друга императора, двадцатитрехлетнего министра графа Христофора Ливена, — ясно, что друзьям императора не нужно особых талантов, чтобы делать карьеру. Граф сумел избежать опалы после убийства Павла I, снискал расположение Александра I, с которым был под Аустерлицем и в Тильзите, и в 1812 году, после возобновления дружеских отношений с Великобританией? был направлен послом в Лондон.

Дарья Христофоровна всю свою юность провела в придворных кругах и прекрасно знала царскую политическую кухню. Не отличаясь классической красотой, она обладала острым умом и естественным обаянием, тут же открыла у себя дома светский салон, где была непререкаемой львицей аж до 1834 года, когда Ливен, уже князь, покинул Лондон. Дарья только числилась при муже, на самом деле она исполняла роль главного советника посольства и писала депеши лично министру иностранных дел Нессельроде. В 1815 году Дарья познакомилась с душой Священного Союза австрийским канцлером графом Меттернихом, который, укрепляя влияние Австрии, заботился и о своих личных интересах: нажил огромное состояние и даже тайно получал от царя «пенсию». Вскоре канцлер влюбился в Дашу, и началась переписка, отнюдь не страстная, а политическая, причем из Лондона письма пересылались через австрийское посольство в опечатанном сургучом конверте, где лежали еще три конверта и только последний, безымянный, предназначался графу. Вся переписка контролировалась Нессельроде и самим царем Александром, который не раз беседовал с Дарьей Христофоровной по вопросам европейской политики и давал ей инструкции.

Летом 1825 года на конфиденциальной встрече в Петербурге царь раскрыл ей тайный план поворота внешней политики России от Австрии к Великобритании. Доротея отлично знала Каннинга, и царь остался доволен совещанием с нею: чуть позже он заметил шефу Третьего отделения: «Когда я видел твою сестру последний раз, она была привлекательной девочкой, сейчас она — государственный деятель».

Таким образом, Дарье во имя интересов России пришлось разорвать с Меттернихом и сблизиться (почти на 10 лет!) с Каннингом, который стал важным источником информации для России.

— Клевета! — заорал Кот. — Министр не мог стать шпионом!

— Ты получил неважное образование в Чешире и совсем не улучшил его в Оксфорде: шпионаж — это отнюдь не только суетливая беготня по тайникам, моментальные передачи в проходном дворе и скрытое фотографирование демонстрантов. Шпионаж — это стиль жизни, это светский разговор на равных, это обсуждение политики «блестящей изоляции» на кушетке рекамье в Хэмптон-Корте. А жалованье императора — это пенсия, а не сование потной рукой мятых купюр в клозете соседу по писсуару, надежному агенту…

Конечно, я бил несчастного Кота ниже пояса: дело в том, что широкая публика, включая котов, ничего не смыслит в шпионаже и судит об этом по дурацким фильмам, не имеющим ничего общего с действительностью.

Но продолжим о прекрасной Даше. Я ею восхищен и совершенно не жалею мужа-рогоносца: пусть женятся на глупых уродинах, которые толкутся на кухне и рожают ребенка за ребенком. А умные красавицы — редкость в любой стране, и если попал под их каблучок, то неси свою ношу! Вернувшись из Лондона, княгиня Дарья Христофоровна в свои почти пятьдесят заскучала, оторвавшись от бурной дипломатической деятельности в Альбионе. И муж стал невмоготу (еще бы!), впрочем, он недолго докучал ей и вскоре преставился. К черту немытую Россию! — и княгиня умчалась в Париж, купила старинный дом, ранее принадлежавший Талейрану, и открыла там новый светский салон, куда захаживали и короли, и министры, и крупные писатели. Тогда в ее сети попал знаменитый французский историк Франсуа Гизо, который был министром иностранных дел, а затем премьер-министром. А тут революция 1848 года — проклятые революции! Политическая карьера Гизо превратилась в дым, а шестидесятитрехлетняя Дарья Христофоровна не могла позволить себе опуститься до рядового ситуайена — пришлось дать отставку Гизо. Так и умерла она мирно в Париже в 1857 году, пожелав в завещании положить ее в гроб в черном бархатном платье фрейлины российского императорского двора.

Не под влиянием ли встреч с этой выдающейся женщиной Оноре де Бальзак писал: «Профессия шпиона прекрасна, когда он работает сам по себе. Он подобен вору, который получает наслаждение, сохраняя образ честного гражданина. Однако человек, вступивший на этот путь, должен уметь укрощать свой гнев, бороться с нетерпением. Простаивать, замерзая, по колени в грязи, выдерживать зной и холод, не обольщаться иллюзиями, уметь быстро мчаться или бестрепетно застыть, неустанно стоять часами у чужого окна, проворачивать в голове тысячу планов действия… По своему накалу эту профессию можно сравнить лишь с работой картежного шулера».

Тут я заметил, что Чеширский Кот ползает по потолку, что-то выдирает оттуда и жует.

— Что ты там делаешь? — спросил я.

— Закусываю. Разве ты не видишь? От твоих пылких панегириков в честь пьянства и разных баб захотелось выпить, и я рванул рюмку валерьянки.

— Что же можно найти на потолке?

— Конечно, занозы. Прекрасная закуска!

Что ж, при хорошей выпивке любая закуска идет!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Что еще умели сапотеки и миштеки

Из книги автора

Что еще умели сапотеки и миштеки Сапотеки пользовались иероглифическим письмом, появившимся в 600–400 годах до н. э. Их тексты можно встретить на стелах, на стенах погребальных камер и на мелких предметах. Совершенно очевидно, что это письмо имеет общие мезоамериканские


Вышибать признания у нас всегда умели…

Из книги автора

Вышибать признания у нас всегда умели… В прежние времена всякий прохожий стремился побыстрее пройти мимо Константино-Еленинской башни Московского Кремля и притом опасливо косился на нее и непременно крестился. Это третья башня по левую руку, если встать напротив


Русские

Из книги автора

Русские Пока Персию рвали с востока и с запада, она почувствовала также новое европейское давление, на этот раз на суше и с севера, когда русские, освободившись наконец от татарского господства, двинулись на юг.Пока Персия шаталась под натиском афганцев, в России правил


Внутренность «пакетовой» табакерки на имя графини Анны Петровны Шереметевой

Из книги автора

Внутренность «пакетовой» табакерки на имя графини Анны Петровны Шереметевой Императорский фарфоровый завод. Фарфор, роспись. 1750-е.Надпись внутри крышки гласит: «Я люблю душа моя тебя, Болше нежели сама себя, —


НЕ ТЕ РУССКИЕ

Из книги автора

НЕ ТЕ РУССКИЕ Инженер Кучеров строил мост в трех верстах от деревни Обручановой. Жене инженера понравились окрестные места, и она уговорила мужа купить тут небольшой участок земли и выстроить дачу.Инженер и его жена искренне хотели добра жителям деревни. Они готовы были


Михаил Одесский (Москва) «Швеция более не будет иметь счастья видеть вас» Циркумбалтийский диалог культур в письмах графини С. Ферзен князю А.Б. Куракину

Из книги автора

Михаил Одесский (Москва) «Швеция более не будет иметь счастья видеть вас» Циркумбалтийский диалог культур в письмах графини С. Ферзен князю А.Б. Куракину История шведской графини Софии Ферзен, ее возвышенного романа с русским князем Александром Куракиным может быть