Шпионское гнездо

Шпионское гнездо

Вот и посольство. Здесь протекала моя молодость, бурная, как Терек! Заходить почему-то не хочется, выходим на Кенсингтон-Хай-стрит, сворачиваем в Холланд-парк, где бродят живописные павлины (не ощипанные, как постарались мужички в имении Бунина), и движемся к Эрлс-террас, построенной графом Холландом в качестве казармы для французских офицеров (он был ярым сторонником Франции, и правительство это терпело!). Если бы он знал, что два подъезда этого дома будут оккупированы русскими…

В этом доме жил один великий, но непризнанный человек. Это — я. Жили в полуподвале, в коммунальной квартире, где была еще одна многодетная семья, окна выходили прямо на мусорные ящики, мы влачили несчастное существование, словно бродяги из романов Диккенса. Слезы наворачиваются на глаза, когда вспоминаешь скромную жизнь дипломатов и разведчиков. Зато дух был крепок, ух как крепок! Бедности не замечали, радовались свободе, мелким шмоткам, поездкам к морю. Все было в новинку: красные тумбы — почтовые ящики, церкви с органом, где по вечерам прекрасно гудел Бах, терпеливые очереди[90], облупленные статуи неизвестных дядей в тогах, двухэтажные красные автобусы, комически серьезные ораторы, вещавшие с собственных подиумов в Гайд-парке, дома и дома с мемориальными досками…

В это время к нам подкатывает долговязый Джон, друг Криса, в багажнике его машины сидит добродушный сенбернар (Джон так сильно любит пса, что всегда возит его с собой, даже если бедняга задыхается). Я вспоминаю, как сам однажды пережил подобное: меня не отпускала вражеская «наружка», и пришлось ее обмануть и вывезти меня из посольства, засунув в багажник, где я чуть не отдал концы от вони.

Сенбернар радостно крутит хвостом, я глажу его и тут же чувствую острые когти Кота, впившегося мне в спину.

— Гнусный ты тип! — орет он. — Неверный и неблагодарный! Вот английский философ Джереми Бентам так любил своего кота, что возвел его в рыцарское звание, а затем стал брать его в церковь под именем «достопочтенного сэра Легбурна». А у политика лорда Эркайна был любимый гусь, сопровождавший его во время прогулок, и даже две любимые пиявки.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Родовое гнездо Зиновьевых

Из книги автора

Родовое гнездо Зиновьевых Неподалеку от старинной крепости Копорье до сих пор сохранились остатки некогда прекрасной усадьбы под названием «Гревова», на протяжении ста лет принадлежавшей Зиновьевым. Это родовое гнездо дало России многих выдающихся


Родовое гнездо

Из книги автора

Родовое гнездо На Английской набережной есть несколько домов, долгие годы принадлежавшие одной фамилии, отчего они стали своеобразными родовыми гнездами. Один из них под № 16 – это особняк семьи Дурново. Им более века владела дворянская семья, которая дала России ряд


Родовое гнездо

Из книги автора

Родовое гнездо РГАДА. Ф. 285. On. 1. Д. 424. Л. 11.ЦГИА СПб. Ф. 513. Оп. 102. Д. 30; Ф. 757. On. 1. Д. 987. Л. 11; Д. 1020. Л. 168.СПбВ. 1750. № 46; № 77. С. 616.Иванов A.A. История Петербурга в старых объявлениях. М.; СПб., 2008. С. 72–73.Соловьева Т.А. Английская набережная. СПб., 2009. С. 129–140.Интернет-сайты о


Гнездо цыпочки, или Шопинг глобальных масштабов

Из книги автора

Гнездо цыпочки, или Шопинг глобальных масштабов Когда размер имеет значение Есть вид шопинга, который не зависит ни от времени года, ни от распродаж (их вообще не бывает) и который не знает передышек. Самый мучительный и экстравагантный, доставляющий массу беспокойств,


Прошлое как различие, или История как гнездо повествований[*]

Из книги автора

Прошлое как различие, или История как гнездо повествований[*] История — в старом и неразрывном родстве с повествованием и притчей. По смыслу, который это греческое слово (буквально — дознание, из-учение, читай наука как исследование) получило в Риме, история есть рассказ о


Глава 17 БЕЛИЧЬЕ ГНЕЗДО

Из книги автора

Глава 17 БЕЛИЧЬЕ ГНЕЗДО В осенние дни в Михайловском часто дуют сильные ветры. Они ломают стволы старых деревьев, вырывают их с корнем, причиняют другие беды паркам и рощам. Как-то порушил такой ветер старую ганнибаловскую липу, поломал, повалил ее на землю. Стали ее