Выпьем, ей-богу, еще!

Выпьем, ей-богу, еще!

В минуты похмелья спасает Культура-ах-Культура.

— Такси!

И вот мы в Сити, в культурном центре «Барбикан», построенном сравнительно недавно, от его американизированного величия я полностью трезвею и холодею (Кот жутко храпит за пазухой). А ведь здорово! Покопали вволю, сохранив и церковь Сент-Джайлс, и остатки старой городской стены, создали два больших искусственных озера, наставили кирпичных домов, дав каждому зданию имена Дефо, Байрона и Свифта. Зачем жилые дома? Да просто после шести Сити пустеет, покинутый клерками, он лишается чарующей суеты и превращается в красивый труп. А теперь там бродят жильцы с собаками и турист прет в «Барбикан», где к его услугам театр, концертный холл, консерватория, библиотека…

Вход бесплатен (спи, мое бедное сердце!), забираюсь в кожаное кресло в холле и слушаю скрипичный квартет, забивающий храпы Кота. Все же в Англии любят людей и все делают для человека (не отрезать ли кусок кожи от кресла жене на юбку?). Англичане — молодцы, ведь даже в Париже слишком часто приходится опускать трудовые чресла на холодные ступени или гранит набережной, а в Венеции вообще места для сидячего отдыха сведены до минимума, и невидимый мафиози подталкивает уставшего туриста за столик в кафе, где ему за бешеную цену суют кофе или малосъедобную пиццу.

«Милая, добрая Англия!» — думаю я благостно. Тут появляется дама каменного вида и с железной коробкой, напоминающей копилку, и сердце мое цепенеет: благотворительность! Лучше бы деньги сдирали за концерт, а то заманили, гады, а теперь… Однако хотя и с болью, но бросаю один фунт.

Звуки скрипки наводят на размышление. Что же такое англичане?

Вот, например, первое, что приходит в голову Джереми Паксману при слове «Англия»: «Я знаю свои права», крикет в деревне, Элгар, «Сделай сам», панк, уличная мода, ирония, бурная политика, духовые оркестры, Шекспир, камберлендские сосиски, двухэтажные автобусы, Воган Уильямс, Донн и Диккенс, сплошные занавески, увлечение собственным бюстом, ребусы и кроссворды, сельские церкви, стены из сухого кирпича, садоводство, Кристофер Рен и Монти Пайтон, викарии англиканской церкви с легким характером, «Битлс», плохие отели и хорошее пиво, церковные колокола, Констебл и Пайпер, убеждение, что все иностранцы забавны, Дэвид Хейр и Уильям Коббет, чрезмерное пьянство, женские учреждения, фиш энд чипе, карри, канун Рождества в Кингс-колле-дже, Кембридж, безразличие к пище, вежливость и грубый язык, fell-running, ужасные стоянки для караванов на красивых скалах, сдобные пышки, «Бентли», «Рилайант Робин» и так далее.

Как писали Ильф и Петров, большая гамма переживаний.

— Ты хоть что-нибудь понял? — вдруг спросил меня Кот, вылез из-за пазухи, протер себе лапами глаза и уселся рядом.

— Не все, но весьма удивлен по поводу увлечения бюстом, если, конечно, это не бюст работы Генри Мура. А что такое бурная политика? Это у нас в России бурная, а в Англии…

— Не юродствуй! — сказал Кот. — И не притворяйся всезнайкой. «Сделай сам» — это всамделишная игра, она настолько популярна в Англии, что скоро каждый будет обслуживать самого себя и в конце концов мы вернемся к натуральному хозяйству. Литераторы Коббет и более современный Хейр похожи на твоих Писарева или Гаршина, их в мире никто не знает и не ценит, кроме англичан. Композитор Воган Уильямс хуже, чем Эндрю Ллойд Уэббер, который тоже не Бетховен. Монти Пайтон — это из ТВ-сериала, он совсем не связан с великим архитектором Реном, а «Рилай-ант Робин» — трехколесный автомобиль, популярный среди молодежи.

— А почему Паксман выделяет занавески? Какие они?

— Видишь ли, это сложный вопрос. Но это часть приватности, свойственной моим соплеменникам. Эти занавески скрывают от постороннего взгляда и одновременно не дают шанса глазеть в окно, нарушая чужую приватность… А вот что такое fell-running, я не знаю, хотя английский язык мой родной. А не немец ли Паксман? Или, не дай бог, еврей — тогда все понятно! И вообще я хочу еще валерьянки! — заключил Кот.

Желание волшебного Кота — это приказ для полковника, я покупаю валерьянки, и мы переезжаем на Лестер-сквер, чтобы съесть там по огромному сэндвичу с бараниной (дешево и сердито), присев прямо на скамейку в сквере и чувствуя себя частью всего человечества. Но сквер закрыт на замок, и приходится жевать стоя, вспоминая фильмы о безработных в очереди за похлебкой в разгар экономического кризиса 30-х годов. Только порадуешься достижениям демократии — и сразу разочарования. Ноги уже гудят, напоминает о себе седалищный нерв (в жизни было слишком много подвигов), гуд-бай, Лестер-сквер, возвращаемся в «Королевские конногвардейцы», Кот опустошает еще одну бутылочку валерьянки, а я падаю, изнеможенный, на кровать, прощупав на всякий случай, как подобает чекисту, не лежат ли под одеялом пластиковая бомба или стройная гетера.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Выпьем, братцы!

Из книги От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные автора Блау Марк Григорьевич

Выпьем, братцы! Двойной бурбон Секрет изготовления национального шотландского и ирландского крепкого алкогольного питья – совсем не секрет. Испробовав шотландского виски и уловив в нем родные мотивы, кто-то наверняка станет доказывать, что вот у дядьки Тараса его поили


Гиннесс рапортует Богу

Из книги Статьи из газеты «Известия» автора Быков Дмитрий Львович

Гиннесс рапортует Богу 9 ноября — Всемирный день рекордов, окончательный срок подачи заявок в Книгу рекордов Гиннесса, выходящую, как правило, в июле следующего года. Семь месяцев уходит на обработку информации. Рекорды — если только они не растянуты во времени, как,


Выпьем за Победу!

Из книги Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина автора Курукин Игорь Владимирович


Глава 9. О том, что все надо относить одному Богу

Из книги О подражании Христу автора Кемпийский Фома

Глава 9. О том, что все надо относить одному Богу Сын Мой, надо, чтоб Я был тебе итог верховный и последний, если хочешь быть блажен воистину. В этом помышлении очистится твое чувство: слишком часто кривится оно, склоняясь то к тебе самому, то к другим созданиям. Как только


Глава 10. Как сладко, презрев мир, служить Богу

Из книги Чеченцы автора Нунуев С.-Х. М.

Глава 10. Как сладко, презрев мир, служить Богу Обращусь, Господи, снова, не буду молчать. Скажу Богу, Господу и Царю своему: «как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для любящих Тебя» (Пс. 30, 20). Что же Ты для любящих Тебя, что же Ты для всем сердцем служащим Тебе? Истинно


Глава 17. Все попечение обратить надо к Богу

Из книги Календарь-2. Споры о бесспорном автора Быков Дмитрий Львович

Глава 17. Все попечение обратить надо к Богу — Сын Мой, предоставь Мне творить с тобою, что Мне угодно. Я знаю, что нужно тебе. Ты как человек мыслишь, и многое чувствуешь так, как внушает тебе склонность человеческая.— Истинно слово Твое, Господи, Твое обо мне попечение


Шайтан сказал богу

Из книги Феномены древней культуры востока Северной Азии автора Попов Вадим

Шайтан сказал богу — Ты отлучил меня от себя, но я все равно буду жить до скончания мира. Поэтому я хочу спросить тебя: чем же я буду нуждаться?— Тебе пищей будет та, которую человек начнет принимать без произнесения моего имени «Бисмиллахирахманурахим».— Хорошо. А где


Гиннесс рапортует богу

Из книги Самые невероятные в мире - секс, ритуалы, обычаи автора Талалай Станислав

Гиннесс рапортует богу 9 ноября. Всемирный день рекорда9 ноября — Всемирный день рекорда, окончательный срок подачи заявок в Книгу рекордов Гиннесса, выходящую, как правило, в июле следующего года. Семь месяцев уходит на обработку информации. Рекорды — если только они не


На путях к Богу Живому

Из книги автора

На путях к Богу Живому Благоговение и свобода Предлагаемое читателю второе издание книги отца Георгия Чистякова (1953–2007) «На путях к Богу Живому» представляет собой сборник его популярных статей и лекций второй половины 1990-х годов по вопросам религии, истории,