Гиннесс рапортует Богу

Гиннесс рапортует Богу

9 ноября — Всемирный день рекордов, окончательный срок подачи заявок в Книгу рекордов Гиннесса, выходящую, как правило, в июле следующего года. Семь месяцев уходит на обработку информации. Рекорды — если только они не растянуты во времени, как, например, поедание собственного велосипеда, занимающее у Мишеля Лотито (Гренобль) около трех лет, — предпочитают ставить именно в этот день. К нему приурочиваются многочасовые поцелуи, стометровые застолья (длиннейший в истории стол — 1.175 метров — был накрыт в Вене), удержания на макушке пирамид из толстенных книг Гиннесса (абсолютный рекорд — 24 экземпляра) и прочая великолепная дурь.

Строго говоря, от Книги Гиннесса всего шаг до премии Дарвина, присуждаемой, как известно, наиболее любознательным самоубийцам. Премия Дарвина, за редчайшим исключением, присуждается посмертно — за то, что идиот поставил рискованный эксперимент либо совершил бессмысленный подвиг и в результате избавил от себя человеческую популяцию. Большинство гиннессовских рекордов — во всяком случае, в последние лет десять — совершенно бессмысленны; и тем не менее в них есть какая-то особость, speciality, резко отличающая их от дарвиновских суицидальных свершений или всякого рода безумств, которыми полны таблоиды. Гиннессовская книга, хотели того ее создатели или нет, сообщает о человечестве некую очень важную и, не побоюсь этого слова, религиозную истину.

История проекта общеизвестна: осенью 1951 г., охотясь в Вексфорде, управляющий компанией «Гиннесс» сэр Хью Бивер поспорил с друзьями, кто быстрей летает — тетерев или ржанка. Он утверждал, что ржанка. Это был, строго говоря, вопрос охотничьей чести — он за всю охоту ни разу не попал в эту золотую ржанку и уверял теперь, что это от ее быстролетности, а не от его охотничьей растяпистости. Стали думать, кого спросить, и выяснили, что достоверного источника нет. Тогда и возникла идея «Книги превосходных степеней» — так называлась энциклопедия в первом издании. В 1954 г., уже на ужине, Бивер опять начал доказывать, что быстрее ржанки зверя нет. Случившийся рядом пивовар той же компании Крис Чатауэй сказал, что у него есть на примере эксперты — близнецы-журналисты, коллекционирующие информацию о рекордсменах животного и растительного мира по части быстроты, увесистости, плодовитости и пр. В надежде, что издание такой энциклопедии подогреет интерес и к спонсору, Бивер профинансировал первый вариант энциклопедии, а Росс и Норрис Макуиртеры — тогда 25-летние — за год систематизировали сведения о самых быстрых птицах, самых больших цветах и самых сильных людях в истории. Книга, насчитывавшая 200 страниц, вышла 27 августа 1955 г. — и мгновенно стала бестселлером.

Гиннессомания охватила человечество почти сразу, книга затмила пиво, хотя, надо признать, отцы-основатели и теперь отдают предпочтение рекордам, связанным с пивопитием. Какие рекорды попадают в книгу, а какие отсеиваются — сказать не так просто: поначалу делалась ставка на что-то осмысленное и здравое, вроде поднятия тяжестей или разбивания бетонных блоков. Но скоро все тяжести были подняты, а блоки разбиты; рекорды по скорочтению и быстроте счета устанавливаются в среднем раз в 5–6 лет и бьются с трудом, а подновлять книгу надо ежегодно. В книгу стали попадать люди, наделенные феноменальными непрагматическими способностями: парад этих грандиозных излишеств и является потрясенному миру каждый год 9 ноября. Главной особенностью человека я назвал бы парадокс, подмеченный еще Набоковым применительно к бабочкам: избыточность расцветки, далеко превосходящая нужды мимикрии или самозащиты, сама по себе наводит на мысль о творце. Применительно к человеку «парадокс об избыточности» будет звучать следующим образом: максимум усилий, таланта и изобретательности человек способен направить не на то, что нужно, а на то, что побочно. Заниматься чем-то насущным — хотя бы и спасением собственной жизни — он способен со значительной отдачей, но без радости; радость же удесятеряет силы.

Книга Гиннесса фиксирует примеры радостной, торжествующей, феноменальной бессмыслицы — предъявляя то, что как раз и делает человека человеком. Один швейцарец, специалист по горловому пению, умудряется в секунду выполнить 22 перелива: нужно это слушателю? Нет, конечно, человеческое ухо таких частот не различает. Один индус за десять секунд перемножает в уме двадцатизначные числа. Есть в этом смысл? Ни малейшего, компьютер делает то же за доли секунды. Наконец, один англичанин с помощью автомобиля, понятное дело, разогнался на своем диване до 148,1 км в час. На фига он это сделал, в машине ведь удобнее, и диван чуть не развалился? А он, во-первых, осуществлял мировую мечту человечества о том, чтобы путешествовать, не вставая с дивана, а во-вторых, доказал сверхпрочность британской мебели. В чем смысл, ведь британская мебель не рассчитана на путешествие со скоростью 150 км в час? А ни в чем, торжество ума и ловкости, издевка над ползучим прагматизмом. И нам, грешным, хорошо бы об этом помнить — а то сегодня в России очень много разговоров о прагматизме. У нас прагматичная внешняя политика, при которой нам все равно, с кем дружить, была бы выгода. Прагматичное внутреннее управление, при котором есть риск, что от народа останется только тот, кто согласен и эффективен. Все продиктовано интересами низменной пользы, а ведь человек рожден, чтобы преодолевать животный эгоцентризм, перешагивать за собственные пределы, делать прекрасное, смешное, бессмысленное, сверхъестественное! Мир ведь только это и ценит в людях. И Гагарин наш именно поэтому стал любимцем всей планеты — космос в прагматическом смысле окупится нескоро, а в военном хоть и стал побочным следствием ракетного проекта, но быстро затмил его. И не стал бы Королев строить ракеты, если б не был убежден: рано или поздно человек рванет в космос.

Кстати, у нас в 30-е годы очень хорошо понимали, что ради хлеба и даже ради почета человек не способен на великое свершение, а вот ради рекорда — запросто. Бессмысленность стахановских, виноградовских и иных рекордов многократно описана в перестроечной прессе, а в «Первых на луне» Гоноровского и Ямалеева рекордсмен-стахановец в порыве трудового энтузиазма разносит весь цех. Тогдашние «Известия» как раз и читаются как первая книга рекордов, хотя экономическая нецелесообразность гонки за рекордами подробно рассмотрена у Катаева во «Времени, вперед!». Но людям этого не объяснишь. Они работают не ради целесообразности, а чтобы первыми в мире замесить больше всех бетона. Этого не сделаешь ради того, чтобы запугать Америку или прокормить ораву отпрысков: тут нужен сверхличный мотив, своего рода рапорт Богу: вот, Господи, какие штуки мы можем! И в этом же благородном ряду — американец, надевший за минуту 18 трусов. Перед Богом равны (и равно почтенны) все рекордсмены, от изготовителя Британской энциклопедии на рисовом зерне (которую может прочесть только другое рисовое зерно) до стремительного поглотителя через соломинку литровой бутылки кетчупа.

А если вам чего-то хочется, лучший рецепт для достижения цели — не хотеть. Делать впроброс, в свободное время, ради книги рекордов. Если бы в России помнили об этом принципе и следовали ему так, как на самом деле умеют, — никакой другой сверхдержавы во Вселенной давно бы не было.

8 ноября 2007 года

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 9. О том, что все надо относить одному Богу

Из книги О подражании Христу автора Кемпийский Фома

Глава 9. О том, что все надо относить одному Богу Сын Мой, надо, чтоб Я был тебе итог верховный и последний, если хочешь быть блажен воистину. В этом помышлении очистится твое чувство: слишком часто кривится оно, склоняясь то к тебе самому, то к другим созданиям. Как только


Глава 10. Как сладко, презрев мир, служить Богу

Из книги Гуляния с Чеширским Котом автора Любимов Михаил Петрович

Глава 10. Как сладко, презрев мир, служить Богу Обращусь, Господи, снова, не буду молчать. Скажу Богу, Господу и Царю своему: «как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для любящих Тебя» (Пс. 30, 20). Что же Ты для любящих Тебя, что же Ты для всем сердцем служащим Тебе? Истинно


Глава 17. Все попечение обратить надо к Богу

Из книги Чеченцы автора Нунуев С.-Х. М.

Глава 17. Все попечение обратить надо к Богу — Сын Мой, предоставь Мне творить с тобою, что Мне угодно. Я знаю, что нужно тебе. Ты как человек мыслишь, и многое чувствуешь так, как внушает тебе склонность человеческая.— Истинно слово Твое, Господи, Твое обо мне попечение


Выпьем, ей-богу, еще!

Из книги Календарь-2. Споры о бесспорном автора Быков Дмитрий Львович

Выпьем, ей-богу, еще! В минуты похмелья спасает Культура-ах-Культура.— Такси!И вот мы в Сити, в культурном центре «Барбикан», построенном сравнительно недавно, от его американизированного величия я полностью трезвею и холодею (Кот жутко храпит за пазухой). А ведь здорово!


Шайтан сказал богу

Из книги Феномены древней культуры востока Северной Азии автора Попов Вадим

Шайтан сказал богу — Ты отлучил меня от себя, но я все равно буду жить до скончания мира. Поэтому я хочу спросить тебя: чем же я буду нуждаться?— Тебе пищей будет та, которую человек начнет принимать без произнесения моего имени «Бисмиллахирахманурахим».— Хорошо. А где


Гиннесс рапортует богу

Из книги Самые невероятные в мире - секс, ритуалы, обычаи автора Талалай Станислав

Гиннесс рапортует богу 9 ноября. Всемирный день рекорда9 ноября — Всемирный день рекорда, окончательный срок подачи заявок в Книгу рекордов Гиннесса, выходящую, как правило, в июле следующего года. Семь месяцев уходит на обработку информации. Рекорды — если только они не


Вопросы к Богу

Из книги Глобальное управление и человек. Как выйти из матрицы автора Ефимов Виктор Алексеевич


На путях к Богу Живому

Из книги автора

На путях к Богу Живому Благоговение и свобода Предлагаемое читателю второе издание книги отца Георгия Чистякова (1953–2007) «На путях к Богу Живому» представляет собой сборник его популярных статей и лекций второй половины 1990-х годов по вопросам религии, истории,