ТЕМА 10 Культура Древней Индии

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ТЕМА 10

Культура Древней Индии

Древнеиндийская культура неизменно вызывает чувство интеллектуального и эстетического наслаждения у каждого, кто с ней так или иначе соприкасается. Её волшебство и загадочность в том, что каким-то чудесным образом она оказывается понятной и близкой всем исследователям, поэтам и художникам, а также тем, кто иногда случайно приобщается к ней. Украинский писатель О. Гончар в своей книге «Собор» освещает в небольшой истории одну из граней культуры Индии.

Общие черты культуры Древней Индии

Дело происходило в то время, когда при содействии СССР в городе Бхилаи (штат Мадхья-Прадеш) строился металлургический комбинат. Один из специалистов решил как-то поплавать в близлежащем озере на закате дня. Поднявшийся вдруг ветер вынес его на совершенно незнакомый пустынный берег. На землю опустилась тропическая ночь. Были джунгли, полные хищных зверей, и был почти обнажённый человек, для которого всё вокруг казалось чужим и опасным… Заметив свет между деревьями, он пошёл на него и вышел к костру, вокруг которого сидели несколько человек из какого-то племени. Специалист позже удивлялся не тому, что они обогрели и накормили его, он удивлялся их первой реакции, был тронут тем, как они встретили его. Они не бросились к нему, не выразили своего удивления, что лишь сконфузило бы его и усугубило и без того нелепое положение. Старший из сидевших у костра посмотрел на необычного пришельца так, как лишь человек может смотреть на человека.

Они обогрели его, накормили, во что-то одели; он провёл с ними ночь – практически в молчании, но его каждое желание и движение они угадывали, и ему казалось, что он знает их вечно, что между ними нет разницы ни в языке, ни в образовании, ни в культуре. Наутро они проводили своего гостя.

Отметим для себя: он увидел взгляд, каким человек смотрит на человека. Должность, звание, уровень развития и образования – всё это не имеет значения, когда человек смотрит на человека. Так смотрит Индия на мир в течение тысячелетий. Индийцы никогда не смотрели на жизнь как на поле битвы за богатство и власть. Издавна они вели оседлый образ жизни, щедрая природа обеспечила им необходимые условия для самобытного развития. С одной стороны – Гималайские горы, огромной протяжённости и высоты, с других сторон – море способствовали тому, что Индия долгое время была защищена от иноземных вторжений. Когда нет необходимости тратить много сил на борьбу за существование, люди могут позволить себе жизнь более духовную, чем суетливое накопительство. Культура Индии кажется совершенно безмятежной и умиротворённой, и Гегель, излагая собственное понимание мировой истории, определял общий принцип древнеиндийской культуры выражением «грезящий дух».

Культура Индии в восприятии европейцев

Письменные древнеиндийские памятники стали известны на Западе в XVII–XVIII вв. До этого на Индию смотрели как на источник обогащения, кладовую всякого рода экзотических ценностей, пряностей и т.д. Колумб, отправившийся открывать новый путь в Индию, «открыл» её в другой части света, но настоящую Индию и её культуру это предохранило от возможного опустошения. Европейцев буквально потряс новый мир высокой духовности, когда они познакомились с достижениями древнеиндийской культуры.

Н.М. Карамзин в предисловии к переводу драмы индийского поэта V в. Калидасы «Шакунтала, или Перстень-примета» отмечал: «Творческий дух обитает не в одной Европе, он есть гражданин вселенной. Человек везде человек… Калидаса для меня столь же велик, как и Гомер». А Гёте писал о той же драме: «Я так близко сроднился с этим высокоценным созданием, что оно составило эпоху в моей жизни». К культуре Индии большой интерес проявляли Шиллер, Гейне и Т. Манн, Гюго, Франс и Роллан, Кант, Гегель и Шопенгауэр, Шелли, Киплинг и Гессе, а в России – Жуковский, Белинский, Л. Толстой, Бальмонт, Бунин, Верещагин, Рерих и многие другие.

Правда, в оценке древнеиндийской культуры европейцами были и характеристики типа «созерцательность», «пассивность», «застойность». Такими определениями пользовались в основном те учёные, которые обращали внимание, прежде всего на религию и мифологию и вне поля зрения оставалась индийская философия. Сказывается и европоцентризм, о котором мы уже упоминали. Например, английский историк XIX в. Джеймс Милль возражал даже против термина «цивилизация» применительно к Индии в древности, а индолог В. Смит утверждал, что все наиболее значительные достижения индийской культуры были результатом влияния греко-римского мира. Подобные односторонние оценки можно встретить и в настоящее время.

Но существует и иная позиция – востокоцентризм. Она представляет собой преувеличенную оценку роли восточной культуры в развитии мировой, когда Восток рассматривают как единственный источник высших духовных достижений. Очевидно, что европоцентризм и востокоцентризм – это крайности в исследованиях мировой культуры, но само их существование свидетельствует о своеобразии Востока и Запада. Такая мысль была выражена в известных строках английского писателя Р. Киплинга (1865–1936):

О, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с мест они не сойдут, Пока не предстанет Небо с Землей на Страшный господень суд.

Западная и восточная, в том числе и индийская, культуры не исключают, а дополняют друг друга. Культуры, как и люди, имеют свои неповторимые облики, о чём мы уже говорили. Но своеобразие облика иных культур в том, что на нём запечатлены черты общемировые и общеисторические. И в каждом, к кому обращён этот облик, может родиться ощущение знакомства с культурой вообще, каждый может увидеть в нём что-то близкое для себя. Такова культура Индии. Её особенностью является и удивительная живучесть культурных ценностей, что объясняется не консерватизмом, а традиционализмом, который не препятствовал общему развитию индийской культуры. Но это такое развитие, когда каждый этап его содержал в себе многие достижения прошлого, обеспечив тем самым единство и целостность культурного облика страны.

Древняя Индия и культура Руси

Культурное влияние Древней Индии на Русь – очень давнее. Тексты различных жанров средневековой русской письменности, памятники устной словесности и искусства отражали определённые элементы культуры Древней Индии. Так, известны памятники светской литературы, в которых обнаруживаются заимствования из древнеиндийской (преимущественно буддийской) традиции: «Повесть о Варлааме и Иоасафе», «Физиолог» и «Слово о двенадцати снах Шахаиши». Они относятся к XII– XIII и XIV–XV вв. Показателен памятник литературы в форме путевых записей «Хождение за три моря», сделанных купцом из Твери Афанасием Никитиным во время его путешествия в Индию (1466–1472 гг.).

Важную роль в формировании образа древнеиндийской культуры и религии на Руси сыграли византийские памятники. Среди них важнейшими текстами были посвящённый мудрецам-брахманам рассказ Палладия «О рахманах» («Палладиева статья», появившаяся на Руси уже в XI–XII вв.), текст «Александрии» и книга «Хождение Зосимы к рахманам» (не позднее XIII в.).

Интерес к древнеиндийской культуре на Руси был устойчивым и не ослабевал и в более позднее время. Это дало основание некоторым исследователям недавнего прошлого веков утверждать, что индийская и русская культура имеют единые корни, общее генетическое родство. Художник и мыслитель Н.К. Рерих даже снарядил в 20-е гг. экспедицию в Индию для поисков общих корней обеих культур.

Устойчивые традиции имеет и отечественная школа индологии. Её основатель И.П. Минаев, выступая в феврале 1884 г. в Петербургском университете с речью «Об изучении Индии в русских университетах», сказал:

«Эта далёкая восточная страна, в силу оригинальности и мощи своего культурного развития, не оставалась совершенно чуждою общему течению мирового прогресса; лучшие думы и помыслы её сынов, её литература, научные сведения были общечеловеческим достоянием. Старая Индия, без сомнения, прожила свой век не бесследно для человечества. Чем полнее и всестороннее изучается её далёкое прошлое, тем яснее и убедительнее становится роль далёкой восточной страны в древних судьбах мира. Для древнего человека она была не только страною богатой, откуда он вывозил золото, слоновую кость и драгоценные каменья, но и страною мудрости».

Основные вопросы темы:

1) древнейшие памятники индийской культуры;

2) буддизм и его историческое значение;

3) периодизация и особенности индийской философии.

Доарийская Индия

В 20-е гг. текущего столетия в долине реки Инд была открыта высокоразвитая древняя культура. Учёные по-разному датируют исходный период её истории, но самые ранние слои относят к середине III тыс. до н.э. Города этой древней культуры поддерживали тесные связи с Месопотамией, Центральной и Средней Азией, областями Юга Индии. Высокого развития достигли ремёсла, изобразительное искусство, письменность (её обладатели писали справа налево).

Основные центры цивилизации на Инде – Хараппа и Мохенджо-Даро – были большими городами, с населением не менее 100 тыс. человек. По масштабу распространения Хараппская цивилизация являлась одной из самых крупных на всём Древнем Востоке, её территория протянулась примерно на 1600 км с запада на восток и на 1250 км с севера на юг. Причины упадка этой цивилизации точно не известны, но к моменту проникновения в Индию арийских племён она не прекратила своё существование полностью. Следы влияния Хараппы исследователи находят в более поздней литературе, изобразительном искусстве, архитектуре.

Вторжение ариев

Древнейшие жители Индии, основавшие Хараппскую цивилизацию, относились к дравидийской ветви негроидной расы. Примерно тысячу лет спустя после зарождения этой цивилизации, т.е. с середины II тыс. до н.э., последовательными волнами с северо-запада в Индию проникают арийские народы, принадлежавшие к европеоидной расе.

Предпринималось много попыток доказать, что именно вторжение ариев стало причиной гибели цивилизации Инда. Но все они были безуспешными. Во всяком случае, вторжение ариев не стало решающим фактором упадка предшествующей цивилизации. Однако приход ариев в Индию родил проблемы расового и политического порядка. Пришельцы были носителями совершенно иной культуры. Скотоводы и кочевники, они лишь в Индии, выжигая леса и обрабатывая землю, стали земледельцами. Покорённые дравидские племена обладали древней и развитой культурой, но арии, несомненно, считали себя высшей расой. Обе народности разделяла глубокая пропасть. Но были также отсталые туземные племена, кочевники или обитатели лесов. Отношения ариев с местным населением были отчуждёнными и враждебными. Результатом взаимодействия различных народностей и культур явилось постепенное развитие кастовой системы, которая оказала глубокое влияние на всю последующую жизнь Индии.

Появление каст (варн)

Начало возникновению каст, или варн, как их ещё называют, положило чёткое деление на ариев и неариев, последние в свою очередь делились на дравидов и туземные племена. Сами арии образовали одну общность, и среди них вряд ли существовало какое-либо деление. Слово «арья» происходит от корня, означающего «пахать», но со временем оно утратило первоначальное значение и стало означать «благородный».

Появление каст предохранило народности от взаимного истребления. Каждому члену общества с рождения предписывалось занимать строго определённое место и исполнять строго определённые обязанности. Разумеется, что такая предопределённость не способствовала творчеству и прогрессу общества в целом, но она обеспечивала выживание и относительно безопасную жизнь практически каждому члену общества в том случае, если он строго исполняет предписанные ему обязанности. Кастовость – это принесение в жертву прогресса во имя жизни.

Известно, что постепенно выделились четыре касты: брахманы – жрецы и мыслители, кшатрии – правители и воины, вайшьи – земледельцы, ремесленники и торговцы, шудры – батраки, неквалифицированные рабочие. Но со временем каст стало значительно больше.

Согласно мифу, брахманы произошли изо рта Брахмы, одного из главных богов Древней Индии, кшатрии – из его рук, вайшьи – из его бёдер, шудры – из его ног. Понятие прав и обязанностей применялось не к человеку вообще, а к представителю той или иной касты, нравственные качества и добродетели были распределены между различными кастами. Нельзя было жить «просто человеком», можно было жить лишь в строгих пределах той или иной касты. Такая ограниченность человеческого существования и жёсткая иерархия каст создавали вместе с тем предпосылки для своеобразного понимания жизни в её связи со смертью. Правильная жизнь была условием того, что после смерти человек вновь мог родиться, но уже в иной, более высокой касте, а за глупую и никчемную жизнь он мог быть наказан рождением в образе какого-нибудь животного, насекомого или растения. Следовательно, жизнь была наградой или наказанием, а смерть – избавлением от страданий и новым рождением или же умножением страданий. Кастовость предопределяла следующее рождение лишь на первый взгляд, в действительности то, что ожидало человека после смерти, во многом зависело от него самого. Лишь брахманы, чья жизнь приравнивалась к божественной, могли рассчитывать на избавление от вечного перерождения благодаря принадлежности к высшей касте. Но и они были обязаны исполнять тысячи предписаний для того, чтобы сохранить себя в пределах высшего существования. Члены низших каст часто сознательно сводили к минимуму свои жизненные функции, как бы умирая при жизни для того, чтобы после смерти достичь величия, которое брахманы получали вместе с рождением.

Древним индийцам были свойственны страсть к анализу, самоуглублённость, стремление осмыслить каждый свой поступок. К этому их вынуждали бесчисленные предписания. О том, насколько они сложны и пространны, можно судить по тем правилам, которые брахманы, к примеру, должны были соблюдать, когда они отправляли естественную нужду. Они не имели права это делать на большой дороге, на золе, на вспаханной земле, на горе, на муравейнике, в котором живут белые муравьи, у дерева, предназначенного к сожжению, в канаве, на берегу реки, стоя или во время движения и т.д. При этом они не могли смотреть на солнце, на воду, на животных. Вообще они должны были днём смотреть на север, а ночью на юг, только в тени им разрешалось смотреть куда угодно. Всё это может показаться комичным, но нужно видеть и другую сторону: человек, вынужденный исполнять все эти требования, должен был контролировать каждый свой поступок, что является необходимым условием его культурного роста.

Индивидуальная жизнь и центральная идея

Арии разделили не только общество на четыре основные группы, но и всю жизнь человека на четыре стадии. Первая из них – отрочество и юность, период учения, обретения знаний, воспитания самодисциплины, самообладания и сдержанности. Вторая стадия – это жизнь в качестве семьянина и мирянина, третья – жизнь в качестве государственного деятеля, уравновешенного и объективного, посвятившего себя бескорыстному служению обществу. Последней стадией была жизнь отшельника или странника, отрешившегося от всякой мирской деятельности. В одной из древнеиндийских поэм об этой стадии говорится:

Уходят мудрые от дома,

Как лебеди бросают пруд.

Им наша жажда незнакома –

Увидеть завершённым труд.

Последовательный переход от одной стадии к другой примирял две противоположные тенденции, присущие человеку: приятие жизни во всей её полноте и её отрицание.

Центральной идеей индоарийской культуры, которую можно считать и центральной идеей или установлением для всей жизни индийца, была идея дхармы (с санскрита буквально переводится как «то, что удерживает или поддерживает»). Это не просто религиозная идея, но и учение об обязанностях, о долге человека по отношению к самому себе и к другим. Сама дхарма являлась формой риты – основного морального закона, определяющего жизнь вселенной и каждого её элемента, в том числе и жизнь человека. Этот закон определяет строгую причинно-следственную связь между поступками человека и его будущим. В основном это налагало на человека обязанности соответствовать закону и тому, к чему он стремился. Права, как таковые, не подчёркивались. Подобное мировоззрение было весьма распространённым в Древней Индии.

Кастовость и культура

Существование каст (варн) несомненно свидетельствует о социальном неравенстве в древнеиндийском обществе. Мы, привыкшие к лозунгам о свободе и равенстве, можем испытывать невольный протест в душе. Но что лучше: провозглашение всеобщего равенства на словах, которые маскируют фактическое неравенство, либо открытое признание и сохранение существующего неравенства между людьми?

Кастовость была великим изобретением древности, поскольку она, как уже отмечалось, предотвратила взаимное истребление людей. Но она также явилась средством сохранения и развития культуры, так как способствовала культивированию в какой-то части общества умственного труда, творческой деятельности и высших духовных ценностей. Так, мужчины первых трёх варн проходили обязательный обряд посвящения и приобщались к знанию, а потому назывались дважды рождёнными. Но быть рождённым дважды – это свойство сильной личности, которая не полагается на качества, что ей даны природой и родителями, а трудом над собой создаёт себя в новом качестве. Благодаря такому труду существует и развивается культура.

Но нельзя не видеть и другую сторону кастовости. Явившись способом освобождения человека от пут стихийности и варварства, кастовость стала новым способом его порабощения – культурным, организованным, традиционным. В этом и проявилось коварство культуры, о котором мы уже не раз говорили. Порабощающее свойство кастовости не в том, что люди делились на высших и низших, а в ограниченности развития, которая была прямым следствием кастовости и принадлежности человека к той или иной касте. И эта ограниченность, разумеется, была свойственна представителям каждой касты.

Что касается социального неравенства, то оно во многом было обязано общинной жизни индийцев. Как писал Маркс, общины являлись «прочной основой восточного деспотизма, ограничивали человеческий разум самыми узкими рамками, делая из него покорное орудие суеверия, накладывая на него рабские цепи традиционных правил».84

Когда с середины I тыс. до н.э. начался расцвет индийских городов, население которых иногда доходило до 1 млн. человек, социальные отношения начали изменяться. Всё большее значение для оценки социальной значимости человека получало фактическое положение, которое он занимал благодаря своему богатству. Шудры, представители низшей варны, занимали всё более высокий статус, поскольку составляли основное производительное население городов. Имеется немало свидетельств того, что состоятельные шудры нанимали слуг из «дважды рождённых» и брахманов. Появлялись даже царские династии из шудр. Это можно расценивать как шаг на пути к освобождению от кастовой ограниченности. Но за ним стояли утрата традиционных культурных ценностей, падение нравов, ещё большая разобщённость и социальное расслоение людей. Недаром в древнеиндийском мифе «О четырёх веках» предсказывается, что в последний грешный век Кали главными становятся шудры. С их главенством связывалась гибель культуры.

Проблема письменности

Особенностью духовной культуры Древней Индии являлась неразвитость исторического сознания. Прошлое не воспринималось людьми как ступень к настоящему, а настоящее не осознавалось как ступень к будущему. Индивидуалистическая философия, весьма распространённая в обществе, не содержала таких понятий, которые нам кажутся естественными: «общество в целом», «общественный прогресс», «историческое развитие общества» и т.д. Практически отсутствовало летописание, а летосчисление было очень произвольным. О многих событиях в истории Индии мы знаем благодаря иноземцам, которые по разным причинам оказывались в стране.

Точное время возникновения письменности в Индии определить сложно. Достоверно известно, что в IV в. до н.э. она уже существовала. Было даже две системы слогового (квазиалфавитного) письма – брахми и кхароштхи. Обе они имеют явные прототипы в финикийском и раннеарамейском письме.

Но важен и сам факт передачи от поколения к поколению древнеиндийских поэм и прозаических религиозных и светских трактатов. Без предварительной записи их запоминание было бы невероятно сложным. Поэтому можно с уверенностью сказать, что индийское общество в первой половине I тыс. до н.э. обладало письменностью. В дошедших текстах имеются сведения о распространении грамотности в VII–VI вв. до н.э., и притом не только в варне брахманов. Впрочем, в Индии грамотность и эрудиция всегда были в почёте, так как учёность предполагала и высшие знания, и добродетель.

Ведийская литература и религия

Веды (санскр., досл. – священное знание) – древнейший литературный памятник, который начал складываться в III тыс. до н.э. Позднее он был записан на языке ариев – ведийском санскрите. Собственно Веды – Самхиты, или сборники гимнов в честь богов. Самхиты – первый слой Вед. Второй слой – Брахманы – содержал мифологические ритуальные и иные пояснения к Самхитам.85 Третий слой – Араньяки, они примыкали к Брахманам, предназначались для лесных отшельников и содержали благочестивые размышления. Заключительный – четвёртый – слой Вед (Веданта, от «анта» – конец) назывался Упанишады, в них давалось сокровенное знание (само слово означает «сидеть около», т.е. сидеть у ног Учителя, получая от него наставления, поучения).

Веды были творением ариев, поэтому ведические идеи близки идеям «Авесты». И язык Вед больше напоминает язык «Авесты», чем санскрит, на котором написан эпос. Самхит, или собственно Вед, существует четыре: Ригведа, Самаведа, Яджурведа (состоит из Чёрной и Белой) и Атхарваведа. Первая из Вед, Ригведа, вероятно, самая древняя книга из всех, какими располагает человечество. Её гимны обычно относят к 1500 г. до н.э.

Религия Вед представляла собой обожествление сил природы, её носителями были индоарийские племена. В Ригведе названы имена более трёх тысяч богов. Основа культа – жертвоприношения, сопровождаемые сложным ритуалом, выполняемым брахманами. Большое значение имели магические обряды. Наиболее почитаемыми богами ведического пантеона были Варуна (олицетворение ночного неба), Митра (правитель дня), Индра (громовержец и устроитель мира), Сома (бог Луны и опьяняющего священного напитка, секрет которого утрачен).

Брахманизм

Самхиты, Брахманы, Араньяки и Упанишады образуют священный канон брахманизма, подобно Библии или Корану в других религиях мира. Но к середине I тыс. до н.э., когда стал бурно развиваться городской уклад жизни, традиционное (ведическое) мировоззрение пересматривалось, изменялось и отношение к нему. Мифология, обильные жертвоприношения, ограниченность системы варн – всё это не соответствовало жизни горожан. Кроме того, городская жизнь имела во многом искусственный характер, была лишена естественного, так сказать, бытия. Новое религиозно-философское мировоззрение нашло выражение в эпических поэмах «Махабхарата» и «Рамаяна». Первая из них состоит из ста тысяч стихов, что во много раз больше «Илиады» и «Одиссеи», вместе взятых. Особой частью «Махабхараты» является сравнительно небольшая поэма в 700 строф – «Бхагавад-гита», представляющая собой подлинное философское произведение. И в настоящее время все школы мышления и философии обращаются к ней, толкуя её каждая по-своему.

Особую роль в становлении брахманизма играли Упанишады. Они являются осмыслением, рефлексией по поводу старых культов. Философское содержание Упанишад никак не назовешь отвлечённым, чисто умозрительным. Вообще на Востоке издавна существовало требование, что изучение философии обязательно должно сопровождаться соответствующим поведением. Человек живёт в изменчивом мире, который является иллюзией, видимостью (майа) действительного мира, постигаемого интуитивно, т.е. посредством внутреннего созерцания и соответствующего перерождения. Этот действительный мир есть Брахман.

Человек – пленник видимого, чувственного мира, он должен стремиться к состоянию освобождения (мокша), которое невозможно достичь без нравственного усилия. Проходя через цепь рождений и смертей (сансара), человек совершает поступки и обретает собственную ценность, или карму, которая включает в себя последствия совершённых действий. Карма, представляя собой множество всех деяний человека, определяет характер его нового рождения. Человек вправе совершать или не совершать те или иные поступки, но он должен знать, что в любом случае он определяет собственную карму, собственный удел. Следовательно, учение о карме предполагает личную ответственность человека.

Индуизм

Результатом дальнейшего развития ведической религии и брахманизма стал индуизм, сформировавшийся в I тыс. н.э. Индуизм воспринял учение о перевоплощении душ (сансара) и о законе воздаяния (карма). Центральное место в пантеоне занимает «троица», или триединый образ (тримурти), символизирующий творение мира, его существование и гибель. Три фазы традиционной индийской космогонии олицетворяли три божества: Брахма, Вишну и Шива. Но Брахма так и не стал частью культовой традиции, постепенно он стал отождествляться то с Вишну, то с Шивой. Современный индуизм существует в виде двух течений: вишнуизма и шиваизма. Культовые обряды в индуизме совершаются в храмах, у домашних алтарей, в священных местах, священными же считаются некоторые животные (корова, змея) и растения (лотос).

Согласно индуистской традиции, Вишну обладал исключительной способностью к перевоплощениям. Одним из его воплощений был Кришна. Культ Кришны, необычайно популярный в средневековом индуизме, берёт начало в древнейшей мифологии. В Ригведе имя Кришны принадлежит титану, которого убивает Индра. В других древних источниках Кришна представлен в образах мудрого царя-воина и божественного пастуха, у него мощное и красивое тело, он вооружен луком и метательным диском. Кришна обладает необыкновенной силой и мужеством. В то же время он честолюбив, мстителен, ему присущи и другие слабости. Наиболее известный сюжет – его любовные похождения, забавы с пастушками, которых он привлекает звуками флейты. Однажды он остановился у ортодоксальных брахманов, а те отказались его накормить. Решив отомстить, Кришна возбудил в их жёнах любовь к себе и сделал их своими возлюбленными. Сочетание в Кришне божественной мощи и человеческой простоты и слабости во все времена привлекало к нему симпатии многих людей.86

Индуизм стал синтезом видоизмененного брахманизма и культов многих этнических групп Древней Индии. Индуизм как вера расплывчат, аморфен, каждый волен понимать его по-своему. Это своего рода религия повседневности. Первый премьер-министр Индии Дж. Неру (1889–1964) считал, что смысл его можно выразить так: живи и жить давай другим. Философ, духовный лидер индийцев Махатма Ганди (1869–1948) определял индуизм просто: поиски истины ненасильственными средствами. Но это кажущаяся простота. Достаточно спросить себя, заботит ли нас вообще истина, способны ли мы на ненасильственные деяния, чтобы понять всю сложность определения Ганди.

Тантризм

Одной из школ индуизма была школа посвящения в тайны искусства любви. Тантризм – это философия данной школы, провозглашающая любовь творческим принципом бытия. Само слово «тантра» в переводе с санскрита означает рукоделие, ткачество, а также хитросплетение, искусство, священный текст. В тантрическом религиозно-философском учении Брахма – это созидающее начало «триединого образа» (тримурти). Символ Брахмы – золотое яйцо, или аура, субстанцией которой является безграничная положительная энергия, Мир существует как результат эротической деятельности, контролируемой и направляемой психикой. Прекращение этой деятельности приводит мир в состояние ничто, пустоты, где исчезают все различия. Согласно тантризму, анатомия человека отражает анатомию космоса.

Чувства человека – это инструменты Создателя, с помощью которых сохраняется целостность бытия и продолжается творчество. Особую роль играет мозг человека, в тантризме он определяется как инструмент шестого чувства – высшего, собственно творческого. Мозг, разум, дух не могут не принимать участия в любви мужчины и женщины, без них любовь становится актом разрушения и угасания жизни, средством превращения бытия в ничто, в пустоту. В тантризме была разработана система сокровенной практики любовных отношений, целью которых является объединение творческой энергии мужчины и женщины для достижения высших психических состояний.

Философские школы и учения в Древней Индии

Отечественный востоковед, индолог и тибетолог Ф.И. Щербатской писал: «Самой сильной стороной индийской образованности является её философия».87 Многие учёные считают первыми философскими произведениями Древней Индии Упанишады – четвёртый слой Вед (Веданта), о которых мы уже упоминали. Центральная идея Упанишад – тождество Брахмана (абсолютное бытие) и атмана. Основное значение слова «атман» – человек как индивидуальное и как универсальное, космическое, психическое бытие. В этом значении атман – начало, основа и завершение всего сущего. Идея, которая постоянно подчеркивается в Упанишадах, такова: в человеке есть нечто, что составляет суть мироздания, и сознание своего тождества с абсолютным бытием выступает высшим духовным состоянием человека, к которому с необходимостью стремится посвящённый.

Многие Упанишады представляют собой сокровенное знание. Считалось, что оно доступно лишь избранным. Например, в одной из Упанишад («Чхан-догья») есть разъяснение действительного, а не видимого движения Солнца (необходимо учесть, что речь идёт об источнике, который существовал за две тысячи лет до теории Коперника): «Солнце никогда не заходит и не восходит. Когда люди думают, что Солнце заходит, оно на самом деле лишь поворачивается, достигнув конца дня, и рождает ночь внизу и день по другую сторону. Затем, когда люди думают, что оно восходит по утрам, оно лишь поворачивается, достигнув конца ночи, и рождает день внизу и ночь но другую сторону. В действительности оно никогда не заходит».

Мы знаем, что день и ночь рождаются вращением, Земли, неведомый мыслитель считал когда-то, что они рождаются Солнцем, но общая мысль та, что оно «никогда не заходит». Это и было сокровенным знанием, предназначенным для тех, кого не удовлетворяла простая видимость: Солнце светит всегда, хотя не всегда его можно видеть. Согласимся, нам и сегодня нужно делать над собой некоторое усилие, чтобы понять это. В Упанишадах постоянно отмечается, что приобретение знаний требует усилий, сдержанности, страданий, самопожертвования.

Даршаны – так назывались философские учения в Древней Индии. Это слово эквивалентно древнегреческому слову «философия». Даршаны делятся на две большие группы: ортодоксальные (признающие авторитет Вед, они назывались «астика») и неортодоксальные (не признающие авторитет Вед, именуемые «настика»).

К первой группе относятся даршаны, или школы веданта, миманса, йога, санкхья, ньяя, вайшешика. К неортодоксальным относятся чарвака-локаята, джайнизм и буддизм.

Проблема связи зримого и незримого

Не будем излагать основные идеи перечисленных даршан. (Тот, кого это заинтересует, может обратиться к литературе, список которой приведён в конце книги.) Но нельзя обойти проблему, имеющую непосредственное отношение к истории культуры Древней Индии, к истории всей мировой культуры. Это проблема соотношения миров зримого и незримого.

Выше мы отметили, что требуется усилие в приобретении знаний. Надо напрячься, чтобы понять и как бы увидеть закон движения небесных светил, вращение Земли вокруг оси и т.д. Есть невидимый мир, который наука рассматривает как мир истинных причин, обусловливающих существование видимого мира. Чтобы понять роль невидимого мира, необходимо сделать усилие. Напомним слова Вл. Соловьёва о том, что всё нами видимое – это всего лишь отблеск от «незримого очами».

Но интересно следующее: усилие необходимо и для того, чтобы отрешиться от взгляда, который стал для нас уже, в общем-то, привычным, чтобы осознать видимый и всем доступный мир как единственно истинный и реальный. С доверием относясь к авторитетному мнению, к печатному слову, к официальной информации, мы часто не доверяем собственным чувствам и мыслям, пренебрегаем тем, что лично видим, слышим, осязаем. Из-за этого мы часто утрачиваем себя, не имея собственного взгляда на вещи. Нужно усилие, чтобы понять: то, что мы видим перед собой, то, что нас окружает, – это и есть единственный, истинный и реальный мир. Есть два мира: зримый и незримый. Одни люди доверяют первому, другие – второму. Соответственно строились и учения в истории духовной культуры: одни делали акцент на видимом мире, другие – на мире невидимом. Так и даршаны в Древней Индии делились по принципу признания невидимого мира в качестве единственно истинного (ортодоксальные, или астика), и признания видимого мира в качестве единственно истинного (неортодоксальные, или настика). К последним учениям относится и буддизм.

Личность Будды

Будда не был богом. Богом его сделали последователи. Его имя Сиддхартха Гаутама. Он происходил из варны кшатриев, родился около 623 г. до н.э. близ Гималаев, на границе с Непалом. Неподалеку от города Капилавасту доныне сохранился памятник с надписью: «Здесь родился Возвышенный».

Сказания изображают его стройным, худощавым человеком с голубыми глазами, кротким и ясным выражением лица и мелодичным голосом. Обычно он был одет в жёлтое рубище, которое стало формой для его последователей.

Отец Сиддхартхи хотел оградить сына от суеты и волнений жизни, от неприятных зрелищ. Он построил ему дворец, и мальчик жил в нём, предаваясь грёзам и мечтам. Будучи уже мужем и отцом, Сиддхартха столкнулся с реальной жизнью: он встретил старика, увидел прокажённого и погребальную процессию и понял, что жизнь полна страданий, что смерть – всеобщий удел. Исчезло его безмятежное, радостное состояние, он тихо покинул свой дом и отправился странствовать.

Он стал отшельником, изучал Веды, истязал свою плоть, но всё это не дало ему успокоения. И однажды, размышляя под деревом, он решил, что не уйдет оттуда, пока не поймет истинную суть жизни, что ему лучше умереть, чем жить в бесконечных страданиях. Он сидел несколько дней, отрешившись от всего, что окружало, его. На четвёртый день на него снизошло просветление. Сиддхартха стал «буддой», т.е. «просветлённым». Так родился Будда – основатель буддизма.

После этого Будда всюду проповедовал своё учение, пронизанное добротой и любовью к людям. Он провозглашал главный закон жизни, ставший исходным принципом его учения: в этом мире ненависть никогда не побеждается ненавистью, она побеждается любовью.

Будда проповедовал идеал праведности и самодисциплины. Важнейшая в мире победа, считал он, – это победа человека над самим собой. Даже бог не может превратить такую победу в поражение. Не рождение или происхождение, а лишь поведение делает человека высшим или низшим, брахманом или шудрой.

Будда проповедовал своё учение в городах. Нужно сказать, что философия – это горожанка по своему происхождению. Именно в городах люди чувствуют себя чаще всего потерянными и одинокими, утрачивают представление об истинной и естественной жизни, живут вымышленными ценностями. А во времена Будды, когда происходил бурный рост городов, жизнь людей быстро менялась, она как бы переворачивалась, и низшее часто становилось высшим. Мы уже отмечали, что шудры набирали всё больший вес в обществе. Это вносило сумятицу в жизнь, человеческие качества обесценивались, на их место приходили материальные, имущественные ценности, росло насилие и падала нравственность. Было очевидно, что кастовость изжила себя, она не вписывалась в городской уклад жизни. Но не менее очевидным было и зло, заключавшееся в стремлении необразованных и бескультурных, но имущих и честолюбивых людей занять высшие должности, стать хозяевами положения, считаться брахманами. Всему этому Будда противопоставил своё учение об истинных ценностях, которые заключены в самом человеке и не зависят от богатства, знатности и даже от богов.

Не только жизнь, но и смерть Будды стала свидетельством верности его собственному учению. Решив в последний раз посетить свою родину, он, уже будучи больным, отправился в путь. Как-то заночевал у деревенского кузнеца по имени Чунда. Хозяину было нечем накормить Будду, кроме вяленой свинины (по другому варианту – грибов). Это угощение оказалось последним для Будды, который, не желая обидеть кузнеца, принял пищу. После этого он почувствовал сильнейшие боли, его мучила жажда, ноги отказывались идти. Он умирал, у изголовья его сидели ученики. Внезапно он проговорил: «Монахи, все существующее – преходяще; пекитесь о своём спасении!..» Это были последние слова Будды. В 1956 г. мир отметил 2500-летие со дня смерти основоположника мировой религии, чей образ стал олицетворением самого духа древнеиндийской культуры.

Принципы вероучения Будды

Буддизм возник как антибрахманское этическое учение. Будда не стремился объяснять всё и говорил своим ученикам, что дал им лишь горсть истин, что кроме этого существует бесчисленное множество других истин. На вопросы о природе мира, его происхождении и законах он отвечал «благородным молчанием». Своё молчание Будда объяснял тем, что такие вопросы не связаны непосредственно с практическими вопросами человеческой жизни.88 Незадолго до смерти он сформулировал принципы своего учения: «четыре благородные истины», теория причинности, непостоянство элементов, «срединный путь», «восьмеричный путь». Равенство людей по рождению было одной из «первооснов» учения.

«Четыре благородные истины». Эти истины считаются ядром раннего буддизма. Они представляют собой следующие положения:

1) жизнь – это страдания;

2) причина страданий – сама жизнь, состоящая у людей из бесконечных желаний, стремлений к удовольствиям, наслаждениям;

3) можно избавиться от страданий, подавив в себе желания и стремления, которые чаще всего суетны и кончаются ничем;

4) для подавления желаний и избавления от страданий человек должен следовать по пути, указанному Буддой. Это и есть восьмеричный путь. Видно, что предлагавшееся учение – не умозрительная схема, а конкретное наставление, имевшее целью непосредственную пользу.

Теория причинности. Будда учил, что всё в мире, как и в жизни, взаимосвязано, всё имеет свою причину. Каждая вещь возникает под воздействием другой вещи и сама предопределяет появление третьей. Нет поступков или деяний в жизни, которые не имели бы последствий. Если человек хочет избежать дурных последствий, он не должен совершать поступки, которые вызывают такие последствия.

Непостоянство элементов. В мире нет ничего устойчивого и постоянного, всё в нём изменчиво и подчинено принципу причинности (вспомним последние слова Будды перед смертью). Это означает, что ничто в мире не может служить гарантией благополучия, избавления человека от страданий, но ничто в мире не является причиной этих страданий. Человек сам выступает их причиной, а мир – только проекция его внутреннего состояния, его страстей и опутанного ложными мыслями ума.

«Срединный путь». Будда призывал к умеренности, призывал избегать крайностей. Нельзя потворствовать своим желаниям и прихотям, но также нельзя истязать и умерщвлять свою плоть. В одном из раннебуддийских текстов говорится: «Ни хождение нагим, ни спутанные волосы, ни грязь, ни пост, ни лежание на сырой земле, ни пыль и слякоть, ни сидение на корточках не очистят смертного, не победившего сомнений».

«Восьмеричный путь» непосредственно ведёт к цели. Он представляет собой постепенную трансформацию сознания и психики человека, его перерождение, или рождение в ином состоянии, в состоянии нирваны. Этот путь предполагает формирование:

– правильных взглядов, или постижения четырёх благородных истин;

– правильного стремления (решимости), или желания достичь истинного состояния – нирваны;

– правильной речи, или воздержания ото лжи, клеветы, грубости и пустословия;

– правильного поведения, или ненанесения вреда не только человеку, но и всему живому;

– правильного образа жизни, или привычки жить честным трудом, добывать пропитание честным способом;

– правильного усилия, или самоконтроля, недопущения эгоистических помыслов, собственнических стремлений;

– правильных помыслов, или их чистоты, понимания преходящего характера всего в мире, свободы от своекорыстия;

– правильного созерцания (сосредоточения), или полной отрешённости, избавления от желаний.

Понятие и состояние нирваны

Исполнение последнего требования есть переход в состояние, которое Будда назвал нирваной. Это слово происходит от глагола «нирва», что значит задувать, тушить, погашать. Нирвана – иное измерение бытия, где нет рождения и смерти, где сущность непосредственно совпадает с формами её проявления.

Часто полагают, что нирвана есть какое-то подобие смерти, некое состояние, полностью противоположное жизни. Это не так. Она является угасанием ложных желаний и страстей, а не простым уничтожением. В действительности нирвана – высшее состояние духовной деятельности и энергии, которое свободно от низменных привязанностей. Будда, достигнув нирваны, проповедовал своё учение ещё много лет. Его учение не было проповедью пассивности и пессимизма. Напротив, он призывал к активности и к тому, чтобы направить свою активность на собственную жизнь, на свои мысли и чувства, на свои поступки и желания. Не борьба с другими за место под солнцем, а борьба с другим, с чуждым в самом себе – вот путь к истине. Человек должен как бы умереть для мира, чтобы достичь нирваны, которая является его истинным существованием. Всё, считал Будда, что не способствует достижению нирваны, не должно быть объектом наших забот, наших мыслей, не должно быть объектом сосредоточения.

Невозможно понять смысл нирваны, если не вспомнить один из основных тезисов Будды: люди равны по рождению. Но люди равны и перед фактом смерти. Равенство – врождённое свойство людей, которое они утрачивают при жизни. Жизнь является своеобразным полем вражды и битвы, где люди возвышаются и падают, где царят законы силы, а не законы справедливости и равенства. Можно ли при жизни достичь исходного равенства людей, достичь состояния, которое выше всех жизненных высот, где невозможны падения и вражда? Будда отвечал: да, можно. Такое состояние и есть нирвана, её достижение – это восстановление утраченного равенства людей, но восстановление ещё при жизни. Она не является небытием, напротив, нирвана – это полнота бытия, где человек не цепляется за минуты жизни из страха перед смертью, где его существование исполнено радости и совершенства.

Упоминавшийся индийский поэт и драматург Калидаса писал: «Когда ты вошёл в мир, ты горько плакал, а все вокруг тебя радостно смеялись. Сделай жизнь такой, чтобы, покидая мир, ты радостно смеялся, а все вокруг тебя плакали». Если мы сделаем свою жизнь такой, о какой говорил Калидаса, то она станет приближением к состоянию нирваны.

Дальнейшая судьба буддизма

В Индии буддизм распространялся постепенно. В III в. до н.э. он был принят легендарным царём Ашокой в качестве официальной идеологии Индии. Царь посвятил все силы её распространению мирными средствами в своей стране и других странах.

Ранний буддизм отличался ярко выраженной этической направленностью, позднее в нём начинают преобладать философские и религиозные проблемы. Самопознание оставалось главной целью всех буддийских философов. В этом состоит ценность буддизма для мировой культуры.

В I в. н.э. буддизм распался на хинаяну («малая колесница»), предназначавшуюся для избранных, и махаяну («большая колесница») – вульгаризированный буддизм, адресованный тем, кому был недоступен безликий бог. В махаяне буддизм упростился до религии. В средние века буддизм стал одной из мировых религий, но в основном уже за пределами Индии – в Тибете, Китае, Японии, Бирме, на Цейлоне и в других странах. В самой же Индии к XIII в. последние буддийские общины (сангхи) прекратили своё существование.

Дзэн-буддизм

В конце XII в. махаяна распространилась в Японии, где стала называться дзэн-буддизмом. Постепенно выделяются две наиболее влиятельные школы дзэн-буддизма – Риндзай и Сото. Существовала поговорка, отражавшая специализацию школ: «Риндзай – для самураев, Сото – для простолюдинов». В XX в. дзэн-буддизм стал известен в странах Запада, в частности благодаря пропагандистской деятельности японского буддолога, философа и психолога Тэйтаро Судзуки (1870–1966), который принадлежал к школе Риндзай.

Периодизация индийской философии

Индийская философия играла особую роль в духовной культуре Индии. Философ и крупный общественный деятель С. Радхакришнан (1888–1975) отмечал, что в Древней Индии философия не была дополнением к другим наукам или искусствам, а занимала независимое положение. Она стояла на «собственных ногах», и все другие науки искали в ней вдохновение и поддержку. Этим она отличалась от положения философии в странах Запада, где её постоянно принуждали быть чьей-то служанкой – богословия, политики, естествознания.

С. Радхакришнан писал, что сам климат, огромные леса, где можно было беспрепятственно бродить среди тенистых деревьев, помогали человеку предаваться мечтаниям и размышлениям. Мирная жизнь, богатая природа, свобода от борьбы за своё существование поощряли духовную жизнь, поэтому ещё в глубокой древности для Индии были характерны искания духа, вера в разум и склонности к философствованию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.