ПРАВИЛЬНОСТЬ РЕЧИ

ПРАВИЛЬНОСТЬ РЕЧИ

Неправильность употребления слов ведет за собой ошибки в области мысли и потом в практике жизни.

Дм. Писарев

Требование правильности речи относится не только к лексике — оно распространяется и на грамматику, словообразование, произношение, ударение, а в письменной речи — на орфографию и пунктуацию. Соблюдение нормы— главное условие культуры речи.

Нормой называются языковые варианты, наиболее распространенные из числа сосуществующих, закрепившихся в практике образцового использования и наилучшим образом выполняющие свою функцию. Норма — категория историческая. Будучи в известной мере устойчивой, стабильной, что является основой ее функционирования, норма вместе с тем подвержена изменениям, что вытекает из природы языка как явления социального, находящегося в постоянном развитии вместе с творцом и носителем языка — обществом.

Известная подвижность языковой нормы иногда приводит к тому, что для одного и того же языкового явления имеется в определенные временные отрезки не один-единственный регламентированный способ выражения, а больше: прежняя норма еще не утрачена, но наряду с ней возникает новая (ср. одинаково допустимое произношение прилагательных нагий, — кий, — хий типа строгий, краткий, тихий или глаголов нагивать, — кивать, — хивать типа протягивать, отталкивать, замахиваться как с твердыми, так и с мягкими звуками г, к, х; двоякое ударение в словах иначе, творог и др.; дублетные формы типа много народу — много народа, чашка чаю — чашка чая и т. п.). Существование двойных норм литературного языка, возникших в ходе его исторического развития, не исключает параллельного существования языковых вариантов, связанных с наличием в сложной системе языка отдельных его разновидностей — функциональных стилей, в которых по-разному используются и вариантные формы. (Ср. книжные и разговорные окончания: в отпуске — в отпуску, цехи — цеха, обусловливать — обуславливать и др.). Возникающее в связи с этим многообразие в единстве не разрушает самой нормы, а делает ее более тонким инструментом отбора языковых средств в стилистическом плане.

Правильный выбор слова

Правильность нашей речи зависит от того, употребляем ли мы слова в соответствии с их точным значением и стилистической окраской. К сожалению, мы нередко над этим не задумываемся и допускаем стилистические ошибки в словоупотреблении.

Например, пишут: Линяют лисицы, у куниц скоро появится наследство (имеется в виду, конечно, потомство); И стоят наши дальневосточные березки в подвенечном саване (автор спутал саван с фатой).

Если не учитывается стилистическая окраска слова, в речи может возникнуть неуместный комизм: Дирекция уцепилась за это ценное предложение (можно было написать: воспользовалась этим ценным предложением…. оценила это предложение и т. д.). Если вы не стремитесь придать речи юмористический оттенок, то не следует просторечные слова соединять с книжными или нейтральными.

Неуместно и употребление высоких, торжественных слов в сочетании с обычными, нейтральными, например: Иванов — поборник экономии горючего (можно было сказать просто:… выступил с предложением экономить горючее или Иванов — инициатор экономии горючего); К концу смены все устали, но движения владычицы электрокрана несуетливы, точны (почему не написать просто — крановщицы). В таких случаях прямого нарушения лексических норм нет, но незнание их, пренебрежение стилистическими пометами, которые даются в толковых словарях к выделенным нами словам, очевидно.

Для правильного употребления слов в речи недостаточно знать их точное значение и стилистические особенности, необходимо еще учитывать их лексическую сочетаемость, то есть способность слов соединяться друг с другом. Требования лексической сочетаемости нарушены, например, в таком высказывании: Большинство времени уходило на составление ненужных отчетов. Слово большинство сочетается со словами, обозначающими предметы, которые поддаются счету: большинство книг, большинство студентов и т. п.; этому условию не удовлетворяет слово время. Поэтому следовало написать: большая часть времени.

Нередко в одинаковых, казалось бы, условиях на лексическую сочетаемость налагаются определенные ограничения. Так, прилагательное глубокий сочетается со словами осень, зима, ночь но нельзя сказать глубокое лето, глубокая весна, глубокое утро. Очень похожие слова длинный, длительный, долгий, долговременный, продолжительный по-разному «притягиваются» к существительным: длительный период и продолжительный период (но не длинный, не долгий, не долговременный период); долгий путь, длинный путь, но продолжительные сборы, долговременный кредит. Слова с одинаковым значением могут иметь различную лексическую сочетаемость: истинный друг — подлинный документ.

Не следует также забывать, что иногда слова как будто и подходят для выражения того или иного значения, но «не хотят» соединяться в словосочетания. Так, мы говорим: склонить голову и преклонить колени, но не наоборот — «преклонить голову» и «склонить колени»; можно одержать победу и потерпеть поражение. Но если вы услышите от комментатора по радио: В этих соревнованиях спортсмен одержал поражение, вы невольно задумаетесь: здесь какая-то ошибка, может, комментатор оговорился, и спортсмен все же победил?

Можно вспомнить немало сочетаний слов, в которых недопустимы лексические замены. Говорят: причинить горе (неприятность), но нельзя «причинить радость» (удовольствие). Возможно сочетание закадычный друг, но не бывает «закадычная подруга». Курьезно звучит сочетание «поздравить с постигшим юбилеем» и т. п.

Все слова, имеющие то или иное лексическое значение, условно можно разделить на две группы. Словам одной группы свойственна сочетаемость, практически не ограниченная в пределах их предметно-логических связей (большой, маленький, красный, черный, легкий, тяжелый, горячий, холодный и т. п., то есть прилагательные, характеризующие физические свойства предметов; человек, дерево, стол, дом — существительные с конкретным значением; работать, жить, видеть, знать — многие глаголы и т. д.). Другую группу образуют слова, имеющие ограниченную сочетаемость (закадычный, одержать, причинить и др.). Эти слова и требуют особого внимания с точки зрения лексической нормы.

Нарушение лексической сочетаемости может стать стилистическим приемом, если писатель старается придать речи юмористическую окраску (Жанр, обреченный на успех — о пародии) или удивить читателя (Воспоминания о будущем, Наедине со всеми). Немало забавных примеров подобных «нарушений» находим у писателей-сатириков: Наконец правительство добилось значительного ухудшения жизни народа; В этом году нас постигло еще одно событие — гуманитарная помощь Запада; Яблоко с родинкой; Кипучий лентяй (Ильф и Петров); Холостой фокстерьер (Л. Ленч). Ср. в поэзии у Владимира Высоцкого: Поэты ходят пятками по лезвию ножа и режут в кровь свои босые души; К утру расстреляли притихшее горное эхо… И брызнули камни, как слезы, из раненых скал.

Как правильно употреблять части речи

Особенности употребления существительных

Категория рода, категория падежа и категория числа являются основными у существительных. Это значит, что, как правило, каждое существительное относится к одному из трех родов, изменяется по падежам и числам. Для нас в настоящей книге представляют интерес вариантные формы, среди которых есть более предпочтительные в условиях контекста.

Формы рода

Категория рода весьма стабильна: если когда-то установилось, что слово дом — мужского рода, комната — женского рода, окно — среднего рода, так это сохраняется в течение многих столетий. Правда, в ряде случаев род существительного изменился, например: старые формы погона, рельса, санатория заменились современными погон, рельс, санаторий. Чаще формы женского рода, уступали место формам мужского рода, что объясняется влиянием закона лингвистической экономии (более длинные формы и конструкции вытеснялись более короткими).

Вместе с тем отмечаем сосуществование параллельных форм, например: банкнота — банкнот, вольера — вольер, георгина — георгин, глист — глиста, желатин — желатина (спец.), жираф — жирафа, клавиша — клавиш (чаще в технике) манжета — манжет (чаще в технике), скирд — скирда, спазма — спазм (проф.), ставень — ставня.

В некоторых случаях формы разного рода имеют различное значение, например: гарнитур (мебели, белья)

— гарнитура (шрифтов), жар (в теле, в печке) — жара (зной), зала (парадная комната в частном доме) — зал (помещение для собраний, для занятий), занавес (театральный) — занавесь (занавеска), карьер (место открытой разработки полезных ископаемых; ускоренный галоп, быстрый аллюр) — карьера (продвижение по службе, достижение известности), кегль (размер типографской литеры) — кегля (деревянный столбик для игры), манер (в выражениях таким манером, на новый манер) — манера (способ действия, внешние формы поведения), округ (подразделение государственной территории) — округа (окрестность).

В паре метод — метода (система приемов в какой-либо деятельности) второе слово имеет устарелый или специальный оттенок.

Слово табель в форме женского рода сохраняется только в сочетании табель о рангах.

Колебания в роде встречаются у существительных с с у ф — фиксами субъективной оценки (со значением увеличительности). Среди слов с суффиксом — ина- выделяются три группы: а) слова мужского рода: голос — голосина, дождь — дождина, дом — домина (но в винительном падеже определение при этих словах имеет форму женского рода: громоподобную голосину, тропическую дождику, громадную домину; б) слова женского рода: паспорт — паспортина, ствол — стволина, сугроб — сугробина; в) слова общего рода: молодец — молодчина, скот — скотина, урод — уродина.

Колебания в роде наблюдаются у несклоняемых существительных. Так, слово кофе относится к мужскому роду, а в разговорной речи к среднему.

Как правило, несклоняемые существительные, обозначающие неодушевленные предметы, принадлежат к среднему роду, но имеется ряд исключений для слов иноязычного происхождения. Чаще всего это слова, входящие в более общее, родовое понятие, имеющее другой грамматический род. Так, несклоняемые существительные, входящие в понятие «язык», относятся к мужскому роду: бенгали, пушту, хинди и др. Слово эсперанто употребляется и в мужском, и в среднем роде. Слово сирокко — мужского рода (под влиянием слова ветер). Слова бери-бери (болезнь), кольраби (капуста), салями (колбаса) — женского рода. Слово галифе не только среднего рода, но и множественного числа (брюки).

Несклоняемые иноязычные слова, обозначающие одушевленные предметы (животных, птиц и т. д.), относятся к мужскому роду: серый кенгуру, маленький шимпанзе, азиатский зебу, забавный пони, розовый какаду. Но: колибри, киви-киви — женского рода (под влиянием слова птица). То же иваси (рыба, сельдь), цеце (муха).

Но если контекст указывает на самку, то названия животных относятся к женскому роду: Кенгуру несла в сумке кенгуренка; Шимпанзе кормила детеныша.

Несклоняемые существительные иноязычного происхождения, обозначающие лиц, относятся к мужскому или к женскому роду по соотнесенности с реальным полом обозначаемого лица: богатый рантье, усталый кули, старая леди, простодушная инженю. То же в отношении собственных имен: великий Верди, бедная Мими. Двуродовыми являются слова визави (.мой визави — моя визави), протеже, инкогнито.

Род несклоняемых существительных, обозначающих географические названия (городов, рек, озер и т. д.), определяется по грамматическому роду нарицательного существительного, обозначающего родовое понятие (т. е. по роду слов город, река, озеро и т. д.): солнечный Батуми, широкая Миссисипи, полноводное Онтарио, живописный Капри (остров), труднодоступная Юнгфрау (гора).

По такому же признаку определяется грамматический род несклоняемых названий органов печати: «Таймс» (газета) опубликовала…; «Фигаро литерер» (журнал) опубликовал…

Легко образуются параллельные формы мужского и женского рода при обозначении лиц, если данная специальность (профессия, род занятий) в равной мере связана и с мужским, и с женским трудом: лаборант — лаборантка, продавец — продавщица, спортсмен — спортсменка, ткач — ткачиха и т. д. Но парные формы женского рода с суффиксами — их-a, — ш-а используются ограничено. Их распространению препятствует, с одной стороны, возможность возникновения неясности из-за присущей некоторым словам этого типа двузначности: такие слова, как дворничиха, сторожиха, докторша, инженерша, могут быть поняты как названия лица по роду деятельности или как названия жены по мужу. Подобным образованиям присущ сниженный, иногда пренебрежительный оттенок значения: врачиха, швейцариха, бухгалтерша, кондукторша. Возможно, что сказываются и нежелательные ассоциации с названиями животных: слон — слониха, заяц — зайчиха. В единичных случаях появляются формы, связанные с профессиональной речью: пловчиха, спринтерша.

Грамматический род сложносоставных слов типа диван-кровать, кафе-столовая определяется смысловыми отношениями между частями сложного слова: ведущим компонентом является слово с более широким или более конкретным значением. Так, мы говорим: кафе-столовая отремонтирована (ж.р., так как слово столовая — более широкое понятие); автомат-закусочная открыта (ж.р., так как носителем конкретного значения выступает слово закусочная); кресло-кровать стояло в углу (мыслится один из видов кресел, вторая часть выступает в роли уточняющей); лежала свернутая плащ-палатка (палатка в виде плаща, а не плащ в виде палатки). Играет роль также порядок частей сложного слова, склоняемость или несклоняемость одного из компонентов.

Обычно на первом месте стоит ведущее слово, род которого определяет род целого, например: библиотека-музей приобрела новые рукописи (ср.: музей-библиотека приобрел новые рукописи); витрина-стенд помещена в коридоре; завод-лаборатория выполнил срочный заказ; клуб-читальня закрыт на ремонт; книга-справочник распродана; песня-романс стала популярной; письмооткрытка доставлено адресату; платье-халат висело на вешалке; полка-прилавок завалена книгами; ракета-носитель вышла на орбиту; рассказ-сценка оригинален; станок-качалка сконструирован удачно; счет-фактура выписан своевременно; таблица-плакат привлекала внимание экскурсантов; театр-студия воспитал немало талантливых актеров; урок-лекция продолжался целый час; часы-браслет куплены для подарка; ящик-тумбочка наполнен безделушками. Но: «Роман-газета» вышла большим тиражом (первая часть не склоняется, ср.: в «Роман-газете», а не в «Романе-газете»).

Грамматический род сложносокращенного слова (аббревиатуры) определяется следующим образом:

1) если аббревиатура склоняется, то ее род определяется по грамматическому принципу: Наш вуз (м.р.) объявил новый набор студентов. Нэп (м.р.) был переходным периодом;

2) если аббревиатура не склоняется, то ее род определяется родом ведущего слова расшифрованного составного наименования: МГУ — м. р. (Московский государственный университет), сельпо — ср. р. (сельское потребительское общество).

Род иноязычных аббревиатур определяется по смыслу, например: ЮНЕСКО (Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры) прислала своего представителя, ФИДЕ (Международная шахматная организация) утвердила состав участников турнира.

Остается добавить, что можно пользоваться только общепонятными, широко распространенными аббревиатурами. И вряд ли украшает речь такой лозунг: Привет делегатам МАДИ, КАДИ, ХАДИ (Московского, Киевского и Харьковского автодорожных институтов).

Особенности в склонении некоторых существительных

Некоторые слова и словосочетания имеют особенности в склонении — вариантные падежные формы, связанные с принадлежностью к разным стилям речи или с наличием устарелого и современного вариантов.

Слова домишко, заборишко и т. п. (мужского рода) склоняются по типу существительных мужского — среднего рода: домишко, домишка, домишку, домишко, домишком, о домишке. Но в разговорной речи часто встречаются формы косвенных падежей домишки, домишке, домишкой, например: У крестьянина-бобыля не было даже плохонького домишки.

Вариантные падежные формы встречаются у имен существительных, в состав которых входит числительное пол- (половина): полчаса, полдюжины, пол-арбуза. С формой пол- подобные слова употребляются в именительно-винительном падеже, в остальных косвенных падежах пол- в книжной речи меняется на полу-. Ср.: от получаса не осталось ни одной минуты; к полудюжине карандашей добавлено еще три; в полуарбузе было три килограмма веса. Отсюда две формы: на полуслове — на полслове, полугодом — полгодом раньше, в полудюжине — в полдюжине.

Вариантные формы наблюдаются у некоторых сложносоставных слов: в вагон-ресторане — в вагоне-ресторане, на матч-турнире — на матче-турнире, в разгаре бал-маскарада — в разгаре бала-маскарада. Первые формы, более экономные, присущи разговорной речи, вторые — книжной. Аналогичное явление отмечаем для сочетания Москва-река: в книжной речи склоняются обе части (на Москве-реке, за Москвой-рекой), в разговорной — первая часть сохраняет начальную форму в косвенных падежах (на Москва-реке, за Москва-рекой).

При склонении таких сочетаний, как первое мая (образовано от сочетания «первое число месяца май»), изменяется только первая часть: к первому мая.

Особенности склонения имен и фамилий

Славянские имена на — о типа Данило, Левко, Марко, Петро склоняются, как и нарицательные существительные: у Левка, у Марка. У Горького имя Данко не склоняется.

Фамилии славянского происхождения на — о, — е (часто в звуковом составе они совпадают с нарицательными существительными) не склоняются: Горло, Калено, Ремесло, Сало, Шило и т. п.

Иностранные имена и фамилии на согласный звук склоняются: романы Жюля Верна, Марка Твена (не: романы Жюль Верна, Марк Твена). Русские и иноязычные фамилии на согласный звук склоняются, если относятся к мужчинам, и не склоняются, если относятся к женщинам: студенту Ремчука — студентке Ремчук, у Адама Мицкевича — у Марии Мицкевич.

Однако если фамилия созвучна с названием животного или предмета неодушевленного (Гусь, Ремень, Кочан), то часто она не склоняется во избежание непривычных сочетаний: у товарища Гуся, с гражданином Ремнем. При этом стараются ввести имя-отчество, название должности и т. д.: работы Сергея Яковлевича Кочан.

Слово товарищ склоняется и при женской фамилии: у товарища Ивановой (не: у товарищ Ивановой).

Не склоняются фамилии на — аго, — яго, — ых, -их, — ово: Шамбинаго, Дубяго, Седых, Долгих, Дурново, Живаго.

Нерусские фамилии на безударные — а, — я склоняютс я: сонеты Петрарки, творчество Пабло Неруды. Ср. грузинские и японские фамилии: песни Окуджавы, юбилей Сен-Катаямы.

Не склоняются финские фамилии на — а: встреча с Куусела. Украинские фамилии на — ко (-енко) обычно не склоняются: театр имени Франко, рассказы Короленко, юбилей Шевченко.

В русских двойных фамилиях первая часть склоняется, если она сама по себе обозначает фамилию: постановка Немировича-Данченко, музыка Ипполитова-Иванова. Если же первая не образует фамилию, то она не склоняется: роль Сквозник-Дмухановского, скульптура Демут-Малиновского.

Колебания в числе наблюдаются в употреблении нерусских фамилий в тех случаях, когда фамилия относится к двум лицам. Сложилась такая практика:

1) если при фамилии имеются два мужских имени, то она ставится обычно во множественном числе: Генрих и Томас Манны, Эдмон и Жюль де Гонкуры; отец и сын Ойстрахи;

2) при двух женских именах фамилия ставится в единственном числе: Тамара и Ирина Пресс;

3) если фамилия сопровождается мужским и женским именами, то она сохраняет форму единственного числа: Франклин и Элеонора Рузвельт; то же при сочетаниях господин и госпожа, лорд и леди и т. п.: господин и госпожа Райнер, лорд и леди Гамильтон.

Однако при сочетаниях муж и жена, брат и сестра фамилия чаще употребляется в форме множественного числа: муж и жена Эстремы, брат и сестра Ниринги;

4) при слове супруги фамилия ставится в форме единственного числа: супруги Кент;

5) при слове братья или сестры фамилия чаще ставится в единственном числе: братья Адельгейм, сестры Кох; но братья Вайнеры.

Женские имена на мягкий согласный библейского происхождения типа Рахиль, Руфь, Юдифь склоняются: у Рахили, с Юдифью. Не склоняются женские имена Николь, Нинель, Рашель и др.

Варианты падежных окончаний существительных

Несколько замечаний о вариантных падежных окончаниях. Сосуществуют вариантные формы родительного падежа единственного числа существительных мужского рода типа много народа — много народу, чашка чая — чашка чаю.

Формана — у (- ю) встречается в следующих случаях:

1) у имен существительных с вещественным значением при указании на количество, то есть для обозначения части целого: килограмм сахару (ср.: вкус сахара), достать керосину (ср.: запах керосина); наблюдается в настоящее время такая тенденция: при конкретном обозначении количества (тонна сахара, килограмм клея) используется чаще форма на — а (-я), а в глагольных сочетаниях, обозначающих вес (массу), вообще употребляется форма на — у (-ю), например: достать тесу, мелу, скипидару, прикупить луку, рису, сыру; при наличии определения употребляется форма на — а (-я): стакан горячего чая, существительные с уменьшительным суффиксом употребляются, как правило, с ударяемым окончанием — у: выпить чайку, кваску, поесть медку, сырку;

2) у существительных отвлеченных, если выражается указанный оттенок количественного значения: наделать шуму, наговорить вздору;

3) у некоторых существительных с собирательным значением: много народу (ср.: история народа);

4) в устойчивых выражениях: без году неделя, не до смеху, с глазу на глаз, с миру по нитке, конца-краю нет, дать маху, поддать пару, сбить с толку, нашего полку прибыло, без роду и племени, спору нет, прибавить шагу и др.;

5) после предлогов из, от, с при обозначении удаления откуда-либо или причины действия; после предлога до (в достигательном значении); после предлога без при указании на отсутствие чего-либо; после частицы ни: двадцать лет от роду, умереть с голоду, крикнуть с испугу, танцевать до упаду, говорить без умолку, нужно до зарезу (в ряде примеров — наречное значение), ни шагу дальше, ни слуху ни духу, не был ни разу и т. д.;

6) в отрицательных предложениях: не показывать виду, не хватает духу, покою нет, износу нет, отбою нет, отказу не было и т. д.

В некоторых случаях возможна дифференциация значений форм на — у (-ю) и на — а (-я). Так, выйти из дому значит «выйти из своего дома», а выйти из дома может обозначать «выйти из строения определенного типа» или «выйти из обозначенного дома»; уйти из дому (на некоторое время) — уйти из дома (покинуть семью); леса нет (отсутствует лес) — лесу нет (отсутствует строительный материал).

Следует отметить, что формы на — у (-ю) убывают: происходит подравнивание под общую модель родительного падежа с окончанием на — а (-я). Так, в словаре В.И. Даля приводится известная поговорка в такой редакции: Ложка дегтю в бочке меду, а в современных словарях: Ложка дегтя в бочке меда.

Варианты окончаний — у (- е) находим также в форме предложного падежа единственного числа существительных мужского рода типа в отпуске — в отпуску, в цехе — в цеху. Они связаны с различными условиями их возникновения и развития, такими, как синтаксическая роль предложного сочетания и выражаемое ими значение (ср.: работа на дому — крыша на доме), закрепление одной из форм в устойчивых оборотах (ср.: вариться в собственном соку — сахар в вишневом соке), наличие или отсутствие определения при существительном (ср.: на ветру — на сквозном ветре), стилистический оттенок (книжный или разговорный) и др.

Чаще всего различие между обеими формами предложного падежа выражается в том, что форме на — е присуще объектное значение, а форме на — у — обстоятельственное, если при существительных имеются предлоги в и на. Ср.: растет в лесу — знает толк в лесе, держаться на весу — выгадывать на весе; находиться в строю — в строе простого предложения; это произошло в прошлом году — ученые многих стран приняли участие в Международном физическом годе. Ср. также: грибы в лесу — играть одну из главных ролей в «Лесе» А.Н. Островского; был на Дону — был на «Тихом Доне»; родился в 1918 году — события в «Восемнадцатом годе» А. И. Толстого.

При выборе одной из дублетных форм играет роль фразеологический характер сочетания, употребление слова в прямом или переносном значении, различие в смысловых оттенках и т. д. Ср.: у нас в быту — перемены в быте деревни; брань на вороту не виснет — шов на вороте; задыхаться в дыму — в дыме пожарищ; в кругу друзей — в круге представлений; весь в поту — трудиться в поте лица; у него в роду — в роде Толстых; в третьем ряду — в ряде случаев; на хорошем счету — на расчетном счете; стоять в углу — в угле треугольника; машина на ходу — отразиться на ходе дела; сад в цвету — во цвете лет и т. д.

При наличии определения вместо формы на — у (-ю) возможна форма на — е: в снегу — в пушистом снеге, на краю — на переднем крае.

Сопоставляя существующие в наше время параллельные формы на грунте — на грунту, на дубе — на дубу, в отпуске — в отпуску, в спирте — в спирту, на холоде — на холоду, в цехе — в цеху, в чае — в чаю и т. п., мы отмечаем книжный или нейтральный характер форм на — е и разговорный (профессиональный, иногда с оттенком просторечия) — форм на — у (-ю).

Существуют варианты форм именительного падежа множественного числа существительных мужского рода типа инспекторы — инспектора, слесари — слесаря. Отчетливо вырисовывается тенденция в их развитии: все чаще закрепляются формы на ударяемые — а (-я) за счет форм с неударяемыми — ы (-и).

Так, Ломоносов приводит „только три слова, употреблявшиеся XVIII в. в именительном падеже множественного числа с окончанием — а (бока, глаза, рога — формы двойственного числа при названиях парных предметов) и небольшой перечень имен существительных, допускавших двоякое употребление форм на — ы (-и) и на — а (береги — берега, колоколы — колокола, лесы — леса, луги — луга, островы — острова, снеги — снега и др.). В исследованиях наших дней приводится около 650 существительных на — а (-я), закрепившихся в литературном языке, имеющих нередко нейтральные варианты — ы (-и), частично ограниченных в своем использовании (формы устарелые, просторечные, профессиональные и Т.Д.).

Из форм на — а (-я) наиболее употребительными являются следующие: борта, буфера, веера, века (но: в кои веки, во веки веков), векселя, вензеля, вороха, доктора, дупеля, егеря, желоба, жемчуга, жернова, закрома, катера, кивера, кителя, колокола, купола, кучера, лемеха, невода, обшлага, окорока, округа, ордера, отруба, паруса, паспорта, перепела, погреба, потроха, профессора, стога, сторожа, тенора, терема, тетерева, фельдшера, флюгера, хутора, шелка, штемпеля.

Колебания наблюдаются при употреблении следующих слов: бункеры-бункера, годы-года, инспекторы — инспектора, клеверы — клевера, кормы — корма, коробы — короба, кузовы — кузова, лекари — лекаря, отпуски — отпуска, пекари — пекаря, прожекторы — прожектора, промыслы — промысла, секторы — сектора, слесари — слесаря, токари — токаря, томы — тома, тополи — тополя, трактора — тракторы, флигели — флигеля, хлевы — хлева, шомполы — шомпола, штабели — штабеля, якори — якоря, ястребы — ястреба.

При выборе одной из дублетных форм нужно учитывать структуру слова, его происхождение, место в нем ударения, стилистическую дифференциацию, условия контекста.

Так, помимо односложных слов (бег — бега, бок — бока, лес — леей, снег — снега, шелк — шелка и др.), формы на — а (-я) образуют чаще всего слова, имеющие в единственном числе ударение на первом слоге (вечер — вечера, голос — голоса, жернов — жернова, округ — округа, окорок — окорока, перепел — перепела, череп — черепа и др.).

Трехсложные (и многосложные) слова с ударением на среднем слоге основы обычно образуют формы на — ы (-и): аптекари, библиотекари, бухгалтеры, композиторы, ораторы и др. (о формах директора, профессора и др. (см. ниже).

Слова с ударением на конечном слоге основы тоже образуют формы на — ы: пароходы, ревизоры и др. (единичные исключения: обшлаг — обшлага, рукав — рукава).

Некоторые добавочные указания дает происхождение слов. Слова французского происхождения с ударяемыми суффиксами — ер (-ёр) сохраняют устойчивое ударение на конечном слоге основы, поэтому не принимают окончания — а: актёры, гастролёры, грийёры, инженеры, режиссёры, шофёры.

Слова латинского происхождения (на — тор) также не принимают окончания — а, если обозначают неодушевленные предметы (обычно это термины): детекторы, индукторы, конденсаторы, рефлекторы, рефрижераторы.

Слова латинского происхождения (на — ор, — тор), обозначающие одушевленные предметы, имеют в одних случаях окончание — а, в других — ы; слова, получившие широкое распространение и утратившие книжный характер, обычно имеют окончание — а: директора, доктора, профессора и др.; слова же, сохраняющие книжный характер, употребляются с окончанием — ы: авторы, конструкторы, лекторы, новаторы, ректоры и др. Разграничение одушевленности и неодушевленности позволяет дифференцировать такие формы, как кондуктора (работники транспорта) и кондукторы (приспособления в технике).

Важную роль играет стилистическое разграничение рассматриваемых дублетных форм, отграничение нормативных для современного общелитературного языка форм на — ы (-и) от устарелых, разговорных, просторечных или профессиональных форм на — а (-я-) таких, как автора, аптекаря, бухгалтера, выбора, инженера, клапана, конуса, конюха, лацкана, лектора, офицера, порта, почерка, приговора, раза, слога, служителя, супа, торта, циркуля, шофера, штурмана и т. п.

В последние годы стали особенно часто употребляться с разговорными окончаниями такие слова: договоры — договора, корректоры — корректора, крейсеры — крейсера, прииски — прииска, редакторы — редактора, тракторы — трактора, цехи — цеха и др.

Некоторые лингвисты считают, что вариантные формы в этих случаях уже можно признать допустимыми в устной речи.

В некоторых случаях формы на — а (-я) различаются своими значениями: боровы (кабаны) — борова (дымоходы); корпусы (туловища) — корпуса (здания; войсковые соединения); мехи (кузнечные, бурдюки) — меха (выделанные шкуры); образы (литературно-художественные) — образа (иконы); ордены (рыцарские и монашеские общества) — ордена (знаки отличия); поясы (географические) — пояса (части одежды); пропуски (недосмотры) — пропуска (документы); соболи (животные) — соболя (меха); токи (электрические) — тока (место молотьбы); тоны (звуковые) — тона (переливы цвета); тормозы (препятствия) — тормоза (приборы); учители (идейные руководители) — учителя (преподаватели); хлебы (печеные) — хлеба (на корню); цветы (растения) — цвета (окраска); юнкеры (до 1945 г. в Германии так называли крупных землевладельцев) — юнкера (курсанты в военных училищах царской России). Разграничиваются также лагери (общественно-политические группировки) — лагеря (военные, пионерские, туристские и т. д.). Ср. также: проводы (при отъезде) — провода (электрические); счеты (прибор, взаимные отношения) — счета (документы).

Вариантные формы типа пять килограммов — пять килограмм, пара рогов — бодливой корове бог рог не дает, несколько свечей — игра не стоит свеч, двое грабель — двое граблей и т. д. связаны в своем возникновении и развитии с рядом причин: историей отдельных типов склонения имен существительных (начиная с древнерусского языка), взаимодействием отдельных стилей, влиянием диалектов, степенью освоения заимствованных слов, логических сочетаний, закреплением некоторых форм в устойчивых фразеологических сочетаниях и т. д.

Параллельные формы родительного падежа множественного числа отмечаются у существительных всех родов, а также у существительных, употребляющихся только во множественном числе.

Многие существительные мужского рода с непроизводной основой на твердый согласный (кроме шипящих) имеют в родительном падеже множественного числа нулевое окончание: пара сапог, отряд солдат, много волос, несколько раз. Сюда же относятся следующие группы существительных:

1) названия парных предметов: (пара) ботинок, валенок, чулок (но: носков), (без) погон, эполет; (цвет) глаз;

2) названия некоторых национальностей, главным образом на — н и — р: англичан, армян, башкир, болгар, грузин, лезгин, осетин, румын, турок, цыган; «Последний из могикан», но: бедуинов, берберов, бушменов, калмыков, киргизов, монголов, таджиков, тунгусов, узбеков, якутов; колебания: туркменов — туркмен, сарматов — сармат и некоторые другие;

3) названия воинских групп, прежних родов войск: отряд (группа) рейтар, (группа) гренадер, гусар, драгун, кадет, кирасир, улан (при указании количества: 5 гренадеров, 20 гусаров и т. д.); но: минеров, саперов;

4) Название некоторых единиц измерения, обычно употребляющихся с именами числительными: (несколько) ампер, ватт, вольт, грамм, эрстед; колебания: микронов — микрон, омов — ом, рентгенов — рентген; граммов — грамм, килограммов — килограмм; каратов — карат, кулонов — кулон, ньютонов — ньютон, эргов — эрг и некоторые другие (в устной речи используются более короткие формы).

Вариантные формы родительного падежа множественного числа некоторых существительных женского рода связаны с различными по звуковому составу или по ударению начальными формами: барж (от баржа) — баржей (от баржа); басен (от басня)

— басней (от баснь); песен (от песня) — песней (от песнь); саженей (от сажень) — сажен и саженей (от сажень). Современному литературному языку присущи первые в каждой из приведенных пар формы.

Нормативными являются формы: вафель, домен, кочерег, кровель, оглобель (реже оглоблей), розог, свадеб, сплетен, усадеб, (реже усадьб); долей, кеглей, пеней, пригоршней, саклей, свечей (реже свеч), цапель (реже цаплей), нянь, простынь (реже простыней).

Колебания наблюдаются у имен собственных: у наших Валь — Валей, Галь — Галей, Оль — Олей и т. п. Чаще встречаются более короткие формы (если вообще можно говорить о частотности в данном случае), в противоположность мужским именам однотипного склонения: у наших Ваней, Васей, Петей.

Встречаются колебания в форме родительного падежа множественного числа существительных среднего рода: дупел — дупл, ремесел — ремесл, русел — русл, но чаще употребляются формы со вставкой гласного.

Стилистическими вариантами являются литературные формы: захолустий, побережий, снадобий и разговорно-просторечные: захолустьев, побережьев, снадобьев.

Нормативные формы: верховьев, низовьев, устьев; колен — коленей — коленьев (в зависимости от значения слова колено); яблок (устар. и простор, яблоков от диалектной формы м. р. яблок); блюдец, зеркалец, корытец (реже корытцев), одеялец, поленец, полотенец, щупалец; болотцев, копытцев и копытец, кружевцев и кружевец.

Вариантные формы: выжимков и выжимок, высевков и высевок, выческов и вычесок, опивков и опивок.

Из вариантов граблей — грабель, ходулей — ходулъ более употребительны первые в каждой паре. Чаще рейтуз, а не рейтузов; выкрутасов, а не выкрутас.

Нормативны: заморозков, лохмотьев, отрепьев, подонков; нападок, потемок, сумерек, шаровар; будней, дровней, яслей.

Из форм дверьми — дверями, дочерьми — дочерями, лошадьми — лошадями в нейтральной речи чаще используются первые в каждой паре.

При обычных формах костями и плетями во фразеологических оборотах сохраняется форма с ударяемым окончанием: лечь костьми, наказание плетьми.

Единственное и множественное число существительных

Нередко форма единственного числа имени существительного употребляется в значении множественного. Например, если указывается, что одинаковые предметы принадлежат каждому лицу или предмету из целой группы или находятся в одинаковом отношении к ним (так называемое дистрибутивное значение): Повелено брить им бороду (А. Пушкин). Ср.: У обоих часов сломалась пружина; Изучается форма уха, носа и глаз; Все повернули голову в сторону двери; Девушки закрыли лицо передником.

Некоторые существительные, обычно используемые в форме единственного числа, при употреблении во множественном числе, приобретают особые смысловые или стилистические оттенки:

1) существительные отвлеченные: шумы в сердце, различные температуры, морские глубины, южные широты; в индивидуальном употреблении у писателей: лжи, смехи, риски, дружбы, влюбления;

2) существительные с вещественным значением: смазочные масла, крепкие т а б а к и, высококачественные стали, красные и белые глины, культурные луки, бензины, граниты, каучуки, цементы, эфиры; бронзы, фарфоры, хрустали (изделия); овсы, ячмени;

3) существительные собственные: Гоголи и Салтыковы-Щедрины, «Дело Артамоновых», «Дни Турбиных».

Семантические отличия некоторых форм имен прилагательных

Часто полная форма прилагательных указывает на постоянный признак предмета, а краткая — на временный. Ср.: он больной — он болен, она такая добрая — будьте добры, движения его спокойные — лицо его спокойно.

В других случаях полная форма прилагательных обозначает абсолютный признак, не связанный с конкретной обстановкой, а краткая — относительный признак применительно к определенной ситуации: потолок низкий (признак вообще) — потолок низок (для высокой мебели). Ср. также: ботинки малы, сапоги велики, проход узок — выражение излишка или недостаточности размера.

Краткая форма выражает признак более категорично, чем полная. Ср.: ты глупый — ты глуп, он смелый — он смел.

Наблюдаются колебания в образовании краткой формы от прилагательных на — енный типа родственный: допустимы формы на — енен и на — ен (родственен и родствен). Таких слов десятки, и чаще используются более экономные формы на — ен бессмыслен, бесчувствен, естествен, мужествен, свойствен, тождествен и т. п.

Формы степеней сравнения имен прилагательных (простые и сложные) стилистически разграничиваются следующим образом: в книжном стиле преобладает сложная форма сравнительной степени, в разговорном — простая, например: показатели успеваемости в этом семестре более высокие, чем в предыдущем; этот дом выше соседнего. Для превосходной степени стилистическая окраска обратная: в книжном стиле — простая форма, в разговорном — сложная, например: глубочайшие мысли — самые глубокие колодцы в нашей местности, строжайшая диета — самая строгая учительница в школе.

Не отвечают литературной норме формы более лучший, более худший, в которых сравнительная степень выражена дважды.

Особенности использования числительных

В составных количественных числительных склоняются все образующие их слова: с двумя тысячами пятьюстами семьюдесятью тремя рублями. Такая форма как «триста шагами дальше» носит просторечный характер.

Сочетания типа 22 суток грамматически не оправданы: нельзя сказать ни «двадцать два суток», ни «двадцать две суток»; ни даже — в отчаянии — «двадцать двое суток». Последнее сочетание построено вопреки правилам русской грамматики: составные числительные образуются только из количественных числительных, и в них не может входить числительное собирательное (двое и т. п.). В разговорной речи (некодифицированной) подобные сочетания встречаются, а в речи нормативной следует пользоваться синонимическими выражениями с лексической заменой существительного (22 дня) или употреблять составные числительные не в именительно-винительном падеже, а в других падежах: в течение двадцати двух суток, закончились двадцать вторые сутки и т. п.

Допустимы варианты дать по пять тетрадей — по пяти тетрадей, связанные с использованием предлога по в так называемом дистрибутивном значении. Первая форма (по пять тетрадей) разговорная, вторая (по пяти тетрадей) — книжная. Первая форма (с винительным падежом числительного) в настоящее время используется чаще второй (с дательным падежом).

Такое же различие имеется в парах: по несколько человек — по нескольку человек, по много дней — по многу дней (с неопределенно-количественными числительными).

Правильно сочетание сорок пять и пять десятых процента (не процентов): при смешанном числе существительным управляет дробная часть, а не целое число. Возможен вариант: сорок пять с половиной процентов.

Как правильно ? беседа с полутора десятком слушателей — беседа с полутора десятками слушателей. Нормативен второй вариант: при числительном полтора (полторы) существительное ставится в форме единственного числа только в именительно-винительном падеже (полтора стакана, полторы ложки), а в остальных падежах — в форме множественного числа (более полутора стаканов, с полутора ложками).

При слове сутки употребляется форма полтора суток (с ударением на первом о).

Собирательные числительные употребляются в следующих случаях:

1) с существительными мужского и общего рода, называющими лиц мужского пола: двое друзей (наряду с два друга), трое сирот;

2) с существительными, имеющими только формы множественного числа: двое суток, четверо ножниц (начиная с пятеро обычно используются числительные количественные: пять суток, шесть ножниц);

3) с существительными дети, ребята, люди, лицо — в значении «человек»: двое детей, трое ребят (в разговорной речи по аналогии также: трое девчат), двое людей, четверо незнакомых лиц;

4) с личными местоимениями: нас двое, их было пятеро;

5) с субстантивированными числительными: вошли двое; трое в серых шинелях.

В разговорной речи круг сочетаемости собирательных числительных шире. Они сочетаются:

1) с названиями лиц женского пола: Семья Зиненков состояла из отца, матери и пятерых дочерей (А. Куприн); Трое женщин в доме (Г. Николаева);

2) с названиями молодых животных: двое медвежат, трое щенят;

3) с названиями парных предметов: двое рукавиц, трое чулок.

В некоторых случаях собирательные числительные вносят сниженный стилистический оттенок, поэтому: два профессора (не двое профессоров), три генерала (не трое генералов).

Собирательные числительные в сочетании с одушевленными существительными употребляются во всех падежах (трое детей, мать троих детей), а в сочетании с неодушевленными существительными в косвенных падежах (кроме винительного) не употребляются: с тремя ножницами (не с троими ножницами).

В сочетаниях количественных числительных с именами существительными в разговорной речи наблюдается ослабление категории одушевленности: купить две коровы, поймать четыре рыбы.

То же в сочетаниях с составными числительными, оканчивающимися на два, три, четыре: вызвать двадцать два студента (не вызвать двадцать двух студентов), выдвинуть сто четыре кандидата (не выдвинуть сто четырех кандидатов).

Стилистика местоимений

Иногда личное местоимение 3-го лица используется для усиления, подчеркивания предшествующего существительного-подлежащего, например: Твой милый образ, незабвенный, он предо мной везде, всегда… (Ф. Тютчев); Слезы унижения, они были едки (К. Федин); Весь облик Грузии любимой, о н стал другим в сознанье жить (Н. Тихонов). При отсутствии специального стилистического задания придать речи возвышенный тон такое повторение подлежащего придает ей разговорно-просторечный оттенок: Дьявол — он самый хвастун (Л. Толстой); А отец — он Якова больше любит (М. Горький).

В паре у нее — у ней второй форме присущ, разговорный оттенок, например: У ней лились слезы (К. Федин).

Варианты внутри их — внутри них отличаются отсутствием или прибавлением начального н к личным местоимениям 3-го лица после предлогов: прибавляется н после всех простых предлогов, (без, в для, до, за и т. д.) и ряда наречных предлогов, управляющих родительным падежом (возле, вокруг, впереди, мимо и т. д.); но (с дательным падежом) вопреки ему, согласно ей, наперекор им и т. д.

Не прибавляется н после отыменных предлогов и употребляемого в функции предлога сочетания существительных с первообразными (простыми) предлогами: при помощи ее, не в пример им и т. п.

Употребляются вариантные формы: в отношении его — в отношении него, насчет их — насчет них; у всех их — у всех них, для всех их — для всех них, над всеми ими — над всеми ними; между вами и ши — между вами и ними, между мной и им — между мной и ним. Ср.: Видишь разницу между нами и ими… (М. Горький). — … Нет между нами и ними никакой средней линии (А. Гайдар).

После сравнительной степени прилагательного или наречия н не прибавляется: моложе ее, выше его, старше их.

При употреблении возвратного местоимения себя и возвратно-притяжательного местоимения свой может возникнуть неясность или двузначность, связанная с тем, к какому предшествующему существительному или личному местоимению они относятся.

Например, в предложении: Он не разрешает мне производить опыты над собой — двусмысленность вызвана тем, что над собой может быть отнесено и к он, и ко мне. Согласно правилу, возвратное местоимение следует относить к слову, называющему производителя действия (в данном случае к местоимению он).

В подобных случаях, во избежание двузначности рекомендуется перестроить предложение, например:

Он не разрешает, чтобы я производил опыты над собой. — Он не разрешает, чтобы я производил опыты над ним.

Аналогичное положение может возникнуть при употреблении местоимения свой, которое также соотносится со всеми тремя грамматическими лицами. Так, в предложении: Мать попросила дочь принести свое платье — слово свой следует отнести к дочери как производителю действия. При замене местоимения свой личным местоимением ее в притяжательном значении (принести ее платье) принадлежность должна быть отнесена к матери. Но в обоих случаях сохраняется оттенок неясности, двузначности, поэтому подобные предложения рекомендуется перестраивать: Мать попросила, чтобы дочь принесла свое платье. — Мать попросила, чтобы дочь принесла е е платье.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.