У нас так много общего!

У нас так много общего!

Несомненно, что между многими библейскими фразеологизмами разных языков можно обнаружить значительное сходство, основные причины которого достаточно очевидны. Они объясняются, в первую очередь, общим источником фразеологических оборотов, каковым является Библия, а следовательно, общими библейскими образами и сюжетами. Кроме того, культуры христианских народов связывают общие религиозные и морально-этические ценности. В результате можно говорить о наличии в языках и культурах народов, исповедующих христианскую религию, определённых библейских универсалий, которые мы назовём библиемами.

Библиема – это некое обобщённое абстрактное значение, восходящее к какому-либо библейскому образу или сюжету, общее для языков всех народов, связанных с христианской религией. Например, библиему Иуда можно выразить как предательство, Ирод — жестокость, Лазарь — бедность и болезнь, манна небесная — нечто самое желанное, необходимое, крест – неизбежные тяготы, страдания и т. д.

Иногда библеизм может включать в себя не одну библиему, а две или более. Так, Вавилон ассоциируется, во-первых, с сюжетом о строительстве вавилонской башни и смешении языков (см. Быт. 11:1–9), поэтому первая библиема Вавилон связана именно с этим событием и с вызванным им хаосом и неразберихой. Отсюда и библейские обороты вавилонская башня, вавилонское столпотворение. Во-вторых, Вавилон – столица Халдеи, один из богатейших городов мира, который был матерью «блудницам и мерзостям людским» (Откр. 17:5), что соотносится со следующей библиемой – символом разврата и дурной славы – и приводит к образованию таких БФ, как вавилонская блудница; выводить (писать) вавилоны <ногами> (о пьяном); Новый Вавилон. Наконец, третья библиема в названии этого города (страдания, тяготы неволи) связана с вавилонским пленом иудеев (см. Пс. 136:1) и с библейскими оборотами вавилонское пленение, вавилонский плач, вавилонская тоска, вавилонская работа (вавилонский труд).

Итак, мы выяснили, что такое библиема и каковы её основные признаки.

Однако при межъязыковой общности библием их конкретное выражение в значениях библеизмов разных языков может существенно различаться. Иными словами, каждая библиема реализуется в том или ином языке по-своему, в конкретных словах или фразеологизмах (в одном или нескольких), различия между которыми могут быть и количественными, и качественными.

Посмотрим, например, какие библеизмы, связанные с известным библейским персонажем – нищим Лазарем, образуются в разных языках. Выше мы уже встречались с ним. Это тот самый Лазарь, который лежал весь в струпьях у ворот богача и рад был напитаться хоть крошками со стола его. Но богач – увы! – ничего ему не дал. История бедного Лазаря описана в Евангелии от Луки (16:19–21).

В русском языке есть библейские обороты беден как Лазарь (бедный Лазарь), а также петь Лазаря. В основе этих фразеологизмов лежит библиема «бедность».

В итальянском языке есть слово lazzaroni (лаццарони). Так в Италии называют бедняков, живущих нищенством или случайными заработками (см. MAC, 1982, т. II, с. 166; Крысин, 2005, с. 428; Михельсон, 1994, т. 1, с. 86). Как видим, библиема этого слова тоже «бедность».

Но в том же итальянском есть слово лазарет (тоже от Лазаря), которое через французский пришло и в русский язык и означает ‘небольшое лечебное учреждение при войсковой части, временную подвижную маленькую больницу, в отличие от госпиталя’ (см. MAC, 1982, т. II, с. 161; Михельсон, 1994, т. 1, с. 86).

В этом слове проявляется уже вторая библиема Лазаря («болезнь»), которая лежит также в основе испанского библейского оборота – mal de san Lazaro, букв, «болезнь Св. Лазаря», т. е. ‘проказа’ (см. ИРФС, 1985, с. 372). Имя Лазаря стало символизировать прокажённого и во французском языке (см. Сахадзе, Хильтбруннер, 2007, с. 7).

Наконец, ещё одно замечание о лазарете: первая библиема («бедность») в нём также просматривается. Ведь эта маленькая передвижная лечебница при войсковой части предназначалась в основном для солдат, т. е. для военных, стоящих в армейской иерархической системе на самой низшей ступени, а значит, для самых бедных и социально незащищённых.

Выше, говоря о различных способах образования и путях проникновения библейских фразеологизмов в русский язык, я приводила примеры сходных БФ в разных языках и даже отмечала их интернациональный характер. При этом речь шла в основном о цитатных библейских оборотах. Однако и среди так называемых ситуативных БФ существует немало межъязыковых эквивалентов и интернациональных библейских оборотов.

Ср., например: Валтасаров пир (Дан. 5:23–28), le festin de Baltasar (франц.), el fest?n de Baltasar (исп.), Belshazzar’s feast (англ.); запретный плод (Быт. 2:12), le fruit defendu (франц.), fruto prohibido (исп.), forbidden fruit (англ.); египетские казни (Исх. 7-12), plaies d’Egypte (франц.), plagas de Egipto (исп.), plagues of Egypt (англ.); умыть руки (Мат. 27:24), s’en laver les mains (франц.), lavarse uno las manos <como Pilatos> (исп.), wash one’s hands of (англ.) и др.

Подобных примеров можно было бы привести ещё очень много, но, пожалуй, интереснее поговорить о различиях между Б Ф разных языков и о причинах этих различий.