ДЗАНДЗАВЕРАТА ИЗ СВИНЯЧЬИХ НОЖЕК[190] Заметки о литературе и искусстве

ДЗАНДЗАВЕРАТА ИЗ СВИНЯЧЬИХ НОЖЕК[190]

Заметки о литературе и искусстве

Почему книги продлевают нам жизнь

Когда мы сегодня читаем статьи, авторов которых беспокоит, что станет с умом человека, если появляются одна за другой новые машины, призванные заменить нашу память, во всем этом нам слышится что-то знакомое. Кто хоть немного разбирается в подобных материях, тотчас же узнает отрывок из платоновского «Федра», многократно цитированный, где фараон с беспокойством спрашивает у бога Тота, изобретателя письменности, не получится ли так, что это дьявольское ухищрение отучит человека вспоминать, а значит, мыслить.

Тот же страх, вероятно, вселился и в того, кто впервые увидел колесо. Он наверняка подумал, что люди разучатся ходить. Может быть, воины тех времен были более приспособлены к тому, чтобы бегать на марафонские дистанции в пустынях и степях, но умирали они раньше, чем мы, и сегодня многих из них в любом военном округе признали бы негодными к военной службе. Этим я не хочу сказать, что нам вовсе не о чем беспокоиться и что наша прекрасная и здоровая человеческая порода выдержит завтрак на траве близ Чернобыля: может быть, именно письменность и научила нас понимать, где нужно остановиться, а кто не умеет остановиться вовремя, тот безграмотен, хоть бы он и ездил на четырех колесах.

Недоверие к новым формам закрепления памяти проявлялось во все времена. Глядя на первопечатные книги, на грубую бумагу, которая, казалось, не выдержит больше пяти или шести сотен лет, думая к тому же о том, что эти штуковины пойдут по рукам, станут всеобщим достоянием, вроде Библии Лютера[191], первые их покупатели платили огромные деньги за расписанные вручную буквицы, чтобы создавалось впечатление, будто они по-прежнему владеют манускриптами на пергаменте. Сегодня эти украшенные миниатюрами инкунабулы стоят целое состояние, но, по правде говоря, в печатных книгах миниатюры уже были не нужны. Что мы на этом выгадали? Что выгадал человек с изобретением письменности, печати, электронной памяти?

Однажды Валентино Бомпиани запустил крылатую фразу: «Человек, который читает, стоит двоих». В устах издателя это может показаться просто удачным слоганом, но, как мне кажется, эта фраза означает, что письменность (язык вообще) продлевает жизнь. С того времени, как род человеческий начал издавать первые осмысленные звуки, у семьи и у племени появилась потребность в стариках. Может быть, до этого они были никому не нужны, их прогоняли, когда они уже не могли охотиться. Но с появлением языка старики стали памятью рода: они садились в пещере у костра и рассказывали все, что они видели собственными глазами (или слышали от других — вот вам зарождение мифа) в те времена, когда молодые еще не родились. До того, как эту общественную память стали хранить и пестовать, человек рождался, не имея опыта, и умирал, не успев его приобрести. А тут получалось, что двадцатилетний юноша как будто проживал пять тысяч лет. События, случившиеся до него, — то, чему его научили старики, — становились частью его памяти.

Сегодня наши старики — это книги. Никто об этом не задумывается, но мы богаче неграмотного (или грамотного, который не читает) тем, что он живет и проживет только свою жизнь, а мы их проживаем множество. Мы вспоминаем наши детские игры, но также и детские игры Пруста; мы пережили нашу любовь, но также и любовь Пирама и Фисбы; мы усвоили что-то от мудрости Солона; ветреные ночи на острове Святой Елены заставляли дрожать и нас; вместе со сказками, которые нам рассказывала бабушка, мы повторяем и те, которые рассказывала Шахерезада.

У некоторых создается впечатление, будто мы, едва родившись, тут же становимся несносными стариками. Но настоящая старая развалина — именно безграмотный человек (не научившийся грамоте или забывший ее): он страдает атеросклерозом с самого детства и не помнит (потому что не знает), что случилось во время Мартовских Ид. Мы, конечно, можем хранить в памяти и всякие выдумки, но чтение, помимо всего прочего, учит избирательности. Не учась на чужих ошибках, неграмотный ничего не узнает и о своих правах.

Книга страхует нашу жизнь, дарует маленькое бессмертие. Увы, жизнь наша продлевается в прошлое, не в будущее. Но нельзя получить все сразу.

1991

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЗАМЕТКИ О МЕТАФОРЕ

Из книги Письма о русской поэзии автора Амелин Григорий

ЗАМЕТКИ О МЕТАФОРЕ Кириллу Кобрину Поэзия в великой муке Ломает бешеные руки, Клянет весь мир, Себя зарезать хочет, То, как безумная, хохочет, То в поле бросится, то вдруг Лежит в пыли, имея много мук. Николай Заболоцкий. «Битва слонов» Но не надо злости Вкладывать в


Заметки о Вагнере

Из книги Искусство и коммунистический идеал автора Ильенков Эвальд Васильевич

Заметки о Вагнере Обыкновенно Вагнера представляют себе как автора ярких, блистательно оркестрованных симфонических эпизодов — полёта валькирий, заклинания огня, шороха леса и тому подобных поражающе красочных картин. Это представление складывается совершенно


ЧАСТЬ IV Монгольское правление и воцарение династии Мин Эпохи Юань и Мин (1279–1644 гг.) Секс в литературе и искусстве

Из книги Сексуальная жизнь в древнем Китае автора ван Гулик Роберт

ЧАСТЬ IV Монгольское правление и воцарение династии Мин Эпохи Юань и Мин (1279–1644 гг.) Секс в литературе и


В ЗАЩИТУ НОЖЕК БУША

Из книги Почему Россия не Америка автора Паршев Андрей Петрович

В ЗАЩИТУ НОЖЕК БУША Опять приведу обширную цитату из Ю. И. Мухина: «…Сейчас поют дифирамбы международной торговле, и можно даже сказать, кто заказывает эти дифирамбы — международное банковское сообщество, оно на ней наживается. Но вообще-то, идеальный случай экономики


ЗАМЕТКИ КОММЕНТАТОРОВ

Из книги Новые безделки: Сборник к 60-летию В. Э. Вацуро [Maxima-Library] автора Песков Алексей Михайлович

ЗАМЕТКИ КОММЕНТАТОРОВ И. З. Серман Два опыта комментирования 1. СПОР О МОЗАИКЕВ литературных событиях 1759 года есть один, не до конца проясненный эпизод.В 1750-е годы, как определил Г. А. Гуковский, Ломоносов и Сумароков, «два титана литературы, стояли друг против друга с


Позиции производственничества в контексте полемики о пролетарской литературе и искусстве 1920-х годов

Из книги Коллективная чувственность. Теории и практики левого авангарда автора Чубаров Игорь М.

Позиции производственничества в контексте полемики о пролетарской литературе и искусстве 1920-х годов Переходим к полемике, которая разгорелась в связи с проблемой пролетарского искусства между теоретиками ЛЕФа, идеологами Пролеткульта и РАПП, а также группы «Перевал» и


Глава 1. Моти в волны в искусстве модерна и литературе символизм а

Из книги Изображение и слово в риторике русской культуры ХХ века автора Злыднева Наталия Витальевна

Глава 1. Моти в волны в искусстве модерна и литературе символизм а Мотив волны относится к числу самых излюбленных мастерами модерна. Наряду с растительными мотивами, мотивами обнаженного тела, женских волос, морских раковин, змей, крыльев птицы и других органических


Мотив волны в искусстве модерна и литературе символизма

Из книги Таинства кулинарии. Гастрономическое великолепие Античного мира автора Сойер Алексис Бенуа

Мотив волны в искусстве модерна и литературе символизма Эти и многие другие универсальные свойства мотива особенно отчетливо заявили о себе в русском искусстве эпохи модерна. Однако прежде чем обращаться к бытованию мотива в материи графики, живописи, скульптуры,


Заметки к Введению

Из книги С Евангелием в руках автора Чистяков Георгий Петрович

Заметки к Введению Заметки к введению Иллюстрации. Автор всех иллюстраций Дюрер.Они нарисованы на обратной стороне латинского перевода, сделанного другом художника Пиркхаймером. См. «Die Hicroglyphenkundedes Humanismus in der Allegoric der Renaissance», Karl Giehiow.Эта книга является неоценимым


Заметки о византийской литургии

Из книги Лики России (От иконы до картины). Избранные очерки о русском искусстве и русских художниках Х-ХХ вв. автора Миронов Георгий Ефимович

Заметки о византийской литургии В каждой Церкви свой обряд (римский, миланский, византийский, армянский, сирийский и т. д.) передается из поколения в поколение. Это что-то вроде апостольской преемственности. Причем в каждом обряде есть моменты, особенности, не


Русский костюм XIX в. и его отражение в современной ему литературе и искусстве

Из книги автора

Русский костюм XIX в. и его отражение в современной ему литературе и искусстве Помните пушкинское: «Кто там, в малиновом берете, с послом испанским говорит?..» Еще бы, ведь это же Евгений Онегин о Татьяне Лариной на балу! А почему Пушкин так одел Татьяну? Почему его любимая