В КОНЦЕ ФИЛЬМА ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ

В КОНЦЕ ФИЛЬМА ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ

История о том, как экзистенциальный герой в пограничной ситуации становится и жертвой, и палачом, повторилась три раза. "Дюба-дюба", "Утомленные солнцем" и "Кавказский пленник" составили своеобразную трилогию О.М., повесть о жизни и смерти в отсутствие любви. Добротный, ладно скроенный и крепко сшитый фильм Сергея Бодрова, к творчеству которого я питаю давнюю слабость… хотя почему слабость?.. Это первая ласточка русской политической корректности, которую, я думаю, высоко оценят на родине этой самой корректности. Тот "мистер Грин", о котором я писала ("Сеанс" №11), заметит свою птичку, добродушную, мягкую и человеколюбивую. "Зачем мы здесь с оружием?" - недоуменно спрашивает камера Павла Лебешева. - "Здесь надо бар после войны открыть", - предлагает Саша своему сопленнику Ване (Сергей Бодров-junior). Откроем, Саша, но без тебя… Что-то раздражало меня в работе О.М. Я понимала, что играет он отлично и как всегда, но раздражение было. Наконец, я поняла, что хочу отклеить усы с этого лица. Усы годились в молодости, когда были вторичным половым признаком. Но теперь они мешают. Усы Сашки-детдомовца, у которого больной сын в Чите и который травит байки про яйца и презервативы, мешают лицу О.М., получающему все возможные русские, европейские и мировые премии за актерскую работу. Алена Солнцева неплохо написала про этот образ: "Меня удивляет, как рафинированному и ведущему суперзамкнутый образ жизни Меньшикову удалось подсмотреть эту особенную уличную грацию, эту блатную жестокость, это обаятельное безмыслие и одинокую неприкаянность российского наемника и снова обеспечить подлинность снимавшемуся хоть и в приближенных к правде жизни, но все-таки в декорациях, очень красивому, постановочному фильму." ("Огонек", №29, с.54). В фильме Бодрова воспроизведена архетипическая ситуация: два бойца, два товарища, два солдата на фатальной русской войне с Кавказом. Один холерик, другой флегматик. Один человек войны, другой человек мира. У одного есть мама, у другого нет. Весь слой характерности, адресованный широкой публике, сыграл О.М. легко и блестяще. Публика принимает его моментально и одобрительно ржет. Ей нравится, что звезда спустилась вниз и играет "одного из нас". Но то, что нравится народу, раздражает часть образованной публики. Томительное желание отклеить О.М. усы вызвано тем, что эта часть хочет видеть своего героя. Но права присваивать себе О.М. интеллигенция не имеет, и народные демократические усы с лица Саши из "Кавказского пленника" мы не отклеим с вами уже никогда. О.М. сыграл и для народа, и для интеллигенции. Для народа - своего бессменного Костика, который научился убивать и которому это понравилось, для интеллигенции - экзистенциального героя, решившего стать палачом, а ни в коей мере не жертвой. Он живет в фильме с исключительным напряжением - а вечный Костик, как всегда, беспечно и весело. То он болтает, смеется и танцует - а то сидит мрачно и сверкает зло глазами. Великолепно сделана сцена, когда О.М. рыдает под марш "Прощание славянки". Он оплакивает русского солдата, таким позором, таким ужасом, такой трагедией заканчивающего историю боевой славы русского оружия. Куда вы забрели, два товарища, два бойца? Что вы натворили? Но воевать было надо. "Надо, Ваня, это война," - так говорит в фильме О.М. Позор, ужас и трагедия были неизбежны. И герой это принял. И как только, привезя водку "товарищу майору", он стал беспечно поливать ночную мглу автоматной очередью, стало ясно, что дело может кончиться только смертью. В последний раз прозвучит "Синенький скромный платочек". Рука, вскинутая в последнем привете товарищу. И сама смерть, когда О.М. каким-то невозмутимым жестом пытается поставить на место голову, падающую с разрубленной шеи… Но Сергей Бодров добрый и гуманный человек. Он воскрешает и своего чудесного сына, и О.М. "Смерти нет, ребята!" - говорит он. Смотрите, О.М. весел, он улыбается, ему там хорошо… Но смерть есть, и герою "Кавказского пленника" там - не будет хорошо.