Клевета как оружие
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/473841_i_110.jpg)
Как мы уже отмечали, главным оружием, с помощью которого был начат судебный процесс, стала КЛЕВЕТА. Ей вовсе не обязательно быть достоверной, достаточно самого факта клеветы. Даже если потом выяснится, что это неправда, она уже всё запятнала, уже посеяла сомнения, уже испортила все вокруг, и теперь ничто никогда не станет таким, как раньше. Это, пожалуй, один из самых опасных ядов и самое нечестное, самое несправедливое оружие, которое, к тому же, было использовано против тех, кто старался превыше всего ставить справедливость.
Как используется клевета? О тамплиерах на протяжении двухсот лет их существования говорили многое, где-то их любили, где-то боялись, но что совершенно точно – их уважали. Они были честными и достойными людьми, с этим все были согласны. Именно такое впечатление прежде всего и надо было начать разрушать в массовом сознании, этим с полным пониманием дела и займутся.
Итак, с чего начать?
Подвергнуть критике, например, их поведение в бою. Про столь активных и успешных воинов стали говорить, что на самом-то деле они «не столь уж отважны», что «скорее безрассудны», даже слегка безумны. Что нужно еще посмотреть, как они вели себя в бою. А потом, потеря Святой Земли – разве это не их вина? Разве не они поддерживали эти странные отношения с мусульманами, заключали с ними договоры о мире? И вот смотрите, сколь плачевно все это закончилось для Запада и для европейцев!
После этого, снова на уровне общественного мнения, были запущены вполне стандартные наветы: «да ведь они еретики», ведь если они дружили с мусульманами, а мусульмане – еретики, значит, и тамплиеры тоже еретики; да к тому же еще и колдуны, да еще и поклоняются идолам.
Клевета проникла и в среду феодальных сеньоров – дело представили так: смотрите, скоро тамплиеры завладеют всем вашим имуществом! Смотрите, как они разрослись, сколько в их владениях земель, сколько командорств! Если благородные феодалы не позаботятся, то лет через сто у них не останется ни одного замка, никаких земель, вообще ничего. Это же грозит большой бедой!
А чем пугали духовенство? Смотрите, сколь опасны эти тамплиеры: у них есть право исповедовать, право отпускать грехи, но мало этого, они ведь самые настоящие еретики, потому что во время мессы не следуют точно словам освящения! А поклонение идолам? А нарушение обета целомудрия?
Договорились уже и до того, что тамплиеры на своих церемониях поджаривают новорожденных младенцев, а собранным жиром, что самое жуткое, натирают до блеска своих идолов.
Со временем вся эта клевета достигает своей цели и дурная слава тамплиеров растет.
Внимание всех авторов особенно привлекает небывалая покорность, с которой тамплиеры принимают арест и суд.
Никто не понимает, почему они не сопротивляются. Что происходит? Почему они так спокойны? Кто-то говорит, что их застали врасплох и они были настолько ошеломлены, что потеряли всякую способность реагировать на происходящее.
Но все это сомнительно, ведь если их застали врасплох, почему, например, в командорствах не было найдено практически никаких денег? Все священные предметы, сокровища, чаши, которые, очевидно, должны были там храниться, – их там не было. Не было ничего. Так разве это свидетельствует о внезапности? А было ли это действительно внезапно?
Существуют версии, что за день до ареста из главного дома тамплиеров в Париже, от знаменитой Башни тамплиеров, ночью скрытно выехало множество повозок с соломой. Они вывозили сокровища? Повозки вообще имели какое-то отношение к тамплиерам? Единственное, что нам известно наверняка, – что ничего не было найдено.
Нужно принять во внимание еще одну деталь. Приказ об аресте вступил в силу одновременно по всей Франции. Чтобы это стало возможно, бумаги с приказом следовало разослать заранее, иначе они могли не успеть всюду дойти вовремя. А что если какая-то информация все же просочилась? Поскольку все эти события затрагивали самые разные уровни, совсем не странно было бы предположить, что в том или ином месте, через какого-то писаря или какого-то гонца, доставлявшего приказы, тамплиеры могли заранее узнать о том, что их ожидало, а значит, могли предпринять все необходимые меры предосторожности.
Затем следуют и другие вопросы. У тамплиеров были люди с оружием, их было много: рыцари, оруженосцы, сержанты, все отлично подготовленные – целая армия, великолепная, дисциплинированная. Почему они не оказали сопротивления? Почему не взбунтовались?
И мы сразу же вспоминаем, что устав строго запрещал им поднимать оружие против христиан, включая те ситуации, когда речь шла о защите. Они могли защищаться только после того, как были атакованы трижды. Ясно, что здесь они были атакованы единожды, да, этот один раз стоил трех, но все равно это был один раз. И если они беспрекословно следовали требованиям устава, то не могли взять в руки оружие. Возможно, они сделали бы это, если бы Великий магистр отдал соответствующий приказ, но Великий магистр был арестован одним из первых, а потому подобного приказа отдать не мог, и, скорее всего, тамплиеры, не получив других указаний свыше, точно следовали своим законам.
Они были, как мы уже сказали, брошены в тюрьму, их подвергали допросам и пыткам. Те, кто не давал признательных показаний, попросту исчезали. Тех же, кто соглашался признаться, оставляли жить, и это их признания дошли до наших дней. В основном это признания и фальшивые свидетельства тех, кто был исключен из ордена, поскольку на то были причины, или служители ордена из числа работников на фермах. Они не слишком-то были осведомлены о внутренних порядках в ордене и в лучшем случае знали кое-что о повседневной жизни, об обычной работе и легко рассказывали об этом. А если их спрашивали: «Не кажется ли вам, что вы видели то-то и то-то?» – бедняги отвечали: «Да, кажется, мы именно это и видели». И этого было достаточно: естественно, они видели худшее, а потом уже следовали соответствующие интерпретации.
Подготовленность и предвзятость этих допросов была настолько очевидна, что даже сам папа Климент V приостановил соответствующие полномочия инквизиции и дал указание создать в каждом диоцезе свой трибунал, за который отвечал бы местный епископ, а ему помогали бы еще некоторые священнослужители, преимущественно доминиканцы и францисканцы.
Прибегать к помощи цистерцианцев никто и не думал, поскольку более чем вероятно было, что они выскажутся в защиту тамплиеров.
Многие епископы находили убедительные предлоги, чтобы не создавать эти трибуналы, потому что не хотели никоим образом себя компрометировать.
Другие, не дожидаясь создания трибунала, просто сжигали тамплиеров, находившихся в их руках, без суда и следствия. Так произошло, например, с 54 тамплиерами, которые находились в парижской тюрьме, у них не было ни одного допроса.
Тем не менее в некоторых местах эти маленькие суды все же были созданы, были проведены новые допросы, уже без пыток. И что же произошло? Все подсудимые отказались от своих прежних показаний. Но почему произошло то, что произошло дальше? Потому что они оказались в ситуации «что бы вы ни сделали – все равно пожалеете». Раньше, когда они признавались в ереси, их должны были сжечь из-за ереси. Когда же они отказались от своих показаний, их тоже должны были сжечь – теперь уже за дачу заведомо ложных показаний. Это означало, что у них не было никаких шансов на спасение, ни когда они под давлением давали признательные показания, ни когда в более спокойной обстановке отказывались от них. В любом случае они оставались виновными.
Со своей стороны, папа сказал, что собирается взять на себя ответственность за самых важных людей ордена, что он лично будет судить Великого магистра и высших чинов ордена. Поскольку сам он находился в Авиньоне, нужно было их всех перевезти из Парижа. Случилось так, что по дороге, где-то в окрестностях Пуатье, вся процессия остановилась – видимо, некоторые из важных подсудимых заболели, и не хотелось, чтобы болезнь распространялась дальше. Была сделана остановка в известном замке Шинон, о граффити в котором мы уже говорили. Там и были заключены эти высокопоставленные лица, которые так никогда и не встретились с папой, так и не смогли объяснить свою позицию и тем более сказать что-то в свою защиту.
Прошло пять лет. И вот в 1312 году был созван Вьенский собор, чтобы судить тамплиеров. Но, похоже, на этом соборе ситуация стала складываться в пользу тамплиеров, и перед лицом этого весьма неожиданного обстоятельства папа, чтобы прекратить существование ордена, издал буллу, которая уже не позволяла никакого отступления.
Этой буллой орден распускался, а все его имущество, по крайней мере во Франции, передавалось в распоряжение ордена Св. Иоанна Иерусалимского. Присутствовавшие на соборе были запуганы, никто не рискнул сказать в защиту тамплиеров ни единого слова.
Но интересно, что на маленьких советах на уровне провинций, на маленьких провинциальных судах, которые начали работать лишь незадолго до этого, тамплиеры в подавляющем большинстве случаев признавались невиновными.
В Италии и в Германии вообще не было предпринято никаких действий против тамплиеров.
Хотя и говорят, что в Испании, в Арагоне, тамплиеры восстали против войск короля, вряд ли это действительно было так. Германия и Испания позволили большинству тамплиеров перейти в другие ордены.
В Португалии король их решительно защищал и даже создал для них особый орден рыцарей Христа, к которому перейдут все владения и имущество тамплиеров и который сохранит даже крест тамплиеров.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/473841_i_111.jpg)
Последний Великий магистр тамплиеров Жак де Моле
Рисунок. XIX в.
В Англии прошли допросы, имели место мелкие столкновения, но все это не получило такого размаха, как во Франции.
В Германии произошло нечто весьма любопытное. Тамплиеров не арестовали. На суде во Франкфурте их призвали на заседание, и они явились в полном вооружении. Судья сказал, что не стоит настаивать на чем-то, что все, мол, хорошо. Поэтому многие авторы задаются вопросом: если тамплиеры были столь сильны, что, просто явившись в полном рыцарском облачении при оружии, достигли того, чего достигли, – почему они не сделали так раньше?
Но надо принять во внимание, что в Германии вообще не было предпринято никаких действий, направленных непосредственно против тамплиеров, как во Франции. А кроме того, папская булла имела такой характер, что после нее возражения уже были невозможны.
14 марта 1314 года в Париже Великий магистр ордена тамплиеров Жак де Моле был сожжен на костре, несмотря на то что публично отрекся от своих слов. Этот отказ уже не имел никакого значения, потому что, как мы уже говорили раньше, тамплиеров признавали виновными в любом случае – и когда они признавались, и когда отрекались от признаний.
Начиная с этого момента все привилегии, которыми пользовались братства строителей, начинают исчезать.
Те, кто называли себя «Компаньонами Соломона», постепенно рассеиваются, превращаются в «Компаньонов долга и свободы»[4] и, что естественно, покидают Францию. Многие из них направляются в Германию, и большинство немецких готических соборов – дело рук этого братства строителей.
Если орден тамплиеров подчинялся исключительно папе, то очень трудно было открыто судить орден, это мог сделать только сам папа.
Но при этом вполне можно было судить тамплиера как личность, как отдельного человека. Это и было сделано – начали с отдельных людей, их отдавали под суд, получали признания, а потом уже эти признания можно было использовать против всего ордена. И в итоге инквизиция оказалась готова возбудить дело.
И светская власть, и церковная власть, каждая по-своему, допустили это. Нет, они не действовали открыто против ордена, но и ничего не предпринимали в его защиту, просто умыли руки, а процесс тем временем шел своим чередом.
Список В ОПР ОСОБ, которые задавали тамплиерам на допросах, чтобы получить их признания, не слишком длинный, к тому же он переведен, и мне показалось интересным коротко пересказать те положения, которые их заставляли подтвердить.
– Их заставляли подтвердить, что при приеме новых членов тем завязывали глаза, а капитулы проходили тайно после наступления ночи или во время первой стражи.
– Послушник в момент принятия всегда отрекался от Христа, а также от распятия, Бога, Пресвятой Богородицы и всех святых (это при том, что святой Бернар начинал с благоговейного почитания Девы Марии).
– Те, кто принимали послушников в орден, учили их, что Христос – не настоящий Бог, что он был лишь лжепророком, что не претерпел страданий и распятия ради искупления рода человеческого, а лишь был наказан за преступления, которые совершил.
– Послушников заставляли плевать на крест. Не верили ни в святость алтаря, ни в другие таинства церкви. Верили, или, по крайней мере, утверждали, что Великий магистр может давать отпущение грехов, как и ревизоры и наставники, среди которых было много мирян.
– Священники ордена опускали в каноническом ритуале мессы слова освящения.
– Новопринятым братьям говорилось, что они могут вступать в плотскую связь друг с другом.
– После обряда принятия братья – тот, кто принимал, и тот, кого принимали, – обменивались поцелуями в губы, в пупок или в оголенный живот.
– В каждой провинции были идолы, какие-то головы, некоторые из которых имели три лица, Другие – одно, а иные просто представляли собой человеческий череп. Утверждалось, что головы эти могут спасти их, что они обеспечивали все богатства ордена и могли заставить расцветать деревья и плодоносить землю.
– Опоясывали верхнюю часть головы упомянутых идолов или касались ее веревкой, а потом повязывали на теле под рубахой. Рекомендовалось всегда оставаться подпоясанными этой веревкой, даже ночью.
Кроме того, все эти вопросы сопровождались другими, не менее коварными, например, происходило ли это в такой-то провинции, или в таких-то королевствах, или вообще повсюду, была ли это старая традиция, совершалось ли это в соответствии с уставом ордена и т. д.
Именно в этом и следовало признаться, чтобы сохранить себе жизнь. Как мы видим, если кто-то во всем признавался, жизнь спасти этим все равно не удавалось – кого же оставят в живых после подобных признаний?
Можем ли мы с уверенностью сказать, что все эти утверждения были ложными? Нет, потому что головы точно были, ведь церемония приема в орден была действительно не совсем обычной церемонией. Проблема не в том, что было в действительности. Проблема в том, как воспринималось то, что было в действительности. Проблема в том, как толковались отдельные факты, которые вне общего контекста превращались в абсурд. А от абсурда до клеветы расстояние не больше лезвия ножа.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/473841_i_112.jpg)
Протокол допроса тамплиеров
1307. Национальная библиотека Франции, Париж.
Фото репродукции
Так в значительной мере и произошло – немного вольных трактовок, немного непонимания, умышленного или по незнанию… Доподлинно известно одно – обвинения достигли своей цели.
Орден тамплиеров исчез как орден, тамплиеры остались как миф, как легенда, и в первую очередь – легенда об их сокровищах.
Согласно папской булле, которой был распущен орден Храма, все его богатства и имущество были переданы ордену госпитальеров Святого Иоанна Иерусалимского. Тем не менее осталось все имущество в королевствах Кастилии, Арагона, Португалии и Майорки, которое не было передано госпитальерам и осталось в распоряжении Святого Престола.
Казалось бы, проблема решена – сокровища тамплиеров наконец в руках тех, кто так активно на них претендовал. Но случится нечто любопытное, любопытное в историческом плане, благодаря чему загадка останется.
Когда представители Филиппа IV пришли в командорства, они там ничего не нашли, разве что то, что невозможно увезти: плуги, рабочие инструменты, денежные вклады, не принадлежавшие тамплиерам. Это еще раз позволяет нам говорить о полной честности этих людей, о том, что они и не прикасались к тем средствам, которые служили обеспечением для выдававшихся тамплиерами заемных писем. Но богатства тамплиеров исчезли.
Можно предполагать, что не во всех командорствах было много денег, но ведь где-то они должны были быть! Тогда где? Где все эти драгоценности, чаши и прочие маленькие сокровища, которые есть в любой церкви?
Возможны два варианта. Может быть, чиновники Филиппа IV оставили все себе и сказали, что ничего не нашли. Другой вариант – тамплиеры заранее знали о готовившихся арестах и заблаговременно позаботились о том, чтобы сохранить все самое важное и ценное.
Представим, что офицеры короля забрали то, что нашли, себе. Что это было? Золото, серебро, ценные вещи? Но ведь там должны были быть и разные бумаги, и документы, и книги. Тем не менее не осталось ни одного документа, ни одной бумаги, ни одной книги. Да, скорее, создается впечатление, что они все увезли, все спрятали. Вот откуда берет начало легенда о сокровище тамплиеров, которое где-то скрыто.
Нас бы не удивило, если бы в каждом командорстве были крепкие сундуки или по крайне мере тайники, тем более что в те времена было много грабителей, мародеров, воров и вооруженных разбойников, да и много других опасностей, которые угрожали сохранности разных богатств. Поэтому тамплиеры охраняли перевозку денег и ценных товаров. Если в командорствах были тайники, можем ли мы предположить, что инквизиция или те же госпитальеры, которые вступили потом во владение этими командорствами, не подвергли их тщательному обследованию? Конечно же, подвергли и либо нашли эти тайники и никому ничего об этом не сказали, либо так ничего и не обнаружили.
Можно предположить и другое: возможно, что тамплиеры, которым удалось спрятать свои сокровища, потом вернулись в те места и забрали его оттуда. Или если они и не знали о точном положении тайников, то имели ключи, с помощью которых могли разгадать, где скрыты сокровища.
Некоторые считают, что знаменитые граффити на стенах замка Шинон – это не просто граффити, которые оставили рыцари в момент отчаяния и одиночества, но зашифрованное послание, и они начертали его в уверенности, что оно дождется тех, кто сможет его прочитать и, главное, правильно понять, где искать то, что следует искать.
Никто не может утверждать этого наверняка, потому что даже если мы и понимаем, что символы имеют то или иное значение, то как быть, если символы зашифрованы? А если за этими символами помимо их основного значения стоит особый язык – кто сможет правильно прочесть и понять все это? Только тамплиер. А нам остается лишь восхищаться, размышляя о том, сколь высока была их мудрость и сколь глубоки были их эзотерические познания.