17. Образы, метафоры

17. Образы, метафоры

Язык Эсхила богат образами, многие из которых сложны и требуют работы воображения. (Театр более позднего времени, «классический» в полном смысле, отдалится от Мистерий и станет более ясным и понятным.) Например, в первом стасиме* «Персов» говорится, что в битве при Саламине мертвые тела, падавшие в море, разрывали на части немые чада пучин. Если рассматривать эту фразу отдельно, то ясно, что речь идет о рыбах. Но если принять во внимание, что это часть длинного повествования, то можно представить себе, какое внимание и напряжение требовалось от публики, чтобы она могла понять, о чем здесь говорится. Так одновременно обогащался язык зрителей и сами они невольно тренировали внимание, как это делали те, кто готовился к посвящению в Мистерии.

В «Просительницах» есть фраза: «Открытая вершина неприступной, отвесной и грубой скалы, что теряется в вышине, безжизненная, недоступная для коз и только грифами любимая».

Такая концентрация прилагательных, которые к тому же на языке оригинала звучат весьма своеобразно, производит необычный эффект и на того, кто это произносит, и на того, кто слушает.

В других местах Эсхил дает публике отдохнуть, объясняя тот или иной образ. В «Просительницах» Даная произносит простые слова: «Я вижу облако пыли, немого вестника войска».

Метафора* – излюбленная языковая фигура Эсхила, как и гомеровского эпоса с его неторопливым, торжественным ритмом, – производит сильное эстетическое воздействие. Но к ней добавляется еще и ямб*, которым написаны диалоги, требующие ярких, точных и сжатых метафор.

Любая трагедия Эсхила, насколько мы знаем, имела один центральный мотив, одну своего рода большую метафору, вокруг которой вращались и сталкивались другие, меньшие и менее значимые. Эсхил снова воспроизводит механизм Природы, проявляющийся на любом уровне – физическом, психологическом или духовном.

Дюмортье полагает, что лейтмотив «Прометея прикованного» – это так называемая «сбруя Прометея», поскольку все приспособления, которые использует Гефест, чтобы удержать титана, напоминают сбрую лошади.

Гермес говорит Прометею: «Ты, как жеребчик необъезженный, узду кусая, вздыбился, вожжам противишься» (пер. А. Пиотровского).

В «Персах» центральным мотивом выступает ярмо.

В «Семерых против Фив» им оказывается буря. Осажденный город многократно сравнивается с кораблем, сражающимся против натиска волн вражеского войска, а Этеокл – с капитаном, который крепко сжимает руль на корме корабля.

В «Агамемноне» основной метафорой, как полагают современные исследователи, становится сеть. Эсхил создает двойную метафору: в первом стасиме хор говорит о сетях, опутавших Трою, а затем упоминается сеть, которую Клитемнестра и Эгист накинули на Агамемнона. Кассандра в своем видении описывает ее так: «…Аида сеть, туника, накрывшая его в постели, орудье смерти» (пер. С. Апта). (Имеется в виду одежда, изорванная ударом кинжала?)

В «Хоэфорах» главной метафорой является змея. В первом эписодии* Орест молит Зевса о защите:

О Зевс, о Зевс-владыка, погляди на нас!

Здесь пред тобой осиротевший выводок

Орла-отца, задушенного кольцами

Змеи коварной. Голод изнурил птенцов.

Они одни остались. Не под силу им

Добычей наполнять гнездо отцовское.

(Пер. С. Апта)

Орел, царь птиц, символизирует Агамемнона, царя царей.

В «Эвменидах» основная метафора – свора собак, обманутая оленем. (Олень – одна из форм, в которой предстают Аполлон и Дионис; позже ее взяли христиане, поместив солнечный диск между рогами этого животного.)

Кассандра перед троянцами

(из книги: Michel de Marolles, Tableaux du temple des Muses,1655)

Подобные примеры можно в изобилии найти у Дюмортье, но мы полагаем, что приведенных нами достаточно, чтобы читатель почувствовал некоторую поверхностность подобных интерпретаций. Их нельзя назвать совершенно ложными, просто они не выходят за рамки экзотерических облачений, не идут дальше простого упоминания таинственных образов, мало или вовсе ничего не объясняющих.

Посейдон – Владыка коней

(из книги: John Flaxman, T. Piroli, Compositions fr om the Iliad of Homer,1793)

Возвращаясь к первому сравнению Прометея с конем, на которого Гефест надевает сбрую, уместно вспомнить, что в древних Мистериях «Владыкой коней» был Посейдон, властелин глубинных скал. Иными словами, все не так просто, как кажется, и то, о чем посвященный Эсхил умолчал или что представил в метафорах, нелегко и даже неблагоразумно раскрывать. Наш «интеллектуализм», сменивший наивные детские объяснения, стремится развеять магию этих шедевров, разрушить их очарование, низводя его иносказания, которые ко временам Эсхила существовали уже тысячи лет, до простых движущихся фигур, до чисто декоративной символики, как если бы речь шла о картинках с изображениями версальского или викторианского сада.

Странно видеть, как авторы, которые ни за что не пропустили бы ни одной страницы в книге, не задумавшись над ней, совершают ошибку, проходя мимо эзотерического символизма, мимо тайн и загадок, созданных с явной целью передать истину, но в другом измерении – более возвышенном, чем просто сценическая картина или диалог.

Итак, по нашему мнению, лучше всего оставить каждого, с его интуицией и уровнем культурного развития, наедине с этими чудесами и указать лишь на отдельные элементы, которые позволят оценить величие труда Эсхила. И дай-то бог, он станет источником вдохновения для новых трудов подобного масштаба.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

2. Образы кошмара

Из книги Ужасы на Западе автора Делюмо Жан

2. Образы кошмара Несмотря на преувеличения, описание чумы теми, кто ее пережил, подтверждают связь между кризисами материального положения общества и появлением чумы. Общественное сознание связывает эпидемии с двумя другими бедствиями: голодом и войнами. Чума подобна


ОБРАЗЫ ПЕТЕРБУРГА

Из книги Душа Петербурга автора Анциферов Николай Павлович

ОБРАЗЫ ПЕТЕРБУРГА О Рим, ты целый мир![144] (Гете) Образ города имеет свою судьбу. Судьба понимается здесь как органическое развитие единичного явления. Понятие судьбы приложимо только к личности как носительнице индивидуального начала. Судьба есть историческое выявление


ЗВУКОВЫЕ МЕТАФОРЫ В ПОЭЗИИ БРОДСКОГО

Из книги Иосиф Бродский: Американский дневник автора Глазунова Ольга

ЗВУКОВЫЕ МЕТАФОРЫ В ПОЭЗИИ БРОДСКОГО Кроме красок и зрительных образов, восприятие поэтического текста обусловлено его звучанием. Стихотворение представляет собой звуковой ряд, который при воспроизведении оказывает определенное смысловое и эмоциональное воздействие


Метафоры, которые нам вешают на уши

Из книги Русский со словарем автора Левонтина Ирина Борисовна

Метафоры, которые нам вешают на уши Предлагаю всем желающим повторить нехитрый эксперимент: войти в Интернет и задать в поисковой строке сочетание холерный эмбрион. Да-да, не вибрион (микроорганизм, имеющий вид изогнутой палочки, запятой), а именно эмбрион (зародыш). Вы


МЕТАФОРЫ-СИМВОЛЫ

Из книги Поэтика древнерусской литературы автора Лихачев Дмитрий Сергеевич


Дворцы как метафоры власти

Из книги Дворец в истории русской культуры. Опыт типологии автора Никифорова Лариса Викторовна

Дворцы как метафоры власти Довольно часто звучит мысль о том, что дворцы воплощают могущество абсолютной власти. С этим трудно спорить, но следует заметить, что для историко-культурологического исследования важно понять, каким образом представлялось создателям дворцов


СветланаЛучицкая (Москва) Метафоры средневекового общества: тело, здание, шахматы

Из книги На меже меж Голосом и Эхом. Сборник статей в честь Татьяны Владимировны Цивьян автора Зайонц Людмила Олеговна

СветланаЛучицкая (Москва) Метафоры средневекового общества: тело, здание, шахматы Мир – это как бы шахматная доска: одна клетка белая, а другая черная, так сменяют друг друга жизнь и смерть, счастье и несчастье. Из средневекового трактата Современная лингвистика


Образы богинь

Из книги Богини в каждой женщине [Новая психология женщины. Архетипы богинь] автора Болен Джин Шинода


ОБРАЗЫ СМЕРТИ

Из книги Два Петербурга. Мистический путеводитель автора Попов Александр


ОБРАЗЫ БЕЗУМИЯ

Из книги Бесы: Роман-предупреждение автора Сараскина Людмила Ивановна

ОБРАЗЫ БЕЗУМИЯ «Тут на горе паслось большое стадо свиней, и они просили Его, чтобы позволил им войти в них. Он позволил им. Бесы, вышедши из человека, вошли в свиней; и бросилось стадо с крутизны в озеро и потонуло. Пастухи, увидя случившееся, побежали и рассказали в городе и


Византийские образы

Из книги Метафизика Петербурга. Историко-культурологические очерки автора Спивак Дмитрий Леонидович

Византийские образы Ключевую роль в сложении «петербургского текста» суждено было сыграть пушкинской поэме, получившей простое название «Медный всадник». Листая страницы поэмы, определенной в подзаголовке как «петербургская повесть», мы встретимся с удивительным


Пантеон: от метафоры – к понятию

Из книги Образ России в современном мире и другие сюжеты автора Земсков Валерий Борисович

Пантеон: от метафоры – к понятию Говоря о пантеоне, мы оперируем метафорой. В принципе, сколько бы ни был велик пафос борьбы за «точность» литературоведческой науки, пополнение понятийного ряда метафорами – дело не подконтрольное и неизбежное. На мой взгляд, лишь бы


МЕТАФОРЫ ЧТЕНИЯ

Из книги История чтения автора Мангуэль Альберто

МЕТАФОРЫ ЧТЕНИЯ Двадцать шестого марта 1892 года Уолт Уитмен умер в доме, который он купил примерно за десять лет до того, в городе Кэмден, Нью-Джерси. К этому времени он выглядел как ветхозаветный царь, или, как писал Эдмунд Госсе, «здоровенный старый ангорский кот».