Глава восьмая Проституция средних веков. IV. Надзор и борьба с проституцией. (Законодательство, полиция нравов, дома магдалин)

Глава восьмая

Проституция средних веков. IV. Надзор и борьба с проституцией. (Законодательство, полиция нравов, дома магдалин)

В предыдущих главах мы уже подробно рассмотрели и обосновали отношение средневекового христианского государства к проституции (см. в особенности гл. V). Мы привели доказательства того, что и в этой области решающее значение имела церковная власть, которая объявила проституцию и публичные дома необходимым злом. Такой взгляд лежит в основе всех законодательных и полицейских мер государственной власти. В этом отношении все средневековое законодательство, касающееся проституции, было вполне однородно, хотя оно, разумеется, обнаруживало некоторые особенности соответственно различным национальным и местным условиям. Всюду замечается стремление строго локализировать проституцию и ограничить ее подлежащими государственному надзору публичными домами и известными бордельными улицами и квартирами, по возможности удаляя ее от соприкосновение с честным населением. С этой целью в городах всюду очень строго преследовали тайную проституцию и всеми средствами старались искоренить ее, переводя тайных проституток в разряд явных, живущих в публичных домах, чтобы создать возможность постоянного надзора за ними. Так же строго боролись с сводничеством и проституцией честных женщин, а также с всякого рода публичным соблазном (хотя бы возбуждаемым бордельными проститутками). В этих случаях применялись телесные и позорящие честь наказания.

Государственная регламентация и контроль над публичными домами развился в средние века в систему, урегулированную до малейших подробностей, в своего рода бухгалтерию о каждом публичном домеи о каждой отдельной проституткево всем, что касалось возраста, здоровья, жилища, доходов и т. д. Об этом свидетельствуют сохранившиеся еще до сих пор списки налогов, например Безансона (у Ле Пилер, стр. 59 и след.), и подробные записи проституток Майнца и Страсбурга. Кроме того контроль старались облегчить строгими предписаниями относительно одежды проституток и, наконец, систематическими обысками, которые устраивались от времени до времени во всех частях города, чтобы отыскивать проституток и сводников, живущих вне отведенных для них районов.

Все эти меры проводились на основании законов. Таковы 1) общие законы отдельных государей и 2) специальные законы и предписание различных стран и городов. Так как смысл чрезвычайно многочисленных средневековых законов о проституции в главном соответствует указанной выше точке зрения, то для научного изложение совершенно достаточно краткого систематического обзора главнейших общих и специальных предписаний в этой области, тем более, что существенное мы уже изложили выше.

Из общих государственных законов, касающихся проституции, мы должны, прежде всего, назвать, как старейший, вестютский закон, затем капитулярии Карла Великого, законы различных византийских императоров, английские законы Генриха II (от 1161 года), неаполитанские законы королей Роджера и Вильгельма и императора Фридриха 11 (от 1221 года), предписание в «Siete Partidas» и ордонанс Джемса II от 1321 года, и знаменитые предписание французского короля Людовика IX Святого, португальские законы 15 столетия, персидские законы Газам Хана от 13 столетия.

Из специальных законов мы назовем юридический сборник Рупрета фон-Фрейзиша от 1296 года, швабское государственное право, городские предписания Авиньона, Венеции, Вамнции, Безансона, Бреславль, Шпейера, Вормса, Мюнхена, Гамбурга, Геттингена, Нюрнберга, Страсбурга, Ульма и мн. др.

В большей части городов исполнением законов и охраной их заведовали специальные учреждение и органы полиции нравов, например в Майнце и Кельне «Gewaltbote» (Waltpode, Walpod, Waltbodo, Walpodo) или «гевалтмеийстер», чиновник архиепископа с юридическими и полицейскими функциями, в Лейпциге «гассенмейстер», в Страсбурге «штадткнехт», «шарвехтер», «Ratsbote», «Ammeisterknecht», «Siebenerknecht», в Ульме «Bettelherr» и так называемый «Hurenschneider», в Гамбурге «Zehnpfennigherr», в Аугсбурге «Waibel»; в Ландсгуте «штадтпрофос»; в Швальбахе «унтерштадткнехт»; в Амстердаме «Geregt» и «schoufsdiennars»; в Кавайльоне «капитан» (capitaneus); в Безансоне «receveur des filles communes», в английских городах «Sompnonr» (Bultel); в Венеции так называемые «capita sexteriorum» или также «Domini de Nocte», два установленных Советом Десяти органа полиции нравов, наряду с которыми существовал еще упомянутый выше (стр. 646) «Collegium Sodomitarum для надзора за гомосексуалистами и мужской проституцией. В Неаполе «Corte» или «Gabella delle meretrici» представлял даже своего рода особый суд для проституток с председателем («padrone» или «affitatore dei diritti»), судьей, секретарем суда и несколькими писцами.

В некоторых городах для надзора за низшей полицией нравов существовало подведомственное Совету высшее учреждение, которое должно было контролировать действие полиции нравов, как своего исполнительного органа, в чем довольно часто оказывалась необходимость. Дело в том, что низшие чиновники слишком часто готовы были смотреть на многое сквозь пальцы или даже поддавались подкупу со стороны хозяев и проституток. Это ясно видно из одного предписание города Страсбурга от 1493 г., которое напоминает «Siebenerkcnecht»’ам об их обязанностях и назначает над ними строгий контроль «пятнадцати» («F?nfzehner»), которые должны наказывать за каждое нарушение обязанностей. Два Ammeisterknechta, три Turmh?ter и Siebenknechtbi должны были поэтому присягать перед советом, что ничего не будут упускать из виду при надзоре за борделями и вольными проститутками и будут доносить обо всем, заслуживающем кары.

В противоположность современным условиям, контроль полиции нравов простирался в средние века не только на женщин, но и на мужчин, разумеется, только в известном направлении. Женатым мужчинам и духовным лицам вход в публичные дома был строго воспрещен. Поэтому постоянный надзор за обеими этими группами мужчин составлял вторую важную задачу средневековой полиции нравов, к которой присоединялась еще третья, недопущение не-христиан (евреев, турок, мавров) к общению с проститутками. Интересные сведение дают в этом отношении аугсбургские записи вредных людей, в которых с особенной добросовестностью приводятся имена сводниц, особой профессией которых было сводить с проститутками именно женатых мужчин, священников и евреев.

Упомянем здесь кстати удивительную сельскую полицию нравов в средние века, так называемые «Knabetischaften» (союзы мальчиков) в области Ретии (в особенности в романских долинах Граубюндена, именно в Энгадине). Это был союз молодых людей, который обязан был наблюдать в деревнях за нравственным поведением их жителей. С этой целью члены союза должны были даже регулярно собираться для обсуждения дел, устраивать судебные заседание и составлять протоколы. Эти своеобразные условие в последнее время обстоятельнее исследованы историком союзов, майором Гартманом Еавизелем.

Наказаниями за нарушение предписаний полиции нравов служили в средние века, частью, позорящие честь, частью, телесные наказания, а довольно часто те и другие одновременно. Особенно строго поступали со сводницами (или «Filgerin»), а также с проститутками, учинявшими публичный соблазн.

Из наказаний, исключительно позорящих честь, мы упомянем, прежде всего, публичное выставление у позорного столба, обыкновенно в так называемом «ошейнике», причем осужденные все время подвергались осмеянию черни (Франкфурт-на-Майне, у Ганауера, а. а. О., стр. 9). В некоторых местах, особенно в южной Германии, подвергавшиеся наказанию должны были публично проехать по городу в так называемом «экипаже проституток. В Вене они должны были нести через весь город, до конца городского округа, тяжелый камень (Шранк, I, 194). В Ниме и Аббевилле виновная проститутка должна была проехать через весь город верхом на осле или лошади, лицом к хвосту (Де-Пилер, 142, Рабюто, 26). В Венеции сутенер своей жены должен был проехать верхом на осле через весь город в желтом платье, с рогами на голове (Молменти, «Venedig und die Venezianer», стр. 347–348). О странном обычае сообщают из Тулузы. Там виновной проститутке связывали руки и надевали на голову украшенную перьями сахарную голову, на которой сзади был написан ее проступок; затем ее запирали в железную клетку и с находившейся на реке скалы три раза погружали в воду (Рабюто, стр. 27–28). Все эти позорящие честь наказание довольно часто связаны были также с денежными штрафами, тюремным заключением или весьма излюбленным в таких случаях изгнанием. В средневековых источниках существуют многочисленные тому примеры.

Весьма разнообразен также список телесных наказаний, грозивших проституткам, сводницам и сутенерам за их проступки. Всего чаще применялось наказание кнутом (например в Байонне, Авиньоне, Женеве, Лиссабоне), клеймение (в Бордо, Неаполе), отрезание носа (в Аугсбурге, Неаполе), затем отрезание рук и ног (Авиньон, Ним), отрезание ушей (Париж) и пр. При особенно тяжелых проступках, именно в случаях тяжелого сводничества, применялась смертная казнь через повешение (в Аугсбурге) или даже сожжение (в Венеции).

Наиболее резким знаком общественного презрение к проститутке и потому, быть может, даже более чувствительным, чем некоторые из указанных выше, частью варварских наказаний, было введенное всюду в средние века законодательное предписание относительно определенного костюма, связанного с профессией проститутки или известного, видимого издалека значка на платье. Главнейшим основанием для этого предписание была создаваемая им возможность различение проститутки от честной женщины – мотив, заимствованный средними веками у древних (см. выше стр. 370). Поэтому определенные костюмы для проституток существовали уже задолго до устройства публичных домов; с уверенностью это можно доказать уже для 11 и 12 века. Вторым основанием было то обстоятельство, что предписанием определенного, по возможности простого костюма ограничивалась чрезмерная страсть проституток к нарядам, которую ярко описывают великие средневековые проповедники нравственности. Таким путем возникли многочисленные, касающиеся костюма предписание различных городов, которые при строгом проведений составляли еще кроме того немаловажное вспомогательное средство для регламентации и надзора за отдельными проститутками.

Средневековые костюмы проституток в 14 и 15 веке характеризуются тем, что обыкновенно одна какая-нибудь часть костюма, а иногда и несколько, бывали бросающегося в глаза цвета и заметны были уже издалека. Это видно из следующего обзора главнейших предписаний об одежде проституток, составленного на основании сочинений Рабюто, Лансье,ф. Ииозерн-Клетт, ф. Рейнел, Шранка, Шейнфелдта, Ламмерта, Ле-Пилёра, Кирика, ди-Джиакомо и др.

Аугсбург (вуаль с зеленой полосой, шириной в два пальца).

Берн и Цюрих (красная шапочка).

Вена (желтый шарф на плече, шириной в ладонь, длиною в один шаг).

Лейпциг (желтый кусок материи; домовые проститутки должны носить колпак на голове).

Гамбург (чепчик, как головной убор; запрещено носить кораллы и браслеты).

Франкфурт (желтый убор; запрещено носить золотые цепи, бархат атлас и дамас).

Меран («gehven Vапиег на башмаках).

Берлин (короткая мантилька).

Страсбург (черная с белым шляпа).

Авиньон (черный бант при светлом платье и белый бант при темном платье на левой руке, между локтем и плечом).

Ним (рукава другого цвета, чем платье).

Безансон (красный бант на рукаве).

Лион (красная лента на левой руке).

Невер (красный бант на правой руке).

Тулуза (кант на рукаве другого цвета, чем рукав).

Марсель (запрещение носить красные платья).

Париж (запрещение носить одежду из шелка, газа и меха с серебряными или жемчужными украшениями).

Милан (черный бархатный плащ).

Бергамо (желтый плащ без воротника, красный капор).

Падуа (воротник длиной в 3 локтя, красный капор).

Мантуя и Парма (короткий белый плащ).

Венеция (пестрый галстук).

Фаэнца (желтая вуаль, корзинка на правой руке).

Болонья (капор с погремушками).

Пьемонт (большой неуклюжий чепчик, с двумя рогами кнаружи, длиной около полуфута).

Англия (запрещение носить шелковые материи и меха).

Дания, в частности Аальборг (шапочки наполовину красного, наполовину черного цвета).

С. ди Джиакомо (а. а. О., стр. 31) описывает обыкновенный костюм итальянской проститутки в конце 16 века; длинная юбка, шлейф которой девушки всегда носили на руке, лиф с глубоким вырезом, несколько перьев в завитых волосах, никаких особенных знаков. Это уже переход к костюму гетеры времен ренессанса, «куртизанки». На основании многочисленных сообщений, несомненно, однако, что уже и гораздо раньше, несмотря на строгие предписание относительно костюма, средневековые проститутки умели наряжаться самым изысканным образом, влиять и определять моду. Это доказывает, например, одно интересное место в хирургии Генриха фон Мондевилл (умер около 1320 г.), в котором говорится, что все проститутки и сводницы опытны в делах моды и нарядов и служат в этом отношении преподавательницами честных женщин, являясь каждый день в новых платьях, новых нарядах.

В некоторых городах меры средневековой полиции нравов распространялись также и на гигиену проституции. Хотя предписание полиции почти совершенно не касаются вопроса о распространении «венерических» болезней путем сношений с проститутками, тем не менее, явно пораженные болезнью проститутки удалялись из борделя, а здоровым девушкам вменялась в обязанность педантичная чистота. Такие предписание известны для Констанца, Ульма, Нюрнберга, Франкфурта-на-М. Дело идет здесь, конечно, не о настоящем и регулярном врачебном исследовании, которое вошло в обиход лишь со времени появление сифилиса, а только об общих указаниях хозяину или хозяйке борделя.

Так, в бордельном уставе г. Констанца сказано: «Женщину, пораженную болезнью или имеющую месячные очищения, мы должны отделить от здоровых, а в борделе будем оставлять только здоровых девушек». Ульмский устав предписывает хозяину, чтобы он держал в своем доме только «чистых и здоровых» женщин, а также, чтобы он не допускал туда беременных. Проститутки имели также свою собственную баню поблизости от собора. Нюренбергский бордельный устав содержит специальные гигиенические предписания, согласно которым хозяин обязан доставлять проституткам по крайней мере одну ванну в неделю, и притом в самом борделе, на свой счет: «Es sol auch f?rbas der frawen wirt, vvirtin oder ir gewalt einiche weibsbilde in seinem hauss wonende sosieschwanger oder mit wei– blichen rechten beladen oder sunst, in annder weyse ungeschickt were und sich von den leiplichen werehen enthallen wolte, zu einichem mann seins w?lens zu gestaten oder zu pflegen nicht notten, dringen oder hallten in kein weyse». Собственные бани в борделях упоминаются довольно часто, например, в Авиньоне и Монпелье (Пансье, Janus 1902, стр. 185), а из сочинений средневековых врачей, например, Генриха фон Жондевиля (14-ый век), и жительницы Салерно Троту ла (11-ый век) мы знаем, что проститутки уделяли вообще много внимание гигиенеполовых органов. Так, в хирургии Мондевилля сказано: «Половые органы (женщин) требуют двойного ухода: наружного и внутреннего. Внутренний уход необходим проституткам, испытанным в своем деле(antiquae), – в особенности тем, у которых от природы или вследствие частого coitus, вялая и мягкая вульва, – чтобы казаться девушками или по крайней мере не казаться публичными женщинами». Тротула дает очень детальные предписание относительно интимного туалета женщины перед coitus: «Quando mulier cum aliquo it dormitum, abluat pudenda interius, immissis digitis involutis lana siccida deinde diligenter abstergat cum panno aliquo mundissimo intus et exterius; debet tunc stringere cruta, ut tota humiditas ab interioribus defluat, deinde panno intromisso fortiter comprimendo dessiccet: tunc pulverem (quam diximus) in ore accipiat et masticet et manus et pectus Meet et mamillas, pectinem, pudibunda et omnia assinia et faciem aqua rosarum aspergat, et sic bene ornata ad virum accedat».

Всеобщий страх перед проказой заставлял в средние века прибегать к особым мерам предосторожности при посещении борделей, чтобы предупредить дальнейшее распространение болезни. Так, парижское предписание от 1268 года решительно запрещает допускать прокаженных мужчин или женщин в бани. В Лондоне городские чиновники обязаны были еженедельно посещать бордель, чтобы удалять оттуда прокаженных. В Провансе городская администрация, прежде всего, обязана была наблюдать в этом отношении за публичными домами. В 1445 году «аббатисса» борделя в Оранже заподозрена была в заболевании проказой. Городской совет поручил тогда четырем врачам (в том числе двум евреям), цирюльнику и хирургу осмотреть эту женщину «Alizona, habitatrix quod presens et abbatissa prostibuli hujus Auraice civitatis», с головы до ног, тщательно исследовав ее. Результат получился отрицательный. О таком же исследовании проститутки, подозрительной в смысле заболевание проказой, сообщают из Франкфурта в 1354 году, причем девушка действительно оказалась больной.

Мы должны, впрочем, оговориться: изданное в некоторых местах, например, в Авиньоне и каталонских городах, запрещение проституткам прикасаться к находящимся в продаже предметам или целовать честных лиц, имело в основе не страх заражения, а чувство отвращение к прикосновению таких презренных лиц, как проститутки. Это видно из того, что такое же запрещение существовало и для евреев.

Поразительный контраст с таким общественным презрением к проституткам составляет, с одной стороны, социальное признание их церковью и государством, как необходимого зла, а с другой – так называемое спасение несчастных падших женщин той же церковью, которая считала спасение их великой задачей христианской любви, а брак с обращенной проституткой по каноническому праву признавался даже благочестивым делом. Основание так называемых домов для кающихся грешниц или «домов Магдалинисток», связанное главным образом с именем Марии Магдалины; было результатом такого воззрения. История этих учреждений теряется еще в древней эпохе. Уже святой Василий, епископ Цезарии в Каппадокии, в числе крупных своих благотворительных учреждений, так называемых «Basilias», устроил также убежища для падших девушек. А потом аналогичное учреждение для приема 500 проституток основала византийская императрица Теодора, как мы уже говорили об этом подробнее выше (стр. 373–374).

Основание средневековых домов св. Магдалины можно проследить до начала 12 века, но систематически их стали вводить лишь с первой четверти 13-го столетия.

В первые годы 12-го века Роберт фон Арбрисеел, великий проповедник, основал в Фонтевро в Пуатье орден, поставивший себе целью обращение незамужних женщин, а, следовательно, и проституток. Своими покаянными проповедями он подымал целые бордели и наставлял их обитательниц в «духовном соревновании». В 1198 г. два священника, Фулкон и Пьер де Россиак, имели своими проповедями в Париже такой успех что проститутки обращались толпами, так что можно было открыть для них монастырь Св. Антония близ Парижа.

В широких кругах заметное движение с целью обращение проституток и основание домов св. Магдалины началось лишь около 1220 г. в Германии и Франции; впоследствии оно перешло и в другие христианские страны. По Ульгорну, оно стояло в связи с пробуждением, вызванным св. Франциском. Тогда возник орден с кающихся грешниц св. Марии Магдалины» или «Магдалинисток», первоначально заседавший в Германии и имевший там многочисленные монастыри.

Старейший документ, относящийся к этому ордену, относится к 1220-му году. Это указ кардинала Otto von St Hicolai. in carcere Tulliano в пользу кающихся грешниц, в «Chronicon coenob? montins Francorum Goslarial Francfurti 1698, c. 8. Тем не менее, орден этот, по-видимому, возник в 1215 году, потому что франкенбергский монастырь в Госларе, которому принадлежит этот старый документ, основан на несколько лет раньше. Но монастыри ордена часто упоминаются лишь с 1220 до 1230 года, На Рейне ревностно агитировал за основание домов св. Магдалины священник Рудольф. Основав такой дом в Вормсе, он отправился в 1225 году в Страсбург, чтобы и там обращать проституток на путь истинный. «Господин», ответили они ему, «мы бедны и слабы, мы не можем прокормить себя никаким другим способом; дайте нам только хлеба и воды и мы охотно последуем за вами». Он поместил 5 из них в одну келью перед еврейскими воротами, из которой затем вырос монастырь св. Марии Магдалины. Но когда Рудольф хотел устроить такое же убежище в Кельне на земле аббатства св. Пантелеймона; аббатство помешало ему в этом и намерение его не могло осуществиться. Напротив, в Шпейере в это время основан был такой дом. Булла Григория IX от 1246 года чрезвычайно способствовала открытию домов магдалинисток в Германии, в том отношении, что она всюду давала право кающимся Магдалинам строить монастыри и дала ордену многочисленные привилегии. Согласно этой булле сестры следовали правилам Августина. Каждый монастырь состоял под началом пробста, которого утверждал генеральный пробст всего ордена. В деле учреждение монастырей для кающихся магдалин приняли участие также епископы, которые устраивали в своих епископствах собрания, чтобы снабдить сестер необходимыми средствами к жизни (например, епископ Фридрих из Вормса). Иннокентий IV утвердил за ними в 1247 году право собирать милостыню и еще раз увещевал епископов, чтобы, они устраивали в своих епископствах монастыри для кающихся грешниц. Таким образом мы в средине 13 века находим дома магдалинисток, известные также под именем домов бедных женщин, во всей Германии: в Эрфурте, Малхове (Мекленбург), Рюдесгейме, Пренцлее, Регенсбурге, Вене, Праге, Нейенкирхе, Люцерне.

Из конституций ордена видно, что правила его не были чрезмерное строги. Правила поста были особенно мягки, но всюду большое значение придавалось труду и строго соблюдалось отшельничество. Работали от Prim’ы до compietoriuma, летом с перерывом от prandiuma до попа. Преподавали только чтение и пение, грамматику же не изучали. Сестры старше 24-х лет, не знавшие псалтыря, не обязаны были изучать его. Если существовала опасность для спасения души, то можно было отказаться во время приема монахини даже от обычных вообще требований. Года испытание не было. Монастырь очевидно должен был предлагать падшим приют, чтобы обезопасить их от дальнейших искушений и чтобы они искупили совершенные грехи покаянием, но он не имел в виду воспитать проституток для честной жизни в миру. Поступавшие в монастырь становились и оставались монахинями. Впоследствии монастыри магдалинисток принимали также честных девушек и быстро погибли. Магдалинистки в Вормсе, в 1254 г. носившие еще название «бедных кающихся сестер», в 1285 назывались «dominae penitentes». Уже в 1251 году папский легат Иоанн, епископ из Тускулума, поручил провинциалу доминиканцев посетить все монастыри магдалинисток, вследствие происходивших в них многочисленных неурядиц. Едва ли также в другом каком-нибудь ордене так часто менялись правила монастыря. В Страсбурге магдалинистки в 1252 г. стали уже членами доминиканского ордена, в Майнце, Эрфурте, Малхове – бернардинками, в Регенсбурге – клариссами. Но и там, где они остались верными старым правилам, название кающихся магдалин уступило место употребительному впоследствии имени «белых женщин».

Во Франции в то же время возникли новые дома магдалинисток. Первый основан был в 1226 году парижским архиепископом, как монастырь filles de Шеи, на 200 кающихся грешниц, а Людовик Святой снабдил их годовой рентой в 400 ливров. В Авиньоне епископ Зоен основал дом магдалинисток, по-видимому, в средине 13 столетия. Впервые дом этот упоминается в завещании аптекаря Жана де С ан-Жилл от 16 декабря 1293 года, в котором он завещает кающимся грешницам 10 су («decern solidos repentidis»). В 1272 году марсельский гражданин Бертран обратил несколько проституток и привез их в монастырь. Дома кающихся грешниц в Монпелье и Нарбонне также относятся к 13-му веку. Последний основан был архиепископом ИИером де Монтбрюн (1272–1286).

В Италии, как наиболее ранний, упоминается дом магдалинисток в Болонье, в 1257 г., а позже – дом в Витербо.

В Брюсселе белые сестры встречаются впервые в 1238 г. Там возник спор между священником из Моленбеека и сестрами, потому что последние собственной властью похоронили умерших, принадлежавших его пастве. Десять лет спустя упомянуть дом магдалинисток в Левене, а в 1251 году в Тиене. В Брюгге в 13 веке существовала гильдия так назыв. «дочерей божьих» («Filles Dieu»); патронессой их была св. Мария Египетская, к которой в особенности обращались, когда дело касалось несчастных проституток. Впоследствии это учреждение соединилось с Ст. – Юлиановским и служило еще только убежищем для путешественников.

Наряду с монастырями для кающихся грешниц в 14 веке возникли, в особенности в Германии, дома для покаянных сестер («sorores de penitential) или обращенных женщин, которые не носили характера монастыря, а стремились скорее быть настоящими убежищами и исправительными заведениями, вроде нынешних домов для раскаявшихся проституток. Несколько мужчин в южной Германии объединили проституток и пользовавшихся столь же дурной славой актрис в общества и поместили их в предназначенные для того здания, где их одевали, кормили, приучали к работе и где они находились под надзором.

Первое такое учреждение основал в 1302 году богатый купец в Шпейере. За ним последовал в 1303 г. молодой ученый в Кольмаре, Гейнрих фон Гоиенбери, который учредил такого рода убежища не только в своем родном городе, но и в других городах, в каждом помещал 10–20 девушек и покрывал расходы сборами щедрых пожертвований. Такой же ферейн покаянных сестер, утвержденный епископом Иоанном фон Дирфеймом, он учредил и в Страсбурге. Здесь проституток помещали в дом, носивший название «Rulenrdelinsturm», причем их объявляли чистыми от какого бы то ни было порока. Покаянные сестры носили юбки и плащи из грубого полотна, из которого приготовляли мешки, и потому их называли также «Sack-Beginen». Несмотря на обильные пожертвование страсбургских граждан, учреждение это, вследствие появления чумы, уже в 1315 году обращено было в больницу, в которую сестры принимались в качестве сиделок и пользующихся доходами с больницы. Дольше существовал основанный в 1384 г. тремя бюргерами в Вейе дом св. Иеронима, получивший в том же году от герцога Альбрехта III льготную грамоту. Он предназначался для «armen Freyen Frawen, die sich vom offenen sundtigen unleben zu dem allmechtigen got puss und pezzerung begeben vvellent». Во главе его стояла честная, благочестивая женщина, которая, опираясь на многих других, руководила исправлением поступающих. Последние давали не постоянный, а только временный обет. Им разрешалось заниматься всяким делом, кроме устройства трактиров, кабаков или занятие торговлей. Герцог не только освободил дом от налогов, но предписал даже, чтобы лица, вступающие в брак с обитательницей дома, не теряли своей чести и своих цеховых прав. Если которая-нибудь из поступивших покидала дом, ее наказывали тюремным заключением и затем высылали: если же она возвращалась снова к прежней грешной жизни, то ее топили в Дунае. Заведение это продолжало существовать еще до средины 16 столетия.

Аналогичные учреждение были также во Флоренции и в Кельне на Энгельштейне, где для этой цели реорганизовали конвент бегин «фон Бьюиссен» и обозначали его впредь именем Вифлеема. В истории этого кельнского убежища для спасение падших замечателен тот факт, что 5 апреля 1472 г. городской совет оказался вынужденным подавить восстание обращенных грешниц против, начальницы (matersse). Буллой папы Сикста IV от 1475 года поручено было аббату из Сен-Мартина разследовать требование кающихся сестер дома «ad pixidem», носящого теперь название Вифлеема, quae olim peccatrices existentes ex turpi corporis questu vive– bant». Желание их перейти в ведение августинских отшельников исполнено было в 1476 году. В дом этот, по-видимому, поступали многие, потому что в январе 1486 гсовет распорядился, чтобы не принимали новых сестер, пока число их, в то время более 63, не уменьшится путем вымирание до 50. Совет запретил также обитательницам дома обучать детей, как это практиковалось в других монастырях.

В Бельгии упоминаются в 14 и 15 веке «Filles Dieu» (Брюгге, Доорниг) с патронессой Марией Египетской, затем сестры Ст. Виктора (Брюгге, покаянные сестры (Берген в Геннегау).

История домов кающихся магдалин в Авиньоне разработана недавно Л. Дапсье в упомянутой уже превосходной монографии, в которой он сообщает все архивные документы, причем первая часть его сочинение (стр. 9-66) содержит историю одного только средневекового дома, «maison des repenties de Sainte Marie Magdelaine ou de Notre-Dame des Miracles» от 1250 до 1577; дальнейшее же изложение относится к убежищам для кающихся грешниц новейшего времени. Из сочинения этого видно, что в средние века все слои население старались поддерживать дома магдалинисток добровольными пожертвованиями, освобождением от налогов, дарением земельных участков и т. д.

В Амиене и Абфгвилле убежища для женщин носили светский характер (Рабюто, стр. 156–157).

В Валенции в эдикте городского совета от 17 марта 1385 года упоминается «cusa de penitential», причем постановляется, чтобы бордельные проститутки святую неделю от вторника до субботы проводили в доме Магдалины, а город должен был выплачивать для содержание их 12 динариев. Из эдикта от 1396 г. мы узнаем, что замужние женщины не должны были приниматься в «casa de penitentias.

Особенно благим делом, большой заслугой с средневековой точки зрение считалось вступление в брак с проституткой. Иннокентий III в 1198 году объявил всем мужчинам, вступившим в такой брак, полное отпущение грехов. Каноническое право (С. 20, X, de sponsa?bus et matrimonius) объявило такой шаг делом любви. Существовали также учреждения, облегчавшие заключение такух браков, например, учреждение в Галле «для благочестивых людей, которые из любви к Богу вступили в брак с бедной грешницей».

Результаты, которых достигали дома Магдалин, в общем не были прочны; часто приходится слышать о возвращении проституток к старому образу жизни. Так, из Нюренбергского дома покаяние сообщают, что обитательницы его редко исправлялись, некоторые даже скорее впадали в «сумасбродство» (Ламмерт, стр. 97). Дома эти, напротив, часто прямо благоприятствовали развитию разврата, с которым они хотели бороться. Это видно из статутов основанного в 1497 году парижского дома «filles penitantes», составленных самим епископом Симоном де Шампиньи. По этим статутам в дом могли поступать лишь девушки моложе 30 лет, относительно которых можно было доказать, что они в течение известного времени вели развратную жизнь. «Чтобы предупредить возможность того, что молодые особы сделаются развратными с целью получить здесь после место, те, которым уже однажды было отказано, навсегда должны быть исключены из дома. Кроме того те, которые были приняты, должны дать клятву своему исповеднику, что они предавались разврату не с намерением со временем поступить в это общество. Нужно им также сказать, что если бы узнали, что они с этой именно целью позволили соблазнить себя, они сию же минуту будут удалены из монастыря, если бы они уже даже были пострижены и Дали свой обет». Отсюда видно, что такое явление, вероятно, наблюдалось довольно часто.

К этой же категории относится и ложная Магдалина «liber vagutorum», так называемая «Sundfegerin», характерный тип 15-го столетия. Эти проститутки бродили по стране под предлогом, будто они желают покаяться в своей греховной жизни, и просили милостыню именем Марии Магдалины.

Конец первого тома.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ПОЛОВОЙ ВОПРОС В ДРЕВНОСТИ И ЕГО ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ПОНИМАНИЯ И БОРЬБЫ С ПРОСТИТУЦИЕЙ

Из книги История проституции автора Блох Иван

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ПОЛОВОЙ ВОПРОС В ДРЕВНОСТИ И ЕГО ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ПОНИМАНИЯ И БОРЬБЫ С ПРОСТИТУЦИЕЙ В теперешних дискуссиях и предложениях реформ для новой организации половых отношений значительную роль играют болезни и обширное распространение их путем проституции, что


ГЛАВА ВОСЬМАЯ ПРОСТИТУЦИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА. НАДЗОР И БОРЬБА С НЕЮ

Из книги Сексуальная жизнь в Древней Греции автора Лихт Ганс

ГЛАВА ВОСЬМАЯ ПРОСТИТУЦИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА. НАДЗОР И БОРЬБА С НЕЮ В средние века государственная регламентация и контроль над публичными домами развились в систему, урегулированную до малейших подробностей, в своего рода бухгалтерию о каждом публичном доме и о каждой


ГЛАВА IV Проституция

Из книги История и культурология [Изд. второе, перераб. и доп.] автора Шишова Наталья Васильевна


Глава двадцать четвертая ПОЛИЦИЯ

Из книги Повседневная жизнь британского парламента [Maxima-Library] автора Макдональд Уна

Глава двадцать четвертая ПОЛИЦИЯ В тот день я отправилась в госпиталь на прием к врачу. Очередь в кабинет продвигалась медленно. Слева сидел мрачный седой африканец, справа молодая марокканка в чадре. Рядом со мной устроилась худенькая голубоглазая старушка с


Глава двенадцатая Парламент и европейское законодательство

Из книги История нравов [Maxima-Library] автора Фукс Эдуард

Глава двенадцатая Парламент и европейское законодательство В 1972 году парламент принял Акт о европейских сообществах, проложивший дорогу к вступлению Великобритании в Европейское сообщество 1 января 1973 года.[43] Членство в этом объединении означает, что на многие аспекты


Глава 4 Проституция

Из книги Самые невероятные в мире - секс, ритуалы, обычаи автора Талалай Станислав

Глава 4 Проституция В конце Средних веков и в эпоху Ренессанса люди еще были чрезвычайно далеки от теоретического проникновения в сущность и условия существования гражданского брака. Тем лучше понимали они тогда логику событий. Так как эпоха отличалась крайней


Глава 5 Проституция

Из книги История проституции автора Блох Иван

Глава 5 Проституция «В наше время так легко и удобно найти любовь у порядочных женщин, что никто не нуждается в услугах нимф» — такое суждение мы то и дело слышим в эпоху старого режима. Казанова пишет: «В наше счастливое время проститутки совсем не нужны, так как


Глава 5 Проституция

Из книги Тень Мазепы. Украинская нация в эпоху Гоголя автора Беляков Сергей Станиславович

Глава 5 Проституция Есть одно явление, которое нравственное лицемерие при всем своем старании не в силах скрыть от взоров людей, — проституция. А если это ему порой и удается с виду, то лишь на весьма непродолжительное время. Одна какая-нибудь запрещенная или искорененная


Глава четвертая Половой вопрос в древности и его значение для понимания и борьбы с проституцией

Из книги автора

Глава четвертая Половой вопрос в древности и его значение для понимания и борьбы с проституцией Выше мы подробно исследовали проституцию с ее чрезвычайной дифференцировкой и специализацией, как она проявилась со времени половой реформы Солона. Мы последовательно


Глава пятая Проституция в христианско-магометанском культурном мире до появления сифилиса (проституция средних веков). I. Политико-религиозная среда

Из книги автора

Глава пятая Проституция в христианско-магометанском культурном мире до появления сифилиса (проституция средних веков). I. Политико-религиозная среда По общему своему характеру, по социальному значению и, прежде всего, по субъективной оценке и суждению о проституции со


Глава шестая Проституция средних веков. II. Социальная среда

Из книги автора

Глава шестая Проституция средних веков. II. Социальная среда Изложенное в предыдущей главе не оставляет сомнения, что религиозный элемент имел определяющее влияние на развитие половой этики средних веков, а вместе с тем и на отношение государства и частных лиц к


Глава седьмая Проституция в средние века. III. Формы проституции. (Публичные дома и свободная проституция)

Из книги автора

Глава седьмая Проституция в средние века. III. Формы проституции. (Публичные дома и свободная проституция) Выше мы уже указывали (стр. 484–485), что в отношении к внешней своей форме западная и восточная проституция в средние века отличаются друг от друга тем, что на Западе


Источники по истории Древнего мира, Средних веков и Раннего Нового времени

Из книги автора

Источники по истории Древнего мира, Средних веков и Раннего Нового времени 1. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Канонические / совр. рус. пер. – М.: Российское библейское общество, 2011. 1408 с.2. Боплан Гильом Левассер де. Описание Украины. – СПб.: Тип. К.