Самоидентификация и утопия

Самоидентификация и утопия

Америка была предчувствована как утопия и открыта как неведомое утопическое пространство[274]. Таким его воспринимали Колумб, испанские гуманистически ориентированные религиозные деятели культуры, выдающийся защитник индейцев Бартоломе де Лас Касас и первые создатели секуляризованной и социальной утопии Нового времени Томас Мор, Ф. Кампанелла, а впоследствии Ф. Бэкон, социальные экспериментаторы разного толка. В возникшей в XVII в. креольской культуре – в своих начальных очертаниях на религиозно-гуманистической основе – утопическое начало вошло в первичные самоидентификационные представления и в стилистику изображения Нового Света как «земного рая». Альтернативный антиутопический вариант «варварской», «инфернальной» Америки, зародившийся одновременно с «райским» вариантом, поначалу был связан с европоцентристским восприятием Америки и индейцев в колониальный период, а затем вообще жителей Нового Света. В XIX в. «райская», аркадическая стилистика уже элемент самоидентификационной мысли. «Варварский» образ стал опорным в гиперкритических, европоцентристских и американо-центристских самоидентификационных исканиях, начиная с выдающегося писателя и упорного критика своего мира Д. Ф. Сармьенто, а затем целой плеяды латиноамериканских позитивистов.

В XX в. утопия Нового Света перекрещивается с коммунистической утопией «нового мира» и «нового человека». Параллельно развивается и философски ориентированная линия самоидентификационной рефлексии. Характерно, что с очевидным кризисом, а затем и крахом коммунистического «проекта» культурфилософы не отказались от традиционного наследия, оно было реинтерпретировано, латиноамериканская культура не отрицала главного источника утопии, имманентно присущего гуманистической культуре «принципа надежды» (Э. Блох).

Видимо, смыслотворение молодой, формирующейся традиции неизбежно связано с рефлексией о путях воплощения «принципа надежды». Форма таких поисков – утопические проекты. Они – не «шелуха» культуры, а «свернутая» в формулы система ценностей. Это возбудители культуры, генераторы ее «предельных» смыслов, ориентированных на абсолют. При всей их, казалось бы, порой наивности, даже смехотворности, утопические самоидентификационные проекты выполняют роль стальных по своей прочности несущих конструкций основных смыслов возникающей традиции, ее пассионарной энергетики. Классическая, гуманистическая культура всегда ориентирована на абсолют, императивы человеческой свободы и гармонии. С предельной полнотой такую ориентацию обнаружила (сначала в религиозном, а затем в секулярных вариантах) русская классическая культура (архетипична пушкинская ориентация на абсолют гармонии), а затем классика латиноамериканская с ее чаяниями идеалов гармонии, «полноты» и свободы человека. Вот такая странная диалектика культуры – ей нужны утопия, абсолют, иначе она вырождается на сухой почве позитивизма, натурализма и разных видов прагматики.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Закрытая утопия?

Из книги Статьи за 10 лет о молодёжи, семье и психологии автора Медведева Ирина Яковлевна


Очередная утопия

Из книги Статьи из газеты «Известия» автора Быков Дмитрий Львович


Лестная самоидентификация человечества

Из книги Наблюдая за японцами. Скрытые правила поведения автора Ковальчук Юлия Станиславовна

Лестная самоидентификация человечества Самой популярной частью «Путешествий Гулливера», сочиненных пятидесятилетним деканом собора св. Патрика, стала первая — о посещении Лилипутии. Имя Гулливера сделалось нарицательным — он олицетворяет великана, а ведь был вполне


Глава IX. Фантастика, утопия, антиутопия

Из книги Санскрит во льдах, или возвращение из Офира автора Мильдон Валерий Ильич

Глава IX. Фантастика, утопия, антиутопия Опасности благоденствия возникают до того, как пришло самое благоденствие, — на очень дальних к нему подступах.О главной из них говорят в последние годы особенно много. Речь идет об опасности перенаселения Земли.Опасность


Глава V. «Мы наш, мы новый мир построим…». Утопия XX в

Из книги История борделей с древнейших времен автора Кинси Зигмунд

Глава V. «Мы наш, мы новый мир построим…». Утопия XX в В связи с только что сказанным находится уже упоминавшаяся черта русского утопизма — глобализм и его «черная» разновидность — катастрофизм. Оба признака, особенно второй, свойственны литературным образцам XX


Утопия

Из книги Масонство, культура и русская история. Историко-критические очерки автора Острецов Виктор Митрофанович

Утопия Близится эпоха революции, и коммерция Графини начинает приходить в упадок. В 1769 году Ретиф де ля Бретонн публикует «Порнограф», в котором вновь осуждает публичные дома: «Места разврата распространены, и для некоторых женщин они порождают намерение и повод туда


Масонская социальная утопия

Из книги Параллельные общества [Две тысячи лет добровольных сегрегаций — от секты ессеев до анархистских сквотов] автора Михалыч Сергей


17/ Либерталия как утопия

Из книги Религиозные практики в современной России автора Коллектив авторов

17/ Либерталия как утопия В опыте Либерталии проявился важнейший момент: община прекрасно существует, воспроизводится, сохраняет внутреннюю справедливость и творчески развивается при внешнем подкармливании, при условии, что ее подпитывают извне. В случае Миссьона это


«Народная» утопия для империи

Из книги Русская литература XIX–XX веков: историософский текст автора Бражников И. Л.

«Народная» утопия для империи Хотя в инструкциях верховная власть требовала от ученых и сопровождавших их рисовальщиков документальности, есть все основания утверждать, что для идеологического использования ей требовалась не фиксация реальности, а утопия. С одной