Масоны неолита

Масоны неолита

Картины времен забытых

Встают из своих могил…

Г. Гейне

Совсем недавно название книги американского археолога С. Н. Крамера «История начинается в Шумере» сделалось крылатой фразой. И мало кто задумывается над тем, откуда же взялись шумерийцы с их блестящей высокоразвитой цивилизацией, с их письменностью и эпосом. С тех пор благодаря археологии открылось немало нового, например удивительное государство, о чьем существовании, возможно, не подозревали даже сами шумерийцы. Во всяком случае, в дошедших до нас текстах упоминаний о нем не сохранилось…

В 1961 году близ румынского селения Тэртэрия были найдены три глиняные таблички, покрытые пиктографической письменностью и датируемые 5-м тысячелетием до н. э. Пока это самая древняя известная нам письменность. И обнаружена она там, где еще пять тысячелетий спустя, по мнению греков и римлян, простирался дикий «варварский» мир. Письменность Тэртэрии имеет некоторые позднейшие аналоги в Малой Азии, но теснее всего она примыкает к письменности Шумера, возникшей тысячелетием позже. Разница между ними примерно такая же, как между русским и старославянским языками.

Так прояснились сразу две загадки. Стало ясно, откуда и каким путем пришли предки шумерийцев в Двуречье, чтобы вытеснить оттуда убейдцев, чья культура датируется серединой 5-го тысячелетия до н. э. Не исключено, однако, что с убейдцами тогда соседствовали люди пока еще не изученной культуры Уэйли. Она была обнаружена в начале 1987 года экспедицией Сорбоннского университета, возглавляемой Ж —  Д —  Форе, в двухстах километрах северо-западнее Басры. Форе считает, что Уэйли по крайней мере на полтора тысячелетия старше самого древнего до тех пор города Эриду, хорошо известного из месопотамского эпоса. Не все согласны с Форе. И не без оснований: слишком уж высокоразвитой выглядит открытая археологами цивилизация — просторные кирпичные здания, разнообразная посуда, прялки, орудия труда, амулеты, статуэтки людей и животных… Как бы то ни было, шумерийцы пришли в Двуречье и заложили там основы одной из самых великих цивилизаций. И никого уже теперь не мучил вопрос: почему шумерская письменность родилась «как бог из машины» — внезапно и сразу в развитом виде.

Но вот незадача: сами-то шумерийцы уверенно помещали свою прародину где-то на востоке. Где — они и сами в точности не знали, хотя центральный герой их эпоса Гильгамеш именуется «Все Видавшим». Единственная примета прародины — горный рельеф. В языке шумерийцев слово kur сохранило двойное значение — гора и страна. Но горы есть и на Балканах, и в Ираке, и на Пиренейском полуострове, и на севере Индии… Откуда же вести отсчет? От Двуречья? Или теперь, в связи с находками археологов, от Балкан?

К востоку от Тэртэрии простираются степи Причерноморья и Средней Азии, где был одомашнен конь. Письменные источники относят это событие к концу 4-го тысячелетия до н. э. Совершенно ясно, что, только обладая тягловой силой, целый народ со всем своим скарбом (включая и довольно-таки громоздкие «архивы» из глиняных табличек) способен переселиться по суше за тысячи километров.

Да, но ведь Тэртэрия — это 5-е, по меньшей мере — заря 4-го тысячелетия! Получается неувязка. Тогда напрашиваются две версии. Либо конь был одомашнен на территории нынешней Украины значительно раньше, чем это зафиксировали дошедшие до нас документы (в Северном Ираке, по некоторым данным, это произошло в 7-м тысячелетии до н. э., оттуда он мог проникнуть дальше на север), либо шумерийцы вообще не знали коня и использовали в качестве тягловой силы быка. Может быть, поэтому в известных нам шумерских мифах конь не упоминается вовсе, зато Энки — бог воды и мудрости, устроитель Вселенной — предстает, по выражению С. Н. Крамера, «как ярый бык, соединяющийся с рекой, которая представлена в виде дикой коровы».

Бык, корова… Не напоминает ли это Индию? Она ведь тоже расположена к востоку — и от Двуречья, и от Тэртэрии. «Индусы быка называют отцом, а корову — матерью», — изумлялся тверской купец, очутившийся за «третьим морем». Дикие быки, как теперь установлено, в долине Инда никогда  не водились, это божество—пришелец, как, вероятно, и корова, чей культ бережно сохраняется там и сегодня. А Энки совершал морские путешествия в «страну Мелухху», после чего и составил свои «ме» — высшие законы мироздания…

Пока что шумерийцы — один из самых древних достоверно известных народов, обитавших на оживленнейшем перекрестке раннеисторических миграционных путей. Вытесненные тэртэрийскими пришельцами, хлынули в Африку, на Кавказ, в Иран, в Индию и далее в Океанию и Австралию негроидные племена. Потеснились к западу предки семитов, дожидаясь падения Шумера, чтобы возвратиться на круги своя. Города, чьи названия прочитаны в шумерских табличках, обнаружены археологами ближе к югу Месопотамии, рядом с Эламом, — там, где потом возникнет Вавилонское царство. Самые южные — Ур и Эриду располагались на тогдашнем берегу Персидского залива, это были несомненно морские порты. Рядом находилось и устье Евфрата.

Для чего же нужны были месопотамцам эти гавани и почему они совмещались с речным путем, ведущим в глубь страны? И случайно ли, что такие же порты существовали на западном берегу Инда, в Гуджарате?

В начале XX века был обнаружен двойник аккадского государства, пришедшего на смену Шумеру, — протодравидская хараппская цивилизация Индии. В 1922 году археолог Р. Д. Банерджи нашел примерно в четырехстах двадцати километрах от устья Инда на его правом берегу один из ее важнейших центров — Мохенджо—Даро. Позднее в дельте Инда отыскались другие города — Паттала, упоминаемая древнегреческим историком II века Аррианом, Чанху —  Даро, множество селений. Время возникновения хараппской и аккадской цивилизаций примерно совпадает: XXIV век до н. э. В Мохенджо —  Даро раскопано десять культурных слоев, в Калат—Джармо — девять. Археологи приступили к их изучению.

Вот тут-то и начались сенсации. Получили наконец прописку в Индии каменные печати из шумерийских городов Киша и Эшнунны, числившиеся в загадочных. Точно такие же изображения тигров, носорогов, слонов обнаружены в Хараппе. Но как они попали в Двуречье? И откуда прибыла сюда статуэтка девушки в индийском тюрбане? Через Иранское нагорье? Сомнительно, хотя не исключено: когда-то здесь водили свои армии ассириянка Шамурамат (Семирамида), перс Кир, грек Александр Македонский, ходили торговые караваны. Однако гораздо больше данных за то, что упоминаемая в месопотамских текстах страна Мелухха (Малуха), куда шумерийские купцы плавали по пути, проложенному Энки, — это Индия. Косвенным подтверждением таких контактов служат несколько несомненно шумерских цилиндрических печатей, оказавшихся в Мохенджо —  Даро. Названием «Мелухха» Индия обязана, вероятно, племенам маллов (малхов), жившим в бассейне пенджабской реки Рави, притока Инда. Отсюда, рассказывает Флавий Арриан, флотоводец Александра Македонского Неарх плавал к устью Тигра. К тому времени это была уже освоенная трасса. Маллов древние историки называют самым воинственным племенем Индостана. Удивительно ли, что именно им суждено было стать эпонимами всех индийцев!

В XXIV веке до н. э. в Месопотамии процветало аристократическое государство Лагаш. Власть в нем удерживали немногие «большие люди» (лугула). Это понятие — «господин» — равнозначно греческому «полноправный гражданин», а в Шумере практически означало «царь». При царе Энтемене, примерно в 2400 году до н. э., лугула насчитывалось во всем Лагаше 3600. Лет тридцать спустя их количество удесятерилось, а при царе Гудеа у кормила власти стояли 216000 лугула.

Казалось бы, цифры как цифры, ничего удивительного. Однако при внимательном их изучении открываются самые настоящие чудеса.

В Вавилонии, пришедшей на смену Шумеру и Аккаду, весь видимый небесный свод назывался «следом Солнца» и составлял 180 «шагов Мардука», то есть диаметров солнца. Позднее «шаги Мардука» превратились в градусы и были поделены на минуты: 180 градусов — это 10 800 минут.

Два числа управляли месопотамской вселенной — 108 и 10 800. Луна и Солнце. Махаяна и хинаяна — «большая» и «малая» колесницы, как сказали бы буддисты. «Малый диакосмос» и «Великий диакосмос», если перейти на язык Демокрита.

Кстати, эти числа были прекрасно знакомы и грекам. Когда афинский царь Тесей давал конституцию Аттике, он поделил все ее население на четыре родовые филы (области), каждую филу — на три племенные фратрии (района), а каждая фратрия состояла из тридцати родов. Каждый род делегировал в народное собрание по тридцать «лучших» (аристос) мужей, составлявших цвет афинского общества и. управлявших им. Нетрудно подсчитать, что этих аристократов было 10 800. по-видимому, сходная реформа произошла в то время и в Ирландии: как греческая родовая фила превратилась в территориальный округ, так и туаты (прибывшие, как мы помним, из Греции) дали свое имя территориальной единице. Знали греки и так называемый «большой год» — время существования этого мира, после чего он гибнет в пламени и возрождается на такой же срок, чтобы затем вновь и вновь погибнуть и возродиться. Известны несколько таких чисел, наиболее популярное из них — 10 800.

Цицерон исчислял «большой год» в 11340 лет (108X105), по-видимому, это число было самым распространенным в Риме среди многих других. В 12960 лет исчислял «большой год» римский оратор I века до н. э. Гортензий (108X120). Нетрудно заметить, что в первом случае сумма цифр дает девятку, а их произведение —  дюжину, а во втором — соответственно удвоенную девятку и… то же вездесущее число 108.

Вся эта «числовая мистика» — бесспорно отголосок какого-то стройного и всеобъемлющего учения древности, известного нам лишь фрагментарно. Мы находим его следы во многих странах, и география этого учения помогает, наряду с прочим, проследить некоторые пути миграций народов ушедших эпох.

«Вся греческая религия произошла от религии египетской», — сказал «отец истории» Геродот. Из Египта, согласно Платону, происходит легенда об Атлантиде. Ну а сами египтяне, их властители — откуда они? Год из 360 дней и 5 дополнительных был в Египте и Индии, а ведь 360 — это еще и тридцатая часть «большого года» в 10 800 лет. Культ коровы существует в Египте и Индии. Бритоголовые жрецы — в Египте, Индии и Шумере, а позднее — у буддистов, джайнов, ламаистов и синтоистов. Даже католические патеры выбривали на макушке круглую тонзуру, а бритоголовые друиды, по всей видимости, навели Геродота и других греков на мысль о «стране лысых» где-то к северу от Эллады. Касты — в Египте и Индии… Есть ли тут какая-то связь? Или то, что две высшие египетские касты явились из какого-то далека, чтобы управлять невежественными аборигенами долины Нила, — не более чем легенда?

Когда жители Индии, одни из первых, разрабатывали земледельческий календарь, они предпочли лунную его разновидность. Луна, как известно, видна на небе в течение 27 дней, причем за это время трижды меняет своё состояние: новолуние, полнолуние и ущербный месяц. Три состояния — это три «недели» по девять дней каждая. Затем луна исчезает на три ночи (четвертая «неделя») и зажигается вновь, омоложенная. Время, когда миром властвовала луна, нашло отражение в разного рода «тридевятых царствах». Эти сказочные сюжеты — одни из самых древних. Так появились четыре главных священных числа: 3, 4, 9, 27. Еще одним была восьмерка. Можно, конечно, рассматривать ее как удвоенную четверку, но большего внимания заслуживает гипотеза немецкого профессора —  историка Р. фон Лихтенберга о том, что «было некогда время, когда арийцы умели считать только до восьми и начинали новый разряд чисел с девяти. Это вытекает из филологических наблюдений…».

У японцев восьмерка означает «очень много». «Восемь добродетелей» буддистов — это «очень много» добродетелей. Вполне вероятно, что такой счет был связан с восьмигодичным циклом Венеры — священной «звезды» египтян и вавилонян, почитаемой и другими народами, например греками. За восемь земных лет Венера совершает пять периодов обращения, равномерно, как и луна, трижды меняя свое состояние. Восемь месяцев и пять дней она вечерняя звезда, столько же — утренняя, а в промежутках вовсе исчезает с небосклона. Фригийская «великая мать богов» Кибела и финикийская Ашторет — символы этой планеты — изображались с восьмью лучами. Синтоисты и буддисты знают «восемь углов мира». Индуисты в учении йоги разработали восемь ступеней, ведущих к духовному совершенству.

Нечто подобное встречается и у Гомера. Правда, сутки он отсчитывает не восьмерками, а девятками («Вдруг на десятые сутки явился нам берег отчизны»), но идея та же — «лунная» неделя. Ему несомненно было знакомо и «мифологическое время», где год равнялся восьми. Возвращаясь к наблюдениям Лихтенберга, можно отметить еще одно: в санскрите, латыни, греческом, немецком, готском, литовском языках слово «девять» звучит почти так же, как «новый», то есть девятка открывала новую группу чисел. Астрономические же наблюдения индийцев убедили их в том, что лунный цикл укладывается в солнечный год ровно двенадцать раз. Так появились двенадцать месяцев, и это число тоже стало священным.

Нетрудно догадаться, что число 108 — это произведение дюжины и девятки, сочетание элементов лунного и солнечного циклов. (К слову сказать, в пехлевийских — парфянских — текстах древнего Ирана упоминаются две разновидности «большого года» — 9000 и 12000 лет.) Но не только это привлекло к нему внимание. Число 108 удобно своей необыкновенной гибкостью, приспособленностью к любым случаям жизни — тем, что делится без остатка на десять чисел, не считая единицы и самого себя, а сумма его цифр дает священную девятку.

Несомненно, оно родилось в Индии и оттуда разошлось к западу и востоку. По индийским представлениям, например, жизнь высшего бога —  творца Брахмы составляет 311040 000 000 000 лет (а это число кратно 108). В древней Индии существовал также отрезок времени, называемый мухуртой, — тридцатая часть суток, то есть 48 минут. Почему такое странное измерение? Потому что 48 — это, во-первых, частное от деления 10 800 на 225, а во-вторых, — само делится на 12.

Категорию времени, тесно увязанную с сотворением мира, индийцы разработали детально и превратили в стройную шкалу, сочетав в ней десятичную и двенадцатеричную системы: секунда Брахмы (10 000 лет), минута Брахмы (600 000 лет), час Брахмы (36000 000 лет) и наконец сутки Брахмы — кальпа (8640000000 лет). Кальпа — время существования этого мира — состоит из двух тысяч махаюг (больших веков) по 4 320 000 лет каждая. Махаюги, в свою очередь, распадаются на четыре хинаюги (малых века), символизирующие собою эпохи: сатьяюга, или критаюга (золотой век), — 1 728 000 лет, третаюга (серебряный век) — 1 296000 лет, двапараюга (медный век)—864 000 лет и калиюга (железный век)—432 000 лет. Такова цикличность мира. Нетрудно увидеть, что все хинаюги — это число 10 800 с равномерно увеличивающимися сомножителями и что сумма цифр всех этих чисел составляет либо «чистую», либо удвоенную девятку. Больше никто и никогда в древнем мире такими умопомрачительными величинами не оперировал, по крайней мере с тех пор, как наступила нынешняя, первая, калиюга, а началась она 18 февраля 3102 года до н. э., как свидетельствуют священные индийские тексты.

Эту дату (не будем дотошно выяснять ее «точность»!) можно принять как точку отсчета всей средиземноморской цивилизации: именно с того времени (примерно с 3000 года до н. э.) ведут начало своей истории Египет и Крит (а значит — Греция). Именно тогда запульсировало с новой силой сердце Евразии, пробуждая для новой жизни безвестное. Из имен египетских царей 4-го тысячелетия до н. э. известны только два — полулегендарных Скорпиона и Нармера, причем иногда считают, будто это два имени одного и того же человека, что для Египта, надо заметить, неудивительно. Прежде же, уверяет Геродот, ссылаясь на египетских жрецов, жителями долины Нила управляли боги.

Одна из наиболее почитаемых фигур в их пантеоне — безусловно бог загробного мира Тот, уже хорошо нам знакомый. Трудно сказать, имел ли он реального прототипа. Может быть, в Египте и жил некогда сверхмудрец, обожествленный после смерти: такие случаи не редкость. Но едва ли подобный букет знаний, тем более «тайных», способен взрасти на пустом, неподготовленном месте.

Не повторил ли Тот путь Энки? Только корабль свой он ввел не в Персидский залив, а в Красное море, по ту сторону Аравийского полуострова… Или он все же пришел в Египет через Иранское нагорье?

Уже давно антропологи, ссылаясь на исследования древних египетских мумий, высказывали сомнения в том, что египтяне — единственный белокожий народ на Африканском континенте и, как доказано, пришедший из Азии, — принадлежали к семитскому типу. Их тип ближе к шумерийскому или индийскому. И идея деления общества на касты зафиксирована только в Египте и Индии, и число 108 было в Египте не менее почетным, чем в Индии. При крупномасштабном строительстве, например в пирамидах, египтяне пользовались строительным модулем, состоявшим из 108 пальцев (около двадцати метров). Три пальца составляли «фараонов локоть», равный хорошо известному вавилонскому «царскому локтю». Число 108 бесспорно присутствует в некоторых размерениях великих пирамид и туннелей. Геродот, руководствуясь указаниями египетских жрецов, насчитал 11 340 лет царствования фараонов, и это же число мы уже встречали, когда речь шла о «большом годе» Цицерона…

Историков и религиоведов издавна поражает ничем как будто не объяснимое сходство между некоторыми сторонами культов в странах, как бы образующих пояс между тридцатой и сороковой параллелями северного полушария: Египет — Месопотамия — Индия — Китай -япония. Тогда логично предположить, что и лунный культ коровы и быка, чьи рога напоминают рога месяца (недаром все лунные богини изображались рогатыми), принесли с собой в Египет служители —  жрецы. Из Индии? Пока это последний пункт, где можно проследить начало многих миграций. Но не первый, не колыбель. Считается, и не без оснований, что и египетские, н индийские жрецы пришли в эти страны как завоеватели из еще более высокоразвитого государства. Какого? Ответа пока нет. Ясно одно — знания, какими они обладали, давали им неограниченную власть над местными племенами. Английский ученый С. Гэдд объясняет это сходство влиянием шумерийцев, отмечая одинаковость некоторых культурных, бытовых и религиозных обычаев — и египетских, и индийских. Но… В Египте из представителей высшей касты выбирался фараон — верховный жрец. Индийские же цари принадлежали ко второй по значению варне (касте) — кшатриев (воинов; эта каста была второй и у египтян). А касты — это изобретение ариев, европейской народности, обитавшей на Пиренейском полуострове и дожидавшейся часа, чтобы совершить оттуда величественный марш —  бросок вплоть до Гималайских вершин на востоке и Ледовитого океана на севере. Именно арии стали предками индийцев. И не исключено, что одна из самых ранних волн их экспансии стронула с насиженных мест тэртэрийцев…

В 3-м тысячелетии до н. э. весь мир вновь неожиданно пришел в движение. Толчок был дан где-то на юге еще раньше.

Некоторые востоковеды, основываясь отчасти на письменных памятниках, отчасти — на археологическом материале, убеждены, что наиболее высокоразвитые народы Месопотамии (убейдцы, вытесненные примерно в 2800 году до н. э. шумерийцами) и Индии (дравиды) продвигались с юга на север примерно в одно и то же время. Если убейдцы, бежавшие из Двуречья в долину Инда и заселившие ее, могли иметь прародину в любом месте Африки и Аравии, в чем убеждает даже беглый взгляд на карту, то для дравидов существовал только один путь — морской. Индийский эпос знает два великих полусказочных острова. Правда, один из них — полуостров, но вплоть до XI века многие народы не ведали различия между этими двумя понятиями. Одним был Шри Ланка (Прекрасный остров), другим — Маха Ланка (Великий остров, нынешний полуостров Малакка). Любой из них мог быть прародиной дравидов. Однако ученые склонны искать начало маршрута дравидов к западу от Индостана, а не к югу или к востоку. Ведь именно на западе, в Белуджистане и Синде, — там, где цвела хараппская цивилизация, обитает народ брагуй, чей язык относится к группе дравидийских и родствен шумерскому. Но и южный или восточный путь дравидов пока не отбрасывается. С Шри Ланкой, между прочим, тесно связан индийский эпос «Рамаяна», приписываемый поэту Вальмики, но созданный, как полагают, ариями, продвигавшимися по Индостану в противоположном дравидам направлении. Статуэтки персонажа «Рамаяны» — обезьяночеловека Ханумана обнаружены в глубоких культурных слоях Бахрейнских островов (страны Дильмун) и Двуречья.

Не двигались ли месопотамцы и дравиды из одного центра? Тогда им могла быть только Аравия, район Омана. И только ли в этих направлениях шла миграция? Многие этнографы усматривают сходство хараппцев с австралоидами, населяющими также Океанию…

Примерно в то же время и китайцы внезапно узнали, что все «великие перемены» случаются раз в 1260 лет (произведение цифр этого числа составляет двенадцать, а само оно — шестидесятая часть от 10 800, умноженная на священную семерку, или девятая часть от 11 340, и сумма цифр каждого из этих трех чисел тоже составляет девять), а их письменность, соединив в себе элементы намазганской и арийской, стала приближаться к тому виду, в каком ее знаем мы.

Космогоническая система Востока окончательно оформилась и закрепилась с распространением буддизма начиная с VI века до н. э. Вот лишь некоторые ее элементы.

В Индии появляется канон религиозных текстов «Упанишад» (тайного учения) — их ровно 108. Индийцы пользуются культовыми светильниками со 108 фитилями и свято верят, что силу человеку дают 107 сил трав (108-я сила изначально присутствует в организме). Они насчитывают 108 имен и эпитетов Махадевы («Великого бога» — Шивы) и 547 прошлых воплощений Будды (108, умноженное на пять, с добавлением семерки), причем 546-е проходило на небесах и отличалось огромной длительностью, а 36 раз Будда воплощался в громовержца, бога света и тепла Индру, чье имя связано с понятиями «радуга» и «землетрясение».

Буддисты Тибета чтят свой 108-томный канон тантрических текстов «Ганчжур» и комментарий к нему — 225-томный «Данчжур» (удвоенное 108 с прибавлением девятки). Сумма цифр того и другого — девять, она равна сумме цифр всех 333 томов. Тибетские монастырские заповеди благочестивого поведения сулят три степени посвящения: кто неукоснительно следует первым десяти, получает титул гэрджен, освоивший тридцать шесть — становится гэкулом, а сто пятьдесят три — гэлунгом (сумма цифр двух вторых — девять). Гэлунги обязаны знать наизусть весь «Ганчжур».

Иранцы полагали, что бог —  творец йима создал мир в три этапа длительностью триста, шестьсот и девятьсот лет. Сумма цифр всех этих этапов составляет 18 — удвоенную девятку. Их священная книга «Авеста» состояла из 21 сочинения: это утроенная семерка.

108 ударов колокола отмечают приход нового года в Японию. По мнению тех же японцев, человека обуревают 108 чувств, или страстей. Чтобы избавиться от них, нужно прочесть 108 молитв, перебирая при этом четки из 108 коралловых зерен. Если перебрать их двадцать девять раз — будет отдана дань каждому богу.

В Тибете при больших храмах такими «четками» служит ограда из 108 вращающихся цилиндров — прежде чем войти в святое место, надо их прокрутить и тем самым очиститься.

В непальском святилище Муктинатх, где процветает культ Вишну и Шивы, требуется обойти 108 раз вокруг святого места, перебирая четки из 108 зерен, и лишь потом можно насладиться созерцанием 108 струй священного источника.

В Китае весь придворный церемониал тоже построен на этом числе. Вокруг гроба усопшего императора устанавливались 108 статуэток Будды из золота и нефрита, а траурную церемонию вели 108 буддийских и столько же даосских монахов.

И только немногие посвященные, как и тысячелетия назад, помнят сегодня подлинный смысл этого магического числа, символа мироздания и мудрости: 108=1х2х2х3х3х3. Располагая эти сомножители треугольником, мудрецы получали следующую картину:

Иными словами, число 108 — это символ кальпы, времени существования Вселенной.

Носителям этой мудрости — ариям — становилось все теснее на отведенном им природой пиренейском пятачке. Даже самая щедрая земля имеет пределы своих возможностей, она не может прокормить больше, чем может. Ариана разбухала — в ней зрел нарыв.

Начиная с первой трети 3-го тысячелетия до н. э. Азия от Японии до Средиземного моря стала напоминать пестрое лоскутное одеяло, под которым смертным боем дерется дюжина кошек. Границы лоскутов и их окраска сменялись, как в бешено вращающемся калейдоскопе. И из этой мельтешащей, кипящей массы глаз исследователя в состоянии выловить, увы, немногое.

Волна за волной устремлялись толпы арийских кочевников на три стороны света (не будь на западе Атлантики, они устремились бы на все четыре). Эти волны смахивали с карты целые цивилизации (скольких мы не знаем!), а уцелевших носителей этих культур либо гнали перед собой, либо сами растворялись в них — ассимилировались. Одно за другим возникали и лопались, словно пузыри на поверхности кипящей воды, государства. В жарких междоусобицах сменялись цари и династии, унося в могилу неведомые нам языки и наречия. То немногое, что от них оставалось, вбирало в себя язык завоевателей, образовывая нечто новое, неслыханное, взаимно родственное — индоевропейское.

Новая Ариана возникла между Каспием и Персидским заливом: так назвал ее в III веке до н. э. греческий математик и географ Эратосфен. Одной из ее областей была Арейя, а одним из народов — ариаспы. Позднее Ариана превратилась в Иран, его жители называли себя «арийя». Первоначально они обитали на территории нынешнего Афганистана, примерно между Гератом и Кабулом, но потом продвинулись дальше к западу и к югу, а также заняли Курдистан. По ту сторону Персидского залива появилась Аравия. Племя ариев было у мидийцев: они переиначили его в аризантов. В еще более измененном, иранизированном виде это слово сохранилось в названиях скифского племени алазонов (Гомеровых гализонов) в бассейне Южного Буга, сарматского — аланов (арианов) в Приазовье и Предкавказье, грузинской реки Алазани. А на более поздних картах античного мира не составляет труда отыскать, например, Арию (область и озеро в Иране), Ариаку (район в Индии), Ариасс (город в юго—западной части Малой Азии), Арикию (озеро в Италии). Геродоту известен путешественник VII века до н. э. Аристей из Проконнеса, сочинивший «Аримаспейю» — поэму об одноглазом северном народе аримаспах, в которых нетрудно угадать иранских ариаспов. У него же находим сведения о персах Ариазе и Ариарамне, египтянине Арианде, скифах Арианте и Ариапифе, о греческом певце Арионе. Греки, как уже говорилось, называли «лучших» своих граждан «аристос» и чтили бога войны Арея, или Ареса, а иранцы с трепетом поминали злого духа Ангра—Майнью, которого греки именовали Ахриманом. Цезарю довелось сражаться с вождем германского племени свевов Ариовистом…

На Крите, известном египтянам под именем Кефтиу, или Кафтор, арии тоже оставили след. Достаточно вспомнить хотя бы Ариадну — дочь Миноса и сестру человекобыка Минотавра. Греческие мифы лишь очень глухо сообщают о критских куретах, самофракийских кабирах, критских и малоазийских дактилях, критских, кипрских и родосских тельхинах. Судя по всему, это было коренное население, существовавшее до рождения богов. Критская цивилизация расцвела одновременно с египетской и столь же внезапно. Более того, первым фараоном называют Аху — объединителя страны и основателя первой династии. Иногда его отождествляют со Скорпионом и Нармером. В некоторых переводах он именуется Мина или Менее: египетский, как и многие другие языки древности, не знал гласных, и огласовка слов зачастую условна. Египтяне потом обожествили этого царя: верхнёегипетский бог солнца и плодородия Мин, он же Амон, достаточно хорошо известен. А первым правителем Крита мифы называют Миноса — сына Зевса и Европы! Совершенно очевидно, что это одно и то же имя. Вопрос только в том, носил ли его один и тот же персонаж.

Мина, Менее, Минос — все это так или иначе трансформированное имя индийского мудреца и праведника Ману, сына Вивасвата и внука матери богов Адити. В «Ведах» («Знание») и «Махабхарате» («Сказание о великих индийцах»), приписываемых легендарному мудрецу Вьясе, рассказывается, что Ману стал после потопа родоначальником нового человечества. Его имя означает «думающий, мыслитель», то есть попросту «человек». Первочеловеками для Египта и Крита и были его первые цари—культуртрегеры. Сыновья прародителя германцев Манна — Гермион, Ингевон и Истевон — стали предками больших племенных объединений. Имя Ману встречается и по пути от Индии к Средиземноморью. Из «Вавилонской хроники» известен восточный сосед Ассирии и ее союзник — государство Мена, или Манна, населенное маннеями. Критские деньги — слитки металла в виде распластанных бычьих шкур — дали название греческой расчетной денежной единице мине — «монете Миноса». А римские боги загробного мира именовались манами: Минос был судьей на том свете и ассоциировался с человеческими жертвами, приносимыми Минотавру. С загробным миром перекликается по своим функциям и египетский бог плодородия Мин, особенно почитавшийся в Копте. Возможно, что это обожествленный после смерти (подобно Миносу) Мина — Менее…

Бросается в глаза и индийское название самого Крита, воскрешающее в памяти бога Кришну, «золотой век» (критаюгу)… Крита — по—санскритски — целый, совершенный. Но скорее всего, остров получил свое имя от Крату — шестого сына Брахмы. Греческие мифотворцы тоЖе уверяли, что родившийся на Крите Зевс был шестым ребенком, а чтобы писк новорожденного не достиг ненароком ушей его отца Крона, его заглушали ударами мечей о щиты жрецы Реи (матери Зевса) куреты, этимологически связанные с Крату. Мало кто помнит теперь, что шестерка — половина от двенадцати — была священным числом во всем древнем мире.

Египетское название Крита — Кафтор — также арийского происхождения; арии заимствовали это слово у финикийцев: санскритское kapi превратилось у семитских народов в kuf — корабль. Этот тип судна обрисован Геродотом, а по иранским рекам и сегодня еще плавают куфы — лодки с плетеным корпусом, обтянутые шкурами.

Остров—корабль. Остров кораблей. Кафторим… Надо ли напоминать о тысячелетнем морском могуществе Крита! Одного этого могущества было бы достаточно, чтобы это государство на веки вечные утвердилось в истории человечества…

Впрочем, Крит принадлежал «поясу Тота» не в большей степени, чем к следующему за ним, протянувшемуся севернее и охватывающему Малую Азию, Грецию и Италию. Если в «поясе Тота» властвовали боги—звери — обезьяна Хануман, кошка Бает, кабан Адон, то «пояс Гермеса» (назовем его так) был царством зверочеловека, царством оборотней, способных принять звериный облик и сбросить его по своему желанию или по воле богов: Ио в образе коровы, Зевс—Юпитер под личиной орла, а на рубеже нашей эры — Иисус в виде то рыбы, то агнца. На Крите родилось нечто промежуточное — быкочеловек Минотавр. И там же родилась греческая религия. Мифы, легенды и сказания — главные и единственные свидетели того, с чего начинались цивилизации. И почетное место среди них принадлежит греческим — лучше всего сохранившимся, наиболее подробным и поэтичным мифам. Они — зеркало тысячелетий, то более, то менее отчетливо отражающее лики многих народов…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

13. Культура эпох палеолита, мезолита и неолита

Из книги История культуры автора Дорохова М А

13. Культура эпох палеолита, мезолита и неолита Этапы в изобразительном искусстве палеолита следующие:1) натуральнее творчество. Этот этап основан на создании натуральных макетов. В основном это различные изобразительные композиции из туш убитых животных, их костей и


Человек неолита

Из книги Япония до буддизма [Острова, заселенные богами (litres)] автора Киддер Джейн Э.


Советские масоны

Из книги Рассказы о Москве и москвичах во все времена [Maxima-Library] автора Репин Леонид Борисович


Кругом одни масоны!

Из книги автора

Кругом одни масоны! Сокровенные таинства вершились за массивными стенами этого дома, на самой оживленной части Мясницкой, кажется, и посейчас хранящего тени и голоса давно прошедших по жизни людей. Внутри он много раз перекраивался. А вот фасад дома, принадлежавшего