Женщины из подручных материалов

Женщины из подручных материалов

Но если кто-то думает, что для изготовления женщины в качестве материала требовался мужчина или хотя бы его ребро, — он глубоко ошибается. В ход шло все, и некоторые решения демиургов выглядят весьма экзотично.

Четверо братьев, культурных героев индейцев тайно, после всемирного — во всяком случае, с точки зрения тайно — потопа обнаружили полное отсутствие женщин. То ли они утонули, то ли уплыли в неизвестном направлении. Однако, несмотря на это печальное обстоятельство, обязанность продолжения рода никто с мужчин не снимал. И они нашли выход из сложного положения: один брат плюнул в другого и у того — таким ядовитым оказался плевок — немедленно образовался нарыв. Когда гнойник хорошенько созрел, братья его вскрыли, и наружу вышла женщина, которая всем четверым стала доброй женой. От этой дружной семьи и вели свое происхождение тайно, пока их не извели на корню приплывшие по пути Колумба европейцы. Впрочем, есть и другая версия появления женщин у тайно. Она сообщает, что женщины выросли на дереве и посыпались оттуда, как спелые плоды. Одна беда — у них не было вагин. Но тут, к счастью, прилетел дятел и продолбил недостающее. Кстати, такие же отверстия — а в качестве бесплатного приложения и анусы — сделала женщинам индейцев санема птичка зеленая оропендола, имеющая весьма крепкий клюв, похожий в раскрытом виде на остро заточенный пинцет.

А индейцам санти даже плевать не пришлось — нарыв у Хакайкайны, младшего из пяти братьев-первосанти, возник после того, как он наступил на какую-то колючку. Из нарыва он извлек маленькую девочку, и непонятно было, что с ней делать, но потом в течение одного дня изобретательные старшие братья превратили ее в половозрелую девушку — для этого, как показали проведенные ими многочисленные эксперименты, девчонку достаточно было перебросить через крышу. Ту же роль сыграла колючка и в появлении первой женщины у арапахо. Но вообще-то миф арапахо какой-то «бесполый»: появление дамы не вызвало у первомужчин этого племени интереса, а завершилось все тем, что и первая женщина, и первые мужчины вместе вознеслись на небо и стали там Плеядами.

Из нарыва на мужской ноге (миф уточняет, что это была нога вождя, но кто бы сомневался?) явилась на свет, по одной из версий, и первая женщина индейского племени яномами; звали ее Канаболокома. До этого мужчины яно-мами грешили анальным сексом и пробовали совокупляться с деревьями. В конце концов они даже научились рожать себе подобных, но с Канаболокомой, надо признать, дело пошло веселее. Вторая версия сводится к тому, что первую женщину яномами, обрели, собирая плоды какой-то лианы. И один плод — вероятно, это был тот случай, когда желания материализуются и так воплотились мечтания яномам-ских мужиков — превратился вдруг в женщину с очень большим влагалищем. Но есть еще и третья версия — о первой женщине яномами родом из рыб. Это была дама с норовом, чему, вероятно, способствовали пираньи, обосновавшиеся в ее вагине, — чтобы их прогнать оттуда, мужчинам пришлось изрядно потрудиться. Что в первом, что во втором, что в третьем варианте свежеиспеченная женщина не только умудрилась удовлетворить всех яномами так, что никто не остался обиженным, но и родила множество девочек, которые, в свою очередь, от все тех же мужчин произвели на свет кучу детишек обоего пола, чем и обеспечили продолжение жизни яномамского народа.

Сложным путем возникла первая женщина индейцев айорео. Сначала появилась некая птица-женщина, которая соблазнила многих чистых душой и телом индейцев. Когда она умерла, мужчины — нашлись такие умельцы! — соорудили из ее костей сразу двух женщин. Правда, одна тоже умерла, но зато вторая — похожая на птицу-женщину, как сестра-близнец, но без перьев — жила долго и счастливо, со всеми мужиками айорео сразу, и по праву причислена к первопредкам...

У народа вемале, населяющего Молуккские острова, первая особа женского пола — юная девушка по имени Хаину-веле возникла из крови, случайно смешавшейся с молоком кокоса. Кроме, собственно женских качеств, она оказалась полезна еще и тем, что, справляя большую нужду, производила кораллы, гонги и фарфоровые изделия...

Но если кровь, нарывы и женские кости, пусть даже с птичьей составляющей, — все-таки вещи, имеющие прямое отношение к человеку, то о всяких стволах, ветках и прочих деревяшках этого никак не скажешь. Тем не менее первые женщины многих — прежде всего индейских — народов были, в сущности, деревянными изделиями.

Так, демиург индейцев тенетехара Майра, когда ему приспичило, просто вырезал себе жену из цельного ствола. Его тезка-близнец и тоже демиург, но уже племени урубу, обладатель такого большого члена, что за ним, как говорится в мифе, не всегда можно было рассмотреть самого Майру, поленился изготовить себе женщину и просто вступал в половую связь с деревьями, используя для этого любые щели. Но однажды после совокупления дерево обернулось женщиной, причем сразу беременной, и Майра — порядочный оказался демиург! — заключил с ней законный брак. С деревом — по-простому, через расщеп в коре, — прижил двух девочек, первых женщин суруи, и культурный герой этого индейского народа Иапеаб. Впрочем, что касается урубу, то в их мифах есть еще по меньшей мере два варианта появления первой женщины: согласно одному — Майра никаких сношений с деревьями не совершал, а превратил в женщину ветку, которую затем и взял замуж; согласно другому — женщина сама возникла из гнилого плода.

Тотемный предок племени кикапу Кролик соорудил из дерева двух девушек, спасая собственную жизнь. Они предназначались в жены Рыси, который в противном случае грозился употребить на обед самого Кролика. В аналогичную ситуацию угодил культурный герой калапало Кватин-ги. Дабы ублажить кровожадного ягуара Ницуэги, он смастерил целую толпу деревянных женщин, но, поскольку сам не умел делать вагины, то подрядил специалиста по этой части Тапира. Тот взялся за дело столь рьяно, что одну женщину даже расколол своим членом, который использовал в качестве столярного инструмента. Остальные, впрочем, удались на славу и были отправлены к Ницуэги. Либидо в этих деревяшках так и играло — по пути к пункту назначения они устроили оргию с Лаской и Зимородком, во время которой одна умерла, выпив какую-то отраву, другая разбилась, свалившись с пальмы, и еще несколько подевались куда-то без видимых причин... До ягуара добралась самая последняя, но и она вскоре пала от руки (точнее, от когтя) свекрови.

На острове Уналашка, проданном Россией когда-то Соединенным Штатам в одном пакете с Аляской, местные алеуты в мифические времена имели обыкновение, когда в хозяйстве требовался мужчина, приманивать его дочерьми на выданье, а если таковых в семье не было, то их просто вытачивали из дерева. Первые женщины австралийских аборигенов вальбири до превращения были дощечками с сакральными изображениями, которые извлек из своего тела прародитель племени отец-змей. Культурный герой индейцев ваура Квамути первых трех девушек своего народа вырезал из цельных стволов, влагалища им вылепил из воска, а зубы сделал из семян, чем ваура объясняют свои стоматологические проблемы. А к влагалищам у них никаких претензий — видимо, получилось хорошо...

Запутанная история с деревянными девушками запечатлена в мифе индейцев камаюра. Местный демиург Мавуциним, загнанный ягуарами на дерево (оказывается, и с демиургами такое случается!), в опасении быть съеденным пообещал отдать в жены вождю ягуаров своих дочерей, но, когда он явился домой и велел дочерям собираться в дорогу, те заартачились. Тогда Мавуциним магическим пением превратил в девушек восемь деревьев, сделал им пояса из древесных волокон, вырезал из бамбука гениталии и даже провел испытания своих изделий, приказав лиане с каждой из них совокупиться. После того как лиана дала отмашку: «Годятся!», он попросил девушек отправиться к вождю ягуаров вместо своих дочерей — именно попросил, что вообще-то для демиургов нехарактерно, — и пять из восьми девушек ответили согласием. Куда делись три отказницы, не известно; вокруг же остальных развернулись события, чем-то напоминающие сюжет с десятью негритятами. Одна девушка забыла гребень, пошла назад, заблудилась и стала лесным духом. Продолжившие путь четыре девушки встретили Аиста, спросили у него дорогу и отдались ему в качестве платы за информацию. В процессе расплаты у одной из них порвался пояс, она полезла на дерево за материалом для нового, но сорвалась, упала на острый побег и умерла. Три других девушки двинулись по пути, указанному Аистом, дальше и встретили Тапира, который согласился указать им дорогу на тех же условиях, что и Аист. Но условия выполнила только одна девушка, да и то, вероятно, не в полном объеме — потому что у Тапира оказался слишком большой член и во время совокупления бедняжка померла. Две ее подружки бросились бежать и добрались-таки до вождя ягуаров, которого, чтобы не перепутать, чей он вождь, так и звали Ягуаром. Судьба этих девушек сложилась по-разному: одну извела свекровь-ягуариха, и уже после смерти несчастной муравьи вынули из ее чрева мальчиков Кута и Яе, а другая поднялась вместе с Ягуаром на небо, где и проживает в настоящее время. Что же касается мальчиков, то они порешили свою злую бабку и создали индейцев камаюра (по самой распространенной версии, превратив в них побеги бамбука), а затем заступили на вечную службу людям: Кут стал солнцем, а Яе — месяцем.

У индейского племени ояна есть похожий миф, герой которого — правда, уже не демиург, а человек — откупается от Ягуара обещанием выдать за него свою сестру. Но сестра отказалась идти за Ягуара, и человек стал искать ей замену. Он сделал девушку из дерева, но та выпала из гамака и раскололась, к спине девушки, слепленной из воска, прилипла корзина — да так, словно всегда была частью ее позвоночника, а девушка из смолы таяла на солнце быстрее, чем он успевал придавать ей формы. Положение казалось абсолютно безвыходным, но тут человеку пришло в голову сплести девушку из ротанга, и этот материал оказался настолько хорош, что и девушка получилась в высшей степени прочная, и Ягуар подмены не заметил.

А вот миф индейцев варрау рассказывает, как деревянную девушку подсунули самому хозяину солнца Хокохиаро-ту, который держал светило на веревке и отпускал на небо на очень краткое время, а за продление этого срока требовал женщин. Поскольку женщины были в большом дефиците, для Хокохиароту вырезали девушку из ценного дерева уси-ру и дали ей красивое имя Усирумани. А чтобы она совсем походила на настоящую, попросили дятла — может быть, того самого, что посодействовал мужчинам народа тайно, — проштробить ей что-то вроде вагины, и Хокохиароту интимом с Усирумани остался очень даже доволен. Финт с деревянной девушкой попробовали проделать, причем с самим Солнцем, и индейцы макуши — по одной версии, удачно и тоже с помощью дятла, а по другой — миссия была провалена, так как девушку по ошибке отправили к Солнцу без вагины, и он (у макуши «солнце» — мужской персонаж) вынужден был сам мастерить ей вагину из банановой кожуры. Надо заметить, что это был добрый Солнце, другой мог бы за обман и испепелить...

Поучительная история случилась на заре мифического времени в индейском племени кубео. Культурный герой Куваи вырезал из дерева женщину, а его мать прилепила ей все необходимые женские органы — и стал Куваи с этой женщиной жить, намереваясь начать массовое производство первых кубео. Но не тут-то было: жена не только не беременела, но завела любовника Анаконду и стала бегать к нему каждый день. Куваи выследил их и убил Анаконду метким выстрелом из лука. После этого он отрубил у него пенис, разрезал на части и попробовал накормить жену, а когда та от угощения отказалась, вышвырнул ее за дверь. И неверная жена тут же опять превратилась в дерево. В дальнейшем — об этом уже другие мифы — у Куваи было множество жен, с которыми он и породил кубео. Кстати, обратное превра-шение женщины в исходный материал древесного происхождения можно найти и у казахов — в легенде об Ильясе, жена которого стала колючим кустарником караганой.

И на закуску, коль скоро мы говорим о женщинах деревянного происхождения, два слова о простых занозах. Без них не было бы индейских народов айова и омаха. Айова, как мы помним, выбрались на свет из влагалища Ые, но, похоже, это были одни мужчины. А размножаться айова хотелось... И это желание было столь велико, что вызвало превращение занозы, вынутой из ноги индейца, в девушку по имени Тио-гритта. С этой Тиогриттой у айова связано немало мифических событий, но главное сводится к тому, что размножение с ее появлением наладилось.

Как под копирку все случилось у омаха, существование которых на земле началось с четверых братьев. И жить бы им без женской заботы, но как-то младшенькому в подошву воткнулась щепка. Парень ее выдернул, а она возьми и превратись в девчонку. Братья обрадовались, объявили ее сестрой, но потом не удержались, согрешили с названой сестрой — и пошло-поехало...

Но на деревянных женщинах свет клином не сошелся, и даже там, где, казалось бы, древесины в избытке — например, на острове Новая Гвинея, — первые представительницы местного народа айбом, Колиманге и Неменгембо, были сделаны демиургом Меинтубанге из земли. Правда, поначалу они вели жизнь в высшей степени целомудренную (и, может быть, даже не подозревали о существовании мужчин), но при этом активно готовились к материнству, воспитывая как собственных детей глиняные сосуды. И не зря: однажды к Колиманге явился мужчина Юманмли, без долгих предисловий завалил ее на спину, и она тут же зачала. Правда, вос-питуемые сосуды после этого перестали слушаться указаний Колиманге, но уж и ей стало не до сосудов. Колиманге родила, примеру товарки последовала Неменгембо, и народ айбом стал увеличиваться, как на дрожжах...

Из комка земли возникла и первая женщина у тетумов, живущих в Индонезии и на острове Тимор. Причем, если верить мифу, ее появление стало всего лишь звеном в цепочке, вызванной к жизни необходимостью накормить местных мужчин-первопредков. Демиург Усуф Нено, чье имя в переводе на русский означает «господин Солнце», создав мужчин, позабыл, судя по всему, обеспечить их пропитанием, и тогда на небо была отправлена делегация с просьбой поддержать местных сельхозпроизводителей и выделить семена для посева. Однако Усуф Нено вручил делегатам не мешок с зерном, а комок земли и велел возвращаться восвояси. С урчащими от голода животами они вернулись домой и стали ковыряться в этом комке — вероятно, в надежде найти внутри жареного поросенка или хотя бы кусок пирога. Но вместо съестного обнаружили вполне себе ничего девушку, извлекли ее наружу и тут же из-за нее передрались. Потасовка закончилась мирным соглашением — этот вывод можно сделать из того, что девушкой стала общей женой. Вскоре она забеременела и родила девочку. И вот тут, когда, казалось бы, жизнь устроилась даже и без еды, перед полиан-дрической семьей материализовался Усуф Нено и приказал новорожденную убить и закопать. Тетумы покорно все исполнили, и не успели они завершить похоронный ритуал, как из могилки поперли наружу кустики риса и другие культурные растения. То есть демиург с самого начала все предусмотрел, хотя неясно, для чего ему понадобились такие сложности. Между прочим, перед тем, как убраться обратно на небо, Усуф Нено отменил полиандрию, выбрал из мужчин самого достойного и наказал ему соединиться в браке с явившейся из комка земли первоженщиной, которая при виде риса как-то сразу перестала горевать по убиенной дочери. И вот от этой-то пары и пошли в дальнейшем все тетумы.

Хосипе, первопредку народа рай, повезло хотя бы уж в том, что не пришлось делить первоженщину ни с кем из соплеменников, потому как он был рай в единственном числе. Явилась первоженщина из камня, который Хосипа несколько раз вылавливал из реки, но всякий раз выбрасывал обратно. И лишь когда Хосипа сообразил, что камень ловится неспроста, принес его домой и положил на полку, тот вдруг сам зашевелился, сверзся на пол и раскололся, и из него вышла райская (не путать с райской!) красавица.

Мифы азиатских эскимосов сообщают два способа создания женщины. Согласно одному мифу, первоженщину изваял из собственных экскрементов тотемный предок Волк. Но, будучи выдана замуж за Ворона и оказавшись в его теплых объятиях, эта дама превратилась в исходный материал без видимых для эскимосов последствий. Другая версия приписывает создание женщины эскимосскому шаману, который посулил небесному божеству Тынагыргыну в жены несуществующую сестру, а когда тот явился за обещанной девушкой, быстренько слепил девицу из снега. Тынагыргын снежной бабой вполне удовлетворился и отбыл вместе с ней в верхний мир. И теперь, когда она рожает на небесах — а происходит это довольно часто, — на земле идет снег...

К женщинам — изделиям из дерева примыкают женщины, сделанные из древесной тыквы-горлянки, именуемой также посудной тыквой. Индейцы акавайо так и называются на местном наречии «людьми тыквы», поскольку их прародительница завязалась на грядке и лишь затем стала женщиной. А в мифах некоторых народов посудная тыква и вовсе — без всякого обретения человеческого облика — ведет активную половую жизнь и в изобилии рожает детей от местных мужчин.

Различные виды этой тыквы произрастают в Азии, Африке, Америке и Океании, и везде из нее делают сосуды для хранения питья и еды, но женщина проснулась только в американской тыкве. Вероятно, индейские мужики пробудили ее особо нежным обращением. Они, в отличие от, скажем, китайцев или народов банту, которые также весьма уважительно относятся к тыкве-горлянке, использовали ее не только в хозяйственных целях, но и — в тех случаях, когда местный демиург по какой-то причине либо не создал женщин, либо позволил им навсегда покинуть мужчин, — затевали с ней любовные связи и даже заключали брачные союзы.

Если точнее, то интим у индейцев был преимущественно не с самой тыквой, а со сделанным из нее сосудом калебасой (или калебасом — род в русском языке у этого слова не устоялся). Тыквы прямо с грядки популярностью не пользовались. Вот, к примеру, первочеловек племени амауака поначалу совокуплялся со свежихми тыквами, и они исправно от него рожали, но дети получались нездоровые и вскоре умирали. Но как-то он переспал с калебасой, и она родила мальчика и девочку; правда, мальчик и в этом случае не выжил, но зато девочка выросла, стала первочеловеку доброй женой, и от их супружества пошел народ амауака.

Такой же миф есть и у родственных амауака кашинауа. Разница только в том, что первомужчина кашинауа никаких экспериментов со свежей тыквой не проделывал, а сразу подкатил к калебасе, которая и родила дочь, чьи гениталии источали сильный цветочный аромат. Так что нет ничего удивительного в том, что первомужчина обратил на них внимание, а тут еще обезьяны показали ему, как именно их использовать. Как не совершить после этого сакральный инцест?! Первомужчина его и совершил, породив следующее поколение кашинауа. Имеется у кашинауа и другой миф о зачатии в калебасе; если верить ему, то никакого первомужчины не существовало, а была первоженщина, наполнившая четыре калебасы своими выделениями разного рода, чего вполне хватило для зачатия и рождения двух мальчиков и двух девочек; от них и пошли кашинауа.

Двоих близнецов родил на свет, мастурбируя по ночам в калебасу, персонаж мифа шипибо. Когда мальчики выросли, они стали донимать всех вопросами, где их мать. Что им ответил отец, не известно, но, судя по всему, об обстоятельствах их рождения он умолчал — а может быть, даже соврал в том духе, что их мать была героической летчицей и погибла на Севере. Во всяком случае, мальчики отправились на поиски матери, пережили множество приключений и перебили множество безвинных антропоморфных и зооморфных существ, но так толком ничего и не узнали. Между делом они дали начало шипибо, а затем, видимо разочаровавшись в окружающей действительности, забрались на небо по цепочке из стрел, прихватив с собой челюсть гигантского каймана, которую теперь мы наблюдаем с Земли в виде звездного скопления Гиады.

Двумя близнецами, зачатыми аналогичным образом в калебасе, было положено начало еще одному индейскому племени — пилага. Но мать вполне человеческого облика, и даже, по уверению мифа, красавица, у этих мальчиков имелась. Совершив свое дело, отец оставил беременную калебасу на тропинке, она, когда подошел срок рожать, раскололась, мальчики вывались наружу и были усыновлены неизвестно откуда взявшейся случайной прохожей...

Калебаса в сочетании с эротическими сновидениями способствовала возникновению индейцев сикуани с их причудливыми мифами. Началось с того, что у культурного героя сикуани Мацулудани случилась поллюция. Приснившаяся ему голая женщина не растерялась: уж коли такая оказия случилась, обернула сон в явь и слила семя в калебасу, где возник мальчик Мадуедани. Мацулудани встретил малыша неприветливо и даже стер в порошок, но, когда тот воскрес, понял, что никуда от отцовства не деться, и занялся вместе с сыном, который сделался еще большим культурным героем, нежели он сам, сотворением разных животных и предметов. Между прочими делами Мадуедани топнул ногой, и миру из-под земли явились индейцы сикуани. Но это только одна версия. Другой миф приписывает заслугу создания сикуани культурному герою Фурнаминали. Он хотел произвести этот индейский народ половым путем, но у него украли и заразили дурной болезнью жену, из-за чего ей пришлось дать отставку, а новая жена, вырезанная из дерева, оказалась бесплодна. Тогда Фурнаминали попытался сотворить людей, вставляя пенис во все попадавшиеся на пути отверстия, но потерпел неудачу — в отверстиях зачинались только животные. В конце концов он сотворил четыре яйца, и из них вышла великолепная четверка первопредков — Кахува-ли, Тсамани, Ивинаи и Тспараи Дува, которые, сочетаясь друг с другом, и породили сикуани...

Но вернемся к калебасам. Серьезную роль они сыграли в жизни родственных африканских народов — зулусов, коса и суто. Здесь, отметим это особо, сосуды из тыквы были использованы по медицинским показаниям. Дело втом, что жены первых людей этих народов раз за разом рожали воронов и шансы получить нормальное потомство, как ни старались первомужчины, все уменьшались. Но тут прилетели мудрые голуби и посоветовали зачинать детей в калебасах. В процессе выяснилось, что мужчина для такого зачатия не требуется — достаточно капнуть в калебасу две капли женской крови, извлеченной из спины (у зулуски) или из ноги (у коса и суто).

Калебаса помогла пережить трудные времена мужчинам племени мака, чьи женщины, как мы помним, явились из воды. Но до того как это произошло, мужчины зачинали детей именно в калебасах и сами их воспитывали (из калебас мака рождались только мальчики). По тому же пути, ожидая у моря погоды, то есть у озера женщин, могли пойти и индейцы мокови, не обладай их первочеловек магическими способностями. Обрюхатив калебасу и дождавшись, пока она произведет на свет троих мальчишек, он совершил соответствующий ритуал и переменил пол — тут миф имеет варианты — то ли одному сыну, то ли сразу двоим. Второй вариант тоже разветвляется: по одной версии, первочеловек взял в жены обеих девочек, оставив третьего не превращенного сына без пары, а по другой — женился сам и благословил третьего сына на брак с бывшим братом.

Целенаправленно решали женский вопрос мужчины племени хопи, после того как индейцы навахо увели у них всех женщин. Их хитроумный культурный герой Кван проделал отверстие в калебасе и велел всем мужчинам по очереди с ней совокупиться. Общими стараниями калебаса забеременела и родила на радость всем хопи девочку, которую отдали на воспитание бабке Паучихе. Как уж там индейцы, изголодавшиеся по мягкому женскому, делили ее, когда она выросла, миф не сообщает, но будущее племени удалось спасти.

Наконец в калебасе поселил свою полюбовницу На-Кра, поссорившуюся с родителями и бежавшую с неба, культурный герой индейцев каяпо Нгодьюре. По ночам он вытряхивал ее в свою постель, а утром заталкивал в калебасу обратно. К счастью, когда эта история раскрылась, папа девушки демиург Бепкоророти уже смягчился и дал согласие на их брак.

Рассказывать о близких отношениях мужчин и калебас можно еще долго, но, признаться, выглядят они довольно однообразно; посему на этом мы поставим точку. Упомянем лишь, коль скоро столько внимания было уделено тыквам, об их близком родственнике из семейства тыквенных — огурце. Этот овощ сыграл решающую роль в судьбе культурного героя Тумбрегака из племени папуасов аиоме. Этот Тумбре-гак попал в очень непростую ситуацию: однажды он спустился с неба на землю, а кто-то возьми да и обрежь веревку. Жена скинула бедняге сверху огонь и кое-какой еды, в том числе четыре огурца, и более им не интересовалась. Стал Тумбрегак налаживать земной быт, построил хижину и пошел по делам, а когда вернулся, увидел, что огурцы превратились в прехорошеньких девушек. Он их всех взял в жены, и две родили мальчиков, а другие две — девочек. Эти мальчики и девочки переженились, и от них пошел народ аиоме...

И в заключение, коль скоро идет разговор о женщинах из растительных материалов, немного романтики от чжуанов, живущих на юге Китая. Здесь первая женщина появилась из цветка, который принес домой одинокий чжуан.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава I. Историографический и методологический аспекты проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического исследования

Из книги История и старина: мировосприятие, социальная практика, мотивация действующих лиц автора Козловский Степан Викторович

Глава I. Историографический и методологический аспекты проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического


1.1 Историографический аспект проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического исследования

Из книги Эпоха Рамсесов [Быт, религия, культура] автора Монте Пьер

1.1 Историографический аспект проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического


1.2 Методологический аспект проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического исследования

Из книги Кино Японии автора Сато Тадао

1.2 Методологический аспект проблемы междисциплинарного изучения эпических материалов в контексте исторического исследования 1.2.1 Общая характеристика методологических проблем изучения эпоса В части введения, посвященной историографии, рассмотрено, кроме прочего,


2. Женщины

Из книги Культура заговора : От убийства Кеннеди до «секретных материалов» автора Найт Питер


3. Красивые женщины

Из книги Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX века) автора Лотман Юрий Михайлович

3. Красивые женщины Несколько лет назад для японской телевизионной программы «Вся земля — одна семья» был проведен любопытный эксперимент. Студентам в университетском городке на Новой Гвинее, в одной из деревень африканской саванны, в гренландском поселении эскимосов,


4. Женщины и карма

Из книги Год быка--MMIX автора Романов Роман Романович

4. Женщины и карма Когда японское кино стало изображать закон кармы, или предопределенность судьбы женщины, это делалось со смешанными чувствами симпатии к ее несчастному положению и уважения к ее душевной твердости. Такой взгляд на женщин особенно просматривается в


5. Женщины и свобода

Из книги Страна восходящего солнца автора Журавлев Денис Владимирович

5. Женщины и свобода Центральным персонажем в основном сюжете прекрасного фильма Есисигэ Ёсиды «Эрос и убийство» («Эросу пурасу гякусацу», 1970) является японский революционер предвоенных лет Сакаэ Осуги. Будучи анархистом, Осуги выступал против частной собственности и,


Две женщины

Из книги Мифы и правда о женщинах автора Первушина Елена Владимировна

Две женщины Д. Фонвизин включил в рукописный журнал «Друг честных людей, или Стародум» (не опубликованный при его жизни)[397] вызвавший восторг Пушкина «Разговор у княгини Халдиной». В нем Пушкин увидал не столько сатиру, сколько правдивое бытоописание — живую картину


О, женщины…

Из книги Исследования в консервации культурного наследия. Выпуск 2 автора Коллектив авторов

О, женщины… Похоже, что метафора крутого обрывистого берега по отно­шению ко второй части Романа ока­залась чересчур живой. Взять этот барьер с наскока или найти удобную тропинку наверх пока не уда­ётся. Поэтому приходится дей­ство­вать методично, про­двигаться шаг за


Л. С. Гавриленко, И. А. Григорьева, А.В. Грибанов, О. Г.Новикова Применение комплекса микроаналитических методов для исследования состава материалов и продуктов их деградации под воздействием внешних неблагоприятных факторов

Из книги автора

Л. С. Гавриленко, И. А. Григорьева, А.В. Грибанов, О. Г.Новикова Применение комплекса микроаналитических методов для исследования состава материалов и продуктов их деградации под воздействием внешних неблагоприятных факторов Проблема влияния окружающей среды на предметы


Е. Л. Малачевская Роль химико-технологической лаборатории ГосНИИР в создании новых реставрационных технологий и материалов

Из книги автора

Е. Л. Малачевская Роль химико-технологической лаборатории ГосНИИР в создании новых реставрационных технологий и материалов За годы работы лаборатории химических технологий реставрационных процессов ею было поставлено и решено большое количество задач, касающихся