Глава 8. «ВЫХОДЯ ИЗ БЕЗГРАНИЧНОЙ СВОБОДЫ…» (Модель «Бесов» в романе Б. Можаева «Мужики и бабы»)

Глава 8. «ВЫХОДЯ ИЗ БЕЗГРАНИЧНОЙ СВОБОДЫ…»

(Модель «Бесов» в романе Б. Можаева «Мужики и бабы»)

Но приказ опоздал: Петр Степанович находился уже тогда в Петербурге, под чужим именем, где, пронюхав, в чем дело, мигом проскользнул за границу…

…говорят даже, что и Шигалев будто бы непременно будет выпущен в самом скором времени, так как ни под одну категорию обвиняемых не подходит.

Ф. М. Достоевский, «Бесы»

Герой романа Б. А. Можаева «Мужики и бабы», сельский учитель Дмитрий Успенский, размышляет о «левых» и «левизне» в революции: «Уяснили что-либо эти леваки? Ни черта! Ленина они не трогают, боятся. Зато Достоевскому достается. Теперь обвиняют Достоевского в том, что он окарикатурил революционеров в своих «Бесах». Но это же чепуха! О чем больше всего пеклись эти вожачки вроде Петеньки Верховенского или Шигалева? Да об установлении собственной диктатуры. А эти о чем запели?» [275] Эти — вожаки новой формации, деятели конца двадцатых годов, поэты продразверстки, инициаторы раскулачивания: те и эти — вот главный предмет данного исследования, равно как и предмет пристального внимания автора «Мужиков и баб» Б. Можаева.

Вопрос — острый, сверхактуальный, поставленный самой жизнью, — как работает роман «Бесы» сегодня — долгое время вынужденно интерпретировался историками литературы и критиками только в связи с бесовщиной инонациональной. С помощью «Бесов», явивших «анатомию и критику ультра-левацкого экстремизма» [276], описывали события, происшедшие там, где власть была захвачена политическими честолюбцами и использована в грязных и преступных целях. Идейные наследники героев Достоевского обнаруживались в Китае, Чили и Кампучии; следы романа просматриваются в Латинской Америке, Японии, Индии. Несомненно: подобные параллели имеют в высшей степени законное право на существование. Универсальный смысл исторического и духовного опыта, содержащегося в «Бесах», дает уникальную возможность познания и осмысления любых аналогичных ситуаций.

Тем не менее для всех и всегда было очевидно: наиболее точно, наиболее пророчески, наиболее трагически «работает» аналогия «Бесов» на наших, а не иноземных примерах. Ибо как бы мы ни обличали ультралевацкий экстремизм, маоизм или полпотовщину, с кем бы мы ни сравнивали Петра Верховенского и Шигалева, нам никуда не деться от того обстоятельства, что уже давно весь мир и мы сами прежде всего сопоставляем художественный мир «Бесов» с тем, что произошло у нас дома. Действие романа, занимающее тридцать дней, выплеснувшись за границы повествования, растянулось на долгие десятилетия; будущее было угадано с невиданной, пугающей силой предвидения. Литература и жизнь как бы поменялись местами: прототипами иных реальных деятелей стали вымышленные герои из романа Достоевского. Так что вопрос о том, например, где искать следы избежавшего наказания и исчезнувшего из России Петра Верховенского, или о том, как трансформировалась и обрела силу закона теория Шигалева, имеет скорее рабочий, исследовательский, чем досужий интерес. А это значит: начинается освоение реального простора вечной темы — русская революция и русская литература.

В этом смысле появление романа Б. Можаева «Мужики и бабы», в котором ориентация на идеи и образы «Бесов» глубоко осознана и откровенно заявлена, в высшей степени закономерно и символично: жизнь, словно бы «начитавшаяся» Достоевского, требовала специфически «достоевского» освоения.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ХИТРОСТЬ ЛЕНИВОЙ БАБЫ

Из книги Народный быт Великого Севера. Том I автора Бурцев Александр Евгениевич

ХИТРОСТЬ ЛЕНИВОЙ БАБЫ Жил-был мужик; была у пего преленивая баба. Скажет, бывало мужик бабе: «зачем не прядешь?» а баба сведет его в клеть, вынет из ларя веретено, покажет мужику и скажет.: «смотри, муженек, веретено полнехонько!» Затем положит она веретено в ларь и после


ГУСИ-ЛЕБЕДИ, или Слово в защиту Бабы-яги

Из книги Знаем ли мы свои любимые сказки? [Скрытый смысл, зашифрованный сказочниками. Читаем между строк, фрагмент] автора Коровина Елена Анатольевна

ГУСИ-ЛЕБЕДИ, или Слово в защиту Бабы-яги НАЛЕТЕЛИ ГУСИ-ЛЕБЕДИ, ПОДХВАТИЛИ МАЛЬЧИКА, УНЕСЛИ НА КРЫЛЬЯХ… Эту сказку обожают все. Существует множество ее вариантов. Там даже есть кое-какие отличия, но все они не существенны ни для развития сюжета, ни для выявления морали.


Глава вторая Площадное слово в романе Рабле

Из книги Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса автора Бахтин Михаил Михайлович

Глава вторая Площадное слово в романе Рабле Я понять тебя хочу, Темный твой язык учу?[92]. Мы остановимся прежде всего на тех именно моментах романа Рабле, которые, начиная с XVII века, служили камнем преткновения для его ценителей и читателей, которые Лабрюйер называл


Глава третья Народно-праздничные формы и образы в романе Рабле

Из книги Бесы: Роман-предупреждение автора Сараскина Людмила Ивановна

Глава третья Народно-праздничные формы и образы в романе Рабле Время – это играющий мальчик, передвигающий шашки. Ребенку принадлежит господство. Гераклит В конце предыдущей главы мы коснулись «анатомизирующего» изображения побоищ и ударов в романе Рабле, его


Глава шестая Образы материально-телесного низа в романе Рабле

Из книги Bce тайны мира Дж. P. Р. Толкина. Симфония Илуватара автора Баркова Александра Леонидовна

Глава шестая Образы материально-телесного низа в романе Рабле Философы ваши ропщут, что все уже описано древними, а им-де нечего теперь открывать, но это явное заблуждение. Все, что является вашему взору на небе и что вы называете Феноменами, все, что вам напоказ


ЕСЛИ ТАГОР ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЧИТАЛ «БЕСОВ»…

Из книги Религиозная антропология [Учебное пособие] автора Ермишина Ксения Борисовна

ЕСЛИ ТАГОР ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЧИТАЛ «БЕСОВ»… В чем же причина отмеченных перекличек между двумя романами? Ответов может быть по меньшей мере два. Первый: Тагор не читал «Бесов», и переклички обусловлены лишь аналогичным художественным изображением аналогичных явлений


Глава 4. Мифологическое клише в романе: пространство и время

Из книги Политическая история брюк автора Бар Кристин

Глава 4. Мифологическое клише в романе: пространство и время Структура, воссоздаваемая невольно Независимо от того, насколько сознательно писатель (любой, отнюдь не только Толкин) обращается к мифологии, он воспроизводит те сюжетные ходы и мотивы, которые восходят еще к


Глава 1. Культура Ом: древнеиндийская антропологическая модель

Из книги Декабристы и русское общество 1814–1825 гг. автора Парсамов Вадим Суренович

Глава 1. Культура Ом: древнеиндийская антропологическая модель В современных исследованиях Древняя Индия и Древний Китай часто понимаются как религиозно-философские культуры, организованные вокруг ключевых понятий и символов – Ом (Аум) и Дао[2]. В этих символах


Глава 2. Культура Дао: китайская антропологическая модель

Из книги автора

Глава 2. Культура Дао: китайская антропологическая модель Начиная изучение древнекитайской культуры Дао, необходимо осознать ее особенности, отраженные в сложных формах, некоторые из которых, до сих пор определяя китайский менталитет, не имеют аналогов в современном


Глава восьмая «Дух законной свободы и гражданственности»

Из книги автора

Глава восьмая «Дух законной свободы и гражданственности» Жизнь Михаила Александровича Фонвизина (1788–1854) органично сливается с биографией целого поколения. По ней не только можно изучать основные вехи российской истории конца XVIII – первой четверти XIX в., но и проследить