Мало-чувствовать: надо переживать

Мало-чувствовать: надо переживать

На животное производят впечатление только непосредственно для жизни необходимые лучи солнца, на человека – равнодушное сияние отдельных звезд.

Л. Фейербах[8]

Впечатлительность

Свойство детской зоркости – волновать – отлично объясняет, почему малыш приобретает столько знаний, сколько ни один взрослый за тот же отрезок времени. Кто не умеет волноваться, познавая, тот не умеет познавать. Волнение – радостное или печальное – усиливает отражение событий и вещей и тем как бы приживляет его к человеку.

А что волнует?

Например, открытия неискушенной юности. Первые картины мира, вспыхивающие перед человеком.

Как поражают, например, в ученические годы рассказы о далеких странах, о событиях глубокой древности! И как из-за этого все усвоенное прочно укладывается на полках памяти!

Не удивительно, что самые восприимчивые к знаниям – малыши. Знают они мало, и весь мир для них полон неожиданностей и чудес. Сама сказка для них не сказочней действительности. Они удивляются всему и бурно выражают свои эмоции.

Взволнованность помогает малышам все превосходно запоминать, усваивать. И все их обогащает. Не только поучения – любая жизненная мелочь. И пылкая радость открытия – куда мама прячет варенье, и громкий рев познания, что иногда за радостным открытием следует шлепок...

Какие же изменения претерпевает человеческая чувствительность с годами?

Сперва она только усиливается. Этому способствует всевозрастающий запас слов ребенка. Вот как это происходит.

Если к концу первого года жизни малыш знает не больше двух-трех десятков слов, то к концу второго года его словарный запас достигает 250–300 слов, а к концу третьего – доходит до тысячи.

Трехлетний возраст считается самым «разговорчивым возрастом» человека: за день он произносит в среднем 15 тысяч слов, а в неделю столько, сколько слов встречается в большом романе.

Из страстной любознательности малышей нельзя, правда, сделать вывод о глубине приобретенного познания. Оно – поверхностное. Тараторят малыши много, и много спрашивают, но интересуются преимущественно «верхушками». «Корешки», то есть собственно знания, вернее, основательные знания обычно им безразличны.

Все же, несмотря на поверхностность своего знакомства с миром, малыш, как говорилось, приобретает столько, как никогда потом, став большим, за такой же короткий отрезок времени.

Наслаждение от познавания окружающего обычно так велико, что человек стремится испытать его вновь и вновь. Он жадно всматривается и вслушивается в окружающее. Он обретает не только первый свой житейский опыт, но и первые – сознательные или бессознательные – стремления выразить себя.

Правда, не все умеют обращать чувства не только к познанию окружающего мира, но и к выражению себя. Но природа обеспечила всех решительно возможностями делать и второе: пытливая любознательность дошкольников, их острая чувствительность и радостное удивление увиденному – первые инструменты, при помощи которых пятилетний может хоть смутно начать догадываться – с чем он родился.

С годами чувствительность слабеет. Особенно это заметно, когда, выйдя из дошкольного возраста (то есть приблизительно семилетнего), он начинает карабкаться по уступам повзросления:

от 7 до 11 лет – младший школьный возраст;

от 11 до 15 лет – подростковый (возраст отрочества);

с 15 до 18 лет – юношество.

Не страдает ли человек от притупления чувствительности, взрослея? Если «нет» – что вознаграждает его за подобную утрату?

Вознаграждает прежде всего огромность познаваемого им мира и то, что чем больше видит человек, тем ему легче увидеть еще большее. Даже с меньшей чувствительностью он может приобретать и впредь много духовных ценностей.

Вознаграждает также постепенное развитие в человеке чувствительности другого рода, так называемой впечатлительности.

Впечатлительность – это взволнованность не столько внешняя, за счет обычных органов чувств, сколько внутренняя, глубинная. Это не просто «умение чувствовать». Это – умение переживать.

Недостаточно иметь чуткое ухо, сказал кто-то, чтобы получить глубокое впечатление от «Лунной сонаты» Бетховена. Надо чуткую душу иметь. Впечатляется – кто переживает.

Ничем подобным не располагают другие существа Земли, хотя и обладают чувствительностью тоже.

Животные испытывают удовольствие и страх, ярость и настороженность. Но они куда равнодушнее к содержанию и виду окружающих предметов. Если предмет не пища, не защита, не угроза, не что-нибудь иное столь же важное для существования животного, оно его и не заметит.

Ребята поймали в лесу ежа. Поймали, принесли домой, и началась у зверька непостижимая городская жизнь. Недели две он прятался за холодильником, ночью бегал по квартире. Носили его в школу, с недельку он пожил в другом доме.

Подчиняясь строгому родительскому приказу, ребята отвезли, наконец, его снова в лес. Там пленник был выпущен на свободу, а мальчик в заключение сострил:

– Вероятно, думает: «Здорово я от них удрал!»

А я смотрел на улепетывающего зверька и думал: «Сколько приключений перенес! А где они все? Вернется к своей ежихе и рассказать ничего не сможет».

Умей он различать хотя бы такие вещи, как дом, кровать, холодильник, поезд, ребята, он, может быть, придумал бы, как их назвать на собственном ежовом языке. Ежиха его заслушалась бы. А что он видел, кроме, как «чужие», «не лес», «пища» (молоком-то он с удовольствием питался), что-нибудь еще столь же простое? Да и то, несомненно, не так глубоко его затронуло, чтобы остаться в памяти.

Вот потому и получается, что школьник о приключениях ежа расскажет больше, чем сам еж. Хотя наверняка у ежа есть чувства, каких нет у школьника. Человек расскажет больше потому, что видит тысячи вещей, которые для животных недостижимы.

«Орел видит значительно дальше, чем человек, но человеческий глаз замечает в вещах значительно больше, чем глаз орла»,– говорил Энгельс.

Конечно, и человеческий глаз не подметит многого. Если бы Землю посетили обитатели планет более высокой ступени цивилизации, они могли бы, пожалуй, разглядеть у нас немало нами незамеченного.

Но люди тянутся к тому, чтобы завтра видеть больше, чем сегодня. И всякий человек чего-то добивается. Способности отдельного человека обнаруживать детали растут с образованием, с умом, до некоторого возраста и с годами.

Занятный пример приводила педагог А. П. Семенова.

Три мальчика разных возрастов посмотрели картину «Максимка» по одноименному произведению К. М. Станюковича. Потом ребят спросили, про что они видели фильм?

Пятилетний малыш ответил:

– Про Максимку, как он веревку тянул и пирожное давал, ешь, говорит, и смеется.

Ученик второго класса:

– Про то, как американец его бил, а наши советские моряки отняли Максимку, оставили на корабле и бескозырку со звездой дали.

А вот ответ старшего, девятиклассника:

– Показана судьба негров в капиталистической Америке. Произведение старое, а звучит современно. На судьбе Максимки видна жизнь угнетенных народов.

Как меняется ви?дение мира с возрастом, можно показать и на примере одного человека. Для этой цели каждый мог бы вспомнить хотя бы, как он читал одну и ту же книгу в разные годы.

Лично мне довелось, более или менее случайно, перечитывать «Войну и мир» каждые 5–6 лет. И всякий раз я читал ее по-новому, всякий раз передо мною была совсем другая книга. Более содержательная и глубже меня захватывающая.

Сперва я погрузился с головой просто в увлекательный приключенческий роман. В другой раз любовался яркими картинами русской жизни начала прошлого столетия. Читал «Войну и мир» как философское и историческое исследование (и потом не удивился, узнав, что Толстой изобразил ход войны с французами точнее, чем историки того времени). Читал роман и угадывал знакомых, поэтому читал его как повествование о судьбах близких и родных мне людей...

Все знают знаменитое выражение древнего философа Гераклита: «Никто дважды не вступал в одну и ту же реку». Мол, вода будет другая, значит, и река не та. А «вступал ли» кто дважды в одну и ту же книгу?!

Еще два слова об изменении цепкости впечатлений с годами.

Впечатлительность людей с возрастом растет, а вот запоминается ими обычно меньше из прочувствованного, чем малышами (детской зоркости не хватает!). Очень ли это и всегда ли это плохо?

В чем-то (и кому-то) плоховато, но не всегда. Пожалуй, иногда в этом даже больше хорошего, чем плохого. Уменьшение запоминания всего прочувствованного оберегает человека от разбросанности, а мозг его от перегрузки. Уж слишком много видит он с какого-то момента, а остро впечатляться всем увиденным ему, скорее, ни к чему. Остатки детской зоркости важны, но обращенные преимущественно «в свое дело».

Как изменяется цепкость впечатлений: скачком или постепенно? Когда это приблизительно начинается?

В народе есть такое выражение: «девичья память». Смысл – память слабая, дырявая. Не знаю, почему «девичья»,– ведь и юноши склонны забывать многое. Но верно подмечено одно: заметное ослабление памяти в юношеском возрасте.

Житейский опыт говорит: такое продолжается недолго. К тому же и забывчивость не полная: что-то и тогда запоминается прекрасно. (Полезно, впрочем, об этом свойстве возрастном не забывать. Стало что-то непрочно удерживаться в сознании – напряги волю. Занимайся вдумчивее и упорней, старайся преодолеть препятствия.)

Все же провал памяти бывает. От чего он? Не от внезапности ли больших открытий на пороге жизни? Не от рассеянности ли перед новым миром?

По-видимому, т? и это роль свою играют. Малыш жил-жил и всем интересовался, обо всем расспрашивал. Но расстилалась перед ним в основном только одна часть природы: внешняя. О другой – внутренней своей природе он и не догадывался.

Но вот раздался бой Больших Часов: малыш стал любознательным подростком. Незаметно превратился в юношу, девочка, оставившая скакалку,– в задумчивую девушку.

Словно второй горизонт открылся перед человеком: горизонт внутреннего мира.

Есть от чего и растеряться: так много нового, удивительного открывается перед неискушенным, но уже впечатлительным сознанием.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Фортуна велика, да ума мало

Из книги Пословицы российские автора Новиков Николай Иванович

Фортуна велика, да ума мало Фортуна без ума, как тело без души, Слепа и в голову ослину поселилась, Перо, неложную нам повесть опиши, Скажи нам истину, с Лавидом что случилось. Для басенки такой, Фортуна, не утой Ошибки, сделанны от слепоты тобою, Дабы вперед другой, Пленясь


То, что надо

Из книги От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные автора Блау Марк Григорьевич

То, что надо Исаак Карассо (Isaac Carasso; 1874–1939), преуспевающий детский врач из греческого города Фессалоники, в 1912 году увидев, что на Балканах начинает разгораться война, переехал в более спокойный и богатый город, в Барселону. Вскоре он отметил, что у многих его пациентов были


Сен-Мало

Из книги Судьба эпонимов. 300 историй происхождения слов. Словарь-справочник автора Блау Марк Григорьевич

Сен-Мало (неизм.)портовый город в Бретани, на севере Франции (на берегу Ла-Манша).Св. МалоSt. Malo (520–621)ирландский монах, крестивший в середине VI в. Бретань, основатель аббатства в Сен-Мало. Известен также как Маклу или Макловиус (Maclovius). Подробности его жизни изложены в трех


3. Людям надо доверять

Из книги Исторические байки автора Налбандян Карен Эдуардович

3. Людям надо доверять В начале войны и у немецких, и у американских подводников дела идут отвратительно. С риском для жизни субмарина выходит на дистанцию торпедной атаки, залп – и ничего. Торпеды попадают и не взрываются. Подводники рвут на себе бороды и матерятся


Третья заповедь: Помогите актерам почувствовать то, что они должны чувствовать!

Из книги Шесть актеров в поисках режиссера автора Кесьлевский Кшиштов

Третья заповедь: Помогите актерам почувствовать то, что они должны чувствовать! Может быть, за эти десять дней работы с Кесьлевским нас больше всего поразило его умение находить выход из тупиковых ситуаций. Время от времени на съемочной площадке наступал момент, когда


«Не надо, соструним…»

Из книги Повседневная жизнь русской усадьбы XIX века автора Охлябинин Сергей Дмитриевич


К. Токаев — Россию не надо бояться, с ней надо сотрудничать

Из книги Беседы автора Агеев Александр Иванович

К. Токаев — Россию не надо бояться, с ней надо сотрудничать Беседа с министром иностранных дел Республики Казахстан Касымжомартом Токаевым.«Экономические стратегии», № 05-06-2006, стр. 06–12 Среди государств СНГ Казахстан, безусловно, является для России одним из важнейших


И целого мира мало…

Из книги Знаем ли мы свои любимые сказки? Тайны и секреты сказочных произведений. О том, как сказки приходят к людям из прошлого и настоящего автора Коровина Елена Анатольевна

И целого мира мало… ВСЕ НАШИ ЖЕЛАНЬЯ, И ДУМЫ, И СНЫ ОГНЕМ МИРОЗДАНЬЯ МЕЖ ЗВЕЗД ЗАЖЖЕНЫ… НЕУЖТО С ВРАГАМИ НАМ НЕ СОВЛАДАТЬ, ВЕДЬ С НАМИ – НАД НАМИ – НЕБЕСНАЯ РАТЬ? Киплинг Р. «Песня астролога». Из сказок о Паке («Награды и Феи») Перевод Т. Чернышевой Сказочники мыслят


Но и рожать надо уметь...

Из книги Древняя история секса в мифах и легендах автора Петров Владислав

Но и рожать надо уметь... Тут необходимо коснуться одного обстоятельства: оказывается, женщины многих народов не умели рожать. У некоторых, например у агуаруна, женские животы, когда приходило время явиться на свет ребенку, просто лопались, и роженицы умирали. У других было


1. Мне мало надо

Из книги Алогичная культурология автора Франк Илья

1. Мне мало надо Представьте себе, что вы просите, например, сына принести вам яблок из сада, причем яблок покрасивее, чтобы поставить на стол гостям. У вас в саду две яблони, двух сортов: одна дает яблоки мелкие и красные, а другая – крупные и зеленые. Вы же, будучи человеком


ХОРОШО, НО МАЛО?

Из книги Как говорить правильно: Заметки о культуре русской речи автора Головин Борис Николаевич

ХОРОШО, НО МАЛО? Теперь мы должны ответить на два вопроса: 1) все ли стороны речи регулируются языковыми нормами? 2) всякая ли правильная речь признается хорошей? Нетрудно заметить, что эти два вопроса внутренне связаны и ответить на них очень непросто. Для ответа нам надо