Снова в каменоломне

Снова в каменоломне

Десятки изнуренных голых людей в узких набедренных повязках роились небольшими группами на ровных платформах, вырубленных причудливыми уступами прямо в скале.

Человек добывал камень, чтобы строить храмы, дворцы, пирамиды. Вначале он выравнивал по горизонту большой участок скалы, пока не образовывалась ровная гладкая площадка. Потом обрубал ее с трех сторон, чтобы получилась длинная платформа-стол, основание и одна из сторон которого еще продолжали оставаться скалой. Человек наносил на «столе» параллельные линии и осторожно, с удивительным терпением и упорством углублял каждую из них, пока они не превращались вначале в желоб, а затем в узкую щель, в которую с трудом пролезала рука, сжимавшая рубило или молот. Когда щель достигала нужной глубины, начиналась самая сложная и тяжелая часть работы, требовавшая особой точности глаза и твердости руки: разрезанный на ровные прямоугольники стол-платформу нужно было снизу отрубить от скалы. Делалось это тем же способом, только теперь щель рубили в горизонтальном направлении.

Ее долбили с особой осторожностью, так как под действием собственного веса плита могла неожиданно отколоться. То, что она своей тяжестью раздавила бы руки каменотесов, было не так уж важно в представлении жрецов-надсмотрщиков, но плита могла треснуть, а это означало порчу самой плиты, потерю стольких дней труда.

Толстый жрец остановился. Прямо перед ним на острых обломках битого камня, прижавшись всем телом к скале, голова к голове лежали два совершенно голых человека. Они казались неподвижными, и только напряженные мускулы говорили о том, что люди не отдыхали, а трудились: один глубоко в щели наводил на ощупь рубило, другой, также на ощупь, бил по нему молотом.

Спина левого была сплошь разукрашена еще не зажившими рубцами — свидетелями недавних жестоких побоев. Выбрав место, где раны казались посвежее, жрец сильно ударил по нему ногой, обутой в толстые сандалии. Человек вздрогнул, рука невольно рванулась из щели, но узкие каменные тиски крепко держали ее.

Жрец довольно захохотал. Он присел на камень и стал наблюдать, как Каменотес с изуродованной спиной заставил расслабиться напряженные от боли мышцы, только так он мог вытянуть руку из каменного плена. Жрец видел, как медленно отползало от скалы бронзовое тело и вместе с ним так же медленно ползла из щели рука, чем-то напоминавшая змею. Наконец рука-змея выползла наружу; она сжимала длинное острое рубило.

Это была великолепная рабочая рука: сухая, тонкая, жилистая, а главное, послушная. Сколько бесформенных камней превратила она в идеально ровные прямоугольные плиты; сколько тончайших узоров нанесла на камень, повторяя сложнейшие рисунки священных знаков, которыми жрецы записывали на вечные времена божественные пророчества или восхваляли мудрость и военные победы великих правителей; сколько мертвых камней ожило от ее прикосновения, оставляя потомкам бессмертные образы богов, их верных служителей на земле и всемогущих владык…

Это была великолепная рабочая рука. Любой другой, будь он на месте тупого надсмотрщика, залюбовался бы ею…

Каменотес медленно поднимался с земли.

— Пойдешь опять к реке! — бросил жрец. Он хотел встать, но не успел: рука, сжимавшая рубило, обрушила на его голову страшный удар. Она перестала быть послушной…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

СНОВА ГОРЕ ОТ УМА

Из книги Эссе, статьи, рецензии автора Москвина Татьяна Владимировна

СНОВА ГОРЕ ОТ УМА Известное московское издательство, чья специальность - массовая беллетристика, выпустило в 2007 г. целых три романа видной журналистки Юлии Латыниной - «Ниязбек», «Инсайдер» и «Дело о лазоревом письме». Неужели в жизнь запущен проект превращения острого


И снова об аронзоновском Рае

Из книги Критическая Масса, 2006, № 4 автора Журнал «Критическая Масса»

И снова об аронзоновском Рае Несколько дней я размышлял над строчкой Аронзона «Мгновенные шары скакалок» (из раннего стихотворения «Полдень»). Иногда мне казалось, что строчка гениальная по пластике и демонстрирует то богатство возможностей, от которого Аронзон


И снова Видок…

Из книги Герои до встречи с писателем автора Белоусов Роман Сергеевич

И снова Видок… Но чтобы создать эти характеры, надо было их изучать. И Гюго неоднократно посетит ад, где томились парии закона, не раз пересечет ворота Тулонской каторги, побывает в каторжной тюрьме Бреста, в парижских тюрьмах, будет наблюдать, как заковывают партии


О пейзаже снова

Из книги Повести о прозе. Размышления и разборы автора Шкловский Виктор Борисович

О пейзаже снова Была у Диккенса счастливая книга, в которой все казалось уютным. Описывая в «Записках Пиквикского клуба» проезд почтовой кареты, Диккенс все время возвращался к уютной карете, к уютному дому. Весело звучит рожок, а в коттедже еще подбрасывают в очаг


Снова лирика

Из книги Обратная сторона Японии автора Куланов Александр Евгеньевич


Снова в долины

Из книги Русский со словарем автора Левонтина Ирина Борисовна

Снова в долины Начиная с XV века, к равнинным нахским обществам начинают прирастать поселения вновь спускающихся с гор чеченцев. Они вели ожесточенную борьбу с кумыкскими, ногайскими и кабардинскими ханами и князьями, которые в союзе с Ордой эксплуатировали чеченские


Снова о словах

Из книги 1000 ликов мечты, О фантастике всерьез и с улыбкой автора Бугров Виталий Иванович

Снова о словах В телепередаче А. Архангельского «Тем временем» говорили как-то о феномене Живого Журнала. И вот в какой-то момент состоялась короткая пикировка между журналисткой Анной Наринской, весьма критически отзывавшейся о ЖЖ, и Антоном Носиком — создателем Lenta.ru


…И снова поиск

Из книги Библейские фразеологизмы в русской и европейской культуре автора Дубровина Кира Николаевна

…И снова поиск Все познается сравнением. И экскурс к истокам уральской фантастики нельзя не дополнить беглым хотя бы взглядом в послевоенные десятилетия и сегодняшний ее день. (Тема эта, разумеется, заслуживает подробного исследования, но оно уже выходило бы за рамки


И снова о «приспособленцах»

Из книги Наблюдая за русскими. Скрытые правила поведения автора Жельвис Владимир Ильич

И снова о «приспособленцах» Многие БФ изменяют свою семантику в процессе функционирования в языке. Так, выражение тьма кромешная (в синодальном переводе – тьма внешняя) первоначально означало загробный мир, место пребывания умерших. Туда нисходят все живущие на земле и


И СНОВА О ЛИЧНОСТИ

Из книги Тропинка к Пушкину, или Думы о русском самостоянии автора Бухарин Анатолий


И снова живу

Из книги Другая наука. Русские формалисты в поисках биографии автора Левченко Ян Сергеевич

И снова живу Мы улетали из Петербурга ранним рейсом. К пяти утра к гостинице «Прибалтийская» минута в минуту подкатил «Икарус», и седой шофер пригласил в салон. И вот мы мчимся по пустынному городу – под вздохи уходящей ночи, навстречу рассвету: кто пыхтит, разбираясь с


6. Снова романтизм

Из книги Санкт-Петербург. Культминимум для жителей и гостей культурной столицы автора Фортунатов Владимир Валентинович

6. Снова романтизм Восприятие современности сквозь историю и пристальный поиск себя уводит формалистские корни в романтическую почву. Решая в научных работах личные вопросы, формалисты демонстрировали примеры высокой рефлексии в текстах смешанного жанра. Литература