Глава пятая Аргос и другие чудовища

Глава пятая

Аргос и другие чудовища

Основные действующие лица

Инах — Первый царь Аргоса.

Пеласг — Мифический прародитель пеласгов.

Аргос (1) — Один из первых царей Аргоса.

Аргос (2) — Всевидящее чудовище.

Ио — Дочь Инаха, возлюбленная Зевса, превращенная в белоснежную телку.

Данай — Сын царя Египта Бела, стал царем Аргоса.

Даная — Мать Персея.

Акрисий — Отец Данаи, убит Персеем.

Прет — Царь Тиринфа.

Беллерофонт — Внук Сисифа, укротивший Пегаса; убил Химеру.

Пегас — Крылатый конь, отпрыск Медузу.

Персей — Сын Зевса и Данаи, убил Медузу, женился на Андромеде.

Медуза — Смертная Горгона.

Андромеда — Освобождена Персеем, стала его женой.

Местом действия многих греческих мифов являются город Аргос и его окрестности.

Первым правителем Аргоса был Инах, сын Океана и Тефиды; согласно грамматисту Апиону (жившему в I веке), исход евреев из Египта случился в годы его правления. У Инаха был внук Апис, выведенный Эсхилом в пьесе «Просительницы», где о нем говорится, что он сын Аполлона, предсказатель и врач, который, придя из Навпакта в Пелопоннес, уничтожил всех чудовищных змей и покончил со свирепствовавшей чумой.

Аполлодор сообщает, что Апис умер, не оставив потомства, и отождествляет его с египетским быком-богом Аписом, который со временем слился с Осирисом в едином божестве Сераписе, почитавшемся и в египетской, и в греко-римской среде.

Сестра Аписа Ниобабыла, как считается, первой смертной, с которой Зевс вступил в любовную связь. От Зевса Ниоба родила сыновей Аргоса и Пеласга[51], эпонима пеласгов, древнейшего населения Греции.

Аргос был прадедом многоглазого великана, носившего то же имя (иначе Аргус). Тело этого Аргоса[52] было испещрено множеством бесчисленных глаз (по другой версии, у него было четыре глаза, по одному с каждой стороны головы), причем глаза эти никогда одновременно не спали. Аргос, обладая чудовищной силой, послужил на благо Пелопоннеса: убил быка, опустошавшего Аркадию, сатира, угонявшего скот, и Ехидну, полуженщину-полузмею, дочь Тартара и Геи.

Но более всего Аргос известен как страна Ио, дочери аргосского царя Инаха. Ио привлекла внимание Зевса, и он наслал на нее эротический сон. Она попросила оракула растолковать этот сон. Оказалось, что согласно этому сну, Инах должен изгнать ее из страны. Инах покорился этому толкованию, и изгнанную из страны Ио то ли Зевс, то ли Гера превратили в корову, на которую Гера наслала овода, чтобы Ио, им мучимая, странствовала по свету, так и не доставшись любвеобильному Зевсу.

Наиболее полно этот миф изложил Овидий в «Метаморфозах». Согласно Овидию, Зевс предложил Ио уединиться с ним в роще, но она не решалась, и тогда Зевс укрыл их обоих облаком. В то время ревнивая Гера искала своего любвеобильного мужа и вскоре заметила на земле необыкновенно темное облако. Со словами «или я ошибаюсь, или обиду терплю» она опустилась на землю, развеяла облако и увидела Зевса, а рядом с ним белоснежную телку. Богиня пожелала получить телку в подарок, и Зевсу, не имевшему причин ей отказать, пришлось отдать Ио жене. Гера поручила охранять ее Аргосу. Разумеется, Ио ужасалась и своему внешнему виду, и своему новому голосу. Но она догадалась подать весть о себе: вывела копытами на земле свое имя (состоящее всего из двух букв: йоты и омеги). Весть дошла до Инаха, но Аргос увел корову на дальнее пастбище.

Зевс, возмущенный этим постоянным надзором, повелел Гермесу усыпить Аргоса звуками свирели, а потом обезглавить. Гермес выполнил повеление Зевса[53], и тогда Гера, огорченная потерей своего верного служителя, собрала все его глаза и разместила их на хвосте павлина (культовой птицы богини), а на Ио наслала овода, заставив ее, спасаясь от неотвязного насекомого, скитаться по свету.

В трагедии Эсхила «Прикованный Прометей» рассказывается о том, что Ио во время своих странствий встретила прикованного к Кавказским горам Прометея, предрекшего великую будущность потомкам Ио и Зевса. Затем Ио побывала в Скифии, в земле амазонок, на крайнем западе, где повстречалась с граями и горгонами, на крайнем севере, где обитали грифоны и одноглазые аримаспы, затем в Эфиопии и наконец оказалась в Египте, где вновь обрела человеческий облик.

В Египте Ио родила сына Эпафа (дитя «прикосновения» Зевса). Гера повелела куретам похитить Эпафа, и Ио снова пришлось скитаться, чтобы отыскать сына. Она нашла его в Сирии, где за Эпафом ходила жена царя Библа. Вернувшись с Эпафом в Египет, Ио вышла замуж за царя Телегона, и ей стали воздавать божеские почести под именем богини Исиды[54], а Эпафа чтить как быка-бога Аписа.

В девятнадцатом веке А. Э. Хаусман, воспользовавшись мифом об Ио, написал «Фрагмент греческой трагедии», пародию на произведения Эсхила и Софокла, высмеяв в своем сочинении современные ему переводы трагедий древнегреческих классиков.

Хор поет:

Зачем упоминаю Ио,

Дочь Инахейскую, любимую Зевеса?

Ей боги в старину,

Щедры, но не добры,

Копыта, хвост, рога придали и,

Непрошенным подарком оделив, послали изучать

Науку незнакомую жеванья жвачки.

Впоследствии она, вкруг Аргивских полей,

Щипала травку и верхушки крапивы;

И не было меж ними разногласий.

Но к трапезе питательной такой

Я не стремлюсь:

Пусть никогда не изберет Киприда для сиденья

Мою большую печень!

Зачем упомянул я Ио? И к чему?

Понятья не имею[55].

Сын Ио Эпаф стал египетским царем и женился на Мемфиде, дочери Нила, назвав в честь ее город (Мемфис). От этого брака родилась Ливия, давшая название африканской стране. Ливия от Посейдона родила близнецов Агенора и Бела. Агенор перебрался в Финикию, где стал царем Тира и Сидона. Бел стал царем Египта и женился на Анхиное, дочери Нила, которая родила ему близнецов Эгипта и Даная[56]. Бел воцарил Даная в Ливии, а Эгипта — в Аравии, но Эгипт, недовольный своим положением, подчинил себе племя маламподов, а завоеванные земли назвал Египтом. У Эгипта от многочисленных жен родились пятьдесят сыновей — Эгиптиады, а у Даная — пятьдесят дочерей, Данаид. Данай стал подозревать, что Эгипт хочет захватить Ливию, и тогда по совету Афины построил корабль (став первым кораблестроителем) и, посадив на него всех своих дочерей, отправился в Аргос. По пути он остановился на Родосе, где воздвиг кумир Афины Линдии.

Когда Данай прибыл в Аргос, на стадо быков у стен города напал невесть откуда взявшийся волк, который задрал лучшего быка. Жители Аргоса, обсудив этот случай, решили, что прибывший в город Данай сильнее правившего ими Геланора, и тот был вынужден уступить власть Данаю. Данай возвел храм Аполлона Ликейского (волка-бога), решил проблему с нехваткой воды, а жителей своего царства назвал в честь себя данайцами, что стало для греков родовым именем, начиная со времен Гомера.

О дочерях Даная Эсхил написал трилогию: трагедии «Просительницы», «Египтяне» и «Данаиды». Сохранились только «Просительницы». В этой трагедии рассказывается о том, что Эгиптиады прибыли в Аргос, чтобы жениться на Данаидах. Данай хотел отказать Эгиптиадам, но, покорившись силе, дал согласие на брак, распределив невест по жребию между женихами. После этого он выдал дочерям по кинжалу и потребовал, чтобы Данаиды в брачную ночь закололи своих мужей. Повиновались все Данаиды, кроме Гипермнестры, пожалевшей своего мужа Линкея, и Данай за ослушание заключил ее в темницу. Остальные дочери Даная похоронили отсеченные головы своих мужей[57]. Данай, сообразив, что теперь будет непросто выдать дочерей замуж, устроил состязания в беге и в награду отдал победителям своих дочерей без обычных подношений родителям. Линкей воссоединился с Гипермнестрой, примирился с Данаем и стал царем Аргоса[58]. Позднее Данаиды были наказаны и в качестве вечной кары за преступления стали в Аиде наполнять водой дырявый сосуд.

Линкей и Гипермнестра стали прародителями многих героев, включая Персея и Геракла. Их внук Прет и его жена Сфенебея сыграли ключевую роль в мифе о Беллерофонте, сыне Главка (или Посейдона) и Евримеды (или Евриномы) и внука Сисифа. Беллерофонт был вынужден покинуть Эфир (позднее ставший называться Коринфом), потому что убил тирана Беллера, после чего стал называться «убийца Беллера» (греч. Беллерофонт). Он бежал к царю Тиринфа Прету, радушно его принявшему. Красотой Беллерофонта пленилась Сфенебея[59], но он отверг ее любовь, и тогда она, воспылав к нему ненавистью, обвинила его в покушении на ее честь. Поверив жене, Прет послал Беллерофонта с письмом к отцу Сфенебеи Иобату, царю Ликии. В этом письме, написанном на двойной сложенной и запечатанной табличке, Прет писал Иобату, что тяжко оскорблен Беллерофонтом и просил того погубить. Однако Иобат, не решившись покончить с Беллерофонтом своими силами, решил дать ему опасное поручение: убить грозное чудовище Химеру.

Вот какой представлял ее Гесиод:

Мощной, большой, быстроногой Химерой с тремя головами:

Первою — огненноокого льва, ужасного видом,

Козьей — другою, а третьей — могучего змея-дракона.

Спереди лев, позади же дракон, а коза в середине;

Яркое, жгучее пламя все пасти ее извергали.

Химера — порождение Тифона и Ехидны или Лернейской гидры и неизвестного отца. Возможно, от Орфа, двуглавого пса Гериона, она породила Сфингу и Немейского льва. Химера опустошала страну Иобата. Справиться с Химерой Беллерофонту помог крылатый конь Пегас, отпрыск Медузы и Посейдона. Беллерофонт увидел Пегаса у источника Пирены, где конь пил воду. Беллерофонт знал, что только тот может победить Химеру, кто владеет Пегасом. Но крылатый конь не давался в руки Беллерофонту. Тогда, по совету прорицателя Полиида, он лег спать у жертвенника Афины. Во сне ему явилась эта богиня, дала золотую уздечку и велела принести жертву Посейдону, укротителю коней. Когда Беллерофонт проснулся, то увидел рядом с собой уздечку. Принеся в жертву Посейдону быка, Беллерофонт укротил Пегаса и с его помощью покончил с Химерой.

После этого Иобат послал Беллерофонта сражаться с солимами, а когда он расправился с ними, Иобат повелел вызвать на бой амазонок, но герой одолел и тех. Тогда Иобат послал навстречу возвращавшемуся Беллерофонту сильнейших мужей Ликии, чтобы они убили его, устроив засаду. Герой перебил всех. Тогда Иобат показал Беллерофонту письмо Прета, после чего попросил его остаться в Ликии и дал ему в жены свою дочь Филоною (или Антиклею, или Кассандру) и завещал царство.

В несохранившейся трагедии Еврипида «Сфенебея» Беллерофонт мстит Сфенебее за то, что она его оклеветала. Притворившись влюбленным, он уговорил Сфенебею бежать с ним на Пегасе, но, поднявшись в воздух, сбросил ее в море. Другая несохранившаяся трагедия Еврипида «Беллерофонт» пародируется Аристофаном в комедии «Мир». Беллерофонт решает на Пегасе достигнуть вершины Олимпа, но Зевс насылает на коня овода, и взбесившийся Пегас сбрасывает седока на землю. Беллерофонт выживает после падения и снова появляется в трагедии Еврипида, на сей раз — калекой в лохмотьях. Гомер писал, что Беллерофонт, ненавистный богам, кончил жизнь, поедая собственное сердце и скитаясь вдали от человеческого жилья. Но о том, как умер Беллерофонт, в мифах не говорится.

Персей и горгона Медуза

У царя Аргоса Акрисия была дочь Даная, славившаяся своей красотой. Узнав от оракула, что ему суждена смерть от руки внука, Акрисий построил глубоко под землей из бронзы и камня жилище с отверстием для света и воздуха и там заключил свою дочь. Согласно некоторым источникам, брат Акрисия Прет соблазнил Данаю, и она забеременела от этой любовной связи, но по наиболее распространенному варианту мифа, Данаю полюбил Зевс. Он проник в ее жилище в виде золотого дождя, и Даная зачала Персея. По повелению Акрисия Данаю вместе с Персеем поместили в большой деревянный ящик, заколотили его и бросили в море. Ящик прибило к острову Сериф, где Диктис, брат царя Полидекта, ловил сетями рыбу. Ящик запутался в сети, и Диктис вытащил его на берег.

Персей вырос в доме Диктиса и стал сильным, красивым юношей. В это время Полидект замыслил насильно взять себе в жены Данаю, но Персей мешал его планам, и Полидект распустил слух, что хочет жениться на Гипподамии, дочери Эномая, и для того чтобы посвататься к ней, собирает подарки. Персей вызвался принести ему голову горгоны Медузы, и Полидект ухватился за предложение, посчитав, что Персей погибнет.

Трудный подвиг предстояло совершить Персею, но ему помогли Гермес и Афина, посоветовавшие сначала отправиться к граям, Энио, Пемфредо и Дино, дочерям Форкия и Кето и сестрам горгон. Граи были седыми от рождения, и на троих у них был один глаз и один зуб, которыми они по очереди обменивались. Персей, по совету Гермеса, завладел этими зубом и глазом, когда одна грая передавала их другой. Персей пообещал вернуть и то, и другое, если граи укажут ему путь к нимфам, которые, как поведали Гермес и Афина, помогут добиться цели. От нимф Персей получил три подарка: крылатые сандалии, kibisis (заплечную сумку) и шапку-невидимку; кроме того, у Персея был серп, подарок Гермеса.

Перебравшись через реку Океан на крылатых сандалиях, Персей прилетел к жилищу горгон, крылатых чудовищ, покрытых чешуей, со змеями вместо волос и взором, превращающим все живое в камень. Всего горгон было три: Сфено, Эвриала и Медуза; две из них были бессмертными, а третья (Медуза) — смертная. Увидев, что горгоны спят, Персей воспользовался благоприятным моментом и отрубил голову горюне Медузе, глядя в блестящий медный щит, протянутый Афиной, чтобы не встретиться взглядом с Медузой. Как только Персей отрубил ей голову, из тела Медузы взвился к небу крылатый конь Пегас и появился великан Хрисаор (Человек с Золотым Мечом) — существо, зачатое Медузой от Посейдона. Отрубленную голову Медузы Персей уложил в заплечную сумку и полетел прочь. Его пытались настичь другие горгоны, но сделать этого не смогли — на Персее была шапка-невидимка.

На обратном пути Персей оказался в Африке и сделал остановку в стране Гесперид, которой правил Атлант. Персей попросил у него гостеприимства, но получил резкий отказ.

Тогда Персей

«Если моей дорожишь ты столь мало приязнью,

Дар мой прими!» — говорит; и, видом ужасное, слева

Сам отвернувшись, к нему лицо протянул он Медузы.

С гору быв ростом, горой стал Атлант; волоса с бородою

Преобразились в леса, в хребты — его плечи и руки;

Что было раньше главой, то стало вершиною горной;

Сделался камнем костяк.

Теперь это — Атласские горы.

Отправившись дальше, Персей достиг царства Кефея, лежавшего в Эфиопии. Здесь Персей увидел прикованную к скале прекрасную Андромеду, царскую дочь, приуготовленную на съедение приплывавшему из моря чудовищу. Это чудовище вместе с наводнением наслали на Эфиопию Посейдон и нереиды за то, что Кассиопея, мать Андромеды, похвалялась перед нереидами своей красотой. Оракул Аммона посоветовал Кефею отдать Андромеду на растерзание морскому чудовищу, предсказав, что кара Посейдона тогда окончится. Народ, узнав ответ оракула, принудил Кефея приковать Андромеду к скале у моря.

Персей влюбился в Андромеду с первого взгляда и пообещал Кефею убить чудовище, если царь отдаст ему в жены свою дочь. Атаковав чудовище с воздуха, Персей убил его и спас Андромеду. Женитьбе Персея на Андромеде решил помешать Финей, ее прежний жених, но Персей с помощью головы Медузы превратил и Финея, и его сообщников в камни. От брака Персея и Андромеды родился Перс, ставший, как говорят, предком царей Персии.

Вернувшись на остров Сериф, Персей спас свою мать от посягательств Полидекта, превратив его самого и его приверженцев в камни, после чего сделал Диктиса правителем острова. Затем он отдал крылатые сандалии, заплечную сумку и шапку-невидимку Гермесу (который вернул их нимфам), а голову Медузы — Афине, которая, для устрашения врагов, по одной версии, поместила ее на щит, а по другой версии — на эгиду (плащ из козьих шкур). Афина отдала несколько капель крови Медузы Асклепию, богу врачевания; кровь из левой вены Медузы была ядовитой, а с помощью крови из ее правой вены можно было воскрешать мертвых. Еврипид рассказывает похожую историю: Афина дала две капли крови Медузы Эрихтонию; одна капля являлась смертельным ядом, а другая — сильнодействующим лекарством. Афина также дала Гераклу клочок волос Медузы в медном кувшине, с помощью чего он защитил Тегею от вторжения иноземцев.

Медуза обычно представляется страшным чудовищем, но такой она была не всегда. По одному из вариантов мифа, она была обезглавлена, потому что самонадеянно считала себя равной по красоте Афине. По Овидию, у Медузы были очень красивые волосы, но Афина превратила их в змей, узнав, что Медуза занималась любовью с Посейдоном в ее храме.

Персей вернулся в Аргос с Данаей и Андромедой. Акрисий, узнав о возвращении внука и вспомнив о предсказании оракула, бежал в Ларису к царю Тевтамиду. Однажды Тевтамид устроил спортивные состязания, в которых принял участие и Персей. Во время метания диска Персей случайно попал снарядом в голову Акрисия, находившегося среди зрителей. Диск поразил его насмерть. Персей не захотел править в Аргосе, царстве убитого им Акрисия, и уехал в Тиринф, где царствовал много лет. А в Аргос отправился царствовать Магапент, сын Прета. Персей также основал Микены, где Андромеда родила ему пятерых сыновей[60] и дочь Гогрофону. Один из внуков Персея и Андромеды — Геракл.

Аналогии в мифах

В изложенных в этой главе мифах можно заметить определенные аналогии. К примеру, в историях Данаи и Андромеды прослеживаются следующие интересные совпадения:

Так же, каким бы странным это не показалось, можно подметить общее в именах жертвы Персея Медузы и спасенной им Андромеды. Медуза — значит «повелительница», а Андромеда — «повелительница мужчин».

Имеется сходство и в истории трех пар братьев-близнецов:

В этих мифах можно усмотреть и симметрию:

Греческие мифы — немалое поле деятельности для психоаналитиков и структуралистов, но результаты такого анализа, разумеется, отражают положения и интересы научной школы, к которой принадлежат аналитики.

Анализировать мифы можно и с другой, например с исторической точки зрения. Греческие мифы в основном создавались в эпоху развитого бронзового века (микенская культура — примерно 1600–1200 годы до нашей эры), и по этим мифам можно судить, что такие, например, города, как Микены, Тиринф и Пилос (места действия многих мифов), играли в ту эпоху большую политическую и хозяйственную роль, чего не скажешь о более поздних временах. Из мифов также можно понять, что во времена их создания в Древней Греции процветала царская власть, переставшая быть нормой в историческую эпоху. Павсаний пишет, что эллины «в древности управлялись царями — это само собой ясно: в древности повсеместно была царская власть, а не демократия».

В мифах цари — главные персонажи, а вот о простолюдинах в них почти не говорится. Самые ранние сведения о древних греках дошли до нас на глиняных табличках, написанных на древнем диалекте греческого языка, получившем название «Линейное письмо Б». Такие таблички найдены в Кноссе на Крите, а также в центрах микенской культуры: Микенах, Тиринфе, Пилосе и Фивах. На этих табличках упоминается около семидесяти имен, известных со времен Гомера (к примеру, Ахилл и Гектор). Имена эти не использовались в историческую эпоху, и можно понять, что Гомер позаимствовал их из жизни людей бронзового века.

Вот одна из таких табличек:

Тесей, Служитель храма, является владельцем плодородного участка земли, размером, позволяющим засеять его 9,6 мерами ячменя. Гектор, служитель храма, является владельцем плодородного участка земли, размером, позволяющим засеять его 4,8 мерами ячменя.

Тесей и Гектор в данном случае — имена обычных простолюдинов, и гомеровские герои тоже носят обычные, заурядные имена, а не примечательные, особенные. Поэтому не следует полагать, что мифы — завуалированные рассказы о реальных событиях, как пытаются доказать в своих интересах некоторые толкователи мифов. При желании и пылком воображении можно счесть, что Данай, добравшийся из Египта через Ливию и Родос до Аргоса, — египтянин, когда-то живший на самом деле, а не вымышленное лицо. При желании можно прийти к заключению, что Данай (Danaos) — выходец из племени denyen, одного из «народов моря» (о которых говорится в египетской хронике 1186 года до нашей эры) или родом из племени danaoi (египетская хроника 1380 года до нашей эры). Но с таким же успехом можно считать, что Данай — из колена Данова, о котором рассказывается в Книге Исход (31:6). Такие суждения помещают историка на ненадежную почву домыслов, вызванных желанием доказать реальное существование персонажей греческих мифов. К. Дауден пишет: «В мифологии нет ни единой личности, чье имевшее место существование достоверно».

Это суждение, вероятно, пессимистично, поэтому охотно замечу, что греческие мифы сослужили службу археологическим изысканиям, позволившим заглянуть в далекое прошлое. В результате раскопок Микен, произведенных Генрихом Шлиманом (помимо обнаружения примечательных артефактов, в частности, в его представлении, посмертной маски Агамемнона и сокровищницы Атрея), удалось выяснить, что город этот имел в свое время важное политическое и хозяйственное значение и что он в конце концов был разрушен, правда, кем, осталось невыясненным.

По мифам можно получить информацию о таких греческих племенах, как данайцы. Гомер в своих сочинениях, говоря о данайцах, имеет в виду всех греков, хотя в его времена единственным свидетельством о данайцах был «склеп», в котором, согласно мифу, укрывался Данай с Данаидами, остерегаясь прибывших в город Эгиптиадов. Павсаний предполагал, что данайцами называли жителей Аргоса. Также стоит отметить, что дочь аргосского царя Акрисия получила имя Даная, а еще то, что Персей основал Микены, а Данаиды на пути из Египта в Аргос останавливались на Родосе (возведя там храм Афины Линдии). Исходя из этих посылок, собранных в мифах, можно предположить, что данайцы — одно из племен древних греков, населявшее Аргос, Микены и остров Родос, бывший микенской колонией.

То, что Родос колонизировали данайцы, подтверждает Страбон, правда, ссылаясь на «Илиаду» Гомера — на место в этой поэме, где рассказывается о прибытии на Родос Тлеполема, сына Геракла, которому после смерти отца пришлось бежать из Аргоса.

Сей Тлеполем лишь возрос в благосозданном доме Геракла,

Скоро убил, безрассудный, почтенного дядю отцова,

Старца уже седого, Ликимния, отрасль Арея.

Быстро сплотил он суда и с великою собранной ратью

Скрылся, бежа по морям, устрашаяся мести грозивших

Всех остальных, — и сынов, и потомков Геракловой силы.

Прибыл в Родос наконец он, скиталец, беды претерпевший;

Там поселились пришельцы тремя племенами.

Поселившись на Родосе, колонисты основали города «Линд, Иялис и Камир белокаменный».

И хотя миф — не исторический документ, он представляет нам сведения о главных древнегреческих городах и даже о колониальной экспансии древних греков.

Приключения Персея, особенно расправа с Медузой и побег от других горгон, привлекали внимание скульпторов, резчиков и художников начиная с VII века до нашей эры. Павсаний рассказывал о знаменитом архаическом троне в Амиклах, расписанном сценами на мифологические сюжеты, включая сцену триумфа Персея, сразившего Медузу. Упоминал Павсаний в своем сочинении и ларец Кипсела, украшенный рельефными изображениями, одно из которых воспроизводило побег Персея от разъяренных сестер горгоны Медузы. Этот сюжет послужил и темой для вазописи. На архаической dinos (вазе для смешивания вина с водой), хранящейся в Лувре, изображена обезглавленная Медуза и ее рассвирепевшие сестры, преследующие Персея. Медуза также изображена на фронтоне храма Афины на Корфу. Однако художник, по-видимому, был знаком с мифом только поверхностно и потому допустил ошибку: изобразил Медузу целой и невредимой, а рядом с ней — Пегаса и Хрисаора. Такое соседство, конечно, является невозможным, ибо и Хрисаор, и Пегас появились на свет из тела Медузы лишь после того, как ей отрубили голову.

Миф о Персее нашел свое отражение и в произведениях постклассического искусства. Пьер де Козимо (1462–1521) изобразил Персея с мечом в руке, стоящим на спине морского чудовища, угрожающего прикованной к скале Андромеде. Не обошел популярную тему «красавица и чудовище» и Тициан (1477–1576), написавший картину «Персей и Андромеда». Челлини (1500–1571) создал бронзовую статую Персея. Герой попирает ногами туловище Медузы, держа над собой ее голову. Статуя эта находится в Лоджии ди Ланци во Флоренции. Караваджо (1573–1610) написал голову Медузы на щите великого герцога Тосканского Козимо II де Медичи, дабы он устрашал врагов одним своим видом. Английский живописец Эдвард Берн-Джонс (1839–1898) написал картину «Зловещая голова», изобразив заключительный миг подвига Перся: герой и спасенная им Андромеда глядят на отражение головы Медузы в водах садового водоема.

Миф о Персее использовался многими деятелями умственного труда. Фрэнсис Бэкон считал подвиг Персея, одолевшего горгону Медузу, символом победы и полагал, что вести надо лишь заведомо победоносные войны. На взгляд Зигмунда Фрейда, змеиные волосы Медузы — символ фаллоса, а отсечение ее головы — символ кастрации. Уильям Сатклифф, комментируя сочинение Айрис Мэрдок «Отсеченная голова», сатирический роман о брачных отношениях, адюльтере и кровосмешении в цивилизованной, просвещенной среде, отмечает: «Среди романов о беспорядочных половых отношениях между людьми этот роман, вероятно, лучший и, несомненно, самый причудливый, а одна из его героинь Онор Клейн — настоящая горгона».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава пятая

Из книги Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях автора Эстес Кларисса Пинкола


Глава пятая

Из книги Письма о русской поэзии автора Амелин Григорий

Глава пятая Где мы видим, как своевольная юность наших дней охотно погружается в самые химерические и преходящие удовольствия вместо того, чтобы задуматься о вечности. Mai vou?li vi?ure pamens: La vido es tant bello! Auguste Marin [Никогда не хочу видеть страдания: Жизнь так прекрасна! Огюст


Глава пятая

Из книги Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости автора Романов Александр Николаевич

Глава пятая Об увольнении крестьян из сельских обществ и приписке к обществамОтделение первоеОБ УВОЛЬНЕНИИ КРЕСТЬЯН ИЗ СЕЛЬСКИХ ОБЩЕСТВ130. Для увольнения крестьян из сельских обществ требуется соблюдение следующих общих условий:1) чтобы крестьянин, желающий получить


Другие духи и фантастические чудовища

Из книги Мифы Армении [litres] автора Ананикян Мартирос А

Другие духи и фантастические чудовища Армяне также верили в существование фантастических чудищ под названием амбари или амбару, джушкапарики (вушкапарики), пайи и морские быки. Все они явно персидского происхождения. Однако же природа и нрав этих созданий покрыты


Глава пятая ЧИН И ОРДЕН

Из книги Повседневная жизнь русского офицера эпохи 1812 года автора Ивченко Лидия Леонидовна

Глава пятая ЧИН И ОРДЕН …Предпочтеннейьиий граф мой!.. Вы сами видите истину пословицы русской, что худо тому служить, кому бабушка не ворожит. Из письма генерал-лейтенанта П. М. Капцевича графу А. А. Аракчееву от 15 октября 1812 года Нередко нам приходится наблюдать простую


Глава пятая

Из книги Русский бал XVIII – начала XX века. Танцы, костюмы, символика автора Захарова Оксана Юрьевна

Глава пятая XL В начале моего романа (Смотрите первую тетрадь) Хотелось вроде мне Альбана Бал петербургский описать; Но, развлечен пустым мечтаньем, Я занялся воспоминаньем О ножках мне знакомых дам. По вашим узеньким следам, О ножки, полно заблуждаться! С изменой юности


Чудовища-танифы

Из книги Сказки и легенды маори автора Кондратов Александр Михайлович


Глава пятая

Из книги Эротизм без берегов [Maxima-Library] автора Найман Эрик

Глава пятая На концерте Кремневы встретили какого-то студента, которого знавали мальчиком, и вот на следующем сеансе появился новый член — Евгений Петрович Кожин.Общество, собиравшееся у Кремневых, должно быть, обладало особой притягательной силой, и все попадавшие туда


Глава пятая

Из книги Вокруг «Серебряного века» автора Богомолов Николай Алексеевич

Глава пятая На концерте Кремневы встретили какого-то студента, которого знавали мальчиком, и вот на следующем сеансе появился новый член — Евгений Петрович Кожин.Общество, собиравшееся у Кремневых, должно быть, обладало особой притягательной силой, и все попадавшие туда


Глава 3 Аргос

Из книги История Древней Греции в 11 городах автора Картледж Пол

Глава 3 Аргос Здесь, в Аргосе, подушкой мне служила земля, а широкие просторы мира – жилищем… и влажные испарения ночи окутывали жесткое и негостеприимное место моего отдохновения. Уильям Лизгоу. Исчерпывающий рассказ о редкостных приключениях и нелегких


Глава 4. Аргос

Из книги От Данте Алигьери до Астрид Эрикссон. История западной литературы в вопросах и ответах автора Вяземский Юрий Павлович

Глава 4. Аргос Tomlinson R.A. Argos and Argolid. London; New York: Routledge, 1972.Материалы раскопок, проводимых Французской археологической школой в Афинах, публикуются в «Bulletin de Correspondance


Пятая глава

Из книги Рассказы об античном театре автора Венгловский Станислав Антонович

Пятая глава


Аргос в Афинах

Из книги автора

Аргос в Афинах Конечно, античные драматурги изначально имели в виду отлично подготовленную публику, публику единомышленников. Античные драмы, будучи поставленными где угодно и когда угодно, в наше время требуют разносторонних комментариев, несмотря на гениальность их