Глава десятая Афины: первые цари

Глава десятая

Афины: первые цари

Главные действующие лица

Кекроп — Первый царь Афин.

Афина — Богиня, покровительница Афин.

Посейдон — Бог морей, оспаривал у Афины господство в Аттике.

Фаэтон — Сын Гелиоса и Климены, погиб, управляя солнечной колесницей.

Адонис — Возлюбленный Афродиты, растерзан вепрем.

Эрихтоний — Царь Афин, сын Геи-Земли.

Прокна и Филомела — Сестры, превращенные в птиц.

Эрехфей — Царь Афин.

Эгей — Царь Афин, отец Тесея.

Афинские цари:

• Актей.

• Кехрей I.

• Кранай.

• Амфиктион.

• Эрихтоний.

• Пандион I.

• Эрехфей.

• (Ксуф).

• Кекроп II.

• Пандион II.

• Метиониды.

• Эгей.

Согласно труду Павсания, первым царем Аттики, области в древней Греции, объединенной под властью Афин, был Актей. А вот согласно Паросской хронике, первым царем Аттики был Кекроп, женатый на дочери Актея Агравле (Аглавре). Кекроп, рожденный Геей-Землей, был получеловеком-полузмеей. При нем произошел спор между Посейдоном и Афиной за обладание Аттикой (на сюжет этого мифа создана рельефная пластика, украшавшая Парфенон; ее остатки в настоящее время находятся в Британском музее). Посейдон, состязаясь с Афиной в дарах жителям Атгики, выбил трезубцем на Афинском акрополе источник морской воды, а Афина посадила оливу. Подарок этот признали лучшим, и Афина получила право на владение Аттикой, главный город, который назвала своим именем.

У Кекропа и Агравлы родились три дочери: Агравла (II), Герса и Пандроса. Агравла (II) от Ареса родила дочь Алкиппу, и когда сын Посейдона Галлирофий попытался обесчестить ее, Арес его убил, за что был привлечен Посейдоном к суду. Суд состоялся на одном из афинских холмов (Ареса оправдали), и с тех пор этот холм стал называться Ареопагом (холмом Ареса). Такое же название получил и учрежденный в Афинах суд (реально существовавший), отправлявший уголовное судопроизводство.

У дочери Кекропа Герсы было много потомков, и среди них — Фаэтон и Адонис.

Кефал, сын Герсы, стал возлюбленным Эос, родившей ему сына Титона, ставшего отцом Фаэтона. Однако, по Гесиоду, Фаэтон — сын Кефала и Эос.

                                   …она родила Фаэтона,

Светлого, мощного сына, бессмертным подобного мужа.

Был он с земли унесен Афродитой улыбколюбивой

В то еще время, как был беззаботно-веселым ребенком,

В нежном цветении детства прекрасного. Храмы святые

Он по ночам охраняет, божественным демоном ставши.

А вот согласно «Метаморфозам» Овидия, Фаэтон — сын Гелиоса и Климены. Но, видимо, Фаэтон сам определенно не знал, кто же на самом деле его родители, и потому обратился за разъяснениями к Гелиосу, которого стал умолять доказать перед всей вселенной его происхождение. Гелиос не только подтвердил Фаэтону, что он на самом деле его отец, но и пообещал исполнить любое его желание.

Только он кончил, а тот колесницу отцовскую просит,

Права лишь день управлять крылоногими в небе конями.

От такой просьбы Гелиос пришел в ужас, но не мог отказаться от обещания. Неопытный Фаэтон не совладал с быстрым бегом коней, и солнечная колесница стала неуправляемой. Она то поднималась к звездам, то опускалась к самой земле, в результате чего от нестерпимого жара загорелись леса, реки высохли, моря обмелели, кожа жителей Эфиопии почернела, а Северная Африка превратилась в пустыню. Увидев, что все живое может погибнуть, Зевс поразил Фаэтона перуном, и тот, подобно падающей звезде, упал в реку Эридан (По). Сестры Фаэтона Гелиады долго оплакивали смерть брата, и боги превратили их в тополя, а слезы, продолжавшие капать с этих деревьев, превратились в капли янтаря. Печалился о гибели Фаэтона и его друг и родственник Кикн, и боги превратили его в белоснежного лебедя (kyknos).

Фаэтон, согласно Овидию, — прапрадед Адониса и прадед Кинира, который зачал Адониса, вступив в кровосмесительную связь со своей дочерью Миррой или Смирной.

Страшное буду я петь. Прочь, дочери, прочь удалитесь

Вы все, отцы! А коли песни мои вам сладостны будут,

Песням не верьте моим, о, не верьте ужасному делу!

К Мирре сватались многие женихи, но она испытывала страсть лишь к родному отцу. Однажды, воспользовавшись удобным отрезком времени — когда супруга Кинира в течение девяти дней по религиозным причинам воздерживалась от любовных утех, — кормилица Мирры напоила Кинира и устроила ему ночью в кромешной тьме свидание с таинственной воздыхательницей, пожелавшей остаться неузнанной.

Плоть принимает свою на постыдной постели родитель,

Гонит девический стыд, уговорами страх умеряет.

Милую, может быть, он называет по возрасту «дочка»,

Та же «отец» говорит, — с именами страшнее злодейство!

Ночные свидания следовали одно за другим, и наконец Кинир, снедаемый любопытством, сходил за светильником и узнал в таинственной воздыхательнице свою дочь (к тому времени успевшую забеременеть). Потрясенный ужасной правдой, Кинир так разъярился, что бросился на Мирру с мечом, и она еле спаслась, стремглав выбежав из дворца. Когда же увидела, что отец настигает ее, Мирра взмолилась к богам, заклиная о помощи, и те превратили ее в мирровое дерево. Говорят, что смола этого дерева — слезы несчастной Мирры.

Сын Мирры, получивший имя Адонис, появился на свет толи благодаря дикому кабану, расколовшему дерево, в которое превратилась многострадальная Мирра, то ли благодаря Афродите, богине деторождения, исполнившей свое назначение. Как бы там ни было, крошечный Адонис оказался у Афродиты, она заключила его в ларец и передала Персефоне, а когда узнала о том, что мальчик растет очень красивым, то попросила Персефону его вернуть, но владычица подземного царства наотрез отказалась. Тогда Афродите пришлось обратиться к Зевсу, и тот повелел Адонису одну треть года проводить с Афродитой, другую — с Персефоной, а третью — по своему усмотрению. Но Адонис и свободное время стал уделять Афродите, спускаясь к Персефоне в Аид лишь на наиболее суровую часть года, а все весенние и летние месяцы оставался спутником Афродиты. Адонис, ставший возлюбленным богини, погиб на охоте от клыков дикого кабана. Убитая горем Афродита учредила в память о нем ежегодный праздник — адонии, а кровь Адониса превратила в анемон,

                           …цветок кровавого цвета.

Схожие с ними цветы у граната, которые зерна

В мягкой таят кожуре, цветет же короткое время.

Слабо держась на стебле, лепестки их алеют недолго,

Их отряхают легко названье им давшие ветры.

Говорят, что и красные розы появились лишь после смерти Адониса. Афродита так спешила к своему умиравшему возлюбленному, что поранила ноги о шипы белых роз, и с тех пор эти цветы стали красными.

После смерти Кекропа царем Афин стал Кранай, тоже сын Геи-Земли, царствовавший, как считается, во время Девкалионова потопа. Краная сменил Амфиктион, который был сыном или Девкалиона, или Геи-Земли. Он царствовал в течение двенадцати лет, после чего его изгнал Эрихтоний, чье имя также указывает на связь с землей (греч. khthon значит «земля»), Своему рождению этот царь обязан такой истории. Как говорят, однажды Афина пришла к Гефесту, чтобы заказать себе новое оружие и доспехи. Имевший слабость к девственницам, Гефест попытался овладеть ею, но Афина сумела вырваться, и семя Гефеста пролилось ей на бедро. Она с омерзением вытерлась клоком шерсти, бросила его подле себя, и семя оплодотворило вечно животворящую Гею-Землю, которая передала родившегося младенца Афине. Богиня назвала того Эрихтонием и, спрятав в священный ларец, передала дочерям Кекропа Агравле, Пандросе и Герсезаказав не открывать ни при каких обстоятельствах. Но девы, сгорая от любопытства, все же заглянули в ларец. Увидев ребенка с полузмеиным-получеловеческим телом, они от ужаса потеряли рассудок и бросились вниз с акрополя.

Достигнув зрелого возраста, Эрихтоний изгнал Амфиктиона, стал афинским царем и ввел в своем городе культ Афины. На акрополе он воздвиг деревянную статую этой богини и учредил в ее честь Панафинеи, основной праздник города. Говорят также, что Эрихтоний первым стал пользоваться колесницей, запряженной четверкой лошадей, и после смерти был вознесен на небо в виде созвездия Возничего.

Следующим царем Афин стал сын Эрихтония Пандион I. У него были две дочери — Прокна и Филомела, а также два сына — Эрехфей и Бут. У Пандиона I возник пограничный спор с царем Фив Лабдаком, и он обратился за помощью к Терею, сыну Ареса. После того как спор решился в пользу Афин, Пандион отдал Проклу в жены Терею, но супружество счастья не принесло, и потому

                           …ни брачной Юноны,

Ни Гименея, увы, не видали у ложа, ни Граций.

Нет, Эвмениды для них погребальное пламя держали,

Нет, Эвмениды постель постилали для них, и, зловеща,

К кровле припала сова и над брачным сидела покоем.

Все же в результате этого брака у Терея и Прокны родился сын Итис.

Спустя некоторое время Терей почувствовал эротическое влечение к сестре Прокны Филомеле. Изыскав возможность, он увлек ее в лес и там обесчестил, после чего из предосторожности отрезал ей язык и заточил в хижине. Прокне же он сообщил, что Филомела умерла. Однако Филомела нашла способ сообщить о себе сестре: она выткала свою ужасную повесть на покрывале и тайно переправила Прокне. Отыскав Филомелу, Прокна решила жестоко отомстить мужу. Она убила своего сына от Терея Итиса, приготовила из расчлененного мяса кушанье и подала мужу.

Сам же Терей, высоко восседая на дедовском кресле,

Ест с удовольствием, сам свою плоть набивая в утробу.

Ночь души такова, что — «Пошлите за Итисом!» — молвит.

Терею поднесли отрубленную голову Итиса. Придя в ужас и сообразив, чью плоть он ел, Терей схватил меч и бросился на сестер. Прокна и Филомела, преследуемые Тереем в хижине, выбежали во двор, взмолились к богам, и те превратили всех троих в птиц: Прокну — в соловья, Филомелу — в ласточку, а Терея — в удода. С тех пор Прокна в образе соловья беспрестанно скорбит по Итису, издавая звуки «Itu! Itu!», а ищущий ее удод кричит: «Рои? Рои?» («Где? Где?»).

Пандиону I наследовал Эрехфей, ставший еще и жрецом Афины. Согласно Паросской хронике, в правление Эрехфея в Аттике впервые появилась богиня Деметра. Она учредила Элевсинские мистерии, а также дала Триптолему, сыну элевсинского царя Келея, посевное зерно и научила его земледелию. В то же время по Аттике путешествовал Дионис, бог виноградарства. Он подарил лозу местному жителю Икарию, да еще научил его, как делать вино. С тех пор жители Атгики стали заниматься землепашеством и виноделием.

Дочь Эрехфея Прокрида вышла замуж за Кефала, сына Гермеса. Случилось так, что в Кефала влюбилась богиня Эос. Похитив его, она попыталась добиться от него ответного чувства, но Кефал любил лишь одну Прокриду. Тогда Эос убедила его испытать верность жены. Богиня изменила внешность Кефала, и он, вернувшись домой и преподнеся жене подарки, сумел ее соблазнить. Когда Кефал открылся Прокриде, она от стыда покинула его дом и ушла в горы, где стала спутницей охотницы Артемиды. Богиня подарила Прокриде гончую по кличке Лелап и копье, которое всегда попадало в цель.

Спустя какое-то время Кефал, осознав свою глупость, помирился с женой, и она отдала мужу свое копье. Кефал часто уходил с утра на охоту, а когда днем наступала жара, искал в тени защиту от зноя, приговаривая: «Струйка!.. приди! Будь, усталому, мне врачеваньем!»… «Приди… всех лучшая!» Нашелся человек, который услышал эти слова Кефала и, решив, что тот зовет какую-то нимфу, сообщил об этом Прокриде.

Прокрида решила проследить за Кефалом и однажды, когда он был на охоте, спряталась в кустах и стала ждать, когда появится ее муж. Наконец она увидела Кефала и услышала, как он говорит: «Приди, всех лучшая!» Прокрида зашевелилась в кустах, а Кефал, решив, что в них прячется дикий зверь, бросил на звук копье, не знающее промаха. Копье поразило Прокриду, и она умерла, успев понять из слов мужа, что заблуждалась.

Аполлодор предлагает другую версию этого мифа, изображая Прокриду корыстной женщиной и неверной женой. Согласно Аполлодору, Прокрида, прельстившись подаренным ей золотым венцом, уступила домогательствам афинянина Птелеона. Когда измена открылась, ей пришлось перебраться на Крит. Там она вступила в любовную связь с царем Миносом, но затем, испугавшись угроз его жены Пасифаи, вернулась в Афины и помирилась с Кефалом. Они стали вместе охотиться, и однажды Кефал случайно убил ее. Он предстал перед ареопагом, который приговорил его к вечному изгнанию за убийство.

Эрехфею пришлось воевать со своим правнуком Эвмолпом. Того новорожденным младенцем бросили в море, но его спас Посейдон и отдал на воспитание своей дочери Амфитрите, обосновавшейся в Эфиопии. Когда Эвмолп вырос и возмужал, началась война между Афинами и Элевсином. Эвмолп по просьбе элевсинцев пришел им на помощь, вторгся со своим войском в Аттику и стал претендовать на верховную власть в Афинах, ссылаясь на то, что господство над Аттикой принадлежит не Афине, а Посейдону.

Обеспокоенный сложившимся положением, Эрехфей обратился за советом к оракулу, и тот ответил, что если Эрехфей хочет взять верх, он должен принести в жертву Афине одну из своих дочерей. Однако после того как одна из дочерей Эрехфея была принесена в жертву, две ее сестры тут же покончили с собой, поскольку раньше все трое дали друг другу клятву умереть вместе. В состоявшейся битве между афинянами и элевсинцами Эрехфей убил Эвмолпа, за что его поразил Посейдон (или Зевс). По другой версии, Эрехфей убил не Эвмолпа, а его сына, а Эвмолп, уцелев в сражении, остался в Элевсине.

Следующим афинским царем стал старший сын Эрехфея Кекроп II. Он взошел на престол не по праву первородства, а по решению Ксуфа, своего родственника, выбранного после кончины Эрехфея третейским судьей. Это решение пришлось не по нраву братьям Кекропа, и Ксуфа изгнали из города.

А вот по версии Еврипида, изложенной в пьесе «Ион», Эрехфею наследовал Ксуф, главное действующее лицо этой пьесы. У жены Ксуфа Креусы от Аполлона был сын, рожденный ею еще до замужества; этого сына ей пришлось бросить. Однако Аполлон позаботился о младенце и перенес его в Дельфы, где он стал храмовым прислужником. Поскольку Креуса, ставшая к тому времени женой Ксуфа, оставалась бездетной, супруги пришли в Дельфы, чтобы узнать у оракула, как обрести сына. Ксуф получил ответ, что первый, кого он встретит, выйдя из храма, есть его сын, и этим первым оказался Ион. Тогда Креуса, крайне недовольная тем, что у Ксуфа объявился сын, а у нее сына нет, решила убить Иона. Ее попытка, к счастью, не удалась, как и попытка Иона, узнавшего о намерении Креусы, отомстить. В конце концов произошло взаимное опознание Креусы и ее сына, условившихся хранить происхождение Иона в тайне от Ксуфа, после чего все трое возвратились в Афины.

По другой версии, у Кекропа II был сын Пандион II, которого в результате переворота изгнали из Афин сыновья его дяди Метиона (Метиониды). Пандион II нашел убежище в Мегаре, где женился на Пилии, дочери царя Пиласа, которая родила ему четверых сыновей. Когда Пилас перебрался в Пелопоннес, где основал город Пилос, Пандион II стал царем Мегары. После смерти Пандиона II в Мегаре воцарился его сын Нис, а другие его сыновья Эгей, Лик и Паллант пошли войной на Афины и изгнали Метионидов, после чего царем Афин стал Эгей.

Эгей, несмотря на то что был дважды женат, детей не имел и, опасаясь, что останется без престолонаследника, обратился за советом к Дельфийскому оракулу.

Тот ответил такими словами:

Винного меха конец не развязывай, доблестный воин,

Прежде чем ты не подымешься вновь на акрополь Афинский.

Не уразумев смысла ответа, Эгей отправился обратно в Афины и, когда проходил через Трезен, ему оказал гостеприимство мудрый Питтей. Он понял ответ оракула и, напоив гостя допьяна, уложил спать со своей дочерью Этрой. Перед тем как уйти, Эгей положил под тяжелый камень меч и сандалии, наказав Этре, если родится сын, отправить мальчика к нему в Афины, когда вырастет и сможет, сдвинув камень, забрать оставленные под ним вещи, которые послужат для его опознания. У Этры и в самом деле родился сын, получивший имя Тесей и ставший величайшим афинским героем. Правда, говорят, что отцом Тесея был Посейдон, познавший Этру в ту же самую ночь, что и Эгей.

Эгей вернулся в Афины, где в скором времени приютил у себя Медею (после того как она убила своих детей), а затем и женился на ней. Медея родила ему сына.

Постклассическое наследие

К мифам, рассказанным в этой главе, в постклассическое время обращались многие деятели искусства и даже ученые. Так, миф о Фаэтоне привлек внимание Микеланджело, написавшего картину «Падение Фаэтона», а также Рубенса, на картине которого на фоне вселяющего ужас грозного неба и земли, охваченной пламенем, изображен восседающий в солнечной колеснице растерянный Фаэтон, которого поражает яркая молния. Как ни странно, но Фаэтон, не справившийся с управлением колесницей, стал эпонимом экипажа с открытым верхом (фаэтона).

А вот образ Адониса породил даже научные споры, проистекшие из работы английского антрополога Джеймса Джорджа Фрэзера, который, взяв на вооружение сравнительно-исторический метод, рассудил, что Адонис является символом смены времен года и их влияния на занятие земледелием. У Фрэзера Адонис стал своего рода духом растительности. Но в недавнее время французский историк и антрополог Марсель Детьен, использовав приемы структурализма, выступил против суждения Фрэзера, придя к заключению, что Адонис — воплощение мимолетности, недолговечности и бесплодия. Этот пример показывает, что толкование мифов постоянно меняется под влиянием новых научных знаний и построений.

Миф об Адонисе нашел воплощение во множестве произведений постклассической живописи. Так, например, в 1635 году Рубенс написал картину «Венера и Адонис» (в настоящее время хранящуюся в Нью-Йорке). Изображенная на картине Венера (Афродита) пытается удержать Адониса, собравшегося на охоту. Ее черный плащ словно предупреждает о смертельной опасности. За сценой наблюдает обескураженный Купидон (Эрот). Его лук и стрелы лежат на земле. Он знает, что Адонису и Венере больше не суждено испытать взаимного эротического влечения.

Адонис погиб на охоте, и, согласно Овидию, Афродита превратила его кровь в анемон. В произведении Шекспира «Венера и Адонис» богиня прижимает анемон к груди и горестно восклицает:

Здесь на груди была отца постель…

Наследник ты, владей по праву ею!

Ложись спокойно в эту колыбель,

Я сердца теплотой тебя согрею

И каждый миг и каждый час опять

Цветок любимый буду целовать.

Миф о Прокне и Филомеле получил неожиданное воплощение в кинофильме Питера Гринуэя «Повар, вор, его жена и ее любовник» (1989). В этом фильме повар Ришар держит ресторан, в котором ежедневно обедают главарь местных гангстеров Альберт Спика и его жена Джорджина. Устав от издевательств своего властного, грубого и порочного мужа, Джорджина влюбляется в другого постоянного посетителя ресторана, скромного Майкла. Узнав об измене жены, Альберт в ярости клянется убить и съесть Майкла. Подельники Альберта находят Майкла и зверски убивают его. Тогда пришедшая в отчаяние Джорджина уговаривает Ришара приготовить из плоти Майкла жаркое, заставляет Альберта съесть приготовленную еду и гневно награждает его метафорическим восклицанием: «Каннибал!».

Между мифом о Прокне и Филомеле и фильмом Питера Гринуэя прослеживается явное сходство сюжетов и основных персонажей: у обоих мужей (Терея и Альберта) безнравственные наклонности (у одного к любострастию и обжорству, у другого — к насилию и тому же чревоугодию); оба мужа причастны к насилию над дорогим дня его жены человеком (Филомела обесчещена и искалечена, а Майкл зверски убит); обе жены (Прокна и Джорджина) мстят мужьям (подают им еду из человеческой плоти). Между мифом и фильмом есть, конечно, и разница: Терей в итоге превращается в птицу, а Альберт умирает; Прокна и Филомела также превращаются в птиц, а Джорджина продолжает жить. И все же фильм Гринуэя является прекрасным примером того, как на сюжет мифа можно сочинить новый рассказ, возможно, не менее интересный и назидательный, что несомненно представляет собой предмет для анализа компаративистов, психоаналитиков и структуралистов.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 7 ЦАРИ АТЛАНТИДЫ

Из книги Атлантида [История исчезнувшей цивилизации] автора Спенс Льюис

Глава 7 ЦАРИ АТЛАНТИДЫ Из рассказа Диодора Сицилийского, а также из повествований Платона мы немного можем узнать о царской династии Атлантиды. Платон ручается, что такая династия действительно существовала, но ничего не говорит об именах ее представителей, за


Глава десятая

Из книги Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях автора Эстес Кларисса Пинкола


Глава десятая ЖЕСТОКОСТЬ

Из книги Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-1940-е годы автора Андреевский Георгий Васильевич


Глава 4 Великие цари

Из книги Персы и мидяне [Подданные империи Ахеменидов (litres)] автора Куликан Уильям


Глава десятая ПОХОД

Из книги Повседневная жизнь русского офицера эпохи 1812 года автора Ивченко Лидия Леонидовна

Глава десятая ПОХОД Легко начать войну, но трудно определить, когда и чем она кончится. Наполеон в разговоре с русским посланником в Париже князем А. Б. Куракиным В ночь с 12 на 13 июня грозные силы неприятеля, переправившись через Неман, вторглись в пределы России. Под


Глава десятая

Из книги Эротизм без берегов [Maxima-Library] автора Найман Эрик

Глава десятая IМрачно встретил нас Ал<ександр> Ал<ександрович>. Он, видимо, что-то знал и обращался с нами грубо, прямо заявив, что у них на даче нам негде ночевать. Впрочем, Пекарский обезоружил его своей покорностью.— Это ничего, не беспокойтесь, Ал<ександр>


Глава десятая

Из книги Вокруг «Серебряного века» автора Богомолов Николай Алексеевич

Глава десятая IМрачно встретил нас Ал<ександр> Ал<ександрович>. Он, видимо, что-то знал и обращался с нами грубо, прямо заявив, что у них на даче нам негде ночевать. Впрочем, Пекарский обезоружил его своей покорностью.— Это ничего, не беспокойтесь Ал<ександр>


Глава 7 Афины

Из книги История Древней Греции в 11 городах автора Картледж Пол

Глава 7 Афины Шедевры не рождаются сами собой, в одиночку, они – итог многолетней работы мысли, выношенной сообща, всем народом, так что за голосом одного стоит опыт многих. Вирджиния Вульф. Своя комната «Ночь выдалась темная и дождливая…» Так начинается роман писате ля


Глава 8. Афины

Из книги Повседневная жизнь сюрреалистов. 1917-1932 автора Декс Пьер

Глава 8. Афины The Athenian Agora: A Guide to the Excavation and the Museum. 4th ed. American School of Classical Studies, Athens) / Ed. J. M. Camp II. Athens, 1990. Camp II J.M. The Athenian Agora: Excavations in the Heart of Classical Athens. London: Thames&Hudson, 1986 and rev. repr. Camp II J.M. The Archaeology of the Athens. New Haven; London: Yale University Press, 2004.The City Beneath the City: Antiquities from the Metropolitan Railway Excavations


Глава десятая Защита бесконечности

Из книги Настольная книга творческого человека автора Волокитина Княженика

Глава десятая Защита бесконечности Луи Арагон, остававшийся на втором плане в «Явлении медиумов», как и во время первых опытов с автоматическим письмом (его отсутствие в ключевой момент хотя и не зависело от его воли, но согласовывалось с более или менее осознанной


Глава десятая. Last but not least

Из книги автора

Глава десятая. Last but not least Начинать новую жизнь нужно не с первого числа, не с понедельника и не завтра. Её нужно начинать сейчас. Каждый день. Каждый день становиться лучше себя вчерашнего, прошлого, прежнего.Когда у меня опускаются руки, и мне кажется, что у меня ничего