Миг, боль, крик, смерть

Миг, боль, крик, смерть

Наступило утро. Солнце всходило из-за моря красиво, прекрасно. Окна были открыты, и в комнату влетел свежий утренний ветер, занавески развевались. На дверях играл солнечный зайчик постель расправлена, в комнате никого. Алые розы благоухали. Все было светлым, легким в это летнее утро. Все предвещало чудный, теплый летний денек. Оля вышла из душа, закутанная в полотенце. Вдруг ветер дунул еще сильнее, и длинные светлые густые волосы Оли рассыпались из пучка и мягко упали на голые плечи. Она была счастлива. Очень счастлива. Пройдясь по комнате, она оделась и сделала на затылке хвост. Олины волосы блестели так ласково, словно звали куда-то, манили. Зазвонил телефон. Оля мягким движением руки сняла трубку, и ее голос, нежный голос прозвучал как песня: «Да?». Чем больше она слушала, тем шире становилась ее улыбка, ямочки на щеках стали <неразб>. Глаза смеялись. Ветер развевал короткую челку. Ей звонил друг Эдик. Он предложил Оле прогуляться по берегу моря на закате солнца. Оля была готова идти за Эдей хоть на край света. А от прогулки-то и вовсе не хотелось отказываться. Они договорились на 10 вечера.

Оля вышла из отеля и направилась к своему «Седану». Ей надо было сделать еще много дел: купить продукты, съездить к массажисту и многое другое.

День подходил к концу, а Оля только что вернулась. Такая счастливая, она включила музыку и стала танцевать. Ее тело, гибкое и нежное, ловко изгибалось, и этот танец можно было сравнить с полетом птицы, с бегущей белой лошадкой. Так красиво бегущей, медленно... Оля вспомнила, что ей пора и, выключив музыку, пошла одеваться. Одела белый топик и джинсовые шорты, белые носочки и кроссовки. Волосы распустила. Эдик зашел за ней, и Оля поцеловала его, показывая, что очень его любит. Солнце закатилось за море на половину, его розовые лучи отражались в спокойном море. Был тихий вечер, Оля и Эдик брели по причалу, держась за руки, смотря друг другу в глаза, любя друг друга так сильно! Вот они остановились, и Эдик произнес слова, которые навсегда остались у Оли в сердце: «Я люблю тебя, мой ангел, стань моей женой!» У Оли на глаза навернулись слезы счастья. «Да, да, да», — шептали ее губы, руками она обвила шею Эди, он крепче прижал ее к себе...

Но утром произошло то, чего никто не ожидал и не хотел ожидать. Оля, как обычно, пошла на спортивную площадку, на гору. Чего же еще нужно семнадцатилетней девушке для полного счастья? Уже подойдя к горе, Оля заметила две машины, к[оторые] неслись на бешеной скорости к горе. Оля в страхе спряталась за камень. Вот одна из машин, белый «Опель», резко затормозила, и вдруг поднялась пыль. Вторая же, черный кадиллак, не рассчитала и перевернулась. Что увидела Оля, никогда ей было уже не забыть. Из «Опеля» вышли двое в черных очках и в черной одежде. Огляделись вокруг и... направились к кадиллаку. Тут открылась дверца кадиллака, и оттуда вылез весь в крови... Эдик «Нет!» — сердце Оли трепетало от ужаса. «Нет!» — крик вырывался у нее из груди. «Нет!» — кричала она, не чувствуя опасности. «Нет! Нет!»

Выстрел, кровь, машина, топот, смех, крик, стон. Тишина... Оля открыла глаза и... Эди лежал на земле возле черного, перевернутого кадиллака. Его глаза смотрели в пустоту. Оля поняла, что она ранена, т. к. из левой ноги текла кровь. Превозмогая боль, Оля подползла к Эди. Стала его целовать, гладить, умолять не умирать. Но Эди уже был мертв. Оля в отчаянии взяла пистолет, который оставили убийцы. И решила отомстить... За себя, за утраченное счастье, за отнятую любовь. «За тебя, Эди, — твердила она. — За тебя!» Вдруг она услышала скрип тормозов за собой. Она поняла: «Они вернулись!» Сердце Оли забилось сильнее, она подняла руку с пистолетом с земли и спрятала ее за спину. Повернулась... Они, двое, смотрели на нее, лица нельзя было рассмотреть, все плыло перед глазами у Оли. Один из них потянул руку во внутренний карман пиджака. Тут Оля поняла, что нельзя терять ни минуты. Хоть и знала уже, что от этого ничего не изменится.

Она выстрелила, попав прямо в сердце. Второй же достал нож и стал надвигаться на нее, словно грозовая туча. Миг, боль, крик, смерть...

Солнце уже вовсю освещало площадку перед морем. Оля и Эдя лежали рядом, ничего не чувствуя, не зная даже, кто лишил их права жить. И лишь ветер ласкал их уже похолодевшие лица, целовал их в губы, в щеки, в нос, в глаза. И нежно развевал Олины слегка запутавшиеся прекрасные белые волосы...

Надежда М., студентка 1-го курса филологического факультета Шадринского пединститута, записывала рассказы в еженедельник Первые два рассказа были написаны самой Надеждой М. в 1996–1997 гг. и прокомментированы по нашей просьбе в 2001 г. Третий из приводимых рассказов был написан подругой Н. М., Ольгой М., и был прокомментирован как автором, по просьбе владелицы ежедневника, так и самой Н. М.

Авторский комментарий к первому рассказу: «Рассказ написан в [19]97 г[оду]. Герои Оля (моя лучшая подруга) и Эдик (это мой брат). Вообще-то моего брата зовут Павел. Но я не хотела писать его имя, т[ак] к[ак] герой погибает, поэтому написала мужское имя, которое мне больше нравилось в то время. Имя подруги не изменила — за нее не боялась, а вот за брата — да (вдруг мысли и строки материализуются).

Рассказ писался под влиянием (скорее всего) какого-нибудь боевика. В рассказе воплощена часть моей мечты детской — море, солнце, спортплощадка, розы, машина, длинные белые волосы, умение танцевать красиво, любовь Ольги и моего брата. Почему такой конец? Чтобы показать, намекнуть Ольге, чего я жду от неё (как доказательство любви к Пашке), если вдруг с ним что-то случится.

(Надежда, 2001 год)»

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

КРИК Эдвард Мунк

Из книги 100 великих картин автора Ионина Надежда

КРИК Эдвард Мунк В 1892 году на выставке в Берлине было показано 55 полотен норвежского живописца Эдварда Мунка, и среди них первые картины его большого цикла «Фриз жизни». Эта экспозиция вызвала большие споры, в которых столкнулись мнения приверженцев кайзеровского


8.4. Крик

Из книги Метафизика пата автора Гиренок Фёдор Иванович

8.4. Крик Новое язычество противостоит постмодернизму, тотальному разрушению вся. ких тотальностей. Постмодернизм развязывает Pi обнажает, новое язычество — связывает и скрывает. Первое разоблачает тайну темного и варваризирует свет открытости, второе — псевдооблачает и


КОГДА МЫ СМОТРИМ НА БОЛЬ ДРУГИХ

Из книги Избранные эссе 1960-70-х годов автора Зонтаг Сьюзен

КОГДА МЫ СМОТРИМ НА БОЛЬ ДРУГИХ (фрагмент)От переводчика12 декабря 2004 г. в возрасте 71 года умерла американская писательница, литературный, театральный и кинокритик, кинорежиссер и театральный постановщик, одна из самых остро и проблемно мыслящих и политически активных


БОЛЬ

Из книги Многослов-1: Книга, с которой можно разговаривать автора Максимов Андрей Маркович

БОЛЬ Разумеется, мы будем говорить не о физической, а о душевной боли.Большинство людей убеждены, что боль физическая и моральная – это, как говорят в одном южном портовом городе, «две большие разницы». На мой взгляд, это не так. Более того, поняв природу физической боли


«Только боль, только сон. И к чему все страдания эти?..»

Из книги Благодарю, за всё благодарю: Собрание стихотворений автора Голенищев-Кутузов Илья Николаевич

«Только боль, только сон. И к чему все страдания эти?..» Только боль, только сон. И к чему все страдания эти? Забываю себя, опускаюсь на самое дно Небывалых морей, где в томительно-призрачном свете Голубое руно. Голубое руно золотистых волос оплетает, И недвижно покоюсь во


Жили-были… Боль и Жалость

Из книги Многослов-3, или Прочистите ваши уши: первая философская книга для подростков автора Максимов Андрей Маркович


Сюзан Сонтаг: боль как отношение[*]

Из книги Безымянные сообщества автора Петровская Елена Владимировна

Сюзан Сонтаг: боль как отношение[*] В 2003 году Сюзан Сонтаг опубликовала одну из своих последних книг. Эта небольшая работа с труднопереводимым названием («Regarding the Pain of Others» разом означает «Глядя на чужую боль» и «Имея отношение к чужой боли») была воспринята как


Унижение и боль России

Из книги Быт и нравы царской России автора Анишкин В. Г.

Унижение и боль России Вот как характеризует моральное состояние России в период польской интервенции свидетель ее ужасов Авраамий Палицын: «Россию терзали свои более, нежели иноплеменные: путеводителями, наставниками и хранителями ляхов были наши изменники… Вся


Боль, Фердинанд

Из книги Путеводитель по картинной галерее Императорского Эрмитажа автора Бенуа Александр Николаевич

Боль, Фердинанд Любимец широкой публики, Фердинанд Боль (1616 — 1680) в общем скорее холодный и вялый мастер, тип оппортуниста, угождавшего всем вкусам, удостоился быть представленным в Эрмитаже двенадцатью произведениями. Это поистине чрезмерно. Лучше других простой


Великий и ужасный по прозвищу Боль

Из книги Гоа. Для тех, кто устал... жить по инструкциям автора Станович Игорь О.

Великий и ужасный по прозвищу Боль Вот и пришло время, дошла, так сказать, очередь написать о самом моем любимом и выдающемся сезонном жителе Гоа. Человеке, которому я обязан многим в этой жизни. Не говоря о том, что он сэкономил мне двести тысяч евро, которые пришлось бы


Беня Крик, командир РККА, или Король, родившийся в Одессе

Из книги Тайна капитана Немо автора Клугер Даниэль Мусеевич

Беня Крик, командир РККА, или Король, родившийся в Одессе 1. Товарищ Лютов и товарищ Бабель Когда в раннеперестроечные годы были опубликованы дневники Исаака Бабеля времен службы писателя в Первой конной, многих поразила почти документальная точность его знаменитой


Смерть

Из книги Народ Мухаммеда. Антология духовных сокровищ исламской цивилизации автора Шредер Эрик