ГРИША-ПОДЛЕЦ

ГРИША-ПОДЛЕЦ

Новый шестисерийный телевизионный фильм «Печорин» («Герой нашего времени») сделан по роману М.Ю. Лермонтова. Первый канал разместил его в совершенно правильное время: школьники сдают экзамены. Может, они и соизволят взглянуть на экран и врубиться, наконец, кем там кому приходится княжна Мери…

САМОЙ удачной экранизацией романа Лермонтова до сих пор был телеспектакль Анатолия Эфроса «Дневник Печорина» с Олегом Далем, Андреем Мироновым и Ольгой Яковлевой. Да, в общем, не только был, но и остался. Фильм режиссера Александра Котта по уровню актерской игры и режиссерской мысли приблизиться к тому спектаклю не может. Это современное, конъюнктурное произведение, учитывающее прежде всего интересы развращенного занимательностью телезрителя. Крупных творческих задач (к примеру, войти в творческий мир Лермонтова) оно и не ставит. А нам еще товарищ Сталин объяснял, что «только вэликая цель рождает вэликую энергию». Здесь же «вэликих целей» явно никаких не было.

Канва событий воспроизведена без преступных искажений. Как известно, роман Лермонтова состоит из пяти новелл. Начинается фильм с новеллы «Княжна Мери», куда вставлены лирическими отступлениями «Фаталист» и «Тамань». Потом следует «Бэла» и неуклюже приписанный к ней «Максим Максимыч». Но текст автора порезан, деформирован и плавает драгоценными фрагментами в море пресной болтовни, сочиненной сценаристом Ираклием Квирикадзе. Он же, видимо, отвечает за «местный кавказский колорит» в виде восточного базара, верблюдов, лукавых аборигенов и прочего безобидного вздора, наполняющего экранное время. Квирикадзе, очевидно, принадлежит и некоторое моральное раскрепощение героев Лермонтова - вроде совместного купания Печорина и Веры ночью в нарзанном источнике. Лучшая сцена фильма - дуэль Печорина и Грушницкого - в отличие от вяловатого течения картины, сделана энергично, с хорошими драматическими ритмами. Сделана точно по автору, без дешевки сценариста. Итак, «буква» Лермонтова сильно не пострадала.

«Духа» же его в картине нет совсем.

«Воздух чист и свеж», - пишет телевизионный Печорин в своем дневнике настоящим гусиным пером, с растрепанным белым хвостом. (Господа кинорежиссеры! «Гусиным пером» в ХIХ в. назывались не перья, непосредственно выдернутые из гуся, а письменные принадлежности, сделанные из ствола птичьих перьев, без всяких ненужных волосков. Это были просто полые трубочки, заостренные с одного конца. Когда сгинут эти мифические мохнатые перья из наших экранизаций?) Но у Лермонтова он пишет - «Воздух чист и свеж, как поцелуй ребенка». Вместо констатации факта - благоухающее, незабываемое поэтическое сравнение. Но оно авторам картины не нужно по очень простой причине: у них нет поэтического слуха, чувства поэзии. Оттого и весь фильм так непоэтичен, лишен упругих ритмов, романтичности, внутренней музыки. Забытовлен, приземлен.

Молодой красивый актер Игорь Петренко - Печорин интересно сдвигает красивые прямые брови. Часто округляет красивые серо-синие глаза. Время от времени ослепительно улыбается, обнажая красивые белоснежные зубы. Он полновесно хорош собой, этот избалованный бабами мальчишка - и это, пожалуй, все, что можно сказать о новом Печорине. Этот Григорий Александрович Печорин не «русский демон», а всего лишь типичный нехороший красавчик, от скуки балующийся играми с людьми. Эдакий Гриша-подлец.

В природе Игоря Петренко нет ничего рокового, чарующего, «демонического», странного, никакой «трещинки», сложности, рефлексии. Цельный, очень здоровый, внутренне спокойный актер, Петренко и играет цельного, здорового, спокойного гада, которому подавай удовольствий побольше. Но и подлость своего персонажа Петренко играет неубедительно, потому что от него так и пышет простецким нравственным здоровьем парня без комплексов. Удивительный пример абсолютно загадочного назначения на роль. Вспомнишь Олега Даля с его жуткими притягательными глазищами и слабой, страшной улыбочкой и вздохнешь: исчезли из кино «роковые мужчины»! Хоть из-за границы их выписывай, но и там сейчас сплошные Брэды Питты, смазливые пустышки, которых массы в каком-то своем кошмарном сне считают «секс-символами»…

Хорошо сыгранных ролей в «Печорине» немного. Свеж и обаятелен Юрий Колокольников (Грушницкий), который полностью оправдывает своего героя, славного юношу с небольшими недостатками, юности присущими. Точен и убедителен, как всегда, Сергей Никоненко (Максим Максимыч). И совершенно великолепен мрачный бородатый разбойник Казбич (Арслан Мурзабеков)! В пяти минутах его жизни на экране было больше энергии, остроты и романтики, чем во всем Петренко за всю картину.

Но женщины из рук вон плохи. Бэла (Наталья Горбенко) - как хорошенькая кукла, ни жизни, ни огня. Мери (Евгения Лоза) однообразна и скучна, а Вера еще и вульгарна. В сцене первой встречи с Печориным в гроте актриса Эльвира Болгова не сыграла совсем ничего, никаких душевных движений. Вообще-то талант актрисы и оценивается по способности передавать настроения, состояния, перемены, то есть движения души, и все большие актрисы словно переливаются-волнуются, как неспокойное море. А здесь - мертвая зыбь…

Картина сделана профессионально гладко, за исключением четырех-пяти ляпов. (В «Тамани» показывают висящую над морем луну в фазе роста, с ущербом справа, а через минуту - ту же луну, но убывающую, с ущербом слева и т.д.) Но для экранизации Лермонтова одних только профессиональных приличий недостаточно. Нужна личностная зрелость и понимание поэтического слова. А главное, в новой экранизации «Героя нашего времени» нет решительно никакой руководящей мысли! Вот для чего это снято? Да, конечно, Кавказ показан красиво, но вы попробуйте снять некрасивый Кавказ, тогда, может, еще кого-то и удивите. Может, школьники на свою троечку из фильма знаний и наскребут - но тут же забудут эту тягомотную лабуду про какого-то Гришу-подлеца.

Какое нам до него дело? Своих, что ли, оболтусов мало? Подготовила Татьяна МОСКВИНА

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Герой-подлец

Из книги Кошмар: литература и жизнь автора Хапаева Дина Рафаиловна

Герой-подлец Чтобы понять замысел поэмы «Двойник», который Ф.М. Достоевский называл своей «самой серьезной идеей» [227], необходимо помнить, что ее главный герой, Яков Петрович Голядкин, — подлец. Сделать это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Ведь


Пекка Тамми Рискованное дело: Зондируя границы НПР («An Affair of Honor» («Подлец») В. Набокова как пробный случай)

Из книги История и повествование [ML] автора Зорин Андрей Леонидович

Пекка Тамми Рискованное дело: Зондируя границы НПР («An Affair of Honor» («Подлец») В. Набокова как пробный случай) 1. НАРРАТОЛОГ СРЕДИ ЛИНГВИСТОВНачнем с прямолинейного разграничения — слишком прямолинейного, без сомнения, но необходимого для огораживания своей территории.