Заключение

Заключение

В завершение книги имеет смысл еще раз назвать основные стадии онтогенеза, суждения о которых пришлось разбросать по разным местам нашего текста.

Психическая история ребенка начинается с авторефлексии, выражающей себя в нарциссизме и в шизоидности (последняя передает авторефлексивность той личности, которая сопряжена с ребенком). На втором шаге своего развития симбиотический младенец делается способным синтезировать нарциссизм и шизоидность (= «зеркальная стадия», «страх восьмимесячного»). Мы не поставили вопрос о том, что мог бы означать интровертированный и экстравертированный шизонарциссизм (между тем всякая психическая организация существует, как предполагается, именно в этих двух основных видах). Мы не стали задаваться и еще одним увлекательным вопросом о том, как следовало бы осмыслить в общетеоретическом плане двухступенчатость разных стадий нашего вочеловечивания (переходы от шизоидности/нарциссизма к шизонарциссизму, от садизма к мазохизму, от истерии к обсессии; по всей вероятности, эдипальная и кастрационная фазы также дуальны). Хотя психоистория культуры и приблизилась к своему пределу, психологическое изучение онтогенеза и филогенеза крайне далеко от теоретической полноты.

Зарождение психизма, происходящее в период симбиоза, конечно же, нельзя постичь изнутри психизма; чтобы предпринять здесь объяснение, нужно было бы перейти в область физиологического своеобразия человека, которая не является предметом данной книги. Что касается постсимбиотических стадий детской духовной жизни, то они возникают в процессе последовательной борьбы психизма, пробуждающегося в момент авторефлексии, с разного рода отприродными обязательностями. В самых общих чертах конфликт становящегося человека с природой есть производимое им перепробование всех возможных отношений между субъектом и объектом, создающее в своем последнем пункте универсум возможного, вытесняющий мир необходимого.

В садо-мазохистский период, следующий за симбиотическим, субъект поначалу отрицает объект, а затем самого себя. На истерико-обсессивной фазе объект делается неопределенным, чтобы затем быть конституированным как объект, известный Другому. Эдипальный возраст означает, что субъект в связи с объектом утверждает свою аналогичность прочим субъектам. Отношение иррефлексивного субъекта к объекту, и присутствующее и отсутствующее, — суть кастрационной стадии.

В процессе преодоления необходимостей природного мира формирующийся субъект в конце концов терпит поражение, когда он достигает полового созревания, которое обнаруживает, что психологическое не избавляет нас полностью от биологического. В кризис, который разыгрывается в подростковом возрасте, попадает существо, не умеющее найти выхода из двойной идентичности, из неизбежности биопсихического дуализма, свойственного человеку. Разрешая подростковый кризис, человек соглашается с тем, что не только природное может переходить в психо-логическое, но и психо-логическое — в природное. Приняв это, мы получаем право совершать глобальные субституции: переносить общее свойство необходимого, природного на возможное, психо-логическое и vice versa. Здесь-то мы и обретаем полноценную субъектность, которая предполагает, что мы способны пересоздавать и внешний, и внутренний миры, т. е. быть вершителями всетворчества, каковое есть культура. Именно в этой роли мы конституируем наш субъектный мир не просто как оппозитив относительно природы, но как ее эквивалент.

Мы в состоянии теперь сформулировать рабочую гипотезу о том, почему филогенез обратен онтогенезу.

Чтобы самоопределиться, т. е. предстать себе во всем своем объеме, культура должна была начаться только в ее максимуме — не как культура какого-то характера, не как специфическое творчество отдельного психотипа, но как креативность вне и помимо психотипичности. Однако всечеловеческое и психотипическое — две стороны одной медали. Преодолевая подростковую дезориентированность, вводя внешний и внутренний миры в отношение обмена, мы продолжаем прогрессирующий онтогенез и в то же время совершаем акт регресса, коль скоро нам приходится признать, что мешавшие нам ранее в нашей психодинамической имманентности (травматические) внешние обстоятельства были неизбежны. Неважно, какую именно травму мы испытали, двигаясь к полноценной субъектности. Важно, что травма оказывается неустранимой из нашей психики, когда последняя созревает. Нам не дано избавиться от нашей характерности в нашей общечеловечности. Как же первобытная культура творила себя, не становясь делом одного из человеческих характеров? Нужно думать, что она подавляла любую психотипичность.

Есть множество характерологических определений первобытной культуры. Вот некоторые из них. Фрейд утверждал (в «Das Unheimliche»), что первобытный человек был нарциссом, распространявшим собственную духовность на все окружающее его[726] (с нашей точки зрения, мы сталкиваемся здесь не с нарциссизмом, но с той глобальной субституцией, о которой говорилось выше). Фрейд, таким образом, как будто склонялся к мысли о том, что филогенез берет старт там же, где и онтогенез. С. Н. Давиденков (в чудом появившейся при Сталине психоисторической книге) определял первобытность как обсессивность[727]. М. Дид писал об истеричности (см. C.I.1.0.1), задающей ход всему культуротворчеству. Следует заметить, что С. Н. Давиденков и М. Дид принадлежали к постсимволистскому поколению, чем, скорее всего, и обусловливалась их попытка отодвинуть преодолевавшийся этим поколением символистский истерико-обсессивный характер в абсолютное прошлое человеческой истории.

Диктатура какого-либо характера имеет следствием то обстоятельство, что в продуцируемой им культуре обычно разграничиваются имманентное (этому характеру) и трансцендентное. Между тем первобытная культура с ее установкой на истребление всяческой психотипичности (откуда и полное отсутствие в ней индивидуального психизма[728]) не знала имманентного (и была в этом смысле диаметрально противоположной авангарду, абсолютизировавшему именно имманентное). Релевантным в начальной культуре было только трансцендентное. Первобытность поместила себя по ту сторону всего: по ту сторону времени, которое переживалось не в его непосредственной данности, но лишь в ритуалистическом воспроизведении акта Творения, и по ту сторону пространства — ср. хотя бы путешествия шамана в верхний и нижний миры в поисках утраченных сущностей. Первобытный человек пребывал в царстве смерти[729]: он испытывал символическую смерть в обряде инициации — в начале своей социальной жизни — и был поглощен поклонением предкам — умершим.

Ясно, почему мы сомневаемся в том, что культура по истечении ее психоистории могла бы стать бесхарактерным психизмом (E.I.1.3). Она уже была им.

Культура, максимальная по объему на первых порах, продолжается в парциальности, отдавая себя во власть то одного, то другого характера. Продолжение культуры сокращает ее экстенсионал и расширяет ее интенсионал, поскольку каждый новый командный психотип вносит что-то свое в первичный фонд культуры. В целом процесс историзации культуры есть не что иное, как последовательная уступка той онтогенетической позиции, которая послужила точкой отсчета для филогенеза. Как история, т. е. как признание собственной недостаточности, культура представляет собой дегенерирующий онтогенез, обратность личностного становления.

Но вместе с тем история, будучи конверсивным преодолением онтогенеза, и возобновляет его прямое течение внутри больших психодиахронических систем (что мы постарались показать на примере символизма, авангарда, тоталитаризма и постмодернистской культуры). Прогресс и регресс, смешанные в онтогенезе при его завершении, оказываются в филогенезе обратимыми полностью, т. е. обратимо обратимыми.

Каково психическое содержание тех фаз в развитии культуры, которые расположены между первобытностью и романтизмом, обсуждением которого мы открыли эту книгу? Более или менее отчетливому ответу на этот вопрос мешает то обстоятельство, что психоаналитическая стадиология не занимается детальным исследованием психодинамики ребенка в период после кастрационного этапа и до наступления ранней подростковости. Промежуток между пятью-шестью и одиннадцатью-двенадцатью годами концептуализуется в психоанализе как гомогенный и обозначается термином «латентный период»[730]. В психическую косность ребенка в течение этого, в сущности, гигантского отрезка жизни трудно поверить. Дальнейшее психо-логическое исследование ранних форм культуры зависит от успехов стадиологического изучения сравнительно поздней духовной эволюции ребенка, совершающейся после того, как он выходит из периода кастрационных фантазий.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Заключение

Из книги Введение в японскую анимацию автора Иванов Борис Андреевич

Заключение В нашей книге мы рассмотрели эволюцию концепций аниме на протяжении его истории, начиная с его появления в 1917 году. Сейчас в аниме постепенно приходит новое направление – 3D-аниме, создаваемое на компьютерах. Уже первые эксперименты в этой области показали не


Заключение

Из книги Коммуникативная культура. От коммуникативной компетентности к социальной ответственности автора Автор неизвестен

Заключение На протяжении 10 лет коллектив педагогов муниципальной средней общеобразовательной школы № 40, девиз которой «Школа без неудачников», а в основе концепции – смыслообразующий подход к обучению, работал над проблемой формирования коммуникативной


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Из книги Теория культуры автора Автор неизвестен

ЗАКЛЮЧЕНИЕ В предисловии было отмечено, что теория культуры востребована. Теперь, после изложения одного из ее вариантов, следует сказать и о том, почему она востребована. Для чего применима теория культуры?Во–первых, для оценок состояния культуры: ее высоты, богатства


ЗАКЛЮЧЕНИЕ .

Из книги О действенном анализе пьесы и роли автора Кнебель Мария Осиповна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ . Наша книга в основном была посвящена новому приему работы, который Станиславский открыл в последние годы жизни. Практика моей собственной работы доказала мне его большое преимущество, огромный творческий импульс, заложенный в нем, который в результате


Заключение

Из книги Киноизображение для чайников автора Долинин Дмитрий

Заключение Читателям настоящее пособие может показаться поверхностным, недостаточно конкретным. Однако по замыслу автора это лишь вводный курс, цель которого — бегло очертить круг проблем, встающих перед начинающими кинематографистами, побудить их к самостоятельным


Заключение

Из книги Поэтика ранневизантийской литературы автора Аверинцев Сергей Сергеевич


Заключение.

Из книги Священные основы Нации автора Карабанов Владислав


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Из книги Ступени профессии автора Покровский Борис Александрович


Заключение

Из книги Теория литературы. Чтение как творчество [учебное пособие] автора Кременцов Леонид Павлович


10. Заключение

Из книги Истина мифа автора Хюбнер Курт

10. Заключение Мифопоэтический образ всемирной истории, созданный Вагнером, представлен прежде всего в "Кольце нибелунгов" и в "Парсифале". "Тристан и Изольда" имеет в этой связи значение лишь в той мере, в какой эта драма придает мифу о природе и МатериЗемле, вокруг


Заключение

Из книги Племена в Индии автора Маретина Софья Александровна

Заключение Мы рассказали лишь о некоторых племенах, которые представляют разные группы адиваси во всех районах Индии. Эти народы, в течение многих столетий оторванные от общего пути развития основных народов страны, за последние два века пережили сложнейшие социальные


Заключение

Из книги Библейские фразеологизмы в русской и европейской культуре автора Дубровина Кира Николаевна

Заключение Итак, дорогие и уважаемые читатели, вот мы с вами и подошли к концу нашего не слишком длинного путешествия по библейским дорогам.Я благодарю вас за внимание к моему труду и долготерпение. А на тех, кто не добрался с нами до конца, кто свернул в сторону на полпути,


X. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Из книги Нации и национализм автора Геллнер Эрнест

X. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Существует опасность, что книга, подобная этой, — несмотря на простую и четко сформулированную аргументацию (или, возможно, именно благодаря ей) — может быть неверно понята и истолкована. Прежние попытки обнародовать более ранние и более простые варианты


Заключение

Из книги Психодиахронологика: Психоистория русской литературы от романтизма до наших дней [Maxima-Library] автора Смирнов Игорь Павлович

Заключение В завершение книги имеет смысл еще раз назвать основные стадии онтогенеза, суждения о которых пришлось разбросать по разным местам нашего текста.Психическая история ребенка начинается с авторефлексии, выражающей себя в нарциссизме и в шизоидности (последняя


V. Заключение

Из книги Магия, наука и религия автора Малиновский Бронислав


Заключение

Из книги Эротическая утопия: новое религиозное сознание и fin de si?cle в России автора Матич Ольга

Заключение Наследник престола цесаревич Алексей страдал наследственным заболеванием крови. Гемофилия воспринималась как рок, тяготеющий над домом Романовых; болезнь передавалась по женской линии, но поражала только мужчин. Условно ее можно назвать декадентской