Ольга Майорова Образ нации и империи в верноподданнейших письмах к царю(1863–1864)

Ольга Майорова

Образ нации и империи в верноподданнейших письмах к царю(1863–1864)

Весной 1863 года в России развернулась беспрецедентная верноподданническая кампания, вызванная вспыхнувшим в январе Польским восстанием и попытками некоторых европейских держав вмешаться в разгоревшийся конфликт1. Жители многих городов и деревень империи, представители разных сословий и народностей отправляли Александру II – или доставляли ему через своих депутатов – письменные заверения в несокрушимой преданности и готовности сражаться, если начнется, как тогда опасались многие, война с Западом из-за Польши2. Приуроченные ко дню рождения монарха (17 апреля), самые первые письма демонстрировали возмущение враждебными дипломатическими нотами Англии, Франции и Австрии, восхищались христианским милосердием царя (речь шла об амнистии тем инсургентам, которые добровольно сложат оружие в течение месяца)3 и вместе с тем предлагали формировать отряды народного ополчения. В течение года император милостиво принимал верноподданнейшие адреса, а газеты регулярно печатали большинство из них, что придавало всей кампании небывалую масштабность и публичность.

Широкий, поверх сословных барьеров, поток обращений к царю сам по себе манифестировал фундаментальные перемены, принесенные эпохой Великих реформ. Если во время Крымской войны только дворянство обладало правом изъявлять свои патриотические чувства в письмах к императору, то теперь голоса всех сословий «единодушно слились», по словам многих журналистов, в выражении преданности верховной власти4. Неудивительно, что эмансипация крестьян и другие, тогда еще только готовившиеся реформы стали одной из главных тем кампании. В обращениях, поступавших не только от освобожденных крестьян, но и от помещиков, обязательно развивались мотивы личной преданности царю-освободителю и безграничной благодарности за преобразования, которые с небывалой силой укрепили союз власти и народа. Эти мотивы в целом соответствовали официальной идеологии александровского царствования, которую Ричард Вортман определил как «сценарий любви»5.

Довольно стабильный набор политических символов и культурных мифов эксплуатировался в течение всей адресной кампании, хотя ближайшие поводы для обращений к царю менялись. Если первая волна писем была приурочена ко дню рождения Александра II, то последующие – к его именинам, к путешествию наследника престола по стране, к официальным ответам Министерства иностранных дел России на ноты западных держав. Из некоторых мест затронутого восстанием Западного края приходили письма, спровоцированные локальными беспорядками, например, арестом «шайки» инсургентов в соседней деревне или на ближайшей железнодорожной станции. Трафаретные формулы, клишированная фразеология и традиционные патриотические символы доминировали в адресах, поэтому оппозиционно настроенная интеллигенция видела в них лишь изъявление казенного патриотизма6. Неизбежно возникает вопрос: зачем извлекать эти письма из забвения, на которое их обрекла исследовательская традиция, если в них превалирует конвенциональная риторика? Что она дает для понимания царивших в обществе настроений?

Настоящая работа написана в русле тех научных парадигм, которые интерпретируют культурные идиомы, символы и мифы как устойчивые конструкты, задающие рамку для самовосприятия национального сообщества, и потому способны воздействовать на его последующее развитие. Служащие линзами, сквозь которые люди видят текущие события, такие культурные символы оказываются одним из факторов формирования национальной идентичности7. Конечно, они функционируют по-разному на полюсах политического спектра: могут вызывать отторжение одной части общества и поддержку другой. Однако уже такого рода расхождения в оценке означают, что не для всех устойчивые культурные идиомы были пустыми клише.

Живя в условиях абсолютистского режима, люди XIX века умели изощренно втискивать свои надежды и ожидания в конвенциональные формулы. Даже не будучи непосредственным проявлением чувств и убеждений, письма к царю демонстрируют относительную свободу в оперировании культурными символами. Об этом свидетельствуют уже некоторые, пусть минимальные разногласия между различными адресами, а также вспыхивавшие в ходе кампании споры вокруг их отдельных формулировок. Так, письмо Московского городского общества, которое содержало многозначительную фразу о надеждах на расширение гражданских прав – прозрачный намек на введение элементов представительного правления, – в первоначальной, более откровенной редакции вызвало в Московской городской думе ожесточенные дебаты. Для успокоения страстей потребовался талант М.Н. Каткова, предложившего смягченную и приемлемую для разных группировок версию письма8. Кроме того, отбор и частотность употребления тех или иных символов, почерпнутых из богатого арсенала допустимого культурного словаря, обнаруживает определенные тенденции самовосприятия. Далеко не безразлично, например, какие названия России – Империя, Русская земля, Отечество или Русь – превалировали в ходе кампании, какие исторические мифы циркулировали интенсивнее других и какие знаки принадлежности к нации доминировали.

Речь, однако, вовсе не идет о том, что обсуждаемые письма отражали реальные умонастроения тех разнородных социальных и этнических групп, от имени которых они поступали монарху. Хотя вопрос об авторстве большинства писем к царю еще требует выяснения, есть все основания считать, что их составляли по преимуществу журналисты, публицисты, лидеры дворянства и местные чиновники. Так, адрес самарского дворянства принадлежал перу известного славянофила Ю.Ф. Самарина9. Выраженные в нем панславистские идеи вряд ли можно приписывать большинству дворян этой губернии. Показательно, что во всем огромном потоке обращений к Александру II больше нет писем с панславистским уклоном. Известно также, что некоторые послания Александру подготовили М.П. Погодин и М.Н. Катков10. Иначе говоря, адресная кампания позволяет реконструировать те тенденции самовосприятия и интерпретации нации, которые формировались и обращались в пределах тонкого слоя интеллектуальной элиты правого крыла, мобилизованной реформами и в целом настроенной в поддержку власти.

Далее я сосредоточусь на двух группах взаимосвязанных проблем. Во-первых, я постараюсь проследить, как определяли русскую национальную идентичность в 1860-е годы, влияли ли реформы на ее конструирование, и если влияли, то каким образом. Другая группа проблем связана с соотношением имперской и национальной лояльностей. Поскольку верноподданническая кампания давала голос представителям самых отдаленных частей империи и многих подвластных народов, она выставляла напоказ пространственно протяженный, полиэтничный и многокультурный характер страны. Как соотносились в рамках кампании национальная и имперская идентичности, какие варианты их динамичных отношений доминировали?

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ГЛАВА I. 1864 и 1854 годы. Вместо введения Сравнение двух годов. — Равнодушие Европы к Дании и симпатия к Турции. Голштейнский вопрос. — Восточная война; значение ключа Вифлеемского храма. Венская нота; политический образ действий Европы в переводе на сферу частных отношений. — Общественное мнение Е

Из книги Россия и Европа автора Данилевский Николай Яковлевич


Приличия в письмах {55}

Из книги Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры. Этикет автора Лаврентьева Елена Владимировна


Роман в письмах

Из книги Понимание автора Богат Евгений

Роман в письмах Однажды, весной, в редакции побывала не совсем обычная посетительница.Я не буду, пожалуй, называть ее фамилии, несмотря на то, что она разрешила не скрывать ее. Не буду называть и фамилии человека, о котором она рассказывала. Между ними были отношения


Глава 2 ОТ РЕСПУБЛИКИ К ИМПЕРИИ Пунические войны. — Расширение римского государства. — Конец Республики. — Правление Августа и его преемников. Веспасиан. — Антонины. — Агония империи

Из книги Цивилизация Древнего Рима автора Грималь Пьер

Глава 2 ОТ РЕСПУБЛИКИ К ИМПЕРИИ Пунические войны. — Расширение римского государства. — Конец Республики. — Правление Августа и его преемников. Веспасиан. — Антонины. — Агония империи В течение последних лет VI века до н. э., как говорится в предании, Рим освободился от


ДЕЛАКРУА ЭЖЕН (род. 26.04.1798 г. – ум. 13.08.1863 г.)

Из книги 100 знаменитых художников XIX-XX вв. автора Рудычева Ирина Анатольевна

ДЕЛАКРУА ЭЖЕН (род. 26.04.1798 г. – ум. 13.08.1863 г.) Выдающийся французский живописец и график, возглавивший романтическое течение в изобразительном искусстве. Создатель около десяти тысяч произведений, в том числе около тысячи картин, свыше тысячи пятисот акварелей,


МУНК ЭДВАРД (род. 12.12.1863 г. – ум. 23.01.1944 г.)

Из книги Русский Париж автора Бурлак Вадим Никласович

МУНК ЭДВАРД (род. 12.12.1863 г. – ум. 23.01.1944 г.) Известный норвежский живописец-символист, график, скульптор, театральный художник и монументалист, один из основоположников экспрессионизма. Создатель более 100 живописных работ и почти 4500 рисунков и акварелей. Обладатель


СИНЬЯК ПОЛЬ (род. 11.11.1863 г. – ум. 15.08.1935 г.)

Из книги Дочери Дагестана автора Гаджиев Булач Имадутдинович

СИНЬЯК ПОЛЬ (род. 11.11.1863 г. – ум. 15.08.1935 г.) Известный французский художник-неоимпрессионист (дивизионист, пуантилист), пейзажист, маринист, историк и теоретик искусства. Один из основателей (1884 г.), а затем президент Общества Независимых художников (1908–1934 гг.). Автор


ТУЛУЗ-ЛОТРЕК (род. 24.11.1864 г. – ум. 9.09. 1901 г.)

Из книги Эпоха становления русской живописи автора Бутромеев Владимир Владимирович

ТУЛУЗ-ЛОТРЕК (род. 24.11.1864 г. – ум. 9.09. 1901 г.) Полное имя – Анри-Мари-Раймон де Тулуз-Лотрек-Монфа. Известный французский художник, великолепный портретист, мастер плаката. Автор более шестисот картин, сотен литографий, тысяч рисунков и набросков. Жизнь этого удивительного


Жизнь в фронтовых письмах

Из книги Иероглифика автора Нильский Гораполлон

Жизнь в фронтовых письмах Много лет назад, будучи в Кизляре, я встретился с директором средней школы № 2, заслуженным учителем школы Дагестана A. И. Cолоненко. Мы беседовали о разных разностях. А задача у меня была совсем иная – узнать, что он мог бы рассказать о своей дочери


62. Люди, покорные царю

Из книги автора

62. Люди, покорные царю Чтобы показать людей, покорных царю, рисуют пчелу, ибо она одна из всех животных имеет царя, которому служит, как люди служат своим владыкам. И они появляются из меда… из центра жизненной силы… что позволяет хорошему быть энергичным… и управлять


Страсти по царю Эдипу

Из книги автора

Страсти по царю Эдипу Пребывание Перикла у власти продлилось свыше трех десятков лет. Можно сказать, начало его правлению было положено еще при жизни реформатора Эфиальта, которому в 461 году до н. э. удалось ограничить власть аристократического Ареопага, своеобразного